Воздушная крепость Часть 2 Глава 25 Спасение

Когда Антон Макаренко терпеливо дождался ночи и осторожно вылез из-под спасительной башни от взорванной днём БМП, то больше всего боялся попасть в плен к ополченцам.
- После расстрела, только этого не хватало! - думал он.
Поэтому пошёл дальше от гиблого места ещё не убранными полями. Блокпосты противника обходил десятой дорогой, правда в темноте сорвал одну сигнальную растяжку. Тут же заработал пулемёт, прочесывая ближнюю посадку. Антон полем прополз километр и ещё столько же бежал до следующей посадки.
- Адские два километра! - его мозг отказывался воспринимать окружающую действительность. - Кругом взорванные машины и микроавтобусы с мёртвыми людьми внутри…
Именно от Многополья к Червоносельскому погибло больше всего его боевых товарищей. Картина смерти ужасала: разбросанные, сожженные тела знакомых ребят и тошнотворный дикий смрад. Вдруг он услышал подозрительный шорох.
- Сепары или русские?! - насторожился Макаренко. - Но почему тогда сидят так тихо?
Он осторожно двинулся в сторону большой воронки от танкового снаряда, взорвавшегося посредине поля созревшего подсолнечника. До этого по нём хаотично двигалась военная техника, поэтому Антон смог по вытоптанным дорожкам бесшумно подползти к глубокой яме. 
- Когда начался обстрел, все бежали кто куда, - оттуда послышался тихий разговор.
- Нас разбили в пух и прах! - согласился обладатель хриплого голоса. - До Червоносельское я доехал - мало кому это удалось. Те два километра Бог вёл меня рукой - иначе не знаю, как можно было проехать. Танки в меня просто не попали. Приехали целые, потому что наш «УАЗик» достаточно мелкий, и я вовремя съехал с дороги на обочину, поэтому машина наполовину была прикрыта с одной стороны дорогой, а с другой - полем с подсолнухами. А всю крупную технику положили…
- Я так петлял по дороге - «Форсаж» отдыхает, - усмехнулся первый собеседник. - Затем снёс несколько заборов, въехал в кусты так, чтобы меня не было видно.
- Наши парни! - решил Макаренко и негромко сказал: - Не пугайтесь!.. Свои!
Сидящие в яме хлопцы конечно всполошились, но быстро поняли, что неожиданный гость не представляет опасности.
- Едва не умер от испуга… - признался боец 93-й механизированной бригады с позывным «Артист».
Они коротко переговорили, в основном о том, как действовать дальше.
- Здесь больше оставаться нельзя, - уточнил второй солдат «Белый», - если ты нас обнаружил, то и сепары могут…
- Давайте выходить как этого не ждёт противник, - предложил Антон.
- Это как?
- Пойдём через их территорию… Напрямик!
- А не заблудимся? - сомневался «Артист».
- Я местный, - твёрдо заверил он, - дорогу знаю.
Побратимы согласились с ним, и они пошли через поле. Переступили через две растяжки, именно почувствовали каким-то седьмым чувством. Обошли ближний вражеский блокпост и двинулись дальше через сепаратистские территории.
- Лишь бы они не разобрались, кто мы есть… - думал каждый.
Они благополучно перебрались в зелёнку и продолжили путь на Комсомольское. Идти было тяжело, все устало переставляли ноги почти без сил. До утра прошли только два километра.
- Сепары! - выдохнул «Белый», заметив очередной блокпост.
- Идём спокойно, - предупредил Макаренко.
Все опознавательные знаки они сняли заранее, а людей в камуфляже вокруг шлялось великое множество. Ополченцы, пожалуй, впервые увидели гвардейцев, на головах кевларовые шлемы, АКС 5,45 и форма «дубок».
- Может русский спецназ? - присмотрелся их командир. 
Они даже представить себе не могли, что хохлы будут идти по дороге не таясь. Украинцы прошли мимо них с особо важным видом. В посёлке Бирюки набрали себе у местной бабушки воду в бутылки. Лето выдалось невероятно жарким, жажда мучила постоянно.
- Подсолнечными полями трудно идти. - «Артист» нервничал. - Но с водичкой будет полегче.
Выходят со двора - подъезжает машина Scoda Octavia тёмно-синего цвета. Там сидело четыре человека в тельняшках, с автоматами, а на двери коряво написано:
- «Донские казаки»
Антон сразу напрягся.
- Садисты, по глазам вижу садисты!
Он решил схитрить и сказал:
- Здарова, казаки. Слава ДНР! Как пройти на Моспино?
Ополченцы ничего не поняли, вышли из машины и начали подробно объяснять дорогу. Только тут Макаренко увидел, что среди казаков прямо перед ним стоит Роман Савчук. Он конечно узнал университетского друга, но пока молчал.
- Неужели Рома меня выдаст?! - похолодел, словно в морозильной камере Антон.   
