Глава x дезинформация

Глава Х 
Мероприятии Германии по обеспечению секретность и дезинформация
перед нападением на Советский Союз

      Секретность и дезинформация рассматриваются  в данной главе только с тем, чтобы оценить насколько советской разведке удалось их преодолеть.
     Немецкие службы, благодаря принятым мерам,  сумели обеспечить  повышенную секретность предвоенных планов и директив. Был введен особый порядок обработки доку-ментов и сообщений, связанных с  исполнением агрессивных планов, как в отношении за-падных стран, так  и СССР (плана «Барбаросса»). Например, 15 сентября 1940 г. в стратегической разработке оперативного отдела штаба ОКВ Германии по подготовке и проведению кампании против СССР (автор – генерал Б. Лоссберг) подчеркивалось: «Важно достичь того, чтобы Россия вплоть до нашей победы над Англией не подозревала о грозящей  опасности и не имела бы оснований для принятия  контрмер (вторжение в Румынию, прекращение экономических поставок) и далее:  «В интересах секретности следует на первом этапе ограничить доступ к материалам, связанным с Восточным походом, возможно, более узким кругом людей из состава высших и старших командных  инстанций…».
     Следует привести несколько примеров. Начальник отдела «Абвер 3» (контрразведка) генерал Франц фон Бентивеньи узнал в беседе с адмиралом Канарисом только в августе 1940 г о подготовке Германией военного нападения на Советский Союз. При этом Канарис предупредил о чрезвычайной секретности его сообщения.
     Практически ни одна разведывательная служба в мире, в том и числе и советская,  не сумела раскрыть оперативные планы вермахта. Это не утешает, но показывает степень обеспечения секретности. Англичане и французы при наличии в Германии агентуры и даже определенного содействия со стороны руководителей абвера не смогли предотвратить «Дюнкерка»  и разгрома Франции, а в последствии и Арденнского прорыва. Поэтому все разглагольствования о том, что кто-то всё знал, имея немецкие коды и шифры,  а мы нет – «гроша ломанного не стоят».
      Только после капитуляции и оккупации Германии был получен доступ к плану «Барбаросса» и соответствующим директивам и приказам. В частности оказалось, что план «Барбаросса» был  отпечатан только в 9 экземплярах и из них 6 экземпляров до конца войны пролежали в сейфе, неиспользуемые.
    Наряду с обеспечением секретности большую роль в реализации немецких планов сыграла дезинформация.
     Дезинформация – под ней понимается планируемое по единому замыслу формирова-ние, компоновка и продвижение ложных сведений по интересующей противника пробле-матике с целью введения его в заблуждение, формирования неверного  представления о событиях, фактах и явлениях и причинения прямого или косвенного ущерба.
     Деформация может распространяться сознательно или невольно в силу недостаточной информированности.
    
     Перед нападением на СССР кампания  по дезинформации была возведена  в ранг госу-дарственной политики Германии на уровне высших руководителей государства и вермахта.  В этой  акции приняли активное участие Гитлер, Геринг, Геббельс, Гиммлер, Риббентроп, Кейтель, Браухич, Иодль, Гальдер.
     В частности, было дано указание предоставлять  Министерству пропаганды по линии вооруженных сил дезинформацию, но таким с таким расчетом,  чтобы оно об этом не зна-ло.
     В июле 1940 г. в связи с решением Гитлера переключить внимания на Восток отдается приказ начать передислокацию основной части войск из Франции к границе с СССР. Обласканный Гитлером  генералитет незамедлительно его выполняет. Вместе с тем было ясно, что такая переброска войск вызовет озабоченность не только советского руководства, но и других стран. Поэтому были предприняты меры, которые нашли отражение в сообщении Зорге  в  шифртелеграмме  Вх. № 9535:

МОСКВА, НАЧАЛЬНИКУ РУ ГЕНШТАБА
КРАСНОЙ АРМИИ
                ОСТРОВА, 17.8.40
     Посол ОТТО получил указание информировать японцев о том, что немецкие войска, которые были посланы к восточной границе не имеют какого-либо отношения к СССР.
     Они были посланы туда, потому что в них нет большой нужды во Франции, а время роспуска еще не настало.
