Времечко

               
   Лесник Сергей  Федотов  шел, не спеша по лесу,  пробираясь сквозь заросли, толкая велосипед. Шел и ругался:
   – Блин,  времена настали, эх и времена –  весь лес захламили. Отдыхать приезжают даже в такую даль!
   Кругом одна пластмассовая посуда валяется. Раньше  бутылку на пеньке оставят, газетину, да банку из-под кильки. А сейчас: пакеты, бутылки  пластмассовые и всякая дрянь, о которой раньше даже и не слышали.   
Федотов больше тридцати лет работал в лесу и был самым уважаемым человеком. Попробуй раньше сруби без его разрешения  палку в лесу! А сейчас его никто и не спрашивает. Вон одни пеньки кругом. С таким настроением толкал он велосипед, стремясь выбраться из чащи на лесную дорогу. Дорога где-то должна быть рядом. Он толкал его до тех пор, пока не услышал рев машин и визг пил. «Это что еще такое!? – возмутился Федотов. – В этом месте делянку не отводили. Что ещё за ухари? Да я им сейчас, они у меня узнают, кто тут хозяин. Попались, голубчики, сейчас я вас застукаю».
   Ярость его была безмерной, но пропала моментально, когда он чуть не наткнулся на мужика в черной форме с автоматом. Федотов  резко затормозил и стал пятиться назад. Мужик стоял к нему спиной  и из-за шума пил не слышал хруста сучьев. Он пятился до тех пор, пока велосипед не упёрся в ствол дерева. И с этой позиции он разглядел все, что творилось на делянке. Воры орудовали слаженно: одни валили, другие разделывали и сразу грузили на лесовоз. Федотов тихо обошел кругом делянку, в одном месте остановился и увидел еще двоих с автоматами. Они стояли,  широко расставив ноги, и водили  головами по сторонам. «Эсесовцы», – подумал Федотов.
   Один из них оказался как раз напротив:   
   – Макар, глянь туда, мне кажется, там кто-то есть, – крикнул он напарнику.
    Федотов, поняв, что обнаружил себя, присел и пополз прочь к велосипеду.
   – А ты дай очередь, если кто и был, так того не будет.
У Федотова от страха  отнялись ноги. «Расстреляют сволочи», – подумал он, и некоторое время лежал, не шевелясь. Выждав, когда те успокоятся,   пополз прочь от делянки. Добравшись до велосипеда, он снял форменный пиджак и засунул его в сумку, оставшись в одной рубашке: «Вот блин, теперь как партизан на своей территории».
Из леса он выбирался тропкой  вдоль основной дороги. И про себя рассуждал, оправдываясь: «Ну что я против них, с голыми руками против автоматов? Как раньше лес воровали мужики: застукаешь - так он перед тобой пляшет-пляшет. И бутылку поставит, да не одну, и сунуть норовит. А сейчас не они мне попались, а я им.  И все замочить норовят. Нет, одному с такими волками не справиться, надо к начальству идти, пусть принимают меры». Он возвратился домой, достал двустволку. Повертел её, повертел - жидковато против автоматов. Да и не зарегистрирована она у него. Он на людях с ней не показывается. В лес берет зайцев пострелять. Косых сейчас много, на них никто не охотится. Все норовят лося завалить.
   – Эх,  времена, времена, – посетовал Федотов.
   – Ну что у тебя? - спросила жена, заметив, что тот вертит двустволку.
   – Воруют, мать твою не так, – выругался он и добавил, –  с автоматами  на делянке стоят.
   – Да бросай ты эту работу, бросай. Что ты ноги бьешь за копейки? Проживем на две пенсии.
   – Так-то оно так, а лес? Я тридцать лет его сажаю и берегу.
   – Да ну тебя со своим лесом. Ты что не понял: изменились времена. Такие как ты охранники не нужны. Тебя уж, чай, и вороны не боятся.
  Слова эти задели Федотова за живое.
   – Забоятся. Я им устрою Кузькину мать. Крутые, с автоматами, щенки  поганые! 
