Волки и оборотни 1

Темный зал, голливудский блокбастер, и вдруг крик: «Волки!»
Сердце инстинктивно сжимается от ужаса. Серый хищник для нас – олицетворение смертельной опасности. Казалось бы – почему? Мы, городские жители сталкивается с природой только на пикнике, на вытоптанном сотнями ног берегу речки. В крайнем случае, в ближайшем лесу, на грибной охоте, где и белка то редкость.
Конечно, некоторые видели живого Canis lupus за решеткой зоопарка и испытали огромное разочарование. Назвать волком это подобие дворняжки со скверным нравом вряд ли возможно.
Почему же он остается в нашем «коллективном бессознательном» главным страхом ночи? (Если не считать разную мистическую братию).
Серые появились на планете около полумиллиона лет назад и заселили почти все континенты, степи, леса и тундру. Наши предки тысяч на триста годков моложе и явились на просторы, давно поделенные стаями на охотничьи угодья.
Если отставим в сторону рыболовство и собирательство, увидим, что люди неолита – не более чем разумные хищники. На мелкую дичь охотились поодиночке, но на среднюю и особенно крупную – вроде носорога или мамонта, только толпой. При этом активно пользовались речью для согласованных действий, перекрикиваясь. Резвых стадных копытных брали загонным методом, измором, преследуя их сутками без отдыха или отбивая от стада молодых и слабых особей. Мясо заготавливали впрок.
Ничего не напоминает? Посмотрите на образ жизни волков.
Хомо сапиенс неолитический и канус лупус – естественные конкуренты и занимали одну и ту же нишу стайного хищника. И должны были, следуя за своей добычей, постоянно сталкиваться на путях кочевки стад. Даже жилье у них одинаковое: норы-землянки или пещеры. Словом, логово.
 Война длились тысячелетиями, въедаясь в родовую память. В процессе часть охотников и волков решила, что выгоднее сотрудничать. Бывшие враги стали союзниками. Так появилась собака, возможно, единственный друг человека в животном царстве.
Иные хищники были быстро истреблены. В силу своего индивидуализма бесчисленные пещерные медведи, львы и тигры надеялись на грубую силу, что было ошибкой. Противостоять целой стае слабых, но хитрых и сплоченных человеков они не могли.
Волк такой ошибки не делал и выжил. В одиночку даже вооруженный до зубов средневековый воин проигрывал десятку голодных и ловких серых.
Время шло, человек прогрессировал, охотники уступали место пастухам и земледельцам. И конфликт приобрел новую форму.
Леса вырубали под поля и пастбища, дикие стада скудели, а добывать тупую домашнюю скотину куда как проще. Тучные стада под охраной ленивого пастуха – с точки зрения волка это же просто шведский стол. И хомо сапиенс измельчал: пастух – это не охотник, который может наравне с хищником сутками бежать, не уставая.
Запираясь ночью в домах, люди с ужасом вслушиваясь в ночь, где волки переговаривались, собираясь на охоту, отыскивая брешь в ограде загона или стене хлева, чтобы собрать свою жатву.
И снова все изменилось, когда родилось огнестрельное оружие. Человек, платя сторицей  за свои страхи, пошел в жестокое наступление. В прошлом веке за шкуру волка платили вознаграждение, как за вредителя охотничьих угодий. Серых загнали в безлюдные углы. Теперь они окончательно превратились в абстрактный ночной страх.
Вот один из кратких эпизодов конфликта Хомо и Лупуса:

http://www.proza.ru/2009/05/28/841
Продолжение будет.


Рецензии