На блюдечке 31

Глава 31. «А в ресторане…»


Сначала акции, потом чай.

Казанова



          Ресторатор с чудовищным именем Эразм Лагерлёф расположил свой храм чревоугодия в зарослях. И хотя Сильвия считала их садом экзотических растений, на Ников взгляд кусты как были кустами, так и ими и останутся во веки веков. Аминь. Приземистое здание возвышалось над ними лишь своей покатой крышей. Почти вплотную к нему стояло соседнее. Сыщики никого не встретили по пути от дороги ко входной двери. Посетители не спешили наполнить свои желудки, а хозяева не слишком стремились их привлечь. В надвигающихся сумерках тропинку освещали лишь несколько тусклых лампочек, вделанных в бордюрный камень да пара простеньких светодиодных табло-указателей. Фонарь над входом имел абажур в виде парусного корабля. Он даже покачивался на волне-гирлянде из тусклых неоновых «светлячков», хотя ветра не было. Официантка с угрюмым лицом поприветствовала пару без большого энтузиазма и предложила занять любой из свободных столиков, коих оказалось немало. В хорошо освещённом зале царили прохлада и негромкая музыка.

          – Спасибо, но у нас деловой визит, – отказалась Сильвия. – Мы детективы, приглашённые вашим начальством.

          – Угу, – кивнула женщина, – но, всё-таки, присядьте. Шеф сейчас разберётся с трудными клиентами, и я его позову. Пару минут, – она кивнула на ближайший незанятый стол. Детективы послушно присели.

          Мистер Лагерлёф обнаружился совсем неподалёку. У стеклянной двери, ведущей, похоже, на кухню он что-то втолковывал молодой парочке. Стройная девица в сарафане с длинными светло-русыми волосами и мускулистый негр в белом костюме слушали хозяина заведения вполне доброжелательно и периодически согласно кивали. У самого хозяина костюм имел тёмно-кофейный цвет. Это был статный, плотный мужчина ростом без дюйма шесть футов лет шестидесяти - шестидесяти пяти. Круглая голова с лысиной и выступающий подбородок делали его похожим на бобра. Под пиджаком водолазка с высоким воротом. Зачем она в тропиках? Он не производил впечатление сурового руководителя, но сотрудница терпеливо дождалась, когда в беседе возникнет достаточно длительная пауза, и лишь тогда обратила внимание босса на гостей. Тот что-то сказал молодым, напоследок развёл руками, откланялся и пошёл к приглашённым следователям. «Трудными» клиентами занялась мрачная официантка.

          – Здравствуйте! – радостно заявил Лагерлёф, поцеловал руку Сильвии и пожал Нику. Ладонь у него была широкая и мягкая. – Простите, что не встретил лично. Тут некий казус образовался…

          – Да мы сами виноваты, – махнула рукой Сильвия. – Обещали-то приехать много раньше. Но у нас такой капризный автомобиль! В следующий раз мы на него не сядем, есть и другие варианты…

          – А что за казус? – перебил её Ник, уводя от скользкой темы.

          – До сих пор находятся такие романтики, – вздохнул Эразм, – что кладут своим избранницам кольца в бокалы. И до сих пор находятся такие растяпы среди работников ресторана, которые эти кольца теряют… Я уж и стоимость кольца предлагал возместить, и кормить их готов бесплатно, сколько пожелают, но они каждый день приходят, в надежде, что потеря отыщется. Увы…

          – Но вы ведь вызвали нас по другому поводу.

          – Конечно. Кольцо, скорее всего, навеки сгинуло в местной канализации, и я отнюдь не надеюсь его найти. Но пропадают нынче не только кольца… На этом острове слишком много ресторанов. Или слишком мало едоков. Чтобы хоть как-то привлечь посетителей приходится придумывать нечто необычное, уникальное, чего ни у кого нет. В нашем случае это серебряные столовые приборы. Вилки, ложки, ножи. Всё старинное, ручной работы. Девятнадцатый век, в основном. Вещи недешёвые, но достались мне бесплатно, в большом количестве, как наследство, много лет назад. Собственно, мой нынешний бизнес с этого и начался, ещё на континенте…

          – А на Ки-Мэрайя вы давно? – прервала затянувшееся вступление Сильвия.