Казаки поделились с ними сигаретами и по-панибратски распрощались. Макаренко на деревянных ногах пошёл по залитой солнцем улице, каждую секунду ожидая карающего окрика. Однако Савчук молча смотрел ему вслед, сам не понимая почему не выдал врага.
- Может стыдно за Катю стало… - мучился он. - Почему же Антон воюет за укропов?
Если бы Роман знал, что всего в нескольких километрах от него находился его родной брат Максим, то расстроился бы ещё больше. Два брата оказались по разные стороны фронта.
- Белая повязка на руке является неофициальным опознавательным знаком для российских военных, - предупредили их командир накануне выхода из Иловайска. - Так же как украинская армия и Национальная гвардия используют повязки жёлтого цвета. Сепаратисты – георгиевскую ленточку.
Они вышли плотной колонной, замыкающими пылили танк и две «бэхи» из 93-й бригады. Савчук сидел на броне танка. Поехали той дорогой, где стояли ополченцы. Всю колонну развернули обратно, и они увидели русскую армию. Те стояли по бокам с оружием и техникой. Какие-то весёлые буряты с белыми флагами им «факи» пальцами тыкали.
- Вот бы их проучить! - скрипнул зубами Максим. 
К тому же русские начали мины аккуратно класть рядом с ними. Когда одна из мин всё-таки прилетела в соседнюю «бэху», нервы у ребят не выдержали:
- Командир, я стрельну! - предложил наводчик танка.
Через мгновение кишки бурят были на деревья намотаны - пацаны били в упор метров с десяти. Они потом ещё раз отличились, когда заехали в тыл двум русским «Уралам», которые в засаде стояли.
- И не стало тех «Уралов»! - обрадовался Савчук новому попаданию.
Однако вскоре стало совсем туго. В чистом поле по прямой на них пошли российские танки и начали раздалбливать колонну украинцев машина за машиной, как куриные яйца.
- Воздух шевелится от пуль, летающих над головой. - Максим сиганул с брони на твёрдую, словно железо высохшую землю где- то на выезде из Многополья.
Рядом сожгли «ГАЗель», в которой погибли 3 «донбассовца» и «КАМАЗ» бойцов полковника Гордийчука. Один из них - доброволец из Донетчины Владимир Бражник, его знакомый. Другие получили ранения различной степени сложности, в том числе отчаянный полковник.
- Колонну разбили, - огляделся Савчук, - уцелевшая техника и машины поехали врассыпную через поля.
Вокруг краснела кровь, всё горит. За ними ехал БМП, в который попал бронебойный снаряд. Как в кошмарном кино он видел, как разлетались и горели ребята. Один из них верхней половиной туловища повис на проводах.
- Как новый Христос! - вдруг шальной осколок попал дончанину в голову. - Хорошо, что в каске!
Облегчённо выдохнул он. Около него люди начали падать один за другим.
- Как фишки... - он не верил, что так умирают люди.
Рядом притормозила бронированная инженерная машина. Максим, будто вёрткий уж ввернулся в открытую дверь, и она рванула дальше. Выехали прямо на притаившихся российских десантников.
- Сворачивай в сторону села! - заорал он водителю.
Им вслед выстрелили из АГС и несколько горячих осколков попали ему в ноги. Машина покорно встала.
- Как не вовремя! - расстроился Савчук и вывалился из бронированных внутренностей.
Сначала у него был шок от мысли, что потерял обе ноги. Он боязливо посмотрел вниз, ноги оказались на месте, и побежал дальше. Даже успевал отстреливался. Когда автоматная пуля попала в левое плечо, Максим упал.
- Это уже конец… - обречённо подумал он.
Вокруг всё горело и взрывалось. Боевой товарищ Саша Бочук вытащил его за бронежилет и занёс в крестьянский погреб. Там наскоро перевязал окровавленное предплечье жгутом.
- Ты потерял очень много крови, - сказал кто-то.
Оказалось, что ему в очередной раз повезло. Голос принадлежал врачу с позывным «Док». Он подъехал за ранеными на верной машине с нежным прозвищем «Жужа» и забрал его.
- Всего лишь час дня… - машинально отметил Савчук. - А кажется, что с момента выхода прошла вечность!
Они понеслись, словно чума. По ним стреляли и Максим, не чувствуя боли стрелял в ту сторону, откуда шла пальба. Внезапно впереди раздался взрыв, «Док» резко повернул вправо, и он вылетел на дорогу. Кульбитов 15 сделал точно, причём в бронежилете и с автоматом. Кто-то крикнул:
- Савчука потеряли!
Метров семьдесят он лихо бежал за машиной с поломанной ногой. Потом с трудом ввалился в «Жужу», причём лицом вниз. Примерно триста метров они не доехали до села, когда поняли, что дальше пути нет.
- Всё вокруг обстреливается! - прохрипел доктор.
- Приехали! - остановились в поле, за скотомогильником, когда машину подбросило близким взрывом.
