Спасти Анну. Level 6

1909 год. Петербург.

Мы вдвоём в квартире, где я снимаю комнату, так как добраться сюда оказалось быстрее, чем до гостиницы. О сегодняшнем спектакле не может быть и речи ввиду столь серьёзного происшествия, поэтому Анна телефонировала в театр с сообщением о своей внезапной болезни.

– Ничего страшного не случится – подумаешь, выпустят дублёршу! Мне недосуг сейчас объясняться с Виктором! Нил, как Вы себя чувствуете? – Анна заботливо пытается осмотреть мою шею, которую я закрываю, придерживая рукой воротник-стойку, – Может быть, необходим доктор?

Я хриплю нещадно, но отказываю в осмотре и приглашении доктора, осведомляюсь в свою очередь, всё ли в порядке с нею и оставляю женщину в гостиной. Сам же, извинившись, удаляюсь в свою комнату, сообщив, что ненадолго – лишь сменю порванный в драке жакет и завяжу горло. В комнате скидываю одежду и подхожу к зеркалу.


Ну, вроде всё готово: откладываю ножницы и стряхиваю с плеч отрезанные кончики волос, затем – немного фабры, и делаю идеально ровный пробор. Влезаю в брюки; рубашка оказывается немного великовата, да длинны рукава жакета – ну и Бог с ними! Вокруг шеи повязываю платок. Выхожу в гостиную, Анна, прилегла, задремав, на софе. В комнате полумрак – огонь в газовых горелках лишь чуть освещает помещение. Подхожу ближе и разглядываю её черты. Ничто в облике её не выдаёт недавнего потрясения – лишь прядка волос выбилась из высокой причёски. Кокетливая шляпка и длинные перчатки лежат рядом на столике. Как же она мила, моя храбрая женщина, не побоявшаяся спасти меня от неминуемой гибели, ударив по голове того мерзавца. А ведь это я должен был защитить её от убийцы! Раздосадованный, отвожу взгляд в пол.

– Не тревожьтесь так, Нил, всё же хорошо окончилось: Вы спасли меня от похитителя, который скорее всего раздавлен баржей. Я, кстати, заметила, как Вы в последнюю секунду пытались вытащить его – это весьма благородно! – я вздрагиваю от неожиданности.

– О, я подумал, Вы задремали…

– Не смущайтесь… Подите скорей сюда, как Ваше горло? О, да Вы выглядите свежо и ещё моложе! – Анна привстаёт на софе, глядя на меня снизу вверх, – Присядьте, прошу.

Подхожу и сажусь рядом, она берёт меня за руки; осмеливаюсь смотреть прямо в глаза и тону в их изумрудном омуте. На губах её играет лёгкая полуулыбка, такая нежная, такая чувственная. Миг, показавшийся секундой и бесконечностью одновременно – и наши губы встречаются. Словно миллиарды обжигающе-ледяных иголок пронзают всё моё тело от этого прикосновения. Я чувствую упругую податливость её губ, она приоткрывает рот, мой язык встречается с её, и мы сливаемся в невообразимом поцелуе. О, какое волшебство – это слияние материи любви, лишь зарождающейся, но столь жадно алчущей жить! Весь мир в этот момент остановился для нас, и мы не замечаем ничего вокруг – во Вселенной сейчас существуем лишь мы вдвоём. Анна обнимает меня, проводит руками по плечам и спине, я целую её лицо, шею, тогда она с силой прижимает мою голову, зарывшись рукой в мои волосы, и с губ её срывается стон.

Снимаю платье с её плеч, прикасаясь губами к их мраморной белизне. Анна встаёт с софы, и платье, шурша юбками, падает на пол. Захожу сзади и развязываю шнур тугого корсета, освобождая само совершенство от этой жуткой женской вещицы. Кладу ладони на холмики её грудей и провожу кончиками пальцев по затвердевшим соскам. Целую впадинку над ключицей, Анна запрокидывает руки и обхватывает меня за шею, извиваясь и поворачиваясь вновь ко мне. Затем она снимает пышные панталоны и остаётся лишь в чёрных шёлковых чулочках.

Поведя плечами, Анна прижимается ко мне и начинает расстёгивать на мне жакет, затем жилет; я снимаю их, бросая на пол. Затем она расстёгивает мою рубашку…

– Нил, о, Боже, что за фокусы? Вы – женщина?! – Анна, естественно, очень удивлена, обнаруживая под рубашкой вместо мужского торса тело женских очертаний.
 
Я с силой зажмуриваю глаза.

– Ну, у каждого свои недостатки, – произносит она, увлекая меня на софу.


next... http://www.proza.ru/2016/06/27/1920