4. Уродец...

Душа долго ёжилась в содрогающихся от слёз и переживаний телесах Афанасия, ища духовного уединения и тишины в стенах братской обители да спасения от скорбей в трудах праведных и самозабвенных, но безвременная кончина отца заставила блудное чадо вернуться в дом отчий на время похорон и всей кутерьмы с дальнейшей судьбой имения и решения дел материальных.

Печать некой ущербности и духовного юродства Афанасия Никитича по возвращению домой лишь прогрессировала для многих. Отречённость и без того присущая тонкой натуре Афанасия, усилилась за время пребывания в лоне монастырских обителей, внешняя тишина и немногословие стали постоянными атрибутами его пребывания на людях, а одухотворённость взгляда и абсолютно безмятежное спокойствие смущали и вызывали негодование и протест многих и многих людей вокруг.

Идеалистичное сердце и прогрессивное, тянущееся к справедливости и равноправию, сознание Афанасия Никитича с милосердие и глубоким состраданием подошли к насущным вопросам в решении финансовых дел. Река благодетельствований щедрым потоком устремилась во все благотворительные фонды и организации, приюты и попечительские советы того времени, но в то же время и хорошо пополнив карманы вёртких дельцов и попрошаек, умело манипулирующих и пользующихся доброй и благодетельной природой Афони.

Пустив по ветру всё состояние отца, достояние и доброе имя рода, как говорили все об этом в свете, дурачок Афонька даже простил всех должников отца по великой милости Божией, как любил он тихохонько пришёптывать меж делом, из под своей густющей ранее, но теперь всё более убеляющейся редкой бороды. Юродивый дурак даже распустил всю челядь и прислугу, дал вольную крестьянам да поделил часть земельных наделов меж ними одарив каждую семью своим клочочком землицы кормящей для временного пристанища телес в бренном мире, опять таки, по великой милости и безусловной любови Божией.

В свете с нескончаемым злорадством и сарказмом обсуждали все кому не лень юродивого сынка бывшего влиятельного банкира, могущественного при жизни человека, никак не понимая, как в таком досточтенном роду мог уродиться такой Афонька-выродок. Судачили бы ещё долго, если бы не множащаяся с каждым днём слава о чудесных выздоровлениях крестьян из всех соседних деревень и окрестностей по требам и молитвам Афони-дурачка.

Высосанный денежно подчистую и обглоданный хищными пираньями многих ложных плакальщиков Афанасий с матерью уже на второй год после смерти отца остались одни в едва отапливаемом доме, умудряясь поддерживать аскетичное пребывание и жизнь в нём скромными трапезами из съестных пожертвований просящих о его молитвах и обогревами у старой, находившейся когда-то в кухне для прислуги, печурке.

Мать не выдежала на третью зиму, хондроз и артрит мучили сердешную, а неустанные переживания за собственное бесталанное дитя, постоянная печаль и слёзы сожаления по любимому супругу, мнение и сплетни об их чаде в обществе изрезали её и без того рано скукоженное лицо бороздами и рытвинами глубоких и скорбных морщин. Она угасала тихо и в один день просто с какой-то смиренной ниточкой едва заметной улыбки на устах отошла в светлые обители Царствия Небесного.
 
Продолжение следует... http://www.proza.ru/2016/07/18/1829

18.07. - 18.08.2016

Из цикла " Причинно-следственные связи... "


Рецензии