                № 152      РАМЗАЙ
   
     Комментарий:  1. Показательным в этой шифртелеграмме являет то, что уже на самой начальной стадии концентрации немецких войск у нашей границы  руководство Германии стало проводить мероприятия дезинформационного характера.
     2. Данное сообщение Зорге является довольно быстрой реакцией на циркулярное разъяснение МИД Германии, разосланное своим посольствам для проведения разъя-снительной работы.
    3. Зорге не дает своей оценки, а сообщает как об установленном факте.
    4.  В оперативном плане обращает на себя внимание сам факт доступа  Зорге к переписке немецкого посла с МИД Германии.
     6 сентября 1940 г. появилось Указание  штаба оперативного руководства Верховного главнокомандования Германии Управлению военной разведки и контрразведки «О мероприятиях по дезинформации  советского военного командования в связи с подготовкой  нападения на СССР». В нем говорилось о том, что «В бли-жайшие недели концентрация войск на востоке значительно  увеличится…..Из этих наших перегруппировок у России ни в коем случае не должно сложиться впечатление, что мы подготавливаем наступление на Восток. В то же время  Россия  должна понять, что в генерал-губернаторстве, в восточных провинциях и в протекторате находятся сильные и боеспособные немецкие войска, и сделать из этого вывод, что мы готовы в любой момент и достаточно мощными силами защитить наши интересы на Балканах против русского вмешательства (выделено – Ю.К.)». В этой связи: «Для работы собственной разведки, как и для возможных ответов на запросы русской разведки, следует руководствоваться следующими принципиальными положениями. Маскировать общую численность немецких войск на востоке по возможности распространением слухов и известий о якобы   интенсивной замене войсковых соединений, происходящей в этом районе. Передвижения войск обосновывать их переводом в учебные лагеря, переформированием и т.п.  Создать впечатление, что основное направление в наших перемещениях сдвинуто в южные районы генерал-губернаторства, в протекторат  и Австрию и что концентрация войск на севере срав-нительно невелика.  Преувеличивать состояние и уровень вооружения соединений, особенно танковых дивизий…».
     Комментарий: Эта дезинформация была главным образом связана с опасением Гитлера относительно дальнейших действий Сталина, который вопреки содержанию статей пакта Молотов – Риббентроп, кроме Бессарабии, по собственной инициативе присоединил к СССР Северную Буковину. Тем самым группировка Красной Армии на юге создала реальную угрозу жизненно важному для Германии нефтепромысловому Плоешти.
     18 декабря 1940 г. в Директиве Верховного главного командования вооруженных сил Германии № 21 (план «Барбаросса») в преамбуле подчеркивалось, что «Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были распоз-наны».
     31 января 1941 г в Директиве по стратегическому сосредоточению и разверты-ванию войск Главного командования сухопутных войск (план «Барбаросса»)  в первом абзаце дается определенная завуалированность агрессивной сущности плана: « 1. Общие задачи: В случае если Россия изменит свое нынешнее отношение к Германии  следует в качестве меры предосторожности осуществить широкие подготовительные (выделено – Ю.К.) мероприятия, которые позволили бы  нанести поражение Советской России в быстротечной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии».
      15 февраля 1941 г. в соответствии с указанием Гитлера начальник штаба Вер-ховного главнокомандования фельдмаршал Кейтель издал «Директиву  по дезинформации противника» за №44142/41, в которой говорилось:«Цель дезинформации заключается в том, чтобы скрыть подготовку к операции «Барбаросса». Эта главная цель и должна лечь в основу всех мероприятий по дезинформации противника».
     Дезинформационная работа была тщательно спланирована и велась по многим направлениям. На фоне войны с Англией объяснение немецкой стороны концентрации войск на востоке в целях маскировки выглядело пусть и не очень  убедительно, но правдоподобно. Распространялись ложные слухи и сведения, проводились специальные мероприятия дипломатического и военного характера, которые указывали бы на приготовления к захвату Англии.
     Более того, всё это подкреплялось тем, что Гитлер никак не мог принять окончательное решение  об операции «Морской лев».
