Легенда о падающей Бальтире. Часть IХ. Гл. 5

Глава 5 (Вместо эпилога)

Главное здание Института микроструктур и космических исследований, ИМиКИ, располагалось на обширной территории тропического парка. С архитектурной точки зрения это было оригинальное сооружение, состоявшее из двух вставленных один в другой прозрачных цилиндров с частично открытой крышей над внутренним цилиндром. Во время дождя это «окно в небо» затягивала невидимая снизу пелена, но чаще оно оставалось незащищенным. Одновременно в здании  ИМиКИ с межэтажными перекрытиями между  внешним и внутренним цилиндрами могло находиться около трех тысяч человек. В обычные дни в институте работал относительно небольшой коллектив учёных, инженеров, конструкторов, техников, занимавшийся единственной темой — «Возвращение». Название говорило о многом. Особенно тем, кто стоял у истоков захватывающего эксперимента.

 По мнению большинства учёных мир природы доступнее объяснить естественным отбором, а Бог — всего лишь выдумка неуверенных в себе людей.
Однако чем больше умные люди познавали Вселенную, тем труднее становилось им объять её фундаментальное единство, скрепленное неким незыблемым правилом, благодаря которому в ней поддерживается удивительный порядок. Наталкиваясь на этот вселенский закон, человеческий разум неизменно отступал, но никогда не сдавался.

Вопрос о сотворении  мира оставался открытым долгие тысячелетия, и вот десять веков назад новаторской группой учёных во главе с тогда ещё  молодыми Лэрдом и Рейндригом была предложена модель искусственной Вселенной, взятая за основу её дальнейшего воплощения.
 Спустя девяносто лет от начала научных разработок учёные-физики перешли от теории к практике, разместив на расстоянии тридцати тысяч километров от родной планеты, Римы, «зародыш» Вселенной, наделенный могучим кибернетическим разумом. Для активации процесса потребовался источник гигантской энергии. Им стала энергосеть планеты, израсходовавшая для запуска системы весь годовой запас.

Получив гигантский импульс, Вселенная стала расти и расширяться, скрывая в своем движении человеческое будущее. Учёные Римы с гордостью доказали, что в состоянии создать собственную Вселенную без участия неуловимого Творца.

Система функционировала успешно. Осталось ограничить её расширение и обеспечить в ней незыблемый порядок. Обе проблемы были сняты. Силовая сфера вокруг Микромира надёжно обозначила его границы, а для поддержания порядка непосредственно в полость искусственной звёздной системы было введено уникальное устройство, состоявшее из трех «Накопителей» и «Пирамиды», распределявшей стабилизирующую энергию между ними и Кубом, тем самым «зародышем», — ответственным за общую стабильность системы.

 На поддержание равновесия внутри Микромира расходовались огромные энергоресурсы, к чему научная элита относилась спокойно и невозмутимо, поскольку общественность Римы воспринимала искусственную Вселенную как невинное развлечение гениальных учёных.

Через пятьсот лет после начала эксперимента в рукотворной Вселенной обнаружилась жизнь, вероятность зарождения которой закладывалась изначально.Однако первопричиной  её возникновения исследователи объявили всё-таки чистый Случай, а не свой разум. Было бы правильно, чтобы на этом многовековый эксперимент и завершился, но учёные приготовились наблюдать весь процесс развития жизни «изнутри», для чего связали Макромир с Микромиром пространственно-временным коридором Плай.

Микровселенная вращалась вокруг Римы как её естественный спутник, превратившись в неотъемлемую часть жизни риминов. Ежемесячные рабочие вахты Посланников и даже экскурсии в Микромир вошли в привлекательную привычку.

Шло время, ничто не предвещало сбоя в программе, пока отцы-основатели не обнаружили зависимость от своего же детища. Зависимость, которая прогрессировала тем заметнее, чем «разумнее» и старше становилась созданная ими Вселенная. Занимаясь, в общем-то, не «своим делом», учёные мужи сделали вывод, что созданный ими мир вышел из разряда абстрактных величин и стал в ряд реальностей, которые рождаются, растут и умирают, становясь драматическим объектом истории.

Не углубляясь в рассмотрение законов энергетики, учёным-физикам пришлось сообщить широкой общественности Римы обескураживающие последствия своего «гениального» увлечения. Созданную ими Вселенную невозможно уничтожить и подпитывать её придется постоянно. В противном случае в замкнутой системе искусственного происхождения восторжествует хаос и в результате после термоядерного взрыва Микромир прекратит свое существование. И не без тяжелых последствий для самих экспериментаторов. Им ничего не оставалось, как смириться со своим детищем, ставшим загадочным и непредсказуемым, пока не будет найдено достойное решение.

