Свеча

                Ирина Рязанова            





                С В Е Ч А






















































                Посвящается моему духовному отцу
                игумену Мартирию (Багину)


































                Мой Отец на Небесах
                взвесит сердце на весах -
                горсть соломы смолотой,
                не сребра и золота;
                но, видя мою кручину,
                прибавит молитву Сына.
                А моленье Отцу имеет вес
                сотворенных земли и небес.





                Ночь, на крыльях слетевшая тихо,
                убаюкала скачущих лихо
                веселящихся духов полдневных,
                попаляющих, властных и гневных,
                чтобы сквозь беспокойное время
                проросло вековечное семя,
                и Господь его принял с улыбкой,
                потому что не стало ошибкой,
                что ничем исказиться не может.
                Бог один может взять, что положит.


                Ты каждую вещь надписал
                Своим Высочайшим Именем:
                лазурные небеса
                и ветку сосновую в инее.


                О, облака!
                Так высока
                ваша гряда,
                что никогда
                вас не потрогать рукой.
                Только покой
                ваших вершин
                всюду один,
                и тишина
                всюду одна -
                вечно едина,
                словно шехина.

























               










                Часть 1


                МАНЖЕТКА

               

               
               

               













 

                Маленький синий глаз -
                сорный цветок у забора.
                В какой-то случайный час
                детства – не оторвать было взора.
                Это объяла меня
                Вечность, молчаньем маня. 

      Туфли

    Большие ромбы линолеума, коричневые на белом, с полосами, с точками… Вижу: по полосам шагают ноги в красных босоножках. На босоножках вырезаны уголки. «Мне три года и у меня красные босоножки с уголками. А раньше мне было два года, и у меня были голубые туфли. У них были дырочки по краю». И я снова вижу, как по полосам вышагивают голубые туфли. «Всю жизнь каждый год у меня будут новые туфли, а я их буду запоминать…»

                Тяжелая гроздь рябины,
                вышитая крестом,
                в провале детства пустом
                осталась живой картиной.
                Я подумываю о дне,
                когда Ангел мой скажет мне:
                - Вот раскрылось твое окно
                и соткалось твое полотно.
                Из всего полотна я выну
                для тебя нитку рябины.

Шелк

    Распахнутые полированные дверцы шкафа. Где-то рядом – Лена. Раскиданные по комнате вещи. Светло-