аксф22-24

Глава 22

Когда Сергей Иванович, выспавшийся и посвежевший, покинул кинотеатр, его в условленном месте дожидался курьер из детективного агентства. Курьера бывший пограничник определил сразу, подвалил к нему и, не тыча в парня по-хамски пальцем, просто спросил:
- Григорий?
- Да, - бестрепетно признался кургузый малый лет двадцати и также бестрепетно осведомился: - Вы готовы перевести оговоренную сумму на счёт агентства?
- Готов, - ответил Сергей Иванович и принял пакет. Развернул его, нашёл файл с бумагами и сотовый телефон. Бывший пограничник включил его и наткнулся на пин-код. – Вот, чёрт! – ругнулся он: упустить такую важную мелочь и из-за этого потерять кучу времени?
- Пин-код нужен? – поинтересовался малый из детективного агентства.
- Нужен, - ошарашено признался бывший пограничник.
- Ещё пять тысяч рублей.
- Вот тебе семь вместе с чаевыми, - с готовностью расстался с российскими деньгами Сергей Иванович. – Говори.
Гриша назвал пин-код, бывший пограничник быстро нашёл в контактах запомнившийся номер, помеченный, кстати, известной аббревиатурой «АЗС».
«И ничего странного, - мельком подумал он и оправил на известный номер эсэмэску, - ведь даже важные научные открытия делали совершенно незнакомые друг с другом люди, так почему не придумать одинаковое погоняло для одного общего знакомого двум другим знакомым людям?»
Отправляя эсэмэску, Сергей Иванович очень надеялся, что господин Азовский не отслеживает оперативную столичную «хронику» по специальному каналу.
«Дело на мази, клиент тяжёлый, времени надо больше», - написал Сергей Иванович в сообщении. И, когда отправил, вдруг понял, что снова дал промашку. Ведь на хрена ему телефон убитого им здоровяка и полная на него информация без дополнительных сведений о господине Азовском, вероятном нанимателе данного здоровяка? Нет, телефон убитого тоже нужен, чтобы создать фору по времени, достаточного, чтобы достать господина Азовского, но адрес, адрес? Или просто реальные координаты пребывания ушлого хакера.
«Устал, как собака, бегая по этому сраному агломерату с его подземельем, - мысленно оправдал себя бывший пограничник, - вот и пошли промашки…»
- Слушай, Григорий, у меня тут ещё небольшая работка для вашего агентства образовалась, - обратился Сергей Иванович к курьеру. – Но компетентен ли ты выступить посредником между мной и своими работодателями?
- Вполне, - солидным баском возразил Григорий.
- Прекрасно. Звякни своим и спроси: могут ли они по точному времени отправления СМС с одного номера на другой установить физические координаты этого другого номера. Ещё мне нужен адрес регистрации…
Бывший пограничник назвал господина Азовского
- …И совпал ли он с вышеупомянутыми физическими координатами. Да, вот, запиши ещё одни реквизиты… Пишешь? Кулаков Александр Михайлович. На него мне нужно просто его координаты и теперешнее служебное положение. Ты всё понял?
- Я, между прочим, учусь в полицейской академии, - парировал Гриша и стал звонить в агентство.
- Иди ты! – восхитился Сергей Иванович. – Так это ты подрабатываешь?
Гриша не ответил, но очень кратко и профессионально точно поведал о новом интересе клиента секретарю агентства.
- Понял, - ответил за Гришу бывший пограничник. – Учат в полицейской академии бесплатно, а кормят не очень. Да ещё выпускную парадку надо на свои готовить. Или выпускаться в казённом хламе чучело-чучелом…
Гриша даже бровью не повёл, а Сергея Ивановича забрало. Видно, сказывались недавние физические перегрузки плюс невероятное напряжение нервной системы. Ведь, если честно, он уже почти распрощался с жизнью на этом крысином ристалище.