          – Вторую неделю. По сути, я приобрёл готовый ресторан у прежних хозяев. Но у них он полгода как был закрыт. Так что большинство сотрудников приехали со мной со старого места работы. Из персонала прежнего состава здесь сейчас только Билл, уборщик из утренней смены. Да и того я нанял лишь в пятницу. В общем, народ проверенный. Но недавно столовое серебро стало пропадать. Понемногу, четыре-пять предметов в день. Однако, так как я каждый из них знаю, для меня это сразу стало заметно.

          – Может посетители… забирают. Как сувенир, – предельно нейтрально допустила Сильвия.

          – Я предполагал такое. Официанты удвоили бдительность. Ещё у нас есть камеры наблюдения. И в зале, и на кухне. Но никто не видел ничего подобного. А приборы продолжают исчезать.

          – На кухне-то зачем? – искренне удивился Ник.

          – Клиенты разные бывают, – горестно вздохнул Эразм. – В том числе и такие, что готовы морду набить повару, если он недоварил их любимых трепангов. Чтобы потом на суде доказать, что он первый начал, приходится вести наблюдение и на кухне.

          – Можно взглянуть, где вы храните это добро? – Сильвию посетила самая очевидная догадка.

          – Естественно. Это тоже на кухне, пойдёмте.

          На кухне трудились три повара и посудомойка. Вслед за детективами и хозяином туда вошла пожилая уборщица.

          – Все свободные приборы в этом сейфе, – сказал Лагерлёф, открывая невысокий, но очень широкий серый металлический шкаф.

          – В сейфе? – недоумённо переспросила Сильвия. – Это сейф? Я бы подумала – холодильник.

          – Сейф, сейф, – уверил её Эразм, – вот, взгляните, какой замок.

          Внутри обнаружилось несколько выдвижных ящиков. Ресторатор потянул один. Тот, на удивление легко и бесшумно, выкатился на сложной конструкции из рычагов и направляющих, демонстрируя целую кучу вилок самых разных размеров и форм.

          – Разрешийтье… – с певучим испанским акцентом попросила смуглая юная посудомойка и, отодвинув Сильвию, добавила туда ещё десяток.

          На взгляд Ника приборы были недостаточно сухими, на что он и не преминул указать хозяину заведения.

          – Там вентиляция, – пояснил тот, тыча пальцем в нутро ящика. – Взгляните, и боковые, и задняя стенки ящиков, и даже дно перфорированы. А задняя перегородка всего объёма, где ящики двигаются – это ещё не стенка сейфа. В ней тоже полно дыр, а дальше – специальный лабиринт, по которому прогоняется воздух. Вон, видите сверху две трубы? Они идут на крышу. Это приток и вытяжка.

          – Хм… – Ник сунул голову в сейф. Внутри он казался весьма вместительным. Дальняя стена терялась во мгле. Сделано хранилище вилок и ложек было из обычной крашеной стали, и Нику, несмотря на хвалебную оду вентиляции, почудился запах ржавчины. Хотя никаких её следов он не углядел.

          – Можно, мы где-нибудь присядем с партнёром и обсудим увиденное? – спросил он, выбираясь обратно.

          Эразм не успел ответить, потому что его опередила подошедшая хмурая официантка.

          – Сэр, вас там к телефону.

          – Придётся отойти, – вздохнул тот, – раз звонок на городской, что-то серьёзное. Салли, посади наших гостей в каком-то тихом уголке. И покорми за счёт заведения, если они захотят.

          После чего он удалился, а неулыбчивая Салли жестом предложила детективам вернуться в зал. Разместив их за угловым столиком, она протянула меню и поинтересовалась, не желают ли господа что-либо скушать.

          – Нет, спасибо, – покачала головой Сильвия. Ну вот! Кто же отказывается от бесплатной еды?!