Потерпев неудачу в большом, римины проглядели, казалось бы, незначительный нюанс и в малом. Огненные Боги ошиблись в выборе «друзей». Будучи сами долгожителями, Властелины терпеливо ждали подходящего случая, чтобы выпытать тайну бессмертия Посланников.

Их долготерпение было вознаграждено. Посланница Лейдэра ждала ребёнка. Это и был тот самый случай, которым рискнули воспользоваться Властелины. В результате пленницами Микромира стали и она сама, и Чаора. Обе женщины погибли, но их медальоны продолжали сигнализировать, что их маленькие дети живы.

   С момента выхода из строя коридора Плай прошло пять лет. Столько же лет «Большой мир» изыскивал способы их освобождения. Вглядываясь в ночное небо, где наряду с искусственными спутниками различного назначения была и созданная ими Вселенная, научные сотрудники отдела "Возвращение"не подозревали, что в Микромире события могли развиваться совсем не так, как им представлялось. Спустя пять лет дети вернулись. Сами!




Ведущий отдел «Возвращение» занимал шесть этажей двадцатиэтажного здания ИМиКИ и весь объём «внутреннего цилиндра», в котором, как бы «выползая» из стены, стояло массивное платиновое Кольцо очень большого диаметра с золотой завесой посередине. Это была так называемая «дверь» в другую реальность, созданную учёными Римы ровно девятьсот десять лет назад. Через эту дверь по коридору Плай Посланники перемещались в Микромир с месячным интервалом между визитами. От платинового кольца до середины зала тянулся подиум, деливший цилиндрический зал с раздвижной крышей на две равные части: Восток и Запад.

Отдел «Возвращение» работал в две смены с перерывом для сна. Такой график учёные выбрали себе сами, зная, что за их работой с надеждой на успех следила вся планета. Но пока безрезультатно. И вот золотая завеса Кольца без всякой видимой на то причины раскрылась, и пленники вернулись! В высоком зале внутреннего цилиндра зависла напряженная тишина. Сотрудники ИМиКИ будто окаменели.

Первым пришёл в себя Рейндриг, тот самый уже пожилой академик, чьими усилиями и «злым» гением девятьсот десять лет назад была «зачата» Микровселенная. Академик прилетел в южный город Триам провести запланированный два месяца назад семинар, и вдруг такое событие! Перебрав в голове различные цепочки причин и доказательств, Рейндриг выразительным жестом кисти вывел из ступора молодого программиста, и тот, переключившись на деловой режим, перешёл в его полное распоряжение. Вслед за ним пришли в движение и остальные. Передислокация прошла быстро и уверенно, минутная пауза уже не воспринималась как затяжная растерянность. Собравшаяся вокруг пожилого руководителя группа молодых учёных, и он сам, не делая попыток выступить навстречу «возвращенцам», следили за приближающейся парой с заторможенным удивлением. Вопрос «почему?» не возник. Обменявшись с пожилым коллегой единственно возможным предположением, учёные знали, что по подиуму шли застрявшие в Микромире дети, которые вернулись сами, но отнюдь не детьми!

Молодой мужчина вел за руку прелестную юную женщину. В её распущенных по спине темных волосах сверкали светлые кристаллы. Необработанные камни выглядели странно тревожно, как и её одежда, похожая на настоящее царское облачение: длинная золотая юбка, золотой пояс с пряжкой в виде трех сцепленных между собой звезд и полупрозрачная золотая блуза. Драгоценный наряд девушки дополняли золотые браслеты на щиколотках и предплечьях и золотые сандалии. Одежда мужчины сверкала таким же золотым великолепием. Золотая до пола накидка, скрепленная на широких плечах такими же, как у девушки светлыми кристаллами, полупрозрачная золотая рубашка и золотые брюки, широкий золотой ремень которых украшала драгоценная пряжка в виде трех сцепленных между собой звезд. Молодая пара была так величественна, что риминов, встречавших их по эту сторону платинового Кольца, охватило чувство невольного благоговения. Наверное, ещё и по этой причине сотрудники отдела «Возвращение» так и не решились на встречное движение, с любопытством изучая непривычный наряд вернувшихся «детей» и их самих. Приглядевшись, Рейндриг разглядел на обоих медальоны, а на девушке и красное ожерелье. Украшения пропавших в Микромире женщин. Их ещё совсем молодых матерей. О чем он тогда вспомнил, никого не касалось, но благородное лицо академика заметно побледнело.

