1985

Сароян


Сароян – хозяин небольшого магазинчика у перекрестка, мимо которого каждый день проезжают на электромобилях многочисленные туристы: одни – вглубь острова, к забронированным отелям и виллам, другие – к пристани, чтобы покинуть остров, возможно, навсегда. Встаёт Сароян рано; не без усилия открывает ржавый замок и, пока голоса туристов сонным ручейком стекают в переулки, наводит в своей лавке порядок. Сегодня они снова будут проходить мимо: судорожные, звонкие, как бы одурманенные своей радостью. Вихрастые сгустки энергии, бросающиеся от одного супермаркета к другому, от бара к бару, от пляжа к пляжу. Все эти компании, похоже, верят, что финальный экстаз, высшая точка радости от поездки, находится за очередным поворотом, поскольку ничего кроме смутного предчувствия и приглушённой жажды, им до сих пор испытать не довелось. Они будут смеяться и выпивать, знакомиться, заниматься сексом, курить и разводить костёр с наступлением сумерек. Они будут оглушать, ослеплять, изнурять себя, и всё же не прекратят то и дело выныривать на поверхность своей эйфории, чтобы снова попытаться уловить присутствие окончательного счастья.

Время ощиплет тоненький календарь их отпуска, как тщедушного курёнка, и бросит однажды утром насмешливый свет зари им в глаза, как бы говоря: «Ну что, нашли?.. Нет?.. В таком случае, прощайте». Это будет последний их день на острове. Непримиримые строптивцы предпримут ещё одну попытку отыскать неуловимое нечто, – трепещущее сердце завершающей радости, – а усталые и не столь настойчивые впадут в меланхолию; они проведут этот день тихо и, несмотря на большую компанию, одиноко. К вечеру заказные электромобили начнут стекаться к отелям, чтобы забрать отпускников и доставить их на причал. Все они поедут через перекрёсток Сарояна. Сидя на ящике из-под фруктов, с тлеющей самокруткой в руке, он будет глядеть, как машины останавливаются на светофоре прямо перед ним, а потом едут дальше, по направлению «от» ненайденного счастья. Осунувшиеся лица туристов, замершие на миг, словно для семейного снимка… Все они, в его представлении, испытывают жажду, которая не может быть утолена, все мчатся навстречу оазису, доводят себя до изнеможения и не умеют остановиться: никогда, никогда, никогда.

Наконец, он бросит самокрутку в небольшую алюминиевую урну и вздохнёт: «Пора сворачиваться». Заперев лавку изнутри, положив в сейф выручку и потушив свет, он пойдет в сторону чёрного хода, однако, не сделав и нескольких шагов, заметит в подсобном помещении постороннего. Молодой парень будет лежать на мешках с рисом в одной пижаме – испуганный и недоумевающий. Сароян улыбнётся.



Андрей


Андрей работает заправщиком кофейных аппаратов и каждый день обходит в большом своём и обычно пасмурном городе до двадцати предприятий, торговых домов и бизнес-центров. Сам он не выносит запаха кофе, предпочитает зелёный чай, изысканной наукой заваривания которого овладел, как сам считает, достаточно сносно, чтобы чаепития его не выглядели святотатством. Живёт Андрей однообразно и одиноко: в крохотной квартирке, в тихом спальном районе, где так же тихо бредит по вечерам другой жизнью: яркой и звенящей. Жизнью, которая наполнена до краёв неожиданными и драматичными встречами, познанием и чувством единения с огромным и открытым для объятий миром. Перед сном он проводит до получаса в интернете, читая бесконечные статьи о далёких островах и странах, сонно примеряет к себе то или иное описание, как бы вместо пижамы, после чего ложится спать с глухим и чуть тревожным предчувствием скорых перемен. Однажды он находит остров себе впору, начинает копить деньги и, протиснувшись как-то во сне между враждебными рядами кофейных аппаратов, просыпается в окружении двух чемоданов.

На острове, что выбрал Андрей, есть всё, о чём он грезил в своём далеком и холодном городе: незнакомые люди, иностранная речь, смех и диковинные пейзажи, куда ни посмотри. Всякий раз, вступая с кем-то в знакомство, он ощущает, как наползает на будничное его представление о новых людях щекочущее чувство причастности ко всей своей жизни: уже отжитой и той, что только предстоит прожить. Будто непостижимое касается его в такие мгновения и соединяет замысел этого знакомства со всеми другими замыслами мира в удивительную и гармоничную картину. От этого Андрею становится грустно и радостно одновременно. Усталый он возвращается ночами в свой номер, и в осторожном его шаге угадывается боязнь потерять по дороге сияющие, не окрепшие еще, жемчужинки полученных впечатлений.