   На следующий день он поехал на велосипеде за помощью в лесничество.
Лесничий выслушал его и спросил:
   – А что у тебя против них есть?
   – Номера машин записал.
   – Ну, давайте езжайте с помощником, обмерьте пни. Кубатуру определите. Составьте акт. Может еще застанете их. Хотя лучше не связывайтесь. Без милиции не подходите.
   Помощник лесничего Леонид Иванович подъехал на мотоцикле после обеда. И они поехали на место преступления. Конечно, никого не застали, чему Федотов был рад, а то пришлось бы удирать. Они сделали замеры, и Леонид Иванович заторопился назад:
  – Крылов звонил, просил подъехать, у него тоже такая же петрушка.
Ты пока тут поосторожней, –  он сел на мотоцикл, дал газу и умчался прочь.                А Федотов еще походил по своему обходу, проверив, не увезли ли дрова. Но дрова оказались на месте – никому они не нужны. Когда Федотов возвращался из леса, в поле услышал за спиной гул. Он оглянулся – его догонял лесовоз с лесом. Тут Федотов  решил проявить себя. Он махнул рукой шоферу и тот затормозил.
   – Откуда лес? – строго спросил Федотов, – документы  есть?
   Шофер вяло кивнул на сидящего рядом мужика.
   – Че ему? – спросил тот.
   – Документы спрашивает, – произнес шофёр.
   – А кто он?
   Шофер пожал плечами. Мужик  вышел из машины, обошел её, подошел  к Федотову. Молодой здоровый амбал. 
   – Кто такой? Че надо? – спросил он.
   Федотов полез в карман за удостоверением. Но показать его не успел. Тот тоже сунул руку в карман и вытащил пистолет. Федотов отшатнулся от него и бросился бежать в сторону от дороги. Вслед ему свистнули. Когда услышал рев удаляющего лесовоза, остановился, отдышался и, покачав головой, вслед произнес:
   – Эх, времечко.
   Вечером с помощником  лесничего писали акт.
   – Дело  глухое, – сказал помощник, – большие люди замешаны.
   – И что? – спросил Федотов.
   – А то – бумаг можно, сколько хочешь писать, только толку не будет.
   – Но ведь раньше толк был.
   – А, то раньше. Время другое.
   – А если дороги заминировать?
   –  Это терроризм. Повяжут сразу за разбой. Не годится. Надо по закону.
   – Не годится, –  недовольно пробурчал Федотов, –  по какому закону? Он вон пистолет вынул и на меня, вот и весь закон. Эх, времечко - времечко.
   – Не годится, не годится, –  бурчал про себя Федотов, когда шел домой. – А что годится? Где эти законы?  Если они так, то и их надо так. –  И тут он вспомнил про ежи. Он и раньше ставил их в лесу. Но как-то шины пропорола пожарная машина. Он получил втык и забыл про них. А сейчас они как раз кстати.
   «Закажу Ваське, – решил он, –  Васька на литейном в городе  работает. Ему всякие  железки заказывают. Скобы, запоры  крюки. И он никому не отказывает».
   Вася приезжал домой по выходным. Чтобы застать его Федотов пошел  к нему в субботу вечером. Вася удивился такому визиту:
   – Ты чего, дядь Сереж?
   – Я к тебе по делу, Васек. Ты сделай мне колючки.
   – Какие колючки? - не понял тот. 
   – Ну, ежи, ежи. Ну, ты помнишь, когда иго монгольское было, их  тогда еще конникам под ноги бросали?
   – Ты, дядь Сереж, загнул. Иго монгольское вспомнил. Может ты его и помнишь, а я  живого монгола не видел ни разу.  Да и тебе пятьсот лет не дашь. Ты гораздо моложе выглядишь.
   – Ну да, – согласился Федотов, польщенный, что не дали ему пятьсот лет.
   – Да я это к слову, вот объяснить хотел.
   – Да ладно, понял я, что за  колючки такие. На трех ногах. И понял, для чего.
   – Сколько тебе?
   – Пятьдесят. Сделаешь?