Переступив через невидимую границу между «тем и этим», великолепная пара уверенным шагом продефилировала по подиуму, спустилась по широким ступеням на мраморный пол и, не замедлив шага, двинулась к группе учёных. Этот «марш-бросок» от платинового Кольца до Рейндрига и его молодых коллег происходил в полной тишине. Никто не издал ни звука, не сделал ни одного мало-мальски заметного движения. В полном молчании величественный мужчина и девушка подошли к Рейндригу почти вплотную. Мужчина поднял руку с раскрытой ладонью и на чистейшем языке риминов спокойно отрекомендовался:

— Мое имя Крэйндар. Мы вернулись. — фиолетовые глаза мужчины едва заметно вспыхнули. — Хотя не такими, какими вы нас ожидали увидеть.

Изучающий взгляд Крэйндара привел Рейндрига в крайнее смущение. По его представлениям потерявшимся в Микромире детям было около четырех-пяти лет, а вернувшаяся парочка выглядела далеко не детьми младшего возраста. Правда, по выражению его лица нельзя было догадаться, что «взрослый» облик незнакомцев его весьма озадачил. Но если бы только это… Он оценивал стоявшую перед ним пару уже не в связи с их происхождением, а как незнакомцев, сумевших самостоятельно вернуться из Микромира. Рейндриг смерил обоих таким же оценивающим взглядом и только потом приветливо улыбнулся. Стоявший перед ним мужчина олицетворял не просто высший тип человеческой красоты. В нем чувствовалась непоколебимая изначальная сила, которую много повидавший знаменитый учёный не замечал среди своих многочисленных друзей, коллег и просто знакомых. Разве что в одном…

Рэйндриг внимательно вгляделся в Крэйндара, словно выискивая в его лице уже знакомые ему черты. Да, это то же самое, такое властное мужское обаяние, которое свидетельствует о незаурядных личных достоинствах. Он так красив, от него исходит такое явное притяжение. Рейндриг с недоверием поспешил проверить несвойственное ему ощущение, на стоявшей за его плечом единственной в их мужском коллективе женщине. Её обычно бледные щёки пылали. Заметив внимание старого академика, молодая сотрудница покраснела ещё больше, чем окончательно выдала своё волнение. Рейндриг поджал губы. Чтобы не смущать скромницу ещё больше, он перевел внимательный взгляд на спутницу Крэйндара.

Это был не просто эстетический шок от созерцания совершенства. Это было что-то очень глубокое и личное, что прячешь ото всех, а больше всего от самого себя. Могло ли подобное создать Природа? Рейндриг сказал бы, что нет, но она стояла перед ними — высокая и сильная, с гордым взглядом проницательных фиолетовых глаз. Порывшись в памяти, Рейндриг вспомнил мать девушки, представительницу утончённейшей и красивейшей нации в мире. Но её юная дочь превзошла свою родительницу во всех отношениях. Рейндриг посмотрел на её спутника и по-мужски ему позавидовал, хотя был стар и немощен. Усмехнувшись своим нескромным мыслям, Рейндриг встретился с девушкой взглядом. Прямым и всё понимающим! Определенно она прочитала его мысли! Отсюда это как бы внесённое извне пьянящее головокружение и легкость во всем теле, словно одним взглядом она сбросила с его плеч сотню лет! Рейндриг мог бы поклясться, что это был секундный сеанс настоящего физиологического обновления, а не внушение под действием мимолетного гипноза. Смутившийся академик, расправил плечи, и взглянул на очарованный ею персонал.

Перед сотрудниками лаборатории, в основном молодыми мужчинами, стояла изумительная девушка. Её красота и внутреннее превосходство отодвинули их житейские радости и невзгоды повседневной жизни за грань существования, делая их случайными и неважными. Успокоить вспыхнувшее во всех волнение могла бы, наверное, только Смерть, но, подумав о её неизбежности, молодые мужчины в той, которая могла быть желаннее самой жизни, увидели воплощённую в зрительный образ недостижимую мечту, смирившую их с её недоступностью. Такую женщину мог покорить лишь один мужчина, и он стоял рядом с нею.

Крэйндар положил на плечо девушки сильную руку и представил свою прекрасную спутницу:

— Альмэда, моя подруга. — и секунду помедлив, внес окончательную ясность в их взаимоотношения: — И моя жена.

Когда волнение первых минут угасло, в столицу Римы ушло срочное сообщение о том, что дети найдены. Были выполнены и другие формальности, поскольку те были жителями Римы. Тем временем на главной площади Триама их уже ждал межконтинентальный правительственный гравитолёт.