- …А мажоры из полицейских династий, детки начальников городских отделений и дорожно-патрульных главков, все в верноподданнических ливреях с галунами в виде орлов и дзюдоистов, - продолжил вышучивать курсанта российской полицейской академии бывший пограничник. Гриша же тем временем закончил «инструктировать» секретаря и несколько укоризненно, снизу вверх, посмотрел на заказчика. А затем сообщил:
- Вам новая работа встанет ещё в пять тысяч долларов.
Затем Гриша секунд пять помолчал и добавил:
- И нет в нашей академии никаких мажоров из так называемых династий, потому что сейчас даже у сынка провинциального полицейского есть возможность учиться в Лондоне. Или, на худой конец, в Праге. Если, конечно, папа-полицейский не попал в раздачу во время межведомственных разборок по меркантильно-должностному признаку, или не присел в ведомственную тюрягу после очередной кампании по замещению не совсем угодных власти кадров на вполне угодные.
- Скажите, пожалуйста, разговорился, - сыронизировал Сергей Иванович. – Однако после окончания академии пойдёшь служить?
- А что ж не поговорить? – пожал плечами Гриша. – Вашу работу обещали сделать за двадцать минут, а результаты сбросить на мой сотовый. Вы перегоните всю сумму на счёт агентства, и я сообщу вам последние данные.
Паренёк немного помолчал и добавил.
- А после академии всё равно надо отслужить пять лет по распределению. Да я бы и весь оставшийся срок служил, однако прислуживаться тошно. Зато в нашем агентстве я себе уже заработал вакансию. Так что…
- Так что быть тебе богатеньким самым честным образом, - подытожил Сергей Иванович. – Потому что цены в вашем ведомстве, я те дам!
Между речью бывший пограничник вспомнил горемыку Чацкого и дуру Софью из комедии бедолаги Грибоедова (34) . Хотя, почему – дуру? Ведь любая нормальная здоровая баба предпочтёт реально тискающего её в тёмных углах Молчалина недотёпе Чацкому, который и говорить-то с нормальной здоровой бабой нормально не может. И вместо «сюси-пуси, какие мы красатуси» вешает ей на уши несъедобную политическую лапшу о загнивающем феодализме в условиях формирования республиканских идей французского толка среди крестьян Тамбовской губернии.
- А что – цены? – флегматично удивился Гриша. – Зато оперативно. Плюс гарантия качества.
- Ваша оперативность достигается просто: через наличие хорошей аппаратной базы во главе с высококвалифицированным хакером, адресной картотеки плюс крепкие связи с московской ментурой, - предположил Сергей Иванович.
- Не забудьте про современные средства пеленгации и взлом оперативных баз спутниковых данных, связанных с базами текущих данных сотовых компаний, - будничным тоном подсказал курсант полицейской академии. – И про персонал любого частного российского детективного агентства. Лично у нас работают… Гм!
Гриша вовремя заткнулся, а бывший пограничник легко за него досказал в уме. Ведь не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о том, куда подаются бывшие офицеры, увольняемые по возрасту из ФСБ, ГРУ и МВД. Ведь не всякому из них повезло дослужиться до президента страны или прикупить нефтегазовых акций. А жить хорошо хочется и после пенсионного возраста. Тем более что таковой у вышеупомянутой категории служащих наступает в сорок пять лет. Когда и жена ещё на выданье, и дочь давно заневестилась. И всем им надо выглядеть соответственно. Но кто их стает за это судить? Но ссужать под это дело ой как надо. Вернее, безвозмездно в него сливать. Потому что, какой правильный мужик станет ссужать любимую жену и родную дочь?
- Нормально, - буркнул Сергей Иванович, подытоживая свои мимолётные мысли о том, о сём. – Давай, прогуляемся, а то долго торчать на месте, только внимание привлекать.
- Прогуляемся, - не стал спорить курьер.