     Мероприятия по осуществлению дезинформационной работы проводились  в два этапа. Первый  - приблизительно до конца апреля 1941 г. предусматривал маскировку общих военных приготовлений, не связанных с  массовой перегруппировкой войск. Искусственно создавалось впечатление, что главной задачей на летний период остается операция по вторжению на острова, имея в виду Англию. Наряду с этим проводилась в жизнь идея, что Германия в то же время не очень верит СССР и на всякий случай строит укрепления вдоль границы на случай нападения последнего. С этим связывалась  определенная концентрация войск. Уже в январе 1940 г. наши пограничники отмечали строительство укреплений в германской пограничной зоне. В апреле 1941 г. в донесениях о деятельности немцев в приграничных районах отмеча-лось продолжение усиленной инженерно-саперной подготовки, трассировки и отрывки окопов, форсированное  строительство и ремонт как шоссейных дорог, идущих к гра-ницам СССР, так и рокадных дорог, строительство огневых точек и других оборонных сооружений. В этот же период подтверждались сведения о создании на границе с СССР укрепленной линии и отдельных укрепленных районов. Все работы проводились под руководством известного строителя «линии Зигфрид» инженера Тодта силами немецких рабочих и солдат. Среди  местного населения, распространялся слух, что  герман-ские войска концентрируются в направлении Львова и немцы ожидают  наступление советских войск 10-15 апреля сего года.
Даже 2 июня 1941 г. наши пограничники отмечали производство работ по устройству оборонительных сооружений вблизи границы.
     Еще в Указании от 6 сентября 1940 г. дано было приказано «5. Работы по улучшению сети шоссейных и железных дорог и аэродромов объяснять необходимостью развития вновь завоеванных восточных областей, ссылаясь при этом на то, что они ведутся нормальными темпами и служат главным образом экономическим целя».
     Здесь следует особо выделить, что проведение оборонительных работ позволяло немцам решить две задачи. Первая – показать демонстративно, что немцы, не имея никаких намерений против русских, прилагают все силы для войны с Англией, но в тоже время  боятся внезапного наступления русских. Вторая – защитить себя от вполне возможного, как они считали, превентивного удара русских.
     Намного более сложным для немцев был второй этап, примерно, с начала мая  1941 г., когда надо было  замаскировать сосредоточение и оперативное разверты-вания у границы СССР огромных масс войск.
     3 мая 1941 года в документе «Предложения штаба ОКВ Германии по пропагандист-ской  подготовке нападения на Советский Союз», раздел II говорилось: «Наши планы должны оставаться в тайне как можно дольше. Англия до самого последнего момента должна верить в возможность предстоящего вторжения. Для России наш удар должен оказаться внезапным. ……..Должно сохраняться впечатление, будто главной задачей на летний период остается операция по вторжению на острова, а меры против Востока носят лишь оборонительный характер и их объем зависит только от русских угроз и военных приготовлений…..». В подразделе 2 «Подготовка немецкого солдат» этого же документа даются следующие рекомендации : «ориентирование должно за короткий срок до дня «Д» операции «Барбаросса». Инструктаж офицерского состава могут провести командиры частей и соединений приблизительно за восемь дней до дня «Д», а с рядовым составом в самые последние дни перед началом военных действий»

     Интересным и очень важным является «Указание оперативного руководства Верховного главнокомандования вооруженных сил  Германии  о мероприятиях по проведению второй фазы дезинформирования советского военного командования в связи с подготовкой к нападению на СССР»  от  12 мая 1941 г. №44699/41. В нем указывалось,  что вторая фаза дезинформации противника начинается одновременно с введением  максимально уплотненного графика движения эшелонов 22 мая (выделено – Ю.К.). Отмечалось, что все усилия высших штабов и участвующих в дезинформации должны быть направлены на то, чтобы «представить  сосредоточение  сил к операции «Барбаросса» как широко задуманный маневр с целью ввести в заблуждение западного противника». Рекомендовалось использовать операцию «Меркурий» - захват о. Крита как генеральную репетицию десанта в Англию.
     Там же подчеркивается, что «Все наши усилия окажутся напрасными, если немец-кие войска (выделено – Ю.К.)  определенно узнают о предстоящем нападении и распространят эти сведения по стране».
     Комментарии:  Если судить по этому указанию, все рассуждения о якобы изме-ненных сроках нападения Германии на СССР в связи с военными действиям в Югославии и Греции вызывают по меньшей мере сомнения. Наоборот немцы пунктуально следовали указаниям Директивы № 21 (план «Барбаросса») о готовности к 15 мая 1941 года и поэтому 22 мая они смогли начать активные мероприятия по сосредоточению войск.