Бесшумный перелёт в Западное полушарие длился несколько часов. Машина летела с небольшой скоростью и низко, чтобы бывшие «пленники» познакомились с планетой своих отцов. Под прозрачным днищем гравитолёта проносились зеленые материки и острова Восточного полушария. Гигантских городов не было. Но в целом территория Восточного полушария была заселена достаточно плотно, особенно вблизи рек, водоёмов и на побережье морей и океанов. Весь перелёт Крэйндар держал мощную руку на плече девушки. Не отрываясь от иллюминатора, они не промолвили ни слова, обмениваясь многозначительными взглядами. Сопровождавшие их Рейндриг и трое молодых учёных тоже молчали. Но Рейндриг не сомневался, что на самом деле молодая парочка непрерывно беседовала, но только телепатически. В отличие от Посланников, вернувшись из Микромира, они не утратили эту способность. О чем они болтали? Старому академику было бы интересно это узнать. Он с нетерпением ждал их увлекательных рассказов, а пока размышлял о других умениях. Молодые люди могли обладать такими интеллектуальными, физическими и физиологическими отличиями, которые обособили их и от родителей, и от Цивилизации риминов в целом. Во благо или нет — предстоит разобраться. Верно одно: здесь, «среди своих», они навсегда останутся «новыми людьми», а проще говоря, «богами».

Богами! Академик прикрыл глаза. По его мнению, мир природы достаточно полно объяснялся естественным отбором. Во всяком случае, создавая «действующую» модель Вселенной они не внесли в своё творчество фигуру какого-то неуловимого Творца. Справились самостоятельно. Вплоть до зарождения разумной белковой материи, когда в процесс вмешался, как они полагали, тот самый Случай.

Да, дети прошли жестокий прессинг и выжили, потому что изначально принадлежали к совершеннейшей расе. Вероятность их вызволения из Микромира была достаточно высокой. В их приключениях вообще много загадок. С их «возвращением» Рэйндригу хотелось бы разобраться в первую очередь. Дотянувшись до запотевшей бутылки с соком, академик наполнил два бокала и один предложил молчаливому соседу.

Переход из одного измерения в другое с одновременной объёмной трансформацией требовал много «горючего». Его источником могли бы стать Накопители энергии. Однако их доступной для использования мощности для возвращения всё же было бы маловато. Но «дети» ведь как-то выбрались!

Поразмышляв, Рейндриг додумался, что «детишки» могли воспользоваться последним сеансом энергообеспечения, который состоялся за час до их возвращения. Коридор Плай вдруг вновь заработал, и дети вернулись. Чтобы его запустить, суммарной мощности оказалось вполне достаточно. Остался последний вопрос. Допив бокал, Рейндриг довольно хмыкнул, чем вызвал удивленную улыбку молчаливого соседа. Взглянув на него, старый академик снисходительно подумал, что молодому ученому ой как далеко до опытного старика, чье богатое воображение высветило недостающее звено, в общем-то, простой схемы. Чтобы сложить два встречных потока, необходимо задействовать третью силу, способную изменить направление одного из них. Отражающим зеркалом стала внутренняя энергия юноши и девушки, освободившаяся во время их совокупления. Применив физиологический термин, Рейндриг покосился на Крэйндара — тот мог прочитать его мысли. Воображение Рейндрига продолжало бы работать и дальше, но такое, что он уже успел нафантазировать, по силам только… Рейндриг не рискнул даже помыслить, кому это было бы по силам. Старый учёный просто констатировал: «Шельмец в совершенстве овладел всеми законами природы и переплюнул создателей Микромира».

Рейндриг пока не знал, как отнестись к «свалившемуся» на него откровению. Во всём предстояло вдумчиво разобраться. Во всём! Благодаря чему они так быстро повзрослели, и как вышло, что у них так складно всё осуществилось. «В конце концов, — подумал Рейндриг, — Боги ведь тоже люди», а с людьми он всегда умел ладить, особенно когда приходилось искать особую форму сотрудничества. Рейндриг успокоился, откинулся на спинку кресла и задремал.

Межконтинентальный гравитолёт опустился на посадочную площадку почти в центре стомиллионной столицы Римы, единственного города планеты с таким количеством жителей. Крэйндара и Альмэду встречали дирекция порта и два представителя высшей власти Римы. Но это была только внешняя сдержанность. В действительности Рима бурлила. Дети найдены! Они вернулись сами, без помощи учёных из Триама, затеявших всю эту заваруху по созданию искусственной Вселенной, в которой обнаружилась разумная жизнь. Непрерывная трансляция с места событий не прекращалась. Слушатели и зрители не отрывались от приёмников, в какой бы точки планеты или за её приделами они сейчас не находились.