Гулять пришлось тридцать две минуты. Что-то там у частных детективов засбоило. Однако Сергей Иванович не стал пенять агентству просрочку, поскольку время провёл с интересом. Гриша разговорился, он оказался оригинальным циником с чувством хорошего современного патриотизма, и бывший пограничник веселился от души.
- Есть! – прервал свои разглагольствования юный курсант грозного учебного заведения, прервал звонок из конторы и открыл электронную почту. – Давайте, я переброшу все эти данные на вашу почту. Говорите адрес. Только, как говорится, деньги – вперед…
- Вперёд, так – вперёд, - не стал возражать Сергей Иванович.

А господин Азовский оказался дома. То есть, он, как вернулся после Макдоналдса в свою съёмную хазу, так привычно и засел за свой компьютер, ожидая вестей от Маркела. И сидел там до тех пор, пока не получил эсэмэску от заказанного держателя заветного диска.
- Это хорошо, - пробормотал Сергей Иванович, читая новую информацию. Он занял пустующую скамейку в скверике и, несмотря на сырой холод с продувным ветром, наслаждался каждым мгновением статического бездействия. Ведь когда ему ещё придётся снова расслабиться? Потому что Азовский тоже не дурак, он долго ждать не станет, может занервничать и сделать ноги. Поэтому им следовало заниматься чем скорей, тем лучше.
- И куда нам теперь? – снова пробормотал бывший пограничник и прочитал адрес вышеупомянутого господина. Получалось недалеко и, что самое смешное, быстро по времени. Поскольку господин Азовский имел неосторожность поселиться в пяти минутах ходьбы от станции метро Бабушкинская. Ведь поселись он в каком-нибудь жилом массиве дальше от любой станции метро, то её неизвестно, сколько пришлось бы ковыряться в дорожных пробках даже на самом умелом частнике, прежде чем достичь так называемого Ивана Ивановича.
«Ладно, поехали, снова повидаем и попробуем прояснить этого непонятного хакера», - мысленно решил Сергей Иванович, с некоторым усилием оторвался от сырой скамейки и направился к ближайшей станции метро. Он на ходу ознакомился с информацией на Кулакова Александра Михайловича. С Сашкой они были однокурсниками. И крепко дружили. После училища лейтенант Кулаков попал на границу с Китаем. Потом их сократили, и Сашка быстро переквалифицировался в мента. Потом, когда Сергей Иванович попал в плен к моджахедам и так далее, их связь с однокурсником прервалась. Зато теперь могла пригодиться.

Глава 23

- Ого! – негромко воскликнул Сергей Иванович, узнавая подробности о своём друге и приближаясь к станции метрополитена. – Ты, брат, мне точно пригодишься…
А то.
Сашка стал генерал-майором и возглавил типа целое министерство внутренних дел губернского масштаба. А Сергей Иванович вдруг вспомнил о том, что ему сказал Лука об участниках «смешанных» единоборств. То есть, сначала бывший пограничник не придал особого значения тому, что в единоборствах участвуют люди, хронические задолжавшие разным банка. Но потом – аккурат после встречи с курьером Гришей – вдруг решил заострить на вышеупомянутом факте своё внимание. А почему нет? Дело почти бесперспективное, однако и его не стоило сбрасывать со счетов. Вот тут и мог пригодиться целый генерал-майор грозной российской силовой структуры.
«Всё верно, - подумал бывший пограничник, отовариваясь непременной карточкой в вестибюле метрополитена, - а то слишком долгие отношения с одним и тем же юридическим лицом могут повредить здоровью. Да и телефон пора менять. Вот пообщаюсь с Сашкой и – куплю новый… Да, не забыть сообщить в пансионат, что задерживаюсь…»
Сергей Иванович вошёл в вагон, достал сотовый, набрал служебный номер своего однокурсника и отправил на автосекретарь следующее письменное сообщение:
«Здравия желаю, товарищ генерал! Здесь ваш бывший однополчанин Сергей Иванович Хромов. Я жив и желал бы с вами пообщаться. Жду».
«Ну, теперь посмотрим, зажрался Сашка или нет», - пришла в голову сонная мысль, и бывший пограничник задремал, схватившись рукой за поручень, а лбом упёршись в дверь напротив входной.

