Чумной доктор Глава 17

Глава 17. Жажда крови

Они молились солнцу и ветрам, и жертвы крови в дар несли своим богам.


Оборотни бывают разные. Иногда это человек в шкуре медведя или волка, иногда зверь в шкуре человек. Первые страшнее и кровожаднее, ими движут инстинкты и жажда крови, но последние намного опаснее, их сложнее выявить, и часто они умеют управлять своей внутренней жаждой. Еще бывают случаи колдовства с целью принять облик зверя, или проклятье злого колдуна, но это уже не оборотни по своей сути.
У настоящих оборотней, как и у вампиров, особая кровь. Она меняет их, превращая в кровожадных монстров, жаждущих крови. Но оборотни, в отличие от вампиров, – это не проклятые существа, навеки превращенные в исчадие ада. Оборотни живые. Они дышат и едят, пьют воду и спят, спокойно живут среди людей, не причиняя никому вреда. Жажду крови легко подавить, насытившись сырым мясом овцы или кровью коровы. Люди по-своему тоже звери, но научившиеся контролировать свои инстинкты, и потому днем оборотень внешне ничем не отличим от человека. Он не боится света, и у него нет клыков и крыльев. Он может беззаботно жить в маленькой деревушке у леса, и иногда даже сам не догадывается о своей страшной сути.
Но так бывает редко. Чаще всего жажда крови дает о себе знать. Во сне или в моменты злости страшный инстинкт убийства проявляется, и вот перед вами уже не безобидный селянин, а злобный монстр, готовый вцепиться любому в горло. Обычно перерождение происходит ночью, в полнолуние. Полная луна всегда пробуждает страшных монстров, зовет их, влечет к себе и посылает в безумные рейды по ночным лесам. Именно во сне разум человека засыпает, а страшное нутро вырывается наружу. Иногда проклятье коснется какого-нибудь крестьянина или охотника, и он начинает рыскать по лесу ночью в полнолуние или после сильной грозы. Он ищет кровь, и может довольствоваться даже кроликом, лишь бы утолить жажду, но, убив хотя бы раз, он уже перестает владеть собой, жажда крови отхватывает его. И с каждым новым убийством жажда все сильнее и сильнее овладевает его разумом и телом, и вскоре он уже сам ждет ночь, желая вволю поохотиться в лесу.
Вначале его облик совсем не меняется, но с каждой новой жертвой, сущность зверя проявляется все больше и больше, пока человек не становится полностью похожим на волка. Но лесной волк по сравнению с этим страшным созданием покажется безобидным песиком. Жажда крови настолько завладевает слабым сознанием человека, что он уже забывает обо всем, кроме желания убивать, и каждую ночь рыщет по лесу в облике волка, нападает на зверей и людей. Только смерть может его остановить. Такого оборотня вскоре выловят местные жители, линчуют, выпотрошат или сожгут из страха. Нет ничего проще, чем выследить и загнать такого монстра под утро, когда он, уже утолив жажду крови, снова примет человеческий облик и уснет в тихом укромном месте, иногда даже не подозревая, какие зверства творил всю ночь.

Желтые листья предательски шуршали под ногами. Адвен шел медленно, прислушивался к тишине и внимательно всматривался в голый лес, утопающий в сером тумане. Ни шороха, ни звука, только тонкий, почти неуловимый запах. Вокруг пахло кровью, пахло смертью.

Куда страшнее другой случай, когда оборотнем становятся осмысленно или наследуют это страшное проклятье от родителей. Такой зверь в обличье человека живет среди людей, думает как человек, но поступает как зверь. Он видит вокруг себя лишь дичь, слабых беззащитных людишек, будущие жертвы, которые он может в любой момент растерзать. Зверь чувствует свое превосходство над людьми, считая себя сверхсуществом, избранным править всем миром. Он живет среди людей, и иногда даже обзаводится потомством, ведь никто вокруг не догадывается о его страшной личине. Такой монстр очень опасен. Он контролирует свою жажду и превращается в зверя только по своему желанию: выходит иногда поохотиться ради забавы.

Сегодня Адвен выслеживал зверя гораздо опаснее.