Гравитолёт городской транспортной службы подлетел к широкому балкону трехэтажной виллы в пригороде столицы. Десять комнат верхних этажей особняка перешли в полное распоряжение Крэйндара и Альмэды. Рейндриг предложил молодым людям провести их по всем комнатам, заодно он выслушал бы их дополнительные пожелания. Таковых не возникло. Рейндриг не настаивал, но обмолвился. Поскольку молодые люди явились с «пустыми руками», гостиничная служба приготовила им всё необходимое, включая одежду. Конечно, модели отличались от их золотых платьев, но организаторы встречи рассудили, что молодые люди одобрят современную молодёжную моду Римы и фасоны одежды и обуви их не разочаруют.

Свернув знакомство с домашней техникой до минимума, Рейндриг пожелал молодым людям поскорее освоиться в новом для них месте, а после отдыха связаться с ним лично на предмет подготовки расширенного доклада об их приключениях в Микромире. Учёные Римы ждали его с нетерпением. Уже стоя в дверях Рейндриг все же не совладал с собой. Он прекрасно держался до последней минуты, а тут вдруг выказал обуревавшие его чувства, но тут же спохватился. Дав молодым людям ещё пару полезных советов, Рейндриг улетел на том же гравитолёте.

Оставшись одни, Крэйндар и Альмэда задались вопросом, надолго ли они вернулись? Цель визита была определена ими заранее, а ближайшие планы требовали уточнения.

Отчий дом не заинтересовал Альмэду настолько, чтобы строить серьёзные планы на будущее. В этом смысле он её даже разочаровал. Не потому, что их плохо встретили, и планета выглядела негостеприимной. Напротив, их встретили, как долгожданных гостей. Она и почувствовала себя здесь именно гостьей, которую ждал свой Огненный Дом.

После душа, укутавшись в банное полотенце и ступая босыми ногами по тёплому мраморному полу, Альмэда собралась переодеться по местной моде. В дверях гардеробной девушку ждал Крэйндар, который тоже собирался с мыслями.

Гардеробная оказалась большой комнатой с окном во всю стену. Вдоль других стен стояли зеркальные шкафы. Убранство комнаты завершали круглый диван в центре и перед ним столик с подборкой последних журналов модной одежды и вазой с фруктами. Разложив обновки на диване, Альмэда присела рядом с Крэйндаром, который машинально перелистывал страницы верхнего журнала. Влажное полотенце осталось лежать на полу. Рассыпавшиеся по спине и плечам темные кудри укрыли её всю. Зачем ей расставаться со своим платьем? Зачем ей вообще с чем-то расставаться? Внутреннее зрение осветило предмет её грусти. Омываемый теплыми волнами замшелый плоский камень, где она ощутила их первое соприкосновение. Альмэда покосилась на соседа.

— Мы не станем подстраиваться под чужой мир, малышка. Это просто любезность, а не желание переодеть тебя в чужие наряды. Кстати, седовласый мудрец догадался, кем мы могли стать в микромире, и размышляет, как строить с нами отношения.

Альмэда натянула перед зеркалом спортивный костюмчик.

— Аль, ты Богиня. Я вижу тебя только так!

В большом зеркале отражалась высокая красавица в облегающем костюме, отливающем черным матовым блеском. Её стройную талию стягивал черный ремешок, на пряжке которого сверкали черные звезды. Такие же камни украшали её распущенные по спине длинные локоны. Крэйндар, привлек её за плечи и восхищенно прошептал:

— Ты прекраснее самой Жизни. Вы обе величественны и непостижимы, но из вас двоих, я выбрал бы тебя. Я разгадал тайну Смерти, моя Альмэда, но твои глаза, скрывающие великую тайну, не позволяют разгадать тебя так же просто. Ты значительнее самой Смерти, ибо распоряжаешься и Жизнью, и Смертью, и мной Альмэда. Всё, что дано мне, без тебя ничего не стоит и лишено смысла, ибо ты — мой драгоценный бриллиант, а я — лишь его скромное обрамление. Такими или похожими словами завершаются признания смертных. Но уже сегодня, когда уснёт мир и зажгутся яркие звезды, я повторю тебе их снова, но уже на языке Бога. И ты ответишь на мою любовь не как хорошенькая девчонка из театральной школы, а как могущественная Богиня, чья власть над всеми мирами и над сердцем Огненного Бога всесильна и беспредельна.

Переодевшись в собственные отливающие матовым блеском черные костюмы, Альмэда и Крэйндар зашли в информационное помещение, большую круглую комнату с круглым диваном посередине и панорамным экраном во всю стену. Сюда поступали все текущие новости планеты, отсюда же осуществлялась личная связь со всеми жителями Римы, где бы они не находились. На самой планете или за её приделами. Отсюда же можно было связаться с её многочисленными бытовыми службами, готовыми выполнить практически любое пожелание клиента.