В машине находилось восемь человек, трое из которых были тяжело ранены. Вскоре к ним прибился ещё один. «Док» оказывал им посильную помощь, а Максим наблюдал, как из засады враги упор продолжали расстреливать остатки украинской колонны.
- Сепары ездят по полю и достреливают живых… - ужаснулся он.
Когда ополченцы направились в их сторону, они собрались дать отпор. Боец с позывным «Грек» приготовил пулемёт, а Савчук соединил между собой две гранаты. Но их не заметили.
- Зелёная «Жужа» издали сливается с травой, - понял он.
Вечером у него начались галлюцинации. Он просил ребят сделать телевизора тише. Говорил сам с собой, просил пить. Не было воды, для утоления жажды ели гнилые яблоки. Ребята принесли ему два.
- Лишь бы сепары сюда не сунулись! - молил каждый в душе.
Всю ночь раненый Савчук с побратимами просидели в тёмном душном погребе. С ними двое разведчиков из «Донбасса». Они узнали, что в селе заблокирована группа украинских бойцов и предложили пробиться к ним:
- Иначе утром нас непременно найдут…
Разведчики на чудом уцелевшей БМП прикрывали отход. Когда раненые на «Жуже» прорвались сквозь плотный огонь, ребята погибли - в БМП попали управляемой ракетой. Сначала она над головой пролетела.
- Вовремя пригнулся, - подумал Максим, - смерть мимо прошла.
Затем она развернулась и долбанула боевою машину. Взрыв был такой, что он немного оглох. Хотя Савчук был с другой стороны взрыва, БМП закрыла его корпусом, и он не пострадал.
- Уходим! - торопил «Док», бросивший израненную машину.
Ребята поспешили вытянуть раненых с дороги в ближайшие укрытие, в дома, чтобы можно было спрятаться и занять оборону. Им помогли накануне засевшие в селе украинцы и совместными усилиями они смогли огнём слегка успокоить активность ополченцев.
- Много наших здесь? - спросил Максим знакомого.
Оказалось, что в червоносельской группе выжило примерно 300 бойцов, из них - более 70 раненых. 
- Выводя «южную» колонну, в Новокатеринивке героически погиб полковник Алексей Грачёв! - сообщил ему знакомый. - Полковник был уроженцем российского города Воронеж, но погиб за единство Украины.
В течение дня они держали круговую оборону. Затем российские офицеры предложили им добровольно сдаться в плен.
- Даю слово офицера, - сказал молодой майор, - что не сдадим вас ДНР! 
У «Дока» закончились обезболивающие, раненые кричали и умирали в муках. Бездействовать он не мог и отчаянно искал способ их спасения. Вспомнил, что у него есть удостоверение Красного Креста.
- С ним меня не тронут! - решил с ним идти к русским.
Те дали ему воду, тушёнку, ведь они не ели четыре дня. Русский майор сказал ему, что неподалёку есть яма с ранеными украинскими бойцами, и разрешил оттуда всех забрать.
- Мы расстреляли наших пленных военнослужащих в вашей колонне, - признался он, - все погибли.
Вскоре многие люди собрались сдаваться. «Семёрка», командир взвода закопал снайперскую винтовку и сказал:
- Идём сдаваться в плен русской армии.
- Ты не верь им, - предупредил Савчук, - они врут.
- Я говорил с их офицером, он адекватный человек. - Заявил взводный.
30-го августа, согласно договоренности с российскими офицерами, червоносельская группировка сложила оружие. Перед сдачей они закопали оружие, чтобы не досталось врагу.
- Российская армия выпускает наши машины, - досадовал «Док» после первой попытки выхода, - а на блокпосте ополченцев выпускать не хотят. 
Те надменно заявили ему:
- Всех военнослужащих, а также раненых мы отпустим. Что же касается «донбассовцев», то они принадлежат к незаконным вооружённым формированиям, а потому - их надо судить. 
На следующий день бойцы ВСУ были переданы колонне Красного Креста. Комендант колонны, полковник Палагнюк, вернулся в Червоносельское и забрал тела 44 погибших.
- А 108 «донбассовцев» сданы русскими военными отряду сепаров, которые повезли их в Донецк. - «Док» шепнул Максиму, когда скорбная колонна подъезжала к Запорожью.
- Увижу ли я своих побратимов? - опечалился он и надолго замолчал.
Радоваться спасению сил не осталось, к тому же сильно болели открытые раны.
 
продолжение http://www.proza.ru/2016/06/12/16


Рецензии
Немного сбивчиво для читателя при переходе от Антона к Максиму. Местом сложно понять, "Жужа" пострадала сейчас, или БМП.
В целом глава соответствует реальным событиям по принципу происходящего.

Владимир Прозоров   05.11.2017 17:21     Заявить о нарушении
Спасибо!

Владимир Шатов   05.11.2017 17:31   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.