Роковая, правда

Роковая, правда

Сегодня расскажу тебе правду всю,
Коль этот миг настал, не стану я молчать.
Я этой правдой роковой, быть может, докажу,
Что именно мне и надо было доверять,
Среди лжи и предательства мне одной,
Сказать всё надо было, рискуя головой,
Не слушать никого и глаз не отводить,
И встречей судьбоносной навеки дорожить.

Мне было мало лет, но помнила я свято,
То, что в хрониках истории не запишут.
Как умирали невинные и те, кто виноватым,
Был, не ответил и совесть мучить,
Их не стала, и упиваться властью сполна,
Остались, но у всего была своя цена.

Живой осталась я, при шорохе войны,
И клятву произнесла, не боясь последствий,
Поэтому красивые платья не нужны,
Мне были, поскольку важнее чести,
Не стало ничего и долг выше злата,
И бесстрашие спутники среди разврата.

Нет, я не в мирное время, увы, жила,
И память по ночам мешала спать.
Венки из ромашек милый не плела,
С самого детства жизнь мне хотели сломать.
Те, кто убивал на моих глазах, прерывая жизнь,
Обещая не дать мне шанса и убить.

Знавшая смерть и войну ближе стать,
Ребятишкам дворовым нет, не могла.
Их странные глаза мои ограждать,
Стали от себя и понимание я не нашла,
И сердце согреть мне никто не собирался,
Лишь убийца один в дверь стучался.

Старый генерал и друг его профессор,
Задумали в чудовище меня превратить.
За то, что истинный их план известен,
Был мне и за то, что посмела встать,
На их пути, в котором все им с рук сходило,
И где если бы не одна, смогла противостоять.

А ещё тот генерал, насиловавший немало,
Желающий силу невероятную получить,
Не мог принять, что я ею обладаю,
И при этом как он не желаю жить,
Не желаю денег, похоти не предаюсь,
И за великие сокровища как шлюха
Не продаюсь!

Простые дети, им было, конечно, не понять,
Почему с ними не стараюсь подружиться.
А я ждала других, я умела ведь ждать,
В мечтах своих, взлетая белой птицей,
Несущей мир и возмездие убийцам,
И даже под угрозами не могла остановиться.

Я не могла, конечно, никому любимой стать,
Поскольку не собиралась свои ноги раздвигать.
И грозный враг мой всегда помнил обо мне,
Изо всех сил любовь, стараясь от меня ограждать.
Сверстники жили в мире, а я росла на войне,
Веруя, молясь, падая и продолжая вставать.

Какой брак, какие дети, какие свидания,
Кто из подонков собирался здесь уступать.
И не услышит никто от меня оправдания,
Когда Сатана снова пытается меня сломать.
Даже то малое, что есть в моих руках,
И все уходят, испытывая брезгливость и страх.

Жизнь для всех своим течёт чередом,
И только моя так никогда не начнётся.
В руинах лежит мой родной дом,
И проклятым местом давно он зовётся.
Мне сила дана, это правда, но часто,
Считаю я приход свой сюда с ней,
Напрасным!

Тот старый генерал, купаясь в превосходстве,
Со злостью и ненавистью на меня смотрел.
Он сломать и изнасиловать моё благородство,
Старался изо всех сил, но только не сумел.
И поняв, что слаб, приказал до смерти бить,
Чтобы руки наложив, себя сама хотела убить.

Там не было тебя, там сияли только звёзды,
Там я была одна, а их с дубинкой трое.
Они били меня, изуродовав тело и кожу,
И после я перестала ощущать вкус боли.
Где ты был Господь, где были все друзья,
Я не кричала, я знала кричать нельзя.

Старый генерал в ладоши хлопал громко,
Отбили всё, чтоб не стать матерью ребёнка,
И чтобы не один мужик на уродину смотреть,
Не стал, никогда, и ещё не раз плеть,
Ходила по спине, но груз предательства,
Сильнее, чем рабовладельческие обстоятельства.