Расположившись вдвоём на усыпанном разнокалиберными подушками диване, Крэйндар вывел на экран все программы, увеличив скорость трансляции до мелькания. Ознакомившись с обширной информацией, они сошлись во мнении, что родина их отцов заслуживает того, чтобы ею гордились. Это была величайшая Цивилизация с многовековой историей, достигшая неимоверных высот во всех областях научно-технического и общественного развития.

Увеличив продолжительность жизни с восьмидесяти до двух тысяч лет, и отточив себя до совершенства — римины были очень красивы — римины наслаждались самим фактом существования и, пребывая в состоянии полного счастья, понимали его как внутреннюю умиротворенность и гармонию, когда жизнь проникнута пониманием святости каждой минуты. Жить в согласии с самим собой, без страха, без напрасных надежд и несбыточных мечтаний, наслаждаясь чувственной красотой окружающего мира…

Вся жизнь риминов, начиная с младенчества и до глубокой старости, была расписана до минуты, но четкая программа не превращала их в безвольных рабов жестких законов и правил. Римины ценили свободу тела и духа. Но был закон, не отличавшийся гибкостью. Это был весьма суровый закон, выстраданный долгой историей существования их Цивилизации. Римины не имели права на ошибку. «Человеческий брак» без обсуждений уничтожался. Благодаря двойному генетическому контролю ещё до зачатия и на стадии эмбриона, когда закладываются основы будущей личности, этот жестокий, но действенный закон не применялся в течение трёх миллионов лет. Но, тем не менее, он существовал.

Ознакомившись с жизнью риминов, Крэйндар нашел музыкальную программу и предался размышлениям:

— Нравственные и духовные качества риминов заслуживают восхищения. Они проявляются во всём, в том числе и в их отношении к красоте и искусству, что, по большому счету, неважно для выживания, но что является частью того, что отличает людей от животных и позволяет человеку чувствовать себя венцом творения. Их жестокое законодательство в сфере правонарушений? Я тоже уничтожал человеческие отбросы, а заодно и ни в чем не повинных граждан. Я был не прав, когда погубил Пирия-младшего. Но я Бог, Аль. Жалость и сострадание не входят в число моих добродетелей. Я должен быть жестоким и непреклонным, ибо только так можно сохранить жизнь. Мне важен муравейник, а не его отдельные особи. Меня волнует всеохватывающее единство, а не его фрагменты. Я заполняю собой все. Я везде и всюду, всё знаю, всё имею и вправе всё хотеть. Я не привязан ни к какому живому существу, кроме тебя. И этого мне вполне достаточно, чтобы чувствовать себя не только Богом, но и человеком. Альмэда, создавая искусственную Вселенную и опосредованно нас, учёные Римы допустили непростительное, на их взгляд, упущение, за которое, согласно их законодательству, несут ответственность и сейчас. Они сознают свою вину перед нами, но чувствовать себя «виноватыми» для них совершенно невыносимо. Это не комфортное для них состояние.

— Их «провинность» не требует вмешательства закона, — заступилась за «провинившихся» Альмэда.

— Тем не менее, их мнимая «вина» — одна из нескольких причин, из-за которых мы не останемся на Риме даже на сутки. И знаешь почему? Бога нет. В том смысле, в каком его представляют люди. Но люди нуждаются в вере, поэтому мы покинем Риму Богами. Не тайно, как мы поступили, покинув Сорэму, а объяснив свою позицию. У риминов отлажено всё — и Жизнь, и Смерть. Это величайшая Цивилизация. Ей не требуется наша помощь и наше присутствие. Мы станем смущать их своей избранностью и недостижимостью идеала, но в качестве Огненных Богов они смирятся с нами и со своей «провинностью» перед детьми. Для них это очень важно. Но мы не допустим полного отстранения. Микромир превратился для риминов в опасную обузу. Когда мы вернулись, это стало особенно очевидно, а нам не сложно свершить доброе дело. Микровселенная сойдет с орбиты Римы, и в далёких глубинах Космоса мы собьём с неё искусственные скрепы. Тогда земля наших отцов и наш Огненный Дом, где мы обменялись первым поцелуем, окажутся в одной реальности. А теперь я поцелую тебя.

Крэйндар привстал, расстегнул пуговицы на её темной блузе, легким касанием ладони сорвал скрепы с её ремня и перенес их обоих на вершину потухшего вулкана.