          – Она на диете, – пояснил Ник. – А мне принесите, пожалуйста, кружечку пивка и что-нибудь попитательнее на закуску, скажем… бифштекс.

          – Никакого пивка! – воскликнула Сильвия. – Нам ещё домой ехать.

          – Так, ты же пить не будешь.

          – И водить не буду! Своим драндулетом управляй сам.

          – Как скажешь, – на Ки-Мэрайя довольно сложно попасть на засаду дорожной полиции, да и не станут ребята трогать старых знакомых, но нет – так нет. – Тогда, просто бифштекс.

          – Итак, ваше мнение, коллега, – продолжил он, когда с удовольствием прожевал первый кусок.

          – По-моему, надо пройтись по всему циклу кругооборота ложек в ресторане.

          – Отлично! Официант сервирует заказ и несёт его клиенту. Вряд ли на этом этапе можно что-то стащить. Если посетитель не получит желанного ножа для резки овощей, он же скандал поднимет.

          – Но можно взять из сейфа больше приборов, чем надо, и лишние спрятать в рукаве. Позже незаметно прошмыгнуть в туалет и спрятать добычу, скажем, в бачке унитаза. А когда-нибудь потом забрать.

          – Гениально! И, кстати, проверяемо. Салли, можно на секундочку?

          Проходящая мимо официантка обречённо вздохнула, решив, видимо, что сыщики – её проклятие на сегодняшний день.

          – А где у вас… санузлы? – поинтересовалась Сильвия, опередив жующего напарника.

          – Да вот, практически у вас за спиной, – кивнула Салли. Ник обернулся и увидел малозаметные двери с мужской и женской фигурками в боковых стенах небольшого закутка.

          – И вы туда ходите?

          – Нет, для персонала своя кабинка, там, на кухне.

          – Можно взглянуть?

          Женщина озадаченно взглянула на Сильвию, закатила глаза, но возражать не стала.

          – Пойдёмте…

          Когда напарница вернулась, Слотер уже прикончил свой бифштекс. От нечего делать он изучал помещение и посетителей, но подметил лишь одну интересную деталь – массивную дубовую дверь, за которой, похоже, был спуск в подвал. За ней на несколько минут скрылся молодой официант, однако ничего он туда не отнёс, и возвратился тоже ни с чем. Без открытий пришла и Сильвия.

          – Бачок у тамошнего унитаза имеется, – начала она без предисловий, усаживаясь напротив, – но залезть в него без инструментов нельзя. Так что этот вариант отпадает.

          – Пойдём по цепочке дальше, – бодро заявил Ник. – Подозрения с посетителей снял сам заказчик. Здесь, конечно, остаётся место для всякого рода экзотических гипотез, но давай пока не будем изобретать лишних сущностей. Клиент поел, расплатился, официант несёт грязную посуду на мойку. Его возможности те же, что и на первом шаге, и мы их уже исключили…

          – Точно! – воскликнула Сильвия. – Мойка! Как называется тот изгиб сливной трубы под раковиной, где создаётся водяная пробка, чтобы запахи из канализации не проникали?

          – Сифон, водозаслон…

          – Что, если этот сифон у них здесь большой? Ну, достаточно большой, чтобы в него ложка влезла. Посудомойка незаметно, когда никто не смотрит, роняет прибор в слив, а потом достаёт.

          – Когда потом?

          – Не знаю… Наверное, опять же, когда никого нет.

          – А как?

          – Отвинчивает у него снизу крышку, и содержимое вываливается.

          – Вообще-то сливное отверстие в раковинах закрывается специальными решётками. Как раз для того, чтобы подобное не происходило.

          – Ну и что? Эта сетка может быть съёмной. Убираешь, когда нужно – и вперёд.

          – Пойдём, проверим?

          – Ну конечно! Хватит тут рассиживать и пузо набивать.

