Малахитовая внучка глава 2

Малахитовая внучка  глава 2
Многочисленные внуки дяди Миши, просто облепили меня едва я открыл старую, тяжёлую дверь выгоревших на солнце ворот, пожалуй, времён последнего императора , никогда не знавших краски .Взрослые  Останины-мужчины,  сидели у крыльца  и тяжело вздыхая курили.Останины -женщины, развили бурную деятельность по благоустройству и упорядочиванию. Но те и другие , одобрительтно загудели увидев , как я прорывался сквозь мини-Останиных.
- Да, покажи им фокусы! – съехидничала одна из многочисленных снох дяди Миши.
- Да, и на столе станцуй, - приободрила меня вторая, накладывая полную чашку толчёного картофеля и две громадные котлеты.
- А ну кышь, - дайте человеку позавтракать. Она угостила подзатыльниками конопатую публику, сующую мне затёртую колоду карт. Убей меня, но я совершенно не знал, что с ними делать!
Пока я неторопливо  расправлялся с завтраком, потом специально долго переодевался у себя в комнате, подошло время отъезда и родственный «анклав» потянулся на выход со двора.
Я обрадовался этому и решил проводить процессию, растянувшуюся на всю улицу, заодно у меня не выходило из головы ночное событие и я понимал, что это была чья то гостья и теперь её можно было встретить у автобуса. Запах редких духов меня в этом обнадёживал.
Я подошёл к остановке ведя за руку самую маленькую из Останиных и самую благодарную, она до этого всю дорогу сидела, не шелохнувшись у меня на руках.
Увы, предусмотрительные старо-лежневцы, кроме Останиных, к автобусу не пришли. Они прекрасно знали, что этой семье одного то автобуса будет мало. Когда шумная компания всосалась в старенький желтый ПАЗик, он тут же запрыгал по селу, изредка видимый в клубках пыли, утрамбовывая содержимое. Пока мы  с Антониной Александровной неторопливо возвращались в деревню, автобус уже ехал обратно разгоняясь по асфальту, проходящей недалеко от села автотрассы, изо всех окон махали маленькие Останины и даже, как мне показалось, из ветровых люков на крыше.
Немного расстроенный, что ничего не узнал про незнакомку  я завернул в клуб. Он был открыт и пуст. За высокой дубовой дверью библиотеки, у стола заваленного новыми книгами, сидела библиотекарь, она же завклуб, она же массовик-затейник, она же мой начальник, Клара Арнольдовна Зебольдт – молодая и очень оригинальная женщина, старшая двоюродная сестра моего вновь приобретённого ,лучшего друга Виктора.
Это он во время  последнего «саммита» удачно свалил меня с первого же удара дотянувшись до моего подбородка,  но благородно,как оказалось единственный из местных , невоспользовался своими нижними конечностями в модных туфлях на платформе. А я поднявшись не остался в долгу  и  на неделю сделал из него циклопа и тоже не добивал , не имею привычки. Через это, элементарное джентльменство мы и стали лучшими друзьями. Это он меня угощал «фирменными» огурцами., а поскольку остальная часть молодёжи не была столь щепетильной в том вопросе , то и «плодово-ягодное» я с  ними  дегустировал редко.
- Миша, говорят всю ночь свет в зале горел? – окликнула меня начальница, когда я поздоровался и прошмыгнул в коридор.
- Да, нет Клара, не всю ночь, минут десять, я лампу менял в проекторе, - соврал я.
- А свет зачем?
- Отвёртку с вечера уронил.
 - Сегодня бы поменял, днём.
- Некогда, на току дежурю.
- А сейчас, что собрался делать?
Я не знал, что ответить и промолчал. В кинопроекторной я первым делом хлопнул на стол коробку первой части «Не могу сказать прощай», торопливо открыл крышку и на просвет взглянул на последний кадр. Так оно и есть! Хэппи энд! Плёнка не перемотана! Значит всё таки киносеанс был!
В зале послышались гулкие шаги, я всё вернул на место и вдруг вспомнил как утром открывал тяжёлый крюк в тамбуре!
- Пойми Миша, - показалась в дверном проёме Клара, - я не против, если ты ночуешь, но свет нельзя включать. Пойдут по древне всякие глупости и сплетни.
- Извините, но серьёзно, надо было лампу заменить и прокалить вот и включал на время.