Господин Азовский снимал двухкомнатную квартиру в типовой девятиэтажке эпохи позднего застоя. Выглядела, девятиэтажка, в общем, на все свои сорок лет. Одна сплошная безрадостная стена с «разноцветными» окнами и балконами. При этом балконы отстояли от лестничного пролёта через окно. При этом почти все балконы были застеклены. Однако празднично они от этого не выглядели: разнотипные конструкции, собираемые в своё время, из чего придётся, плюс теперешняя бедность некоторых их владельцев, да ещё квартиранты-заразы, которым по барабану уход за стёклами и на балконах, и на окнах. Кое-где, правда, входные двери подъездов подверглись новомодному евроремонту и над ними установили видеокамеры. Смотрелись они не совсем реально, да и смотреть им было почти что не на что. Потому что смерклось, и снова пошёл снег пополам с дождём. Но бодрее от такой погоды Сергею Ивановичу не становилось. Он устал как ездовая собака, работающая в новых экономических условиях. Тем не менее, для капитального отдыха времени не предвиделось. Пока.
«Так… пятый этаж… квартира номер семьдесят один… но как туда попасть? – соображал бывший пограничник, машинально поправляя маскировку в виде поднятого воротника куртки, вязаной шапочки и капюшона. – Боюсь, что прошлый номер с цветами может не прокатить, да и в саму квартиру мне через балкон не попасть. А сам он меня к себе не впустит. Что ж, попробуем по-другому…»
Он достал сотовый телефон покойного киллера и отправил новую эсэмэску. В которой написал, что говорить по телефону в непреходящей столичной толпе случайных прохожих вперемешку с форменными полицейскими нарядами и переодетыми агентами ФСБ остерегается. Ввиду этого он ждёт господина Азовского на улице такой-то возле фирменного супермаркета «Рыбные деликатесы», что находится недалеко от станции метро Бабушкинская. Вернее, эсэмэска состояла из шести слов: «Говорить не могу встречаемся возле рыбы». Всё остальное господину Азовскому предлагалось дофантазировать.
«Я думаю, он не дурак и всё поймёт правильно», - решил Сергей Иванович и стал наблюдать за окнами господина Азовского. Вычислить расположение окон не составило труда, потому что добросовестные деятели детективного агентства снабдили бывшего пограничника и такой информацией, как количество квартир в доме, где проживал господин Азовский. В противном случае пришлось бы узнавать самому. А затем всё это делить на количество этажей и подъездов. Имея в виду тот факт, что нумерация всех квартир во всех советских (теперь – российских) домах начиналась с первого подъезда, а первый подъезд всегда был левым, если стоять к дому лицом. Или правым, если стоять к нему задом.
Свет, кстати, горел только в одной комнате квартиры, которую снимал Иван Иванович. Через восемь минут после отправки эсэмэс свет в этой комнате погас, а Сергей Иванович приблизился к входной двери. Тем временем возле злополучного подъезда остановилась поместительная колымага, и из неё с воплями, лаем и руганью стала выбираться семья в составе непременных мамы с папой, какой-то молодящейся старухи, двух сопливых деток разного пола и одной донельзя сварливой собаки. Семейство распрощалось с извозчиком и не спеша потянулось к подъезду.
«Что б вас!» - в сердцах выругался Сергей Иванович. Пристраиваться в хвост шумной и скандальной компании не имело смысла. Потому что если данная компания только входила в дом с такими эмоциями, то чего ждать от неё в случае, если она обнаружит за собой хвост в виде не то квартирного ворюги, не то террориста? А если и спустит на тормозах, потому что большинству российских горожан по барабану, кто там на твоём хвосте «въезжает» в дом без своего ключа, то вот ему радости встречаться с господином Азовским на глазах многочисленных свидетелей? Да ещё этот долбанный извозчик, привезший шумное семейство, не спешил отваливать от подъезда. Всё сидел в освещённом салоне своего рыдвана и пересчитывал ворох десяток, пятидесяток и сотен.
Бывший пограничник слегка напряг мозги и соорудил несколько вариантов своих будущих действий. В первом предусматривалось заарендовать извозчика, представившись коллектором, ожидающим должника. С каковым должником, оглушённым на выходе из подъезда, фальшивому коллектору следовало отъехать в какое-нибудь укромное место. Второй вариант…
Однако чуткий слух Сергея засёк шаги внутри подъезда, времени на размышления у него просто не осталось, и бывший пограничник принялся действовать по обстановке. Он вплотную приблизился к двери, меркантильный извозчик, наконец, тронул свою колымагу, а на двери в подъезде щёлкнул отпираемый электрозамок. Дверь «попятилась» на Сергея Ивановича, он дождался, когда просвет увеличится и с ходу треснул своим тренированным лбом в лицо господина Азовского. Целил бывший пограничник строго в нос, самое чувствительное место на лице, и такой удар был всем хорош, кроме одного: если у клиента оказывался слабый нос, он мог сильно обкровянить нападавшего. Однако Иван Иванович не подкачал, его нос не исторг ни капли крови, хакер послушно отрубился, а Сергей Иванович принял его под руки и потащил обратно в подъезд. Но тут, откуда не возьмись, со второго этажа ссыпалась какая-то бойкая барышня и уставилась на парочку. Бывший пограничник не растерялся, перехватил господина Азовского потеатральней, качнул его туда-сюда и, не показывая своего лица юной свидетельнице, чужим голосом стал уговаривать клиента:
- Ну, что ты, Иван, в самом деле! Совсем раскис, бедолага… Вот, ещё шаг и мы в лифте!
Одновременно Сергей Иванович изобразил пьяное мычание, барышня понятливо хихикнула и слиняла.

