Ум раскорячился

     Было это, наверное, в 1926-27 году в марте месяце.
Обычно каждый год в эту пору папа набивал снегом большой погреб, который был в большом сарае. Мы с Мишей всегда «помогали» ему, утаптывали поплотнее снег, набитый доверху. Затем папа поверх снега плотно настилал толстый слой соломы, плотно закрывал погреб двойной крышкой. Снег в погребе хранился все лето, и в жаркую пору можно было спуститься в погреб и нацедить из бочонка холодного квасу. Там же хранились и продукты.

     Но в этом году папа сам эту работу сделать не мог, т.к. ему сделали операцию в Самаре. У него на паровозе лопнуло водомерное стекло и повредило глаз. После операции запретили работать.

     В тот год в городе появилось много крестьян, ищущих какую-нибудь работу. Одного из них вместе с сыном-подростком папа пригласил набить погреб. Они вдвоем старательно с утра начали эту работу и к обеду закончили ее. Папа с ними расплатился и пригласил их вместе с нами пообедать.

     Во время обеда папа стал расспрашивать крестьянина о его житье-бытье, и вот, что он рассказал:
«Жить в деревне стало трудно. Зажиточных раскулачивают. Середняков стали загонять в колхоз. Нужно сдать в колхоз две мои лошади, двух коров, сдать весь сельхозинвентарь, сдать для посева зерно, сдать семенной картофель. Мне и жене надо работать в объединенном колхозе, будем получать продукты на трудодни. А дома помимо этого подростка еще четверо малолетних детей и старуха мать, которая с ними не справляется. А чем кормить их? Детей и старуху? А кто будет ухаживать за поросенком, курами, огородом? Если не вступить в колхоз, то могут и меня раскулачить, отобрать все и сослать в Сибирь. Как лучше поступить? Вот у меня ум и раскорячился».

     Как всегда за столом мы с Мишей перешептывались, толкали друг друга под столом ногами и не прислушивались к разговору взрослых.
Но когда мы услышали, что у мужика ум раскорячился, да еще представили, как это может его ум раскорячиться, мы прыснули от смеха.

     Папа рассердился и прогнал нас из-за стола, поставил в угол.
Мне тогда было 8 или 9 лет, а Мише 10 или 11.
Как много лет прошло с той весны, а помнится все до мелочей.