Падай, я тебя убил

« - Можно ли простить врага?
- Бог простит! Наша задача организовать их встречу…»
Аль Капоне

В ту зиму выпало много снега и мы, ребятишки, находились больше на улице, чем дома. Наш двор находится среди четырёх пятиэтажных домов. Мне тогда было 12 лет, моему другу Отто столько же. Мы были влюблены оба в девочку из моего подъезда, но друг другу об этом вида не подавали, не то что вдруг доверить наши чувства. Её звали Герда, она жила на пятом этаже, я на третьем. Я почему-то был уверен, что нравлюсь я ей тоже, именно я, а не Отто.

Мы построили из снега две стены, как две крепости и бросали снежки друг в друга, прячась за снежными ограждениями. Я краем глаза наблюдал, что в наш подъезд вошла подруга Герды. Значит, они тоже выйдут на улицу и наверняка я сейчас увижу Герду, возможно, они остановятся и будут смотреть на нашу битву. Интересно, за кого из нас будет болеть Герда? На чьей она стороне, неужели за Отто?

Они действительно вышли и подошли к нам. Герда обратилась ко мне:
- Феликс, а нас не возьмёте играть в снежки?
- Можно, тогда вы будете белыми, вот за этой стеной, а мы чёрные, ладно?

И мы стали готовиться к бою - лепить и складывать снежки - девчонки за свою стену, мы - за свою. Наконец, началось. Условия были такие – убитым считался только тот, кому снежок попадал в лицо.

Я попал Герде в лицо и крикнул:
- Падай, я тебя убил!
Но она не падала, а ответила:
- Не могу, здесь собачье дерьмо!
Отто крикнул:
- Тогда ты ранена, отбеги к тому дереву и упади!
Герда отбежала к дереву и стоит.
- Ну, чего не падаешь? Я же тебя убил?!
- Не могу, тут тоже грязно!
Сверху, из открытого окна, прозвучал голос мамы Герды:
- Герда, домой.

Уже начало темнеть, нам всем нужно было идти, делать домашнее задание, учить уроки. Герда вошла в наш подъезд, её подружка ушла со двора, мы же с Отто решили поиграть ещё - пока нас не позовут.

После того, как Герда вошла в подъезд, буквально через минуту, оттуда выскочил семнадцатилетний парень, живший на первом этаже. Он был весь в крови, держал нож и, расставив руки, стал бегать по двору и кричать:
- Я орёл, я орёл, у меня острые клюв и когти, я хищник!!!

Вот уже десять лет, как нет Герды... С её смертью мы с Отто вдруг как-то сразу повзрослели, изменились, стали серьёзными, и стали смотреть на всё другими глазами. Мы стали больше времени проводить в уединении и стали лучше учиться. Обоих перевели из школы в гимназию. Уже не стесняясь друг друга, мы признались, что были оба влюблены в Герду. После, в университете, заметили, что нам обоим нравятся девушки, похожие на Герду.

 А теперь об убийце Герды. Он был единственный ребёнок, родившийся у родителей, которым перевалило за сорок. До этого у них не было детей, они смирились с этим, но вдруг родился сын Майк… Есть такое выражение: «если где-то прибыло, значит где-то убыло». Так и в этом случае. Майк был не по возрасту крупный, но в десять лет его развитие остановилось и к этому времени никто из детей с ним уже не играл. Майк жил в своём мире – мире Майка.

Он был огромен, упитан, высок и его тогда уже воспринимали как взрослого мужчину, но ни как подростка. Странности у него были особо опасны и начались в раннем детстве. Контролировать его маленьким могли только его родители, но это у них получалось не всегда. Хотя «за спиной» все звали его «овощем» и обходили стороной.  Cам себя он считал орлом и ножи, острые предметы – отвёртки, шильца, украденные у отца, считал за когти и клюв.

«Орёл» вылетал на охоту, его добычей были птицы, кошки, собаки. Он их резал, порой на глазах владельцев, но их жалобы ему оставались безответными - Майкла никуда не помещали лечиться, не изолировали от общества, как опасного, боясь ущемить свободу подростка и усугубить его психическую травму.

Были у него и другие странности - он выкручивал на первом этаже лампочки, прятался на лестнице, идущей в подвал и пугал входящих и выходящих людей. Несколько раз ему доставалось от мужей перепуганных женщин, но это не остановило Майка, и он продолжал быть «орлом». Пока не убил Герду…

Суд отправил его на принудительное лечение в «овощехранилище». Родители Майка, до того тихие и необщительные люди, после случившегося вообще старались никому не попадаться на глаза, замкнулись и жили своей жизнью. Их почти не было видно, они были одиноки в своём уединении.