В квартиру господина Азовского Сергей Иванович попал без дополнительных затруднений. Он воспользовался ключами клиента, затем запер за собой дверь и втащил Ивана Ивановича в его спальную. Затем слегка «помассировал» шею клиента там, где находилась сонная артерия, и выключил его на более продолжительный срок. За это время клиента следовало связать и приготовить к допросу с пристрастием. В качестве пристрастия Сергей Иванович хотел использовать ванну. Он сгонял в сортир, поколдовал над унитазом и через минуту унитаз урчал постоянно сливаемой в него водой. Затем бывший пограничник наполнил ванну, трубку смесителя поместил над раковиной, а воду оставил включённой. Для дополнительного, так сказать, звукового фона. Ещё несколько минут ушло на то, чтобы с помощью жидкого мыла и туалетной бумаги залепить решётку вентиляционного хода.
- Эх, грехи наши тяжкие, - с несколько фальшивым раскаянием в голосе произнёс бывший «наркологический» наёмник и притащил клиента в ванную. Там привёл его в чувство, затем заглянул в глаза, прочёл в них ужас вместе с осознанием ситуации, и участливо спросил:
- Так зачем, Иван Иванович, вы хотели меня убить?
- Я… убить… а-а-а!!! – завопил господин Азовский.
Сергей Иванович минуту слушал непрекращающийся вопль, затем слегка поддал хакеру по диафрагме и повторил вопрос. Иван Иванович отдышался и, вместо того, чтобы нормально ответить, попытался возобновить своё «пение».
- Да что ты будешь делать! – в сердцах воскликнул Сергей Иванович и опустил клиента головой в ванну. Клиент забился в руках бывшего пограничника, но, не прошло и десяти секунд, резко обмяк.
- Не понял! – искренне удивился бывший пограничник и быстро вынул господина Азовского из воды. А тот уже закатывал глаза и испускал последний дух.
- Что за херня!? – слегка всполошился Сергей Иванович и попытался сделать клиенту искусственное дыхание. Однако тот был уже мёртв.
- Зар-раз-за! – высказался бывший пограничник и стал сооружать обстановку смерти клиента от несчастного случая. Для этого Сергей Иванович освободил покойника от связки, снял с него одежду с бельём и повесил их на батарею. Связку, две простыни, бывший пограничник расправил, снова смял и бросил в корзину для грязной одежды. Затем Сергей Иванович треснул господина Азовского затылком о край ванны и оставил его в ней. Ещё пять минут ушло на восстановление в санузле покойного прежнего вида.
«Обыскать, что ли, хазу? – задался мысленным вопросом незваный гость покойного Ивана Ивановича. – Да пошло оно! Я ещё прежние носители не изучил, а тут новых, наверно, больше дюжины. С ними новая возня, то да сё, а время идёт, но ближе я к Андрею или к его банкиру так и не подобрался. И устал, как не знаю кто… Нет, всё! В гостиницу и – шабаш на ближайшие двенадцать часов…»

В гостиницу Сергей Иванович вернулся без проблем. Единственно, заскочил по пути в компьютерный магазинчик, где отварился двумя специальными контейнерами и двумя (на всякий случай) переходными проводами. Прибыв на место, бывший пограничник разделся, принял душ и, не ужиная, завалился спать. И проспал девять часов кряду. Проснувшись, он снова принял душ и заказал в номер завтрак. И, пока завтрак готовили, Сергей Иванович принялся изучать носители, освобождённые от парольной защиты покойным господином Азовским. Вот для этого, для подсоединения трофейных дисков с ноутбуков и одного компьютера, ему и были нужны контейнеры с переходными проводами. Первым делом бывший пограничник бегло просмотрел флэшки, DVD и серверный диск. Там, как он и ожидал, не оказалось ничего стоящего. Или полная техническая белиберда, не доступная его пониманию. Зато на дисках с ноутбуков Салькова и Грузовицкого нашлось именно то, что ему требовалось. А именно: вся информация, касающаяся Андрея Хромова и его банкира. Или вся та, что нашлась.
«Как-то легко у меня это получается», - закралось первое сомнение в голову бывшего пограничника, когда он без труда обнаружил на дисках ноутбуков господина Грузовицкого и Константина Салькова папку с файлами, где имелись: а) у господина Грузовицкого папка под названием «Справка»; б) у Константина Салькова папка под названием «Гид». Сергей Иванович открыл эти паки и нашёл в каждой по файлу, где хранились пароли и логины вышеупомянутых товарищей для входа в их почты и разные сообщества в социальных сетях. Социальные сети бывший пограничник оставил на потом, а пока решил проверить почты. Они оказались почти пустыми, лишь три полученных письма у господина Грузовицкого и пять у Константина Салькова. Ещё там были несколько отправленных сообщений и непременный спам. Всего в четырёх письмах, отправленных и полученных, имелись намёки на связь содержания этих писем с Андреем Хромовым и банкиром. Так, в них фигурировали слова «Психолог», «лох номер 17» и «Петя Ростов».

