Зуб лемурийца

  Евдокия Петровна по узкой тропинке спустилась к морю. Пятилапые листья диморфанта шуршали под ногами, будто приглашая отправиться в доисторические времена.
  Вырвавшаяся на морские просторы горожанка воодушевлённо прогуливалась по берегу уютной  бухточки и всматривалась в  россыпи  разноцветных камней, в спутанное перекати-море бурых водорослей, в жемчужные обломки  разбившихся о жизненные препоны ракушек.
По давней привычке она всегда искала на краю моря что-нибудь особенное – камешек причудливой формы, обточенное водным мастером стёклышко, ракушку с дырочкой – на память.
- Мама, пойдём уже. Видишь, отец машет?- терпеливо попросил увлёкшуюся родительницу незаметно выросший сын Славик.
- Сейчас, сынок, ещё немного пройдусь, - попросила Евдокия Петровна, выискивая взглядом какой-нибудь знак благосклонности хозяина моря. Со стороны казалось, будто она потеряла какой-нибудь перст судьбы и ищет его  со всей учительской ответственностью.
  Внимание её привлёк небольшой, немногим меньше половины ладони, жёлтоватый камень странной формы. Когда Евдокия Петровна взяла его в руку, показалось, что он тёплый.
- Смотри, Славик, какой камень необычный. Похоже, что это окаменевшая кость, - похвасталась она сыну.
- Камень как камень, - недовольно  бросил успевший основательно промёрзнуть на ноябрьском ветру Славик.
  Дорогой муж Иван Трофимович тоже не особенно обрадовался находке.
- Да. Камень как камень, -скептически подтвердил он, прыгая с ноги на ногу в попытках согреться. –Вечно ты, мать, что-нибудь выдумаешь. То окаменевшие брёвна, то окаменевшие кости…
- Но  в Приморье действительно находят окаменевшие деревья. У меня в кабинете, например, лежит окаменевший кусок дерева. Понимаешь, органические вещества с течением времени замещаются неорганическими… - попыталась прочесть мужу очередную лекцию  Евдокия Петровна. Но тут она заметила, что машина уже тронулась. Иван Трофимович и в благоприятной обстановке не очень хорошо переваривал её лекции, а уж когда он за рулём… 
   Дома Евдокия Петровна  внимательно рассмотрела камень и обнаружила его удивительное сходство с зубом – цвет старой кости, форма клыка , видны были даже идущие вдоль верхней сколотой части окаменевшие следы пульпы. От него шло то же тепло органической материи, что и от любимых янтарных бус. Любовно обточенный морем,  камень излучал тусклый блеск.
  Если это зуб, то чей? Корня у зуба не было, видимо, он был сломан ударом огромной силы. Что это могла быть за битва великанов?
  Воображение Евдокии Петровны, выросшей на романах Жюля Верна, разыгралось. Ей представилось, как могучий древний великан сражается с каким-нибудь не менее могучим бронтозавром. Размахивая стволом вырванного из земли молодого диморфанта, исполин старается поразить  травоядного ящера, чтобы накормить своих соплеменников деликатесным мясом. Внезапный удар гигантского хвоста приходится на правую часть лица неудачливого охотника: выбиты несколько зубов , разлетевшихся на десятки метров вокруг, подбит правый глаз и в нескольких местах сломана правая рука. Мужественный великан  добирается к своему жилищу, истекая кровью. Его младший сын идёт по кровавым следам отца, находит зализывающего раны бронтозавра, побеждает его - и  племя великанов устраивает пир, воинственно танцуя возле  добычи  и благодаря своих богов... Ну и что-нибудь в том же духе…
  Конечно, Евдокия Петровна держала свои домыслы в тайне от домашних критиков. Она носила зуб в сумочке в качестве талисмана  и даже пробовала прикладывать к своей больной спине, проверяя, не обладает ли он целебной силой.
  История зуба настолько заинтересовала дотошную учительницу литературы, что во время посещения стоматологической клиники она  продемонстрировала свою находку врачу и попросила опознать, зуб ли это. Тот недолго рассматривал  предмет, предоставленный для опознания. «Похоже, похоже, - задумчиво протянул он и вынес суровый вердикт: "Но ЭТО не может быть зубом!Априори!»  На скучном лице стоматолога опытная Евдокия Петровна прочитала порхающую в воздухе мысль :  «Боже мой! Каких только причуд не бывает у стареющих пациентов».
   Однако прошедшая огни, воды и медные трубы Евдокия Петровна не сдалась. Оставались две последние надежды: Пупырышкин и Интернет!
   Интернет Евдокия Петровна не любила, как не любила, когда её обрызгивали грязной водой едущие на полной скорости по ливневым лужам равнодушные иномарки.   
   Пятиклассник Андрюша Пупырышкин был так же непредсказуем, как Интернет, но всё же он внушал  гораздо больше доверия. К тому же Евдокия Петровна вспомнила,что в сочинении о будущей профессии Андрей написал, что хочет быть следователем по особо важным делам. Итак, выбор Евдокии Петровны пал на Пупырышкина:
- Андрей, останешься сегодня после уроков.
- За что после уроков?  У меня ведь тройка за диктант. Евдокия Петровна, это полная несправедливость, - выразительно вскричал Пупырышкин. 