   – Эх ты! Ладно, только ты покажи, где поставишь? А то я за грибами поеду и нарвусь.
   – Покажу, покажу тебе обязательно.
   Они ударили по рукам и разошлись. Ежи он принес на следующей неделе в субботу вечером.
   – Вот принимай, дядь Сереж,  я тебе с запасом, – сказал он и бросил мешок у порога.
   Федотов поднял мешок:
   – Тяжелый. Как ты его допер? Ну, теперь повоюю с гадами. Давай, мать, собери - ка нам чего-нибудь на стол.
   Жена Лида, пока собирала на стол, качала головой и бурчала:
   – Чего ты старый черт связываешься с ними! Тебе что, больше всех надо? Забыл, как у нас баню-то сожгли? Убьют ведь!
    – Да, дядя Сереж, рисковый ты мужик, – поддержал тетку Лиду и Вася. – Ты  знаешь, сколько лесопилок-то в округе? А чьи они? Не знаешь? И я не знаю. А говорят, что владеют ими  большие люди. Те, что наверху.
   – А ты что будешь иметь, когда спасешь дерево?
   Федотов задумался. Потом сказал с яростью:
   – Я лес тридцать лет охраняю и сажаю, а какой-то хмырь будет пилить да продавать, «бабками» карман  набивать! Не будет этого!
   – Ну-ну, – сказала жена Лида, –  ори, ори, доорешься.
   Милиция приехала через неделю.
   – Зашились, – сказал лейтенант, – давайте проедем на место, – предложил он.
    Федотов сел в «уазик» и они поехали на делянку. Лейтенант осмотрел место преступления, посчитал пеньки и составил протокол. После этого они  побывали на ближайших лесопилках, но следов от леса не обнаружили.
   – Дело-глухарь, – заявил лейтенант. –  Его давно уже на доски перепилили. В следующий раз брать их надо на месте. А когда лес вывезли – не докажешь, и что он именно с этой делянки.
   – Нет от вас никакого толку,– высказал ему  Федотов.
   – А от тебя, дед, тоже. И шел бы ты на пенсию.
   – Будет толк, – пообещал  Федотов.
    На следующий день он, взяв с десяток ежей, отправился к лесу «минировать» подъезды к лесу. Дорога в его обход вела через поле, овраг,  где протекал небольшой ручей, потом снова шла через поле, а потом уже в лес. В овраге всегда стояли лужи. «Врага надо останавливать на подступах»: – решил Федотов, установил  ежи в овраге и парочку на выезде из оврага. Сам решил не светиться. Спрятался  в кустах. Долго ждать не пришлось. Гул мотора привел его в восторг. «Уазик» летел быстро. Федотов даже не успел  толком  рассмотреть его как следует. «Уазик» вылетел из оврага, проехал метров сто и остановился. Шофер вышел из машины, присел около заднего колеса.
   – Блин! – заорал он. – Шины пропорол!
   Федотов поначалу обрадовался, но потом разглядел: «уазик»-то  милицейский. Из машины вышел лейтенант.  И тоже выругался.
Когда они заменили колесо, шофер сказал, что дальше не поедет - запаски   нет. Но лейтенант упросил его и тот поехал. Но, проехав метров сто, снова остановился. Шофер выскочил из машины и стал орать и махать руками.  Похоже, опять проколол колесо. Федотов решил: надо убираться, пока его здесь не застукали.
   Первый опыт ему понравился. Вот только не те попались. На следующий день он поставил ежи в те же колеи. И не стал ждать, когда попадутся нарушители, ушел домой заниматься делами.
   А на следующий день его вызвали в лесничество.
   – Слушай, Петрович, звонили из лесхоза, там у твоего обхода два  милицейских уазика шины прокололи. Не твоя работа?
   – Два? – переспросил Федотов.
   – Два, два.
   – Нет, не моя, –  и тут он говорил правду, потому что видел только одну машину.
   Когда он вернулся домой, жена сказала:
   – Ну что, допрыгался? Милиция приезжала! Искали тебя!
   – Ну, правильно, чай, по лесонарушению. Я же должен показать им,  где лес-то украли. 