— Римины решат, что началось извержение вулкана, тогда как в действительности мы будем рожать великую «Возможность», которую направим на доброе дело. Это будет дар тем, кто создал нас и тому, кто нас заждался. Шер Сабори. Наш дорогой друг.

Боги провели в отведенном им номере ровно сутки, после чего связались с Рейндригом и сообщили о своей готовности встретиться с учёными Римы. Рейндриг прилетел через час после телефонного разговора. Он вошел к ним в номер, но не один, а с двумя высокими мужчинами среднего возраста и на правах старого друга попросил обоих пройти в просторную комнату с видом на побережье. Там их ждали в «своих одеждах» Крэйндар и Альмэда. Молодые Боги провели эту ночь не в своём номере, а на вершине давно уснувшего вулкана, который в их присутствии внезапно проснулся. Но всё обошлось. Они уже приняли решение: ничто не удержит их на Риме. Планета отцов не станет их домом.

По тому, как держался один из гостей, и по тому, как уважительно сопровождал его Рейндриг, можно было не сомневаться, что седой красавец принадлежал самому высшему слою Цивилизации Римы. И не только потому, что происходил из древнего аристократического рода, был богат и независим. Прежде всего, величественный римин был самой выдающейся личностью планеты. Такие, как он, появляются только раз в сотню тысяч лет.

Второй гость выглядел моложе и демократичнее, но и он отличался изысканным благородством и ярко выраженной харизмой.

— Лэрд, — подняв руку с раскрытой ладонью, глухо представился величественный римин, сделав шаг в сторону Крэйндара. Его рука с разведенными сильными пальцами как две капли воды напоминала человеческую кисть при входе в Подземелье на Эльцэтре.

— Крэйндар, — ответил хозяин номера и приложил свою ладонь к ладони Лэрда. Они были одного роста и похожего телосложения. Их одинаковые по размеру и форме кисти напряглись и сжались в единый кулак. Между ладонями не проскочила искра, но наблюдавшие за ними мужчины и Альмэда видели, что встретились Отец и Сын.

Второй гость подошел к Альмэде. В черном костюме и высокой прическе, украшенной темными камнями, она походила на оживший мистический символ Бытия, глядя на который невольно пытаешься предугадать свою Судьбу. Седовласый мужчина стойко выдержал пристальный взгляд Альмэды. Вот только его плотно сжатые губы вдруг предательски задрожали. Между тем девушка медленно подняла руку и раскрыла ладонь:

— Я знаю, кто ты. Ты — мой отец!

— Это так, Альмэда, — прошептал Армэд, знаменитый физик, и, решившись, дотронулся до её ладони своей задрожавшей рукой. Пальцы отца и дочери напряглись и тоже сжались в единый кулак. Между ними проскочила искра! На ладони мужчины остался дымившийся след Богини.

— Спасибо! — Армэд бесстрашно посмотрел в глаза дочери, и на ладонь, читая «страницу» своей Судьбы.

Потом все разместились за низким круглым столом. Разговор не клеился, но Рейндриг помнил, что Крэйндар свободно читает их мысли.

— Я предчувствовал, что ты вернешься, — наконец начал Лэрд. — Вернешься великим и непобежденным. Вернешься и спросишь, кто затеял всё это? Кто стоит над нами и надо всем?

— Я не спрашиваю, Вождь. Я знаю, и я говорю, — голос Крэйндара вдавил посетителей в кресла. — Вы осуществили рискованный эксперимент, но только не учли, что, запустив процесс зарождения Вселенной, вы дали толчок и зарождению в ней Сознания. В искусственном мире появился Разум, который не собирался зависеть от вас.

Вождь, жизнь слишком коротка, чтобы отдаваться Идее без остатка. Оставьте её Творцу и занимайтесь своими делами: растите сыновей, стройте дома, сажайте деревья и берегите дарованный вам мир. Вождь, я знаю, и я говорю, что есть Некто Великий и Милосердный, который сейчас наблюдает за вами. Он исправил ваши ошибки. Созданный вами искусственный мир, ставший для вас обузой, теперь самая обычная Галактика, которая уже не зависит от Римы. Отныне этот Мир сам творит собственную судьбу. Вы никогда не достигнете его, но всегда будете помнить, что где-то есть Мир, созданный вашим гением и вашими руками. Мир, в котором вы тоже были Богами.

Вы спросите, почему Я распорядился так, а не иначе? Отвечу. Вождь, в Микромире остался мой Огненный Дом. Он мне дорог, как дорог мир, в котором мне не суждено было родиться. Отныне у нас общая Вселенная, но мы по-прежнему далеко друг от друга, чтобы видеться каждый день.

