Детская привязанность

Детская привязанность
(Первая проза)
22.07.2016
Хотелось бы рассказать одну историю. Я не знаю почему, просто нахлынули воспоминания о раннем детстве. Итак. Когда я был совсем ещё маленьким мальчишкой, ходил в садик и особо не слушался маму, у меня была, думаю, как и у всех, литровая банка, с будто приваренной к ней крышкой, в которой была проделана неаккуратная дырка. В эту дырку я кидал копеечки - десять копеек, пятьдесят копеек, рубль-два. И я был безумно нетерпеливым, как только у меня скапливалось даже десять рублей, у меня сразу же словно возникала потребность как можно быстрее их потратить. В среднем я накапливал двадцать-двадцать пять рублей и сразу бежал их тратить. Первоначально я бегал в ларёк недалеко от дома и покупал там жевательные конфеты по рублю, не помню их названия, помню только, что на обёртке была нарисована зелёная улыбающаяся мордочка, вроде смайлика, а сама она была со вкусом арбуза. Помню, как-то раз я накопил сорок рублей, это была самая большая сумма, которую я насобирал железными монетами. Я собирал эти сорок рублей два месяца, и когда моё терпение кончилось, я пошёл за покупками. Но я пошёл уже не в ларёк за теми конфетами, а в «копеечку» (нынешнюю пятёрочку), и купил на эти сорок рублей два йогурта, пришёл домой и сразу же снял пробу. С тех пор я всегда ходил только в «копеечку», невзирая на то, сколько денег было в моём кармане. Однажды мама купила мне на новый год бильярд. Ох, помню как она со мной тогда, уча меня играть правильно. Но в итоге в этот бильярд никто не играл, и коробка для него стала как копилка для бумажных средств. Да, после того нового года, осенью, у меня появились первые бумажные деньги. Не помню, кто мне их дал, но помню, что купюры было две. Десять рублей и пятьдесят рублей. Боже, как же я тогда был счастлив, я постоянно тискал их в руках, перебирал, делая вид, что у меня этих купюр много. А позже отрыл где-то небольшой рюкзачок с лицом деда мороза и переложил их туда. С тех пор я старался к ним не притрагиваться, боясь протереть дырку. Но всё же искушение было сильнее силы воли, и я даже спал в обнимку с  этой пятидесятирублёвой, а когда мама заходила в комнату, прятал её под подушку и придерживал рукой, боясь, что кто-нибудь сворует.  И вот, однажды я приезжаю от бабушки, захожу в спальню и вижу, что в моём рюкзачке не пятьдесят, а сто рублей и также лежит потёртая десятка. Испугавшись, уже почти в слезах, я подошёл к маме и спросил, куда делись пятьдесят рублей, и она сказала, что это она взяла пятьдесят рублей, а положила сто. Я окончательно кинулся в слёзы, они текли из меня ручьём. Мама была в шоке. Она еле меня успокоила. Кстати, я более чем уверен, что мама не помнит этого, не помнит.  К чему я рассказал эту историю? К тому, что это было со мной примерно восемь лет назад, а я только сейчас до конца осознал, к чему были эти слёзы. Нам очень трудно расставаться с тем, к чему мы привязались.