Логово монстра определить легко: один день бега оборотня, ну пусть даже два, чертим круг и в центре – логово, а пределы круга – зона его охоты. А вампир? Вампиры охотятся ночью и потому не перемещаются дальше ночного перелета – для них это опасно. Очень редко встречаются древние вампиры, с мозгами и тайными помыслами, которые могут отправиться в дальнее путешествие с целью посмотреть мир. Но чаще вампиры не улетают за пределы кладбища, огры не уходят дальше болота, а оборотни не выходят за границы леса.

Лес вокруг был охотничьими угодьями зверя. Адвен уже нашел нескольких жестоко растерзанных оленей. Один труп уже начал разлагаться и вонять, а второй был еще свежий. Кровь теплая. Зверь оставлял за собой след из капелек бурой крови, хорошо заметных на желтых листьях, но Адвен не торопился, он чувствовал, знал, что все будет не так просто. Ведь этот оборотень охотился днем.

Верфольф – человек, по своему желанию обращенный в волка. Адвен уже давно понял, кто его враг. Монстр был слишком осторожен и умен. Он появлялся в разных местах, нападал на одиноких путников или крестьян и никогда не оставлял живых свидетелей. Он выходил на охоту осмысленно и охотился далеко от своего логова. Приезжал на лошади в обличье человека, а утолив жажду, уезжал обратно. В этом звере таилось еще что-то необычное, но Адвен пока не мог понять, что именно.

На любой охоте главное не спешить. Адвен замедлил шаг и прислушался, всматриваясь в густой туман. В руках он крепко сжимал меч. Пистолет хорошее оружие, но механический курок слишком медленный, а кремневый замок иногда дает осечку. В схватке со зверем в цене каждое мгновение.

Чего боится оборотень? Да ничего и никого! Он сильнее и быстрее любого человека и даже волка, а когда жажда крови овладеет монстром, его уже ничем не остановить. Он не испугается и не побежит, он будет драться до конца. Ведь он быстрее и сильнее!

Адвен знал это, а еще он знал, что верфольф умен и хитер, не нападет открыто, подкрадется сзади или выскочит из укрытия, и тогда даже быстрый меч не поможет.

Яд Гарги, добавленный в жир, самое лучшее средство для смазки клинка. Он долго не высыхает и равномерно лежит на острие. Этот яд мгновенно парализует и убивает человека, сильного оборотня может только немного замедлить, но и этого будет достаточно, чтобы уравнять шансы.

