Азбука жизни Глава 4 Часть 42 Достойная воздержанн

Глава 4.42. Достойная сдержанность

Нет, всё же Диана неугомонная! Видя меня отдохнувшей после концерта, начинает наступать.

— Виктория, вот здесь собрались все мы взрослые и дети, — должна нам ответить, почему ты не хочешь издаваться в России? Тебе ещё 10 лет назад сказали, что подаёшь большие надежды, как автор своих произведений. Порою нас вводишь в шок своими выкладками, но писать об этом не хочешь.

— Посмотри, Диана, на этого ребёнка. Игорьку только 12 лет, а он уже всё понимает.

— Вика, но не всё можно говорить в моём присутствии.

— Слышишь, Диана.

Ричард сказал с долей юмора, посмотрев с восторгом на Игорька. Вот такими же были и мы в его возрасте. Поэтому взрослые нас и оберегали от негатива, творящегося в обществе, продляя нам детство, которое защищалось несколькими поколениями дедов и прадедов, создававших не только нам прекрасное будущее, но и настоящее для своих современников.

— Диана, сама же говоришь, что у Викули чувство меры во всём. В данный момент она кроме хорошей музыки тебе ничего не предложит.

После слов Ричарда Эдик мгновенно встал и пошёл к роялю. Но Игорёк его опережает, вызвав удивление у Дианы и любопытство у всех. Мы тоже с Надеждой и Вероникой в этом возрасте могли задать шокирующие вопросы, но в данный момент Игорёк, скорее, смотрится наставником.

— А и действительно, почему ты, Викуля, не хочешь озаглавливать все части романа? Читателю необходимо видеть конкретные твои мысли.

— А потому, Диана, что в одном абзаце у неё мыслей на целую книгу.

Вересов повторил слова моего первого редактора, сказанные с сожалением о том, что я так небрежно разбрасываюсь мыслями.

Миша Воронцов, который пресекал своего не по годам развитого ребёнка, сейчас ждёт, как Игорёк и остальные, моего ответа с интересом.

— Что вы все так на меня смотрите, я сама только сейчас поняла, Николенька, слова укора моего первого редактора.

— Как и желание Веры Петровны помочь тебе ещё в школе на уроках литературы.

Влад неслучайно вспомнил.

— Да, Влад, вот сейчас она сама впервые объясняет, почему никогда не планировала свою жизнь.

После слов Вероники все засмеялись, но и поняли, что озаглавить свои эмоции я не могла, поэтому чаще говорила одно в их кругу, но писала-то другое. И все, кажется, начинают понимать причину такого успеха и на сцене. Положительные эмоции, вызванные зрителями, с профессиональной поддержкой прекрасных музыкантов из оркестра, дают такой результат. Ты, как бы, растворяешься в них и в музыке, поэтому у зрителей и вызываешь такой эффект. А когда пишешь, ты здесь остаёшься наедине с читателем и издателем, который тоже бывает подвержен страху, что мои мысли слишком открыты или их опасно печатать, но чаще это зависть от того, что автор смотрит на мир не только правдиво, но и несёт определённую красоту, которая подсознательно раздражает, а иногда и вызывает неприкрытую ненависть. Невозможно простить то, что самому никогда не постичь и не подняться до той Красоты, которая дана другим от Природы. Нет физической красоты, а есть только нравственная, поэтому никакие искусные хирурги не могут помочь нам. Вот по этой причине и торжествует всегда нравственное уродство. Лучше быть убогими, ничего не делать, уничтожать других, объединяясь с себе подобными, и жить на пещерном уровне, купаясь в богатстве, но оставаясь на самом низком уровне развития.