Глава 24

- Петя Ростов, - пробормотал Сергей Иванович, машинально пережёвывая несъедобный завтрак, состоящий из соевой колбасы, пальмового творога, безвкусного хлеба и кофе, пахнущего жжёной ароматической пробкой. – Это какой такой Петя Ростов? Ах, ну да, тот самый…
Бывший пограничник выделил текст письма, открыл контекстное меню и выполнил команду «Сохранить как». В ответ на его команду открылась папка, куда последний раз сохранялось похожее содержимое. Сергей Иванович запомнил директорию и быстро нашёл эту папку под названием «АИ».
- Архив из интернета, - предположил бывший пограничник и с удовольствием обнаружил в открытой папке солидный набор файлов с характерными значками принадлежности к интернет-контенту. Эта пака присутствовала на диске с ноутбука господина Грузовицкого. Сергей Иванович открыл почту Константина Салькова и также выполнил операцию сохранения. И также обнаружил паку под названием «ПА».
- Почтовый архив, - снова предположил бывший пограничник, но прежнего удовольствия почему-то не ощутил. И продолжил заниматься селекцией полезной информации. Он бегло просмотрел оба архива, обнаружил повторяющиеся позывные типа «Психолог», «лох номер 17» и «Петя Ростов».
- От слова «ростовщик», что ли? – спросил себя Сергей Иванович. Ничего другого на ум не приходило. Поскольку в изучаемой им переписке этот Петя Ростов не имел никакого отношения ни к русским гусарам начала 19 века, ни к Василию Денисову, ни к самому Льву Николаевичу. Зато с завидным постоянством пересекался и с психологом, и с лохом номер 17.
Для удобства изысканий бывший пограничник открыл на своём лэптопе “Excel” и стал заполнять ячейки на странице программы всеми теми словами и выражениями, которые повторялись в почтовых архивах покойных господ Салькова и Грузовицкого. Так, помимо уже известных погонял, имелись географические позывные типа Миккели, ст. Субботино и Красный Лог. Потом, когда Сергей Иванович занялся почтовыми архивами вплотную, его заинтересовало одно письмишко, где упоминалось о Миккели как о финской фирме, поставляющей мебель на заказ для платёжеспособных россиян. Проштудировав ещё две дюжины посланий в обе стороны от обоих покойников, бывший пограничник наткнулся на следующее интересное послание: «Текущем месяце Миккели не сможет заменить старую фурнитуру на новую задержка платежа». Далее Сергей Иванович обнаружил такое письмо: «Срочно погашение долгов т ч Психолог и возобновить замену старой фурнитуры на новую по установленному графику».
Ещё час кропотливого вычленения полезной информации из всей остальной принёс Сергею Ивановичу некую выборку, где присутствовали в «голом» виде отношения между Психологом и Петей Ростовым. Также в данной выборке присутствовала предположительная география обитания вышеупомянутого Пети Ростова. Который менял финскую мебель по спецзаказу каждый божий месяц. При этом смене мебели всякий раз предшествовали операции по сбору долгов с остальных, помимо лоха номер 17, «кооператоров» Пети Ростова.
Ну, да. В переписке постоянно упоминалось и это, довольно издевательское, если учитывать истинный смысл взаимоотношений частных банкиров с их должниками, погоняло. Сергей Иванович потянулся, затем скривился от неожиданного ощущения в недрах своего здорового организма и пробормотал:
- Это, если я не ошибаюсь, изжога… Чёрт бы побрал тех наших отцов-командиров, которые отвечают за продовольственную безопасность страны. Однако…
Бывший пограничник «потыкал» курсором в свои записи:
- …Получается так, словно всё это собрано для того, чтобы грамотно наколоть меня на некоего Петю Ростова, имеющего отношение и к финской фирме Миккели, и к некоей станции Субботно, что находится возле какого-то Красного Лога. Хотя, для того, чтобы наколоться, мне пришлось изрядно таки повозиться. А не слишком ли я подозрителен?
Дело в том, что его подозрения насчёт искусственно скомпилированной наколки усилились после того, как он, изучив содержание нескольких писем, якобы вычислил настоящее местоположение брата. А именно: всё в том же районе, обозначенном следующими географическими ориентирами типа станция Субботино и Красный Лог.
- Где эта станция Субботино и где этот Красный Лог?
Сергей Иванович открыл карту Ленинградской области, понапрягал поисковую систему и ни черта похожего на этой карте не обнаружил. Затем бывший пограничник открыл карту Московской области. И нашёл станцию Субботино (35)  на Московско-Белорусском железнодорожном направлении. Рядом со станцией имелись одноимённое село Субботино и некий «фбп» Красный Лог. Сергей Иванович порыскал по интернету в теме дачных кооперативов и уже без всякого удивления обнаружил кооператив под названием «Красный Лог».
- Очень интересно, - пробурчал бывший пограничник и позвонил администратору.
- Сеньор Гуэльо? – приятным голосом уточнила дежурная девушка.
- Да, - сказал Сергей Иванович. - У вас есть кооперация с магазинами одежды и пунктами проката автомобилей?
- Есть, - радостно сообщила девушка, - и я лично могу выступить в качестве комиссионера.
- Прекрасно. Пришлите мне человека из магазина одежды и агента из пункта по прокату автомобилей. Вы меня хорошо понимали?
- Вы прекрасно говорите по-русски! – жизнерадостно ответила девушка. – Вас не затруднит заплатить мне двести долларов за две комиссии?
- Не, кх! – слегка поперхнулся бывший пограничник. – Не затруднит. Только, пожалуйста, мне надо быстро.