     Гестапо  то же внесло свою лепту, подставив резиденту НКВД в Берлине Амаяку Кобулову («Захар») своего агента Ореста Берлинкса («Лицеист»). От него неодно-кратно получалась добротно сделанная   дезинформация с объяснением концентрации немецких войск на Востоке якобы связанной  с опасением, вызванным перемещением советских войск к границе. А его мнение  о малой вероятности, нападения Германии на СССР, которая в этом случае получила бы борьбу на два фронта, находило положи-тельную реакцию, т.к совпадало с мнением самого Сталина.
     В дальнейшем, когда скрывать концентрацию огромного количества войск было невозможно, наступил этап, который  потребовал даже участия Гитлера.
14 мая 1941 года Сталин получает от Гитлера хитроумное и, я бы  сказал, талант-ливо составленное послание,  отрывок из которого привожу здесь по книге А. Помо-гайбо  «Псевдоисторик Суворов и загадки Второй мировой войны», стр. 399-340:
      «При формировании войск вторжения  вдали от глаз и авиации противника, а  также в связи с недавними операциями на Балканах вдоль границы с Советским Союзом скопилось большое количество моих войск, около 80 дивизий, что возможно, и породило циркулирующие ныне слухи о вероятном военном конфликте между нами.
     Уверяю Вас честью главы государства, что это не так.
     Со своей стороны, я тоже с пониманием отношусь к тому, что Вы не можете полностью игнорировать эти слухи и также сосредоточили на границе достаточное количество своих войск.
     Таким образом, без нашего желания, а  исключительно в силу сложившихся обстоятельств, на наших границах противостоят друг другу весьма крупные груп-пировки войск.
Они противостоят в обстановке усиливающейся напряженности слухов и домыслов, на-гнетаемых английскими источниками.
     В подобной обстановке я совсем не исключаю возможность  случайного возникновения вооруженного конфликта, который в условиях такой концентрации  войск может принять очень крупные размеры, когда трудно или просто невозможно будет определить, что явилось его первопричиной. Не менее сложно будет этот конфликт и остановить.
     Я хочу быть с Вами предельно откровенным. Я опасаюсь, что кто-нибудь из моих генералов сознательно пойдет на подобный конфликт, чтобы спасти Англию от ее судьбы и сорвать мои планы.... Примерно 15-20 июня я планирую начать массирован-ную переброску войск на запад с Вашей границы.
     При этом убедительнейшим  образом прошу Вас не поддаваться ни на какие про-вокации,  которые могут иметь место со стороны моих забывших долг генералов…. Если же провокации со стороны какого-нибудь из моих генералов не удастся  избе-жать, прошу Вас,  проявите выдержку, не предпринимайте ответных действий и немед-ленно сообщите мне о случившемся по известному Вам каналу связи»…..
     Сейчас, зная, что произошло, мы во многом попадаем под определение великого грузинского поэта Шота Руставели в поэме «Витязь в тигровой шкуре», в которой он метко пишет: «Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны». Поэтому нам надо не спешить с осуждением, а постараться понять всю ситуацию во всем многообразии.
1. Все послание Гитлера  по своему содержанию дышит искренностью  и вроде бы соответствует действительности (о скоплении немецких войск в связи с операциями на Балканах, количество дивизий близкое к действительности, ссылка на слухи из английских источников, возможность случайного советско-германского вооруженного конфликта даже в крупных размерах, который нелегко остановить).
     2. К тому же, так, между прочим, упоминается, что 15-20 июня Гитлер якобы планирует массированную переброску войск на Запад с советской границы.
     3. Самым важным  является просьба Гитлера  к Сталину не поддаваться ни на какие провокации.
     4. Особое коварство заключено в сочетании пп. 2 и 3, так как это не только отвлекает внимание советского руководства от истинного намерения Гитлера, но и при внезапном нападении на СССР дает немцам дополнительное время для развития наступления. Расчет простой, пока-то русские разберутся война это или провокация, а оборона уже прорвана и инициатива в руках!
