Из корреспондентского блокнота. Запись 1

   Она пришла в редакцию местной газеты зимой. Высокая. Худая. Даже, сказала бы - костлявая. Немного угловатая.Движения её рук были резкими, прерывистыми. Женщину проводили в информационный отдел.
   Она сняла пальто, присела на краешек стула. Свитер с широкими рукавами, шерстяная, в пол, юбка. Женщина заметно нервничала. Худые пальцы рук то сплетались в замок, то, хрустнув костяшками,ложились на стол. После секундного затишья начинали барабанить по столу и снова сплетались в замок.Стеклянная поверхность крышки стола придавала им ещё больше прозрачности и... призрачности.
   После минутного молчания женщина заговорила. Речь была торопливой. Говорила посетительница резко, прерывисто, многословно, стремясь быстрее выплеснуть наружу накопившееся внутри, не позволявшее ей нормально дышать, жить.
   Оказалось, женщина много лет проработала воспитателем в детском доме, попала под сокращение, была уволена, тяжело перенесла расставание со своими воспитанниками, заболела онкологией. Через несколько дней ей предстоял очередной курс химиотерапии.
   Посетительница рассказывала о детском доме, мальчишках и девчонках, живущих там, их проблемах. В разгар беседы неожиданно заторопилась, порывисто встала, схватила пальто, засобиралась. Как выяснилось, газетная публикация ей была не нужна, хотя интересными педагогическим находками могла бы поделиться с читателями. Но не это было целью.  Просто хотелось выговориться и быть услышанной.У двери обернулась, чтобы попрощаться. Пообещала зайти после возвращения из онкологического центра.
   Я долго её ждала. Но она больше не пришла...