Экономическая экономика XV

 
Чем интересны примеры с Робинзоном и с папуасами?
Тем, что они полностью изолируют нас от возможных спекуляций по поводу политического и общественного влияния на процесс производства и обмена.
Для более наглядной иллюстрации влияния «Собственной стоимости» и «Потребительной Стоимости» на размер «Меновой Стоимости» мы рассмотрим случай обмена Зерном и Мёдом в следующем  году.
На  следующий год, совершая очередное своё турне, знакомый нам Мореход прикупил необходимый ему мёд на том же острове, что и в прошлый раз.
Но вот незадача. Пчёлы в этом году переболели, медосбор оказался не таким обильным,  и владелец мёда запросил двойную цену. Убедившись, что дела с медосбором  обстоят именно таким образом, Мореход согласился, что «Собственная Стоимость» всего Мёда осталась прежней при уменьшившемся его количестве. Почему?
Потому, что потребности продавца мёда остались прежними, и для того, чтобы в следующем году можно было снова купить мёд на этом острове, следовало обеспечить  эти потребности на весь год в полном объёме.
Делать нечего, купил Мореход вдвое меньше  мёда,  за то же  количество Золота.
Обратим внимание на тот факт, что и  «Потребительная Стоимость»   Золота осталась прежней, и «Собственная Стоимость» Золота осталась прежней.   Но  «Меновая Стоимость» Золота, в данном акте купли-продажи,  уменьшилась в два раза, по сравнению с той, что была в прошлом году. 
Касательно Мёда: «Потребительная Стоимость» единицы веса осталась прежней, общий вес Мёда уменьшился вдвое, «Потребительная Стоимость» всего  Мёда уменьшилась в два раза. «Собственная Стоимость»  единицы Мёда увеличилась  в два раза, общий вес  Мёда уменьшился в два раза, «Собственная Стоимость» всего объёма Мёда осталась прежней.
 «Меновая Стоимость» единицы веса Мёда увеличилась  в два раза. Общий вес  уменьшился в два раза.  «Меновая Стоимость» всего объёма мёда осталась прежней.
А это означает, что у каждого товара своя «Меновая Стоимость» в каждом конкретном случае, и в момент торговли, продавец и покупатель определяют не одну, общую «Меновую Стоимость», а две, по одной для каждого товара, участвующего в обмене.
Более того, вполне могло так статься, что Мореход не согласился бы на такую сделку, а предложил столько же Золота, сколько и в прошлом году за единицу веса (объёма) Мёда.
Теперь бы всё зависело от того, кто имел преимущества в свободе действий. Если Мореплаватель имел возможность пополнить запасы продовольствия на следующем острове, то продавец Мёда вынужден был бы продать свой Мёд по прежней цене, а если на соседнем острове жили покупатели, а не продавцы Мёда, то пришлось бы уступить Мореплавателю и заплатить двойную цену. Можно предположить и такой вариант, что видя такую ситуацию, Продавец Мёда  и Мореход сошлись бы на полуторной цене, каждый потерпев убытки в равной мере по сравнению с прошлым годом. Мореход предложил бы команде заняться рыбной ловлей, чтобы дополнить рацион, а Продавец Мёда, в свою очередь, вынужден был бы заняться тем же, к примеру…
Какой вывод можно сделать из этого примера?
Мы можем с уверенностью сказать, что «Собственная Стоимость» - это присущий товару атрибут, который зависит от той меры «Потребительной Стоимости», которая была израсходована (затрачена) при его изготовлении. «Меновая же Стоимость» - есть продукт договорённости между участниками обмена.

А как обстоит дело с «Потребительной Стоимостью»?  Что будет, если будет изменяться «Потребительная Стоимость»?
Если мы предположим, что Пчеловод на следующий год засеет остров очень питательным растением, и Мёд изменит свои свойства таким образом, что «Потребительная Стоимость» (полезные свойства) Мёда увеличатся вдвое, то всё вернётся к первоначальному состоянию.
«Собственная Стоимость» единицы веса Мёда останется вдвое больше, чем в первый год, «Потребительная Стоимость» единицы Мёда увеличится вдвое, по сравнению с первым годом, «Меновая Стоимость» единицы Мёда  вернётся в первоначальное состояние.
И снова мы видим, что и «Собственную Стоимость» и «Потребительную Стоимость» товар несёт в себе, а «Меновая Стоимость»- есть продукт договорённости договаривающихся сторон.

Если теперь мы сравним всё сказанное с тем, что написал Маркс в последних трёх абзацах  Первой главы, и во втором абзаце  Второй главы Капитала, то мы можем достойно оценить выкрутасы этого великого путаника.
Я так думаю.