- Андрюша, мне нужно посоветоваться с тобой по важному вопросу.
- Знаю я ваши вопросы. Это точно двойка. Только за что? Наверно, за проект. Так я и знал!
- Не гадай на кофейной гуще. Останься после уроков – и всё! Без возражений! -  приказала безаппеляционным тоном Евдокия Петровна.
  После уроков она села рядом с недоверчиво косившимся на неё Пупырышкиным за первую парту, достала из сумки камень и  показала его мальчику:
- Андрей, как ты думаешь, что это такое?
  Глаза будущего следователя загорелись, как у кота в момент охоты на голубей. Пупырышкин  вертел камень, рассматривая его с разных сторон, и даже  понюхал. Что-то в нём всё-таки было от Шерлока Холмса.
- Знаете, похоже на очень большой зуб. Я читал, что археологи во многих местах планеты находят скелеты великанов. Может быть, великаны из сказок – это совсем не выдумки. Вдруг это зуб великана? Вполне может быть, Евдокия Петровна. А где вы его взяли?
- Нашла на берегу бухты – недалеко от Шаморы.
- Вот это да! Ладно, я займусь этим вопросом. Можно Илье рассказать? Мы бы с ним вместе…
- Ни в коем случае! А если это просто камень? Вся школа над нами смеяться будет. Надо вначале хотя бы гипотезу выдвинуть.
- Что выдвинуть?
- Гипотезу, Андрей. Гипотезу.
  Пупырышкин  был гениальным ребёнком- таким, каким бывает большинство детей в его возрасте. Он подошёл к делу серьёзно: предполагаемый зуб был тщательно осмотрен, измерен и сфотографирован  в разных ракурсах.
Через несколько дней на перемене Пупырышкин сказал Евдокии Петровне:
- Евдокия Петровна, останьтесь, пожалуйста, после уроков.
- За что, Андрей? Неужели я получила двойку за проект? – попыталась пошутить Евдокия Петровна, но у Андрея был такой серьёзный вид, что она тут же послушно кивнула головой в знак согласия.
  После уроков Пупырышкин торжествующе положил перед ней карту, распечатанную на принтере:
- Вот, смотрите!
  Евдокия Петровна протёрла запотевшие очки и спросила, вглядываясь в незнакомые очертания материков:
- Что это за планета? Похоже на Венеру.
- Ну что вы, Евдокия Петровна? Это же Земля. Только миллионы лет назад. Тогда на месте Японии, Австралии и всяких там островов был один огромный континент – Лемурия.  Видите? Это наш Приморский край. Когда-то здесь была территория Лемурии. И жили здесь лемурийцы, рост которых составлял примерно 5 метров.
- Ты думаешь, мой  камень может иметь какое-то отношение к лемурийцам? – недоверчиво спросила Евдокия Петровна.
- Да не может, а скорее всего! – с жаром воскликнул Андрей.  – Вот вам  ещё один факт. В Австралии тоже нашли зуб лемурийца. Его размеры практически совпадают с нашими. Смотрите. Я всё рассчитал.
  Евдокия Петровна и Пупырышкин склонились над исчёрканным тетрадным листком.
- Ты молодец, Андрей, -похвалила Евдокия Петровна. – Зуб лемурийца - это уже гипотеза.
- А что дальше? – спросил мальчик.
- Пока не знаю, - ответила учительница. – Нужна экспертиза.
-  Евдокия Петровна, я  уже имя придумал.
- Кому?
- Ну, лемурийцу этому со сломанным зубом.
- И как же ты его назвал?
- Рум. Мне кажется, его звали Рум. И у него был третий глаз. Знаете про такой?
  Казалось, Пупырышкин знал всё на свете, кроме правил русского языка.
  Андрей не ограничился тем, что придумал лемурийцу имя. Вскоре он нарисовал  портрет Рума, вычислил, что он жил около 9 миллионов лет назад, составил его жизнеописание и выдвинул несколько версий о причинах облома Румова зуба.Всё было серьёзно.Заведена отдельная папка, которая пухла с каждым днём.
  Учебный год заканчивался – Евдокии Петровне было не до зуба лемурийца, тем более, что у неё вывалились две пломбы и нужно было вплотную заниматься собственными зубами. Вещественное доказательство существования Лемурии  лежало на почётном месте в шкафу и ничем, казалось, не напоминало о своём присутствии. Жизнь текла и бурлила своим чередом.
  А что же Пупырышкин? На летних каникулах он решил заняться расследованием своего первого особо важного"Дела о зубе лемурийца".
- Ведь это дело вполне может изменить ход истории, - мечтательно сказал Андрей.- Просто переворот в научном мире! А вы у меня главным свидетелем будете.Замётано, Евдокия Петровна?
- Замётано,- устало согласилась учительница. - Вот только кто у тебя обвиняемым будет? Разве какой-нибудь динозавр?
- Обвиняемого пока нет, а вот подозреваемый уже есть,-загадочно улыбнулся Пупырышкин. Его хитрые доверчивые глаза прозорливо светились, светлый чубчик задорно топорщился, острый носик пытливо поворачивался на своей оси в разные стороны - да, от такого следователя не отвертишься... Даже через девять миллионов лет...