Ветка сирени на мокром асфальте повесть Гл. 7

   Продолжение следует.
   
         Глава седьмая               

                7.

 В «обезьяннике» было душно.  Воняло «коктейлем» — смесью винного перегара, табака и запахом давно немытых тел. Рядом с Анной сидела пожилая бомжиха  с добротным  синяком под глазом. От нее исходил вонючий запах мочи.  Анна встала и подошла к решетке.  Напротив нее, с той стороны ограждения, стоял молоденький сержант и прикуривал папиросу.
     —  Слушай,  дружбан, — попросила Анна, — сделай доброе дело,  угости девушку табачком.
     Милиционер сочувственно кивнул, и сквозь решетку просунул Анне прикуренную «беломорину».
    А через два часа Анна сидела в кабинете дознавателя и давала первые показания.   «Главное,  сейчас не сломаться, — подбадривала она себя.  — У следаков  на меня почти ничего нет. До погреба  дойти им не хватило мозгов, а от семисот баксов надо постараться отбояриться».
     Дознаватель, молодой парень в металлических очках «каплях» с затемненными стеклами,  писал уже третий лист протокола. На его вопрос, откуда в комоде оказалась валюта, Анна ответила, что, очевидно, туда ее положил ее любовник.  Мол, Анна сама, когда ее обнаружила, была не в себе. Девушка пересчитала купюры,  хотела было отнести деньги в милицию, но ее остановил страх перед наказанием.
     — Хочешь, я постараюсь тебя отмазать? — парень смотрел на свою подопечную с неподдельным интересом. — Я рву протокол и пишу другой. Какой, пусть тебя это не волнует, ты только прочтешь и подпишешься. Думаю, дня через три ты пойдешь домой под подписку о невыезде, а суд, если он  и состоится, даст тебе условную меру наказания. Только у меня к тебе одна просьба, —  и он стал расстегивать ширинку…
     — Ты уже давно не маленькая и сама понимаешь, что от тебя требуется. Если мне это  понравится, то свободу я тебе гарантирую.
     С опущенными  штанами дознаватель подошел к онемевшей Анне,  и попытался было нагнуть ее голову.    Девушка изловчилась и изо всех сил ударила  незадачливого любителя острых ощущений сапогом ниже паха. Парень взвыл от боли,   схватился было  за кнопку звонка,  но передумал и проковылял в  свое кресло. Он вытащил из портсигара сигарету, чиркнул спичкой и выпустил в потолок густую струю дыма.  Посидел, подумал,  затем встал, подошел к сидящей на стуле Анне и с размаху снизу вверх саданул кулаком ей по зубам.  У девушки хрустнула челюсть,  сквозь солоноватую кровь она языком  нащупала во рту несколько зубных осколков. Анна поднесла к губам носовой платок и выплюнула туда кашицеобразную кровяную жидкость вместе с  зубным крошевом.
     — Больше я тебе, тварь, ничего не скажу, — прошепелявила она. — А   такие дела, что ты предложил,   я могу делать только по любви. Понял, гнида? Отправляй меня в камеру!

   


Рецензии