Через десять лет какой-то психиатр решил, что Майк вылечился, стал не опасен, и его выпустили из закрытой лечебницы. В подъезде ещё жили те люди, которые были свидетелями трагедии. Там же жили родители убитой девочки и только мы, ребятишки, повзрослели, а остальные состарились на десять лет, но их дети, рождённые тогда, стали по возрасту ровесниками Герды.

Беспокойство и страх охватил всех - животный страх, от которого уже успели отвыкнуть и решили, что ужас под именем Майк больше их не посетит. Он появился - похудевший и ссутулившийся, но по-прежнему безумный и не вылечившийся. Жильцы стали опасаться появляться поодиночке, выходили и заходили в подъезд по двое-трое, часто в их руках были биты, ножи, дубинки – в общем, всё, что кто мог достать из оружия. Во все двери люди врезали «глазки». Но жильцы всё равно боялись Майка - сидели дома, не выходили и не открывали двери без большой необходимости.

Мы все неоднократно обращались в полицию и другие инстанции, убеждая их, что жить стало опасно, мы боимся соседа – убийцу. Однако результатов это никаких не приносило. Нам отвечали – он не опасен. Чиновники опять боялись ущемить свободу Майка.

Как-то меня остановила, по-видимому, специально подкараулив, мать Майка и сказала:
- Феликс, ты ведь журналист, неужели не можешь всем нам помочь? Написал бы статью обо всём. Это же «русская рулетка» - ждать происшествие с Майком. Мы, его родители, сами его боимся. Пропал нож столовый, опять откручивает лампочки на нашем этаже, как тогда, начал пугать входящих и выходящих из подъезда людей. Мы были категорически против того, чтоб его выпустили из клиники. Помоги, Феликс!

- Фрау Циммер - ответил я. - Мы все уже обращались во все инстанции, но безрезультатно. Похоже, опять придётся ждать до большой крови. Я только что закончил университет, ищу работу, хочу сразу переехать от родителей в другую квартиру и жить самостоятельно, но как? Я боюсь бросить их здесь на произвол судьбы и случая.

Ждать крови пришлось недолго. В субботу в обеденное время в подъезде раздался душераздирающий крик кошки и тут же крик ликования Майка. Мы все выскочили в подъезд. На нашей площадке третьего этажа в луже крови валялась кошка, которая перед этим незаметно вышла из какой-то квартиры, когда хозяева впускали гостей. Сейчас она была мертва, окровавленный Майк бегал по этажам с ножом в расставленных руках и кричал: «Я орёл! Я хищник!»

Терпение закончилось... На следующий день, в воскресенье, мы с Отто подстерегли Майка, стоящего с ножом на лестнице в подвал. Он опять собирался пугать входящих в подъезд. Лампочка была выкручена. Мы с Отто расставили руки и сказали Майку:
- Привет. Мы тут в орлов превратились, не хватает главного орла, чтобы научил нас летать по-настоящему. Ты это можешь! Будь нашим главным орлом?!
Майк тут же согласился и показал на место рядом с собой.
Майк, нужно не пугать, а летать по-настоящему. Пошли на пятый этаж, оттуда можно хорошо взлететь и парить над городом по-настоящему.
Мы поднялись на пятый этаж и попросили его открыть окно на лестничной клетке. Он это сделал.
- Теперь покажи нам, как летать! Ты же умеешь?! Ты орёл!!! Главный орёл, большой, сильный, настоящий!!!
Он встал на подоконник и, вдруг обернувшись, обратился к нам:
- Так я же могу разбиться...

В его лице я увидел сомнение, страх. По-видимому, у этого «овоща» в голове что-то ещё может думать. Я, увидев его сомнения и почувствовав, что он может передумать, тут же подскочил к нему и что есть силы его толкнул:
Падай, я тебя убил...

Когда приехала полиция, скорая помощь и потом труповозка, мы, соседи, уже все стояли рядом и молчали, каждый думая с облегчением: «Всё...»
К нам подошёл и встал между нами отец Герды. Мужчина тихо сказал:
- Спасибо, ребята...
Мы переглянулись - откуда он смог узнать? Ну да, он же живёт на пятом...

Полиция объявила причину смерти Майка - самоубийство. Соседи не без радости стали говорить о нём: «Отлетался орёл».
Через неделю после происшествия мы с Отто посетили могилу Герды, поставили цветы в вазу и сказали:
- Герда, он упал, мы его убили...

2016


Рецензии
Идиотская политика либералов, когда судьбы и свободы преступников, извращенцев и прочих не совсем нормальных типов важнее судеб законопослушного большинства.

Геннадий Ищенко   23.03.2020 22:20     Заявить о нарушении
К сожалению, так оно...

Скворцова Татьяна   24.03.2020 19:54   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.