Меня предал тот, кто клялся защищать,
Едва увидев, вставал в молитве на колени.
Он силу мою желал, а потом решил продать,
И продал, и бытием стали тюремные стены,
И частые по ночам весточки теплые из дома,
Что ждать придется мужчину мне иного.

Да только в камеру мою никто освобождать,
Меня не приходил, один лишь профессор,
Хотел разобраться, как надо истязать,
Меня, чтоб нигде не искала себе я места.
Побои генерала или профессора эксперименты,
Что лучше, мне никто никогда не ответит.

Ты пришёл ко мне, сказав, что никому,
Не позволишь на этом свете обижать,
А на мне нет живого места почему,
И с кнутом надо мной продолжают стоять,
Ты сказал, что не отпустишь и рядом пойдешь,
Но почему за окном снова идёт дождь.

Все размеренно живут с мужьями и детьми,
У них есть угол свой и кусок свежего хлеба.
Они кому-то драгоценно важны и нужны,
Для них ярко голубого всегда цвет неба.
И не поймут они, почему я здесь одна,
Поскольку их дураков не тронула война.

Я наслаждаюсь воспоминанием, мига того,
Как дверь в твой кабинет тогда открыла.
Ты не понял волшебства счастья своего,
И ты не знаешь, как тяжело тогда мне было.
До твоего кабинета я такие муки перенесла,
Что за радость произошедшее вознесла.

Ты увидел несуразную девушку, нескладную,
Не похожую на шалав, каких видеть привык.
Слегка неумытую, заспанную, безобразную,
Ты не понял, как здесь такой образ возник.
А я, едва увидев, хотела тебя сильно обнять,
Ты не знаешь, сколько ради этого в жизни,
Мне пришлось дурачок страдать!

Не раз с надсмотрщиками я говорила,
Кроме них собеседников не находилось,
И один раз они прощения у меня попросили,
Рассказав, как и почему их жизнь не сложилась.
Один из них молодой хотел на мне жениться,
Генерал узнал, его довели и он застрелился.

Когда ты сидел за столом и мне в глаза,
Смотрел, я вспомнила, как мальчик рыдал,
Которого убили, а тебе диковинной жизнь моя,
Казалась и неправдоподобные картины рисовал,
Сила моя твои мысли мне освещала,
Но едкость и ядовитость их, меня не обижала.

Ведь ты не знаешь ничего, а я дорожить,
Тем разговором буду всю жизнь.
Генерал он думал до такого дожить,
Я не смогу, а я смогла и именно таким,
Моментом наслаждаться заслужу,
И вот я в кабинете с тобой сижу.

Как важно мне было слышать голос твой,
Твою быструю речь, все жесты отмечать,
И понять, как хочу рядом идти с тобой,
И от опасности до конца тебя защищать,
Я поверила ты в жизнь мою пришёл,
Это именно ты, это Господь тебя,
Наконец ко мне привёл!

Я слушала как музыку весь наш разговор,
Он был для меня драгоценнее всего на свете.
Время шло, зачем так быстро было пора домой,
А я не хотела остановки, мне было важно, поверишь,
Ли ты, что именно я, не случайно здесь,
И все мои слова сказанные отнюдь не лесть.

Наконец ты сказал те горящие слова,
Не отпущу, защищу, буду всегда с тобой.
И вот именно тогда казалось, что с ума,
Сойду и мой исчез уверенный покой.

Я ехала домой, мысленно за тебя молясь,
Врагу смотреть в глаза больше не боялась.
Вот оно счастье, я, наконец, из ада спаслась,
Я уверенна была, я верила это моё начало.

И роковую правду всю как есть,
Тебе хочу рассказать, секретом не будет.
Для меня дороже тебя никого нет,
Пускай жизнь меня за это осудит.

Да я тебя люблю, как глупо и нелепо,
И я признаюсь, ты любовь мою заслужил.
Отведи, защити и прогони все беды,
И для доблести твоей не пожалею сил.

20.08.2016 г.