   – Покажешь, покажешь! Как бы они тебе не показали!
Утром он опять пошел в лес. И на дороге в овраге обнаружил лесовоз. Тот с проколотой шиной загородил проезд остальной технике в лес. Федотов потирал руки:
   – Вот-вот, как надо бороться с ними!
  Находившись по лесу, к вечеру он вернулся домой.
   – Как уйдешь, так и за тобой приезжают. Велели завтра в лесничество      явиться, – сообщила ему жена.
   – Явлюсь, – гордо заявил Федотов, – я  им завтра покажу, как  нарушителей ловить. А то бегай за ними, акт составляй. С врагом надо бороться его же методом.
   Такой, гордый и довольный, явился он на другой день в лесничество. Его позвал к себе лесничий.
   – Петрович, тебя в лесхоз в отдел кадров вызывают.
   – Зачем? – встрепенулся  тот.
   – Не знаю, наверное, что-то с пенсией связано.
   – Что-то мудришь, Афанасич. Говори, что там?
   – А мудрить мне нечего. Ежи ставил на дорогу? Твоя работа?
   – Скрывать не стану, моя.
   – Вот езжай, отвечай.
   – Так я для чего ставлю-то? Я лес охраняю. Лес! Я его выращивал, а теперь охраняю.
   – Я тебе давал указание таким способом охранять?
   – Нет. А каким? У них автоматы, пистолеты.
   – Да зря ты пушку не выставил. Тут кто только не звонил. И менты, и с управления, и с администрации. Экологи, и те подключились. Лес не могут вывезти. В общем, езжай и отвечай за свои дела.
   – Надо и пушку выставлю,– ответил Федотов.
   –  Езжай, втык там получишь.
   Но втык ему никто давать не собирался.  Кадровичка Шишкина Клавдия Ивановна сходу пошла в наступление:
   - Сергей Петрович, Вы  у нас пенсионер. Пора Вам и на отдых. У нас сокращение. Так что вот приказ, ознакомьтесь, распишитесь и идите за расчетом.
    – Да я бы еще поработал, – пытался возразить Федотов.
    - Все, все, наработался, Сергей Петрович, все вопросы к начальству. Что ты там натворил, я не знаю, но они тут все на «ушах стояли». Никто тебя не примет и слушать не будет.
   Федотов вышел из лесхоза оскорбленный. И сразу пошел в забегаловку. Взял бутылку и просидел там до закрытия. Домой вернулся поздно.
   – Тебя где носит? Я тут вся извелась ждать его. У тебя, что за праздник? Что за радость такая? Опять за свое?! – принялась ругать его жена.
   – У меня не радость, а горе. Выперли меня.
   – Куда выперли? – недоуменно спросила жена.
   – С работы! Вот куда выперли! – ответил зло Федотов. –  Все, отработался!
   – Ой, горе-то, какое! Да наплевать на эту твою работу! Отдыхай,  да домом займись. У меня хоть теперь душа будет спокойна.
   На это он ей ничего не ответил. Но потом,  разозлившись, закричал:
   – Все! Все! Пусть теперь  тащат, пусть  рубят! Пальцем больше не шевельну! Сами охраняйте!
   – Ложись уж спать, охранник, все равно никто не слышит.
   Федотов ничего не ответил  и, послушавшись ее, лег спать.
   Утром он, как всегда, встал пораньше. Но вспомнил, что  в лес теперь не надо. Правда, еще кое- какой инструмент надо сдать в лесничество. Но он решил  пока туда не ходить. И после увольнения три месяца не ходил принципиально в лес. Занимался огородом, садом, ремонтировал баню. Смотрел телевизор. Из лесничества к нему не приезжали. Он  слышал,  как  по соседней улице с ревом проезжали лесовозы.
   – Везите, везите, хошь все вывезите, мне на это наплявать! – кричал он им вслед.