          Раковин на кухне имелось целых три. Широкие, глубокие, из листовой нержавейки они стояли в ряд у зеркальной стены, прямо в которую были вделаны полочки с губками, мочалками, тёрками, мыльницами и другими средствами для исправной посудомойной службы. В каждой громоздились горы не только из столового серебра, но и из тарелок, бокалов, чашек и даже кастрюль со сковородками. Сильвия бесцеремонно оттеснила хозяйку всех этих сокровищ и принялась, раздвигая посуду, дёргать за сливные сетки. В крайних раковинах это ни к чему не привело, но в средней ей удалось вывинтить решётку.

          – Ага! – победоносно заявила она и протянула добычу Нику.

          – Молодец, – сдержанно похвалил тот партнёршу. Отверстие в раковине было достаточным для погружения туда не только ложки или вилки, но и приличных размеров половника. Разглядеть в нём ничего не удалось. Даже подсветив фонариком из телефона. Ник вернул деталь на место. – Что дальше?

          – Ищем сифон, – пожала плечами Сильвия.

          Дверца подраковинной тумбочки была фанерной, крашенной в белое, запиралась на хлипкий шпингалет и имела ручку из половинки старинной деревянной нитяной катушки. Маленькие хитрости. Домашнему мастеру на заметку. Некоторые вещи не меняются. Прямо за дверцей обнаружилось несметное богатство: вёдра, мётлы, веники, щётки, швабры, совки, банки и бутылки с бытовой химией. Здесь держала свои инструменты уборщица. Когда Ник извлёк это на свет божий, он не увидел никакого слива. Раковина оказалась такой большой, что всё хозяйство уместилось меньше, чем под её половиной. Сливную трубу скрывала перегородка, держащаяся на четырёх винтах или саморезах. Ник крякнул и вытащил складной нож. Все обитатели кухни уже побросали работу и с любопытством взирали на самодеятельность сыщиков.

          За стенкой имелись: сливная труба с сильфоном, где вышеупомянутый половник разместился бы с запасом, паутина и огромное количество пыли. Ник пощупал ребристую пластмассовую крышку и протянул грязную ладонь Сильвии.

          – Как, по-твоему: был здесь кто-то в последние годы?

          – Отвинчивай! – настойчиво возразила она.

          Ник вздохнул и двумя ладонями ухватился за, приличных размеров, полусферу. Та ни в какую двигаться не желала. Похоже, без специализированного инструмента не обойтись.

          Увы, такового в ресторане не оказалось, и Слотеру пришлось отправиться к своему джипу. Трубного ключа с таким разводом там, конечно, не было, но имелся серповидный, со ввинчивающейся ручкой. Он столько лет недоумевал, зачем возит его с собой, и вот, наконец, сомнения рассеялись. Когда Ник вернулся, под раковиной уже были расстелена старая рабочая одежда и даже светилась настольная лампа. Сильвия времени даром не теряла.

          Слотер улёгся на новое рабочее место. Крышка оказалась в паре дюймов от носа. Не самое удобное расположение… ну ладно. Он примостил инструмент и потянул. Никаких последствий. Потянул ещё, посильнее. Аналогичный успех. Хорошо, что Ник предусмотрительно прихватил и молоток. Стук-стук. Бесполезно. Ну как, скажите, может возникнуть мысль, что сюда периодически кто-то лазает за серебром? Засунуть что-нибудь в сливное отверстие и вытащить ложку тем же путём, что и спрятал, и то проще… Кстати… Но голова думала одно, а руки делали своё привычное дело. Хрясь!

          Ключ вроде пошёл, но отвинчивалось это крышка, или зуб ключа начал сковыривать пластмассу, понять было трудно. А ну-ка, ещё раз. Хрясь! Ник ничего не успел предпринять. Крышка повернулась почти на пол-оборота, и через возникшую щель ему на голову хлынула серая, едкая, вонючая жижа. Профессиональный рефлекс сработал мгновенно, глаза и рот закрылись, но в нос всё-таки попало. Некоторое время дышать не стоило.