К станции Субботино Сергей Иванович подъезжал на чёрном с серебром «форде». Дальше ему предстояло оставить муниципальную трассу, повернуть влево и катиться к деревне Субботино по довольно хреновой шоссейке с сильно разбитым асфальтовым покрытием. Деревня выглядела как свадебный торт из французского ресторана, где (в торте) успел побывать пьяный посаженый отец мордой вниз. В общем, нормальная современная российская деревня в Московской области: высотные загородные дворцы вперемешку с кособокими сельскими раритетами эпохи среднего застоя. Далее надо было ехать полем, потом начинались руины какого-то «фзп»: несколько запустелых двухэтажных жилых домов и нечто с высокой кирпичной трубой. Данное нечто, скорее всего, и являлось официальной предпосылкой для появления вышеупомянутой аббревиатуры, каковая аббревиатура переводилась просто – фабрично-заводской посёлок. За руинами начинался подлесок и капитальная ограда из монументальных железобетонных плит. Тут шоссейка упиралась в не менее фундаментальные ворота. Здесь начинались владения дачного кооператива.
Отправляясь на дело, Сергей Иванович надел новый с иголочки костюм-тройку тёмно-серого цвета, сверху накинулся пальто из чёрного вельвета и деловой шляпой в тон пальто. На лице красовались непременные хамелеоны. В таком виде бывший пограничник вкатывался в офис дачного кооператива «Красный лог».
- Здравствуйте, чем мы можем вам помочь? – накинулся на Сергея Ивановича молодой человек с хорошо выбритой физиономией и щетинистой причёской.
- Я бы хотел покупать в ваш кооператив участок или сразу целый дом, - сообщил бывший пограничник. – Мне думать нет проблем покупать что я хочу для гражданин Испании?
- Никаких! – клятвенно прижал обе руки к груди молодой человек. – Антонина Григорьевна!
- А? Что? Ты чё орёшь… Ой, простите!
Из большого кабинета, перед которым помещался деловой стол молодого человека, выкатилась претенциозная дама в сверхмодном деловом костюме и аналогичной причёске. В других кабинетах, сообщающихся с приёмной и находящихся на поместительном первом этаже очень приличного двухэтажного строения с цоколем для гаража и модерновой мансардой, замолкли голоса, а из одного выполз какой-то замшелый мужик с бандитской рожей. Он воровато потирал свои не натруженные руки и блудливо рыскал своими бесстыжими глазами по сторонам. Судя по испепеляющему взгляду, брошенному на него дамой в деловом костюме, он и дама были не то очень близкими деловыми партнёрами, не то обычными супругами. Каковая супруга снова заподозрила своего благоверного в том, что он снова щупает подчинённый персонал женского пола в рабочее время.
- Исидор Гуэльо, имею честь представиться! – лучезарно улыбнулся фальшивый испанец. – Нашёл адрес вашего агентства в Интернете. Я правильно понял: вы продаёте дома и участки на территории вашего предприятия?
- Вы правильно поняли, - веско возразила дама. – Антонина Григорьевна Полосухина, генеральный директор нашего кооператива. Кооператив, понимаете? Пойдёмте в мой кабинет.
Она снова злобно зыркнула на замшелого, и тот специальной походкой блатного бизнесмена посеменил следом за фальшивым испанцем и гендиректором.
- Егор Анатольевич Полосухин, - представился на ходу бизнесмен, - финансовый директор дачного земельного кооператива «Красный лог».
- Очень приятно, - осклабился Сергей Иванович, и скоро троица сидела за столом.