- Ну ладно, а у тебя тут порядок, молодец, - похвалила мой труд начальница.
Закрыв дверь пректорной на ключ,я потихоньку прошёлся вдоль окон и подёргал их, но они все были закрыты ещё со времён постройки. О чём свидетельствовали экспозиции мадам Тюссо из мух, пауков , паутины  в каждом междурамном пространстве и даже одной мышиной мумии. Пожарные двери тоже никогда не открывались. Крючки были закрашены вместе с дверями и присохли намертво!
Дела! – подумал я и подался на мехток принимать дела у сменщика, старшего электрика отделения.
Николай, незнаю его отчества, пожилой и круглый из-за «пивного благоприобретения» , встретил меня на крыльце.
- Ну как погулял? – радостно потёр он руки.
Видимо радуется за коллегу, подумал я, но ларчик открывался просто.
- Теперь я, ты отдохнул, теперь я, уеду в город на два дня, - назидательно и официально бросил он на стол  журналы приемные и по технике безопасности.
- А мне можно? Если что у меня на силовые допуска нет. Я ведь только практикант, - засомневался я.
- Тех минимум  сдавал? – назидательно спросил собирающийся Николай.
- Сдавал.
- Удостоверение есть?
- Есть, но у меня только на бытовые сети.
- Ты здесь уже два месяца, аварии были?
- Нет.
- То-то, у меня как в аптеке, уже сто лет аварий нет.
- По закону подлости будут, - вставил я, понимая, что его не убедить.
- А ты плюнь три раза через левое плечо.
Николай сел на свой, женский,  без рамки велосипед и виляя повёз своё «благоприобретение» за ограду мехтока.
- Отпустил? – подал голос сторож, дед, Фёдор Алексеевич.
- На два дня.
- Ну и дурак, теперь раньше недели не жди, пока все пиво в городе не выпьет.
Я конечно расстроился, но куда против местных попрёшь.
- Ладно, будь что будет, в крайнем случае приедет электрик с центральной усадьбы, позвоню главному инженеру, завтра утром. – успокоил себя я.
- Фёдор Алексеевич,- через пол часа вернувшись с обхода, я протягивал сигарету сторожу, - вы всех в деревне знаете?
- Да, конечно, - довольный моим предложением задумался дед. – А какая тебе нужда?
- Вы не знаете к кому приезжает городская внучка. Такая высокая, чёрненькая, коса во, - показал я, по пояс.
- Вон что! – усмехнулся сторож, долго сидел, почти всю сигарету скурил, - да наверное ни к кому. У нас таких нет.
- Как нет? Вчера в кино приходила.
- Так и спросил бы у неё.
- Постеснялся.
- Чёрненькая?
- Ну да. Коса черненькая, сама то нормальная, обычная.
- Тьфу ты, а я думал африканка, - заржал дед, Фёдор Алексеевич, подмигнув.
Я улыбнулся, но вздохнув придумал у кого спросить.
Тут как раз появился ГАЗ 53, за рулём которого улыбалась знакомая физиономия. Пока Фёдор Алексеевич ходил за весовщицей я поздоровался с водителем.
- Держи краба, - железная пятерня Виктора ухватила мою ладонь.
- Как вчера добрался? – поинтересовался я у друга.
- А что мне будет, я дома и каждый куст знаю.
- Слушай Вить, а кто такая в «адидасе» была? Мой друг сморщил лоб, напрягая извилины, но ответил, - да не было ни кого в «адидасе»!
- Ну высокая, - я потряс раскрытыми ладонями, - при достоинстве и в джинсах, коса чёрная по пояс.
- Э, пить надо меньше, - обиделся на моё недоверие Виктор и хлопнул дверью.
Через минуту после взвешивания, ГАЗик исчез за ближним гуртом и оттуда послышался женский визг.
Где друг Витя, там всегда был визг и весёлая компания. Пока девчонки, дурачась, гоняли водителя по току, я вывалил зерно в кучу и подогнал машину к весовой.
Довольный и красный Виктор, проходя мимо кинул.
- Обедать где будешь, а то айда ко мне.
- Не могу, труба зовёт, - махнул я на весовщицу, сигнализирующую о необходимости включить сушилку, но подал Виктору деньги на колбасу, батон и пачку чая. Магазин был на другой стороне деревни.