Наутро он завтракает в кафе. В такие минуты Андрей старается чутко вслушиваться во всё происходящее вокруг, старается не дать чему-то деспотическому подхватить себя и понести, словно безмозглую рыбёшку, по течению. Он не думает о том, что будет после кафе, и отдаётся всем существом знакомому шуму кофейного аппарата за спиной, иностранной речи, едва уловимому звуку хрустящего песка под чьей-то обувью совсем рядом. Он мысленно связывает все эти переживания со своей далёкой комнаткой и чувствует иногда легкое головокруженье, будто при желании может сейчас же шагнуть с закрытыми глазами прямо к себе в дом, а потом вернуться обратно в кафе. В этом бережном созерцании проходят отведённые четырнадцать дней отпуска.

Однажды вечером к отелю Андрея подъезжает электромобиль. Собрав чемоданы, он выходит наружу и садится в небольшую кабину с открытыми окнами, чтобы поехать на причал, переплыть на соседний остров, сесть в самолёт, долететь до столицы и оттуда отправиться к себе: в далёкий и пасмурный город. Электромобиль плавно трогается с места, начинает лавировать в потоке других машин, а Андрей смотрит на скользящие мимо картины. Туристы снуют по узеньким тротуарам, зачастую небольшими компаниями. У одних в руках выпивка, другие одеты в местную одежду, иностранная речь причудливо перемешивается со смехом и возгласами. В  небе, словно нависающая над актёрами декорация цвета сухой штукатурки,  висит луна. Она останется там же, далёкая и безмятежная, когда каждый из гостей этого острова растворится в собственном шуме. Андрей смотрит в небо и будто переживает одновременно рожденье своё, шелест первой мысли, поступки свои и забвенье. Ему кажется, что он всегда ехал в электромобиле на причал.

На перекрестке машина останавливается. Андрей смотрит по сторонам и видит вдруг пожилого человека у небольшой лавочки. Он сидит на ящиках из-под фруктов и курит самокрутку. Взгляд у него блуждающий; кажется, ему вовсе нет дела до царящей кругом суеты. Андрей смотрит на светофор, потом на пожилого мужчину и говорит себе: «Этот человек прекрасен. Он был здесь вчера, год назад и раньше. Он видел бесконечные судороги веселья и каждый вечер курил самокрутку, глядя на то, как мы покидаем остров. Когда он берет в руки манго, кладёт в бумажный пакет и передаёт иностранцу, всё становится на свои места. Он – обитатель миража, который больше не удивляется урагану красок, не цепенеет от изысканных запахов. Он – утолённая жажда, исчезающий оазис, спокойная луна. Этот человек просто живёт… Я должен запомнить его. Нужно сделать оттиск этой картины в памяти».

Свет падает на него сверху, высвечивая на границе с темнотой клубы табачного дыма. На холодильнике у выхода на улицу лежит белая кошка. Вентилятор с вмятиной на корпусе сбивчиво вращает лопастями в глубине магазина, ерошит ценники на полках. Над кассой висит фотография. На ней два человека: один из них, должно быть, – лавочник в молодости. Рядом – пожилой мужчина с огромным крабом в руках. Остров за их спиной пустынен. 1985 год.

«Я должен собрать внутри себя копию увиденного, чтобы возвращаться сюда снова и снова… Завтра утром он по обыкновению откроет лавку и будет торговать. Послезавтра всё повторится, а потом ещё раз и ещё. Я не вернусь сюда в обычном понимании слова, но, кажется, есть что-то большее. Невидимая другими трещина в вещественном, позади которой время перестаёт быть линейным. Я воссоздам её в своём воображении, чтобы в любой момент иметь возможность выскользнуть через трещину на другую сторону, а потом попасть обратно в лавку. Именно эту – действительную, подлинную. Из реплики в оригинал…

До свидания, торговец! Если у меня всё получится, мы с тобой еще увидимся в будущем.

Вернее… в настоящем».






_____________

* В публикации использована работа Quint`a Buchholz`a


Рецензии
Когда-нибудь мы все снимем свои скафандры...

Александр Виссарионов   05.07.2021 07:08     Заявить о нарушении
На это произведение написано 27 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.