          – Ник! – вскрикнула Сильвия и хлопнулась коленками на тряпку рядом с ним. – Не шевелись!

          Очень ценный совет. А он-то собирался станцевать джигу. Но напарница не спешила очистить его лицо. Несколько секунд она сопела, пыхтела, кряхтела и делала что-то непонятное. Наконец, когда мерзкая гадость начала затекать уже и в уши, тряпка в пальцах Сильвии заползала по физиономии.

          – Открой глаза, – сказала она откуда-то сбоку. Но он, первым делом, фыркнул остатками воздуха из лёгких и жадно глотнул нового ртом.

          – Смотри, что я нашла! – заявила Сильвия прямо Нику в ухо. Тот поднял веки и скосил взгляд налево. Там, подперев щёку, на локте, лежала напарница, в вытянутой над его головой левой ладони она держала не только изрядно уже перепачканное полотенце, но и золотое обручальное кольцо. Ничего себе!

          – Ты нашла?

          – Ну, хорошо, хорошо, мы нашли.

          – Теперь, значит, уже мы?

          – Ладно, ты нашёл, – она снова принялась ухаживать за его лицом.

          В поле зрения появились коричневые брюки.

          – Что это у вас здесь творится? – поинтересовался их обладатель.

          – Сэр, мы кольцо нашли! – впервые проявив хоть какую-то радость, заявила невидимая Салли. Все женщины одинаковы!

          – С ума сойти! – Лагерлёф присел перед ними. – Можно взглянуть?

          Сильвия протянула ему украшение. Они с Ником, мешаясь друг другу, начали выкарабкиваться наружу.

          – Эта парочка ещё здесь. Пойду, обрадую…

          Когда хозяин заведения вернулся, Сильвия и плохо понимающая по-английски посудомойка Лурдес отмывали полуголого Ника над одной из исправных раковин. Пожилая уборщица, ворча что-то неразборчивое на испанском, драила пол у них под ногами. Определённый простор для фантазий относительно связи этих работниц с пропажей кольца был, но…

          – Рубашку стирать придётся, – обречённо вздохнула Сильвия.

          – Да ну, брось. У меня ещё есть.

          – Вот не бывает худа без добра, – жизнерадостно заявил Эразм. – Если бы не этот злополучный звонок, я бы успел вам всё рассказать, вы не полезли бы в раковину и не нашли бы кольцо. Но всё равно, прошу простить за то, что так получилось.

          – А почему не полезли бы? – удивилась Сильвия.

          – Я не объяснил, что последняя пропажа произошла прямо из сейфа. Вернее, все они, скорее всего, так произошли. После закрытия, вчера, я проверил приборы в сейфе. И все они были на месте. А утром уже не хватало трёх штук.

          – Выходит, их украли ночью? – уточнил Ник.

          – Не совсем… – Лагерлёф замялся. – Давайте продолжим у меня в кабинете.

          – Надо бы обратно собрать вашу сантехнику.

          – Кто-нибудь из ребят с этим справится, я думаю. Мики? – самый молодой повар согласно кивнул.

          – А ничего, что я буду расхаживать по залу с обнажённым торсом?

          – Накиньте пока поварскую курточку, – Эразм кивнул в сторону дверцы в раздевалку.

          Когда все трое разместились в тесной комнатке, хозяин продолжил:

          – Мы закрываемся в полночь. Ещё полчасика на уборку и все расходятся. Да даже раньше. Со мной уходит лишь Эсмеральда, уборщица из вечерней смены. Она на той стороне улицы живёт. А открывается ресторан в десять. Повара из утренней бригады приходят в полдесятого, а я и уборщик в девять.

          – А зачем? – не поняла Сильвия. – Если вечером всё уже убрали.

          – Вечером убирается лишь кухня. Чтобы с утра там можно было работать. Билл утром моет зал, подметает прилегающую территорию, выносит мусор. Но сегодня я пришёл в семь. Не сочтите меня параноиком, но хотел ещё раз проверить, всё ли на месте. Так вот, всё было… А в начале десятого приборов уже не было.