Крэйндар улыбнулся.

Лэрд, которого Крэйндар назвал Вождем, и его старинные друзья-коллеги невольно посмотрели в окно. В голубом небе, среди легких облаков, за ними наблюдали холодные, внимательные глаза. Их Владелец как две капли воды был похож на Того, кто сидел напротив. Охваченный мистическим трепетом, Лэрд перевёл взгляд на вернувшегося сына и его подругу. Их матери принадлежали его реальности. Но их дети не останутся с ними. Они были другими! Огненным вихрем, раскаленной плазмой, неизвестной формой материи, наделённой всесильным разумом и фантастическими способностями, но только не людьми! Из-за ограниченности человеческого ума «новые люди» не доступны его пониманию, но это не означает, что он должен вычеркнуть их из своего сознания. Космос — чрезвычайно сложный организм с беспредельным количеством форм материи и энергии. Его не может постичь своим умом человек. Но это свойство не космоса, а человека.

Лэрд думал и вспоминал. С чего всё начиналось? С закономерного вопроса: благодаря чему во Вселенной существует такой порядок, такая гармония и разнообразие? Его задавали многие учёные, которые чем больше о Вселенной узнавали, тем дальше отходили от объяснения, как всё появилось.

Они же сотворили не только Вселенную, хотя говорили себе, что зародившаяся в ней разумная материя возникла только благодаря Случаю. Фактически по неизвестной причине. Они не взяли на себя роль Творца и малодушно отступили. А кто-то не отступил и сейчас наблюдает за ними. Прочитав его мысли, Крэйндар дружелюбно улыбнулся, снял с шеи платиновый медальон, с которым никогда не расставался и вышел из-за стола. Альмэда поступила так же.

Пожилые мужчины поднялись вслед за ними, не спуская с обоих всепонимающих, мудрых глаз: Мужчина и Женщина, могущественные энергетические стихии во всём своем изначальном великолепии. Вновь раздался низкий голос Крэйндара:

— Лэрд, в основе мира лежит свобода. Она — триумф изобретательности жизни, а мы — её вершина. Мы свободны от всего, тем более от воспоминаний. Я забыл Лейдэру. Альмэда не знала свою мать. Мы возвращаем вам то, что нам уже никогда не потребуется. Вы же, взглянув на эти медальоны, вспомните своих детей.

Крэйндар положил медальоны на стол, взял Альмэду за руку и вышел с нею на балкон. Подняв лицо к небу, он столкнулся взглядом с самим собой и ощутил себя везде и всюду. Он не затевал всё это, а только взял то, что ему принадлежало. Обернувшись к оставшимся за столом мужчинам, Крэйндар посмотрел на отца и произнес:

— Вождь, я сказал всё, что собирался доложить учёным планеты. А я не повторяю дважды.

С этими словами Крэйндар протянул в сторону людей, сыгравших и в его Судьбе, и в Судьбе Альмэды главные роли, неизвестно откуда возникшую на его ладони Книгу. Перелистав глазами все страницы от первой до последней, Крэйндар взглянул на мужчин, потом на книгу и вдруг, захлопнув массивную обложку, воспламенил её огненным взглядом. Тяжелый фолиант оставался на его ладони, пока не сгорел дотла. И всё это время оцепеневшая тройка не сходила с места, завороженно наблюдая, как толстая Книга Судьбы, от которой владелец Книги давно не зависел, превращалась в серый пепел.

— Отец, — с металлом в голосе произнес Крэйндар — так он назвал Лэрда впервые, — в моем имени скрывается тайна. Она не связана ни с тобой, ни с Лейдэрой. Её суть — Вечность. Не пытайтесь её постичь — это мое предупреждение. — сделав наказ, Крэйндар развеял пепел по воздуху и обвел онемевшую троицу огненным взглядом. Его последним словом стало: — Прощайте!

Отвернувшись от людей, он взял за руки подругу, привлек к себе с какой-то звериной жадностью и с такой же жадностью обнял, и тут же последовала ослепительная вспышка! Слившиеся воедино Крэйндар и Альмэда фиолетовым смерчем пронзили небесную твердь и исчезли!

— Я предвидел, что Микромир не пройдет для них без последствий, — после минутного молчания прошептал потрясенный Лэрд. — Он разгадал тайну Бытия и стал Творцом!

Жаль, что Лэрд не услышал ответный возглас Крэйндара:

— Но было Начало, и кто-то создал Творца!


Рецензии
Написанное весьма любопытно по смыслу, грандиозно по замыслу, и читать весьма приятно.

Юрий Казаков   29.12.2017 16:21     Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.