Минут двадцать бывший пограничник изучал карту территории кооператива, всего сто сорок гектаров реликтового массива на пологом склоне, «омываемом» двумя речушками, которые впадали в Москва реку. Как таких два разнополых упыря в виде мадам Полосухиной и её супруга смогли получить право на реализацию земельных участков на столь аппетитном (и по фактуре, и по размерам) участке, оставалось только догадываться. Только Сергей Иванович не стал париться над изучением проблемы, его не касающейся, но решил брать быка за рога, чем быстрей – тем лучше.
- Вы знаете, я хочу жить с хорошими соседями, поэтому мне нужно знать список тех, кто уже живёт в ваш кооператив. Ещё я хотел бы удовлетворить свой гордость тем, что рядом со мной будут поселиться известные персоны российский культура, наука, бизнес и политика.
- Так можно и совсем без соседей, - скривив рожу в подобие улыбки, возразил господин Полосухин, - и не надо изучать никакой список.
- Но потом соседи будут? – повысил голос фальшивый испанец. – Поэтому я хочу список.
- А можно посмотреть ваши документы? – подала голос мадам Полосухина.
- Извольте, - снова осклабился бывший пограничник.
- Хм… Дай ему список… - разродилась, изучив паспорт, гендиректор.

Заглянув в список, Сергей Иванович не поверил своим глазам: третьим в списке значился некто Ростовченко Пётр Гаврилович. Бывший пограничник сверил список с картой и определил, что данный господин Ростовченко занимает строение номер 14 на границе склона с южной стороны и два гектара леса. Рядом со строением номер 14 располагались сплошь пустые участки.
- Ростовченко… - пробормотал как бы в раздумье фальшивый испанец. – Он случайно не банкир? Я знал одного с такой фамилией, он снимал виллу рядом с моим бунгало возле Барселоны. Мы с ним коротко познакомиться, и я знаю, что он хотел заказывать в Жероне (36)  антикварную мебель.
- Чёрт его знает, какой он банкир, - нечаянно раскололся замшелый, - однако с мебелью он нас достал реально. Туда-сюда, блин, гоняет фуры с…
- Вы подобрали себе участок или дом? – прервала супруга гендиректор.
- Вы будете удивляться, но – да! – огорошил тёплую парочку бывший пограничник. Насчёт удивляться он заметил как цивилизованный иностранец, не привыкший, чтобы его так круто брали за хобот, покупаешь ли ты гнилой сладкий перец на Баумановском рынке, или траченную молью шубу в одном из московских меховых салонов. Впрочем, Антонина Григорьевна была и удивлена, и обрадована чрезмерно.






 (34) Автор имеет в виду печальный конец поэта
«Служить бы рад, прислуживаться тошно», так, кажется, говорил Чацкий в одном из своих монологов





 (35) Название, разумеется, вымышленное





 (36) Город на побережье Средиземного моря в Испании


Рецензии