          – А что там? – Ник ткнул пальцем под ноги.

          – Где?

          – Под кухней.

          –Ничего. Земля. Фундамент.

          – Но я, вроде, видел спуск куда-то из зала.

          – Есть один маленький подвальчик, под основным помещением. По сути, это просто ещё одна комната для любителей укрыться от посторонних глаз. Деловые люди используют её для переговоров. Но других объёмов под землёй нет. И не было, если верить планировкам, которые я получил от прежних хозяев при покупке.

          – И мы можем на него взглянуть? – он и сам не знал, зачем.

          – Почему бы и нет? Идём прямо сейчас?

          – А мы не нарушим чьё-то уединение? – озаботилась Сильвия.

          – Не волнуйтесь, там никого нет. Клиентура сегодня не требовательная.

          За дверью они увидели лестницу, ведущую вдоль стены основного зала футов на восемь вниз. В темноту, где она переходила в коридор. Лагерлёф щёлкнул выключателем, и стало ясно, что это – балкон. Узкая галерея, нависающая над подвалом. В другом её конце снова начинались ступеньки – спуск по поперечной стене на самое дно.

          – Ну вот, – Эразм сделал неопределённый жест, – наш подвал.

          Помещение казалось почти кубическим, с ребром ярдов в восемь. Три стола, полтора десятка стульев, ковры, картины на стенах, камин. И никаких дверей, ведущих куда-то ещё.

          – Уютно, – сказала Сильвия, облокачиваясь на перила, – мило. Тихое, спокойное место.

          – И довольно глубоко, – добавил Ник.

          – Так глубоко, что даже связь не берёт. Пришлось ретранслятор повесить, – хозяин показал на паукообразную антенну рядом с люстрой. Всё это висело практически на уровне их глаз.

          – Неужели переборка такая толстая? – удивился Ник, прикидывая расстояние между полом основного зала и здешним потолком. Получалось фута два.

          – Нет, что вы. Здесь просто шумопоглощающее покрытие на потолке.

          – Что же… понятно. А что в соседнем здании? – после некоторых колебаний Ник показал рукой направление, в котором, как ему казалось, находился близкостоящий дом. По всей видимости, угадал, ибо Лагерлёф понимающе кивнул.

          – Офис строительной компании.

          У Ника начали просыпаться кое-какие подозрения.

          – Вы говорили, что утренний уборщик приходит раньше всех. Можете описать его?

          – Худой, узкоплечий, ростом с вас, но сутулый и кажется ниже. Стрижётся очень коротко, почти наголо. Бледный, глаза… карие, кажется, глубоко посаженные. Нос немного свёрнут набок. Лет тридцать, может чуть меньше. Всегда носит джинсы и футболки с длинным рукавом. Немного нервный. Работает усердно, не опаздывает, прибавок не просит. Короче, я им доволен.

          – Ясно. Давайте, так: встретимся завтра у входа в ресторан, скажем, в полдевятого утра. Не обещаю, что всё прояснится, но вполне такое допускаю.

          Сильвия глянула на напарника озадачено-скептически. Ей было трудно представить причину, могущую заставить Слотера по своему желанию назначать кому-то встречу в полдевятого утра. Ник заговорщицки подмигнул.

          – Нам с партнёром надо кое-что уточнить по своим каналам и обсудить предположения. Полагаю, мы на верном пути.




продолжение

http://www.proza.ru/2016/07/05/1911


Рецензии
А я не догадалась причем тут уборщик и трубы, пока не прочла предыдущую рецензию. Ну не всем же такими умными быть. Поэтому загадка есть и отгадка не так очевидна. По крайней мере для меня.

Полина Шехали   09.06.2018 18:53     Заявить о нарушении
Честно говоря, я так и не решил, что для меня, как читателя было бы предпочтительнее: угадывать все сюжетные замыслы автора и радоваться своей прозорливости или постоянно быть озадаченным новыми и новыми неожиданностями.

Алексей Ляликов   09.06.2018 22:31   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.