     5. В тексте послания Гитлера есть неоднократный повтор, который должен был бы насторожить Сталина – это ссылка на генералов, которые могут нарушить приказы Верховного главнокомандующего. Зная педантичность немцев, их приверженность и повиновение закону можно сказать, что они скорее пойдут на заговор, убийство фюрера, чем нарушат закон и порядок.
      А дальше, вопреки всем донесениям разведки и  обоснованиям со стороны руководства наркомата обороны и Генштаба, ничего не произошло. Сталин, который всегда скептически и даже просто с некоторой неприязнью относился к разведке, оказался вновь прав и, я думаю, всех заклеймил паникерами и еще больше уверовал в свои расчеты. Это отразилось  на его отношении ко всем последующим агентурным донесениям, которые только вызывали раздражение, а так же на поведении Берии, Меркулова, Голикова, Тимошенко и Жукова.
     А ведь дело заключалось в том, что Гитлер и не собирался нападать 15 мая. Приходится еще раз подчеркивать, что срок готовности – это еще не срок нападения!
     В политическом плане дезинформация немцев оказалась успешной, письмо успокоило Сталина и послужило основанием для последующего сообщения ТАСС, которое было опубликовано 14 июня  1941 года в  центральном органе ЦК ВКП(б) газете «Правда. В нем говорилось, что распространяемые иностранной, особенно английской печатью заявления о приближающейся войне  между СССР и Германией не имеют никаких оснований, так как не только СССР, но и Германия неуклонно соблюдают условия советско-германского договора о ненападении. «По мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы».
     А в это время 10 июня 1941 г. появился особо важный документ -
      «Распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками Германии о назначении срока нападения на Советский Союз», подписанное начальником штаба Гальдером. Есть смысл текст этого распоряжения привести полностью:
     «На основе предложения, представленного главным командованием сухопутных войск, Верховное главнокомандование вооруженных сил назначило для приготовления к военным действиям следующие сроки:
1.Днем «Д»  операции «Барбаросса» предлагается считать 22 июня.
2.В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее 18 июня. Данные о направлении главного удара  будут в этом случае по-прежнему оставаться в тайне (выделено мной – Ю.А.).
3.В 13.00 21 июня в войска будет передан один  из двух следующих сигналов:
    а)сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнется 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов;
     б)сигнал «Альтона». Он означает, что наступление  переносится на другой срок; но в этом случае уже придется пойти на полное раскрытие целей сосредо-точения немецких войск, так как  последние будут уже находиться в  полной боевой готовности.
     4.   22 июня, 3 часа 30 минут: начало наступления сухопутных войск и перелет авиации через границу. Если метрологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут выступление самостоятельно».
     До начала нападения на Советский Союз оставалось всего 12 дней. Этот раунд противостояния Германии и  СССР был  нами проигран  и значительную роль в этом сыграли меры по обеспечению секретности и внедрению дезинформация, проведенные  немцами перед нападением на Советский Союз. «Помогли и англичане!    
      Комментарий:  Действенность принятых немцами мер в обеспечении секретности и проведении кампании по дезинформации определилась следующими обстоятельствами:
•Прежде всего, разгромом советской разведки в 1937- 1939 гг. в результате  сталинского «Большого террора». Как уже было показано в главе VI «Сталин и разведка»,  уничтожение талантливых кадров (руководителей, резидентов, развед-чиков,), нарушение связи с агентурой, перерыв в несколько лет (примерно 4 года)  в работе по расширению связей, поиску нужных разведке людей и их вербовке на важнейших объектах разведки -  все это привело к тому, что в самый нужный и особо важный для нашей страны предвоенный период  у советской разведки (внешней и военной) не оказалось источников документальной достоверной информации по военно-политическим планам гитлеровской Германии. К этому добавлялась боязнь окружения Сталина за свою судьбу и жизнь родных и близких людей, которая заставляла молчать или искать какого-то компромисса, или поддакивать мнению Сталина.
 При нормальной реакции Сталина на донесения разведки следовало бы ожидать ко-манду на сосредоточение всех сил и средств с целью добывания документальной дос-товерной  информации о намерении Германии напасть на СССР. Но этого не последо-вало!
•Кампания по дезинформации была возведена в ранг государственной политики на уровне высших руководителей германского государства, проводилась последователь-но,  целеустремленно и полностью себя оправдала.


Рецензии