постирушки эфира

ахринеть, жуть,
цывилизация, билин,
обчество граждан равных
правов, унитазов и гарнизонов.

да ужо, на болоте
культурных растениев
хрена вырастишь спесиально,
тамо тока некультурныя могут расти.

обсосы либералистичныя
тру давали беспрепятственно,
пруфили, кабалили, выкобенивались,
пачковали юзерков и чмурили за фунт изюма.

быть в курсе сплетен фсяких и
считать сибя информированным челиком,
што исчо нать для щастья пришедшему
в мiр не по евонной воле сусчеству?

собственная праведность
была выше фсех похвал, грили
от самой высокой субстанции языком
посвященных в таинства без фсяких обидняков.

и колониальное
мышление прививалось
к древу независимого свабодомыслия
трудовым подвигом освобожденных шлюшек-журналюшек.

метаморфозы тщедушного
времяпрепровождения обрамляли
картинки на обоях монстра-социума
завитушками стиля умирающих процентщиц.

струйкой вытекали
впечатления из дырявого
мешочка с инфой, облепливали
мягким пластилином прохудившихся.

стебалиси оне в снобистском угаре,
выказывая несостоятельность осмысливании
ихнюю в процессов происходящих, панимая тщету
и суетливость, и, быть можит, пошлость века сего.

и тивилиденье енто
было за благо ущербным,
жаждусчим позыркать чого-й-то
в мiре творитси и какоси дурь плещетси.