    Но  крика его никто не слышал. И кричал он больше для себя.  А скоро опять  пошли грибы. Грибники мимо дома  с полными корзинами зачастили.  Федотов не выдержал, взял корзину и пошел в свой обход. Некоторые места он не узнавал. Вместо леса торчали пни и неубранные сучья, и так  по всем кварталам. Федотов опять вскипел. 
    – Где, где  вы, охранники долбанные! Воры весь лес вырубят! Меня уволили, а лес никто не охраняет!
   Набрав грибов, он вернулся домой, с решимостью снова бороться с лесонарушителями. Достав ежи, пошел на старое место «минировать» подъезды.
   – Ну, хрен вы теперь у меня подъедете, – приговаривал он, закапывая в  колею ежи. 
   После этого, довольный, пошёл домой.  Результаты своего деяния он не видел. Но вечером у дома остановился милицейский «уазик».
Федотов выглянул в окно и понял: похоже, за ним. Жена тоже заволновалась:
   – Ты чего  сегодня опять свои железки доставал?! Неймется тебе. Мало выгнали, теперь еще посадят. Вон приехали!
   Милиционеры зашли в дом.
  – Сергей Петрович Федотов?  А я участковый, Нефедов Михаил Иванович. Слыхал, может? –  представился  лейтенант.
   – Слыхал, – произнес, оробев, Федотов
   – Нам  бы вот такие железочки, –  он вынул из кармана ежа.
   – У меня нету, –  замотал головой Федотов. 
   – А если мы поищем?
   Жена зло посмотрела на Федотова.
   – Ищите, –  усмехнулся  Федотов.
   Тут в избу вошел сержант, в руках у него был мешок  с ежами.
   – Вот, под лавкой в сенях нашел. Ты хоть бы спрятал, Сергей Петрович!
   –  Ну что давай, собирайся, – приказал участковый.
   –  Куда?
    - Поедешь с нами  в отделение. Там напишешь объяснение, для чего ты их ставил. Ты же производство остановил. Из-за тебя лесопилка встала.
   – И поеду. И все напишу, – отозвался Федотов.
   – Ну, тогда поехали.
   Федотов надел куртку и пошел из избы. Жена, очнувшись, запричитала:
   – Да куда вы его забираете, уж простите чай! Господи, нашли преступника. Он же, старый дурак, ничего не соображает!
   – Разберемся, дурак  он или умный, – сказал участковый,  распахнув двери «уазика».
   Пока они ехали по деревне Федотов возмущался:
   – Вот дела пошли – лес воруют воры, а забрали меня. Это что же творится-то на белом свете! Да вы, милиционеры, спасибо бы мне сказали за то, что я его охраняю, а вы меня  в каталажку! Ведь  я его, этот лес, и сажал и  выращивал и мне за это такое спасибо. Ну и законы пошли.
   – Да так не охраняют, дед. И вообще не суйся ты не в свои теперь дела. Понял? – сказал участковый,  остановив в конце деревни  машину, приказал:
   – Давай выходи и топай домой, а железки мы твои забираем. Но если еще хоть раз, хоть одна машина пропорет шину, пеняй на себя! - пригрозил участковый.–  Запомни, хоть еще раз одна…
   Он хлопнул дверью и машина, поддав газу, рванулась с места.  Обескураженный неожиданным поворотом Федотов остался стоять, глядя им вслед. И тут машина вдруг свернула с главной дороги на проселочную, более короткую. Федотов заволновался: «Куда они? Там же  заминировано!»
    – Стойте! – заорал он.
     Но было уже поздно. Он услышал, как остановилась машина, и потом  раздалась громкая ругань.
   – Есть! – хлопнул с азартом в ладоши Федотов и  рванулся по улице. Домой прибежал, запыхавшись.
   – Отпустили или сбежал?.. – спросила жена.
   – Отпустили, – сказал Федотов, – но сейчас опять заберут. Он сел на лавку  и стал ждать.   
2008 год


Рецензии
Ну, здОрово! Повеселили. Мастерски отделанный рассказ.

Пятов Виктор   30.01.2021 00:07     Заявить о нарушении
Спасибо за внимание.

с уважением

Алексей Кнутов   01.02.2021 10:41   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.