Адвен замер в боевой стойке на полусогнутых ногах и выставил острый клинок перед собой. Зверь затаился рядом. Медальон на груди похолодел. Зверь выпрыгнул из-за кустов. Напал сзади, быстро и стремительно, стараясь в одном прыжке схватить жертву. Адвен увернулся, отступая в сторону и разворачиваясь вполоборота, и быстрым ударом меча снизу вверх, рассек зверю туловище. Черное как смоль тело свалилось в желтые листья. Не давая зверю ни единого шанса, охотник подскочил ближе и с размаху отрубил монстру голову. В одно мгновение все было кончено.
Мохнатая голова покатилась по земле, оставляя темные багровые пятна на желтых листьях. Массивное тело монстра безжизненно лежало у ног охотника. Адвен опустил меч и облегченно выдохнул.
– А ты быстрый, очень быстрый, – послышался восторженный хриплый голос.
 Адвен повернулся и увидел гоблина, сидящего неподалеку на ветке дерева. Гоблин достал из кармана яблоко и смачно откусил большой кусок.
– И ты здесь, – Адвен совсем не удивился.
– Он тебя ждал, – желтые глаза гоблина злорадно горели. – Тоже догадался, что ты опасный.
– Следишь издалека, даже не предупредил меня, – угрюмо заключил Адвен. – А если бы зверь оказался быстрее?
– Тогда ты не тот, кто нужен Игрру, – равнодушно ответил гоблин.
– Жестоко, но честно, – согласился Адвен и, не снимая перчаток, достал из кармана кусок плотной ткани и осторожно стер с меча темную кровь, смешанную с густым серым ядом. 
– Игрр уверен в тебе! Ты не дурак, не рассчитываешь на богов и удачу, – одобрительно подбодрил гоблин.
Адвен безрадостно ухмыльнулся и отвернулся в сторону.
– Лови! – крикнул гоблин и кинул яблоко.
Охотник мгновенно развернулся и мечом разрубил яблоко налету.
– Быстр, очень быстр, – восторженно похвалил гоблин и, проворно цепляясь за ветки, спустился с дерева.
Адвен убрал меч в ножны и вернулся к телу оборотня.
– Зря ты не доверяешь. Игрр не будет тебя травить, – гоблин подошел ближе и на ходу ловко подобрал разрубленное яблоко.
– Пока я сильнее и быстрее – не будешь, но при случае обязательно задушишь меня ночью ради пары монет, – невозмутимо ответил Адвен и присел рядом с телом мертвого монстра. 
– Ты слишком плохо думаешь об Игрре, – гоблин осторожно, но с любопытством обошел вокруг обезглавленного тела. – Ради пары монет Игрр не будет рисковать.
Адвен только ухмыльнулся, поражаясь беспечному цинизму гоблина, и начал осматривать тело зверя. Оборотень был крупный и сильный, покрытый густой черной шерстью, но местами на теле проступала голая кожа. Явно молодой, но без особых примет и одежды. Скорее всего, он предусмотрительно раздевался догола перед охотой, чтобы не оставлять никаких следов.
Вдруг Адвен заметил металлический предмет, лежащий в листьях рядом с телом. Он протянул руку и поднял с земли серебристый медальон на цепочке с изображением головы волка.
– Знакомая вещица, – произнес он вслух, достал нож и провел лезвием по медальону.
Необычное сочетание символов и предметов – медальон лорда из дешевого олова на шее у оборотня. Но какая тонкая хитрость. Тогда в поместье Иринтов он почувствовал, что видит зверя в обличье человека, но «серебряный» медальон ввел в заблуждение, спутал мысли и чувства.
Монстры не боятся серебра, но не носят серебряных украшений. Все потому, что когда носитель заражен, и не важно венерическое это заболевание или проклятая кровь, серебро чернеет, и если надеть серебряную цепочку на монстра, она вмиг станет черной как смоль. 
– Ты уже знаком с благородным лордом? – язвительно спросил гоблин, схватил мохнатую голову оборотня за ухо и поднял с земли. При этом он, смачно чавкая, доедал яблоко.
– Так ты знал, что это сын лорда? – удивился Адвен.
– Игрр знал, тайны здесь нет, – злорадно скалясь, ответил гоблин. – Люди живут в этих местах давно, боятся, молчат, но знают.
– Живут и боятся, но молчат, ведь хозяин не охотится на своих подданных, – Адвен все понял и помрачнел.
– Охотник прозрел! Волколаки правят людьми! – гоблин презрительно бросил мохнатую голову, рядом с телом. – Что будешь делать теперь? Поедешь охотиться на седого лорда?
– Не скалься, я не такой глупый, как ты думаешь, – ответил Адвен, глядя на злобную клыкастую пасть зверя. – Сожгу тело, а остатки закопаю.
– Думаешь, старый лорд простит тебе смерть наследника? – засомневался гоблин.
– Герцог уже немолод, чтобы бегать по лесу, есть много способов, как обуздать жажду, –  безмятежно ответил Адвен. – И ему совсем не обязательно знать, что случилось с его сыном.
– А награда? – гоблин забеспокоился, словно ему тоже причиталась доля. – Охотник не бесплатно рискует жизнью? Награда большая? Золото? Серебро?
– Я сделал это не ради награды, меня просто попросили, – ответил Адвен.
– Что за сделка?! – возмутился гоблин. – Охотился на зверя без награды?!
– Ты, кажется, забыл кто я такой? – строго спросил Адвен.
– Помню, помню, – гоблин выставил руки перед собой, словно защищаясь. – Но и ты не забывай о нашем уговоре. 
Адвен лишь кивнул в ответ, затем набрал хворосту, сложил костер и поджег труп зверя.
– Зря ты сжигаешь его, надо сначала кровь спустить, – засуетился гоблин, глядя как огонь пожирает мохнатое тело. – Кровь волколака в цене… Ты, лекарь, должен это знать.
– Я лекарь, а не колдун, – строго напомнил Адвен и швырнул в костер оловянный медальон.


Рецензии