На сцене

               

    Сегодня Люся нервничала особенно сильно. Она вообще всегда была эмоциональной девушкой, а теперь просто паническая атака какая-то получалась! Ведь именно сегодня, этим вечером, Люська увидит и услышит свою любимую певицу! И даже может быть Она ей улыбнется и почитает где-нибудь в тишине потом Люсины пожелания и стихи….
Путем скандала и шантажа, взяв у мужа энную сумму денег на билеты, цветы и непредвиденные расходы, Люся с головой окунулась в подготовку к встрече со своей шансонье.
«Ну почему я такая добрая и не строгая с клиентами! Я ведь хороший бухгалтер!», - сокрушалась в душе Люська,-«могла бы и не в рассрочку деньги брать и потребовать полную предоплату. И сейчас бы ничего у этого жадины мужа не просила. Мои прихоти - мои расходы!»
Основательно поругавшись с мужем, Люся забрала у него нужную сумму и поехала к маме. Советоваться.
Мать Люси, Анна Андреевна, была женщиной неглупой и понимающей. С ходу оглядела внешний вид дочери: «Так, Люся. Одень платье строгое черное. Ты располнела, деточка моя. Немного. И сверху нужен светлый пиджачок. А какие цветы любит твоя певица? Срочно найди в интернете!»
И вот едут. Выбирать цветы. Времени в обрез. Люська почти плачет. Пробки. Автобус еле тащится. Неумелые водители глупо подрезают. Люся чуть ли не на весь автобус все это безобразие комментирует так, что другие пассажиры на нее оборачиваются.
Доехали. Цветы выбрали. Продавщицы девушку поняли и сделали хорошую скидку. Люська прицепила к букету конверт и вызвала такси.
Водитель правильно оценил волнение Люси и доехал до места назначения по пробкам за семь минут.
Почти счастливая, девушка вбежала в концертный зал, затаив дыхание.
Вышла Она. И пела.
Сначала все было хорошо. А потом…Певица решила прочесть свои стихи.
« Почему? Такие пошлые рифмоплетения! Бездарные, можно сказать! И грубые. Сочетать слова типа «кино-г…но» может и мой шестилетний племянник. А она ли пишет эти волшебные песни? И стоит ли ей отдавать конверт со стихами?», - думала потрясенная Люська.
Затем объявили антракт. Минут на сорок.
«Отдавать-не отдавать?», - стучало в голове у Люси. Она нервно вышла покурить и встретила однокурсницу Элен. Та стала важной дамой, но от рождения была очень культурной. Вежливо поболтав с Люсей, свое «Фи» певице объяснила просто: «Загрустила я что-то. Пойду домой».
- Надо привыкнуть, - робко защищала свою любимую певицу Люська.
- А зачем мне привыкать?, - резонно возразила бывшая однокурсница.
Антракт закончился. Зал поредел. Певица долго не выходила. Оркестр играл минут пятнадцать, а потом пели другие.
Вышла. Запела любимую Люсину песню. И девушка наконец-то решилась подарить цветы и заветный конверт со стихами. Дождалась еще пару поклонниц и рванула по ступенькам к сцене.
- Это Вам! Прочтите, пожалуйста..Если будет желание и время…
- Хорошо..Позже!
Люся побледнела от холодного взгляда, сверкнувшего презрением.
«Ну ладно, ничего!», - думала она, - «человек видимо устал, а я лезу со своими цветами и конвертом.
Вдруг к сцене подошла дама и вручила певице шикарную сумку. Принадлежность вещей и украшений к высокому классу Люся четко различала по опыту из прошлой жизни…До не совсем удачной попытки предпринимательства и скучного замужества.
«Ну тоже наверное не обратит внимание на подарок. Устала ведь…» Но певица резво унесла сумку и посмотрела другие дары. То, что ей не нравилось, она не церемонясь бросала на сцену.
А потом артистка стала долго говорить о своих трудностях. И пустила слезу.
«Только не о деньгах!», - мысленно взмолилась Люська, - «ОНИ стали причиной ссоры в моей семье..А сегодня я потратила последние…»
Но монолог певица продолжила…О «плохих продюсерах» и снова о товарно-денежном…
«Не надо!», - уже почти плакала Люся.
Затем певица спросила зал: «Вы видимо сейчас хотите песню «Застольная?»
- Да-а-а!, - дружно ответили зрители.
- Так вот прям «Застольную»? ( певица с улыбкой изобразила еврейский танец).
- Да!
- Не буду!!! И никто мне не указ. А спою я сегодня песню «Кукарача». Она мне нравится.
Раздались робкие аплодисменты. Затем некоторые интеллигентного вида дамы уныло побрели к выходу.
Зал молчал. Певица пела.
«Ну зачем так?», - недоумевала Люська, - «евреи – народ интересный умный. Соломон, например…»
Певица закончила петь свою любимую песню и продолжила говорить о своих финансовых проблемах. При этом она непрерывно плакала.
- «Пошла б я лучше на Беспайлова. Он хоть позитивный. Женщины все его любят. И билеты гораздо дешевле. Но ведь я всегда думала, что Епикурейцева – хорошая певица…И добрая!»
Концерт подходил к завершению. Певица спела еще ряд песен, особо отмечая, что у нее сейчас настроение именно на этот репертуар.
Затем «прошлась» по другим знаменитостям, уличая их в корысти.
Наконец ОНА сказала, что всем благодарна и приедет еще. Исчезла.
Люська долго смотрела на свой букет с приколотым к нему заветным конвертом среди других ненужных певице цветов и подарков.
Крещеная, она невольно вспомнила одну из заповедей «Не сотвори себе кумира!». А позже, в переполненном автобусе, ковыляя в неудобных, но нарядных туфлях, она вдруг подумала как Соломон : «И ЭТО ПРОЙДЕТ…»