Все время пока, я  возился с сушилкой, потом перегонял древний роторный погрузчик к «весёлой» куче, как то совсем забыл про еду. Вспомнил, когда двор начал наполняться человеческим шумом, это работницы возвращались с обеденного отдыха.
Дед, Фёдор Алексеевич, давно сидел на лавочке и дымил «примой».
- Итти этих городских, сколько тебя ждать можно?
- А в чём дело Фёдор Алексеевич? – я один называл деда полным именем и видно было, это ему нравилось.
 - Чайник уже третий раз грею.
- Ну, ел бы сам.
- Не сподручно одному.
- Почему? – удивился я входя в комнату. На столе была нарезана колбаса, варёные яйца, шматок копчёного сала, знаменитые огурцы, батон, домашний хлеб, лук и другая трава, а на плитке дымилась кастрюлька борща.
- Одни Зебольдты у нас в деревне такое сало коптят. – пояснил Федор Алексеевич разваливая шматок на толстые жбрейки.
- Садись, а то я уже всё терпение потерял.
Надо сказать спасибо Виктору, пообедали мы с дедом на славу. А после с удовольствием подымили сигаретами с фильтром.
Весь день без устали я копошился на току, изредка забегая попить крепкого чаю. Старый солдат знал свое дело, и мы были довольны друг другом.
И уже в полутьме подкатил знакомый ГАЗ 53 и ослепил нас сидящих на скамейке. Правая дверца открылась, а фары несколько раз перемигнули. Я понял, что пора в клуб.
- Ну, что пришла, - спросил я у улыбающегося, вымытого и причёсанного, в новом свитере и пахнущего мужским одеколоном друга.
- Кто?
- Ну, чёрненькая, с косой.
Витя заржал и включил заднюю скорость. В аппаратную я проходил мимо танцующих в фойе под мигание цветомузыки. Ничего и никого конечно не разглядел. Весь фильм простоял я на балкончике перед входом в проекторную, силясь увидеть, и когда включился свет не заходил внутрь к мотающему в холостую кинопроектору, боясь пропустить. Незнакомки не было, точно!
Зав клубом Клара поторопила меня и поставила точку, в моей лихорадке большим амбарным замком, запирающим центральный вход.
Я побрёл на мехток, ведь моя смена не кончилась и напоминала об этом гудящими на всю округу моторами зерносушилки. В ночи моя работа напоминала своёй иллюминацией  огромный корабль, сухогруз, заполненный гуртами пшеницы. Во всю подлетали машины, жужжали погрузчики, роторные, шнековые,  ковшовые, на любой вкус, перекидывая зерно с места на место. Женщины и мужчины примолкли от усталости, и вяло махали мётлами и деревянными лопатами. Дед, Фёдор Алексеевич, читал газету через толстые очки и уже привёл из дома кобеля Амура. Он всегда на ночь усиливал охрану своей собакой.
В час ночи подлетел последний ЗИЛ. Упала роса и конвейер остановился. Все оживились и двинулись домой. Я всё повыключал, оставив только три прожектора по периметру. Обесточил сушилку, опломбировал силовой шкаф и пожав руку осунувшемуся деду, вышел за ворота. Провожал меня лязг замковой цепи, да Амур радостно гавкающий на хозяина. Устало двигаясь вдоль уснувших домов, я заметил, что молодёжь ещё не спит, кое где на лавочках светились точки сигарет. Впереди темнела громада клубного сада и белела тропинка бокового прохода. Меня почему-то вдруг потянуло туда. Подходя ближе к центральному входу я увидел знакомую одинокую девичью фигуру. И тут же, как назло вступил в какую-то мягкую реальность, только на секунду я отвлекся, чтобы обтереться об траву и когда поднял взгляд на крыльце было пусто! Медленно поднявшись по ступенькам я потрогал замок и вздохнув от досады почувствовал ….. тот же запах духов.


Рецензии
Зачиталась, буду продолжать. Не скучно и без всяких вывертов. С уважением,

Айрени   07.04.2017 21:32     Заявить о нарушении
Добрый вечер, Владимир! Интересно про незнакомку, она как волшебная фея. Буду читать дальше! Творчества Вам и успехов! С уважением, Вера.

Вера Мартиросян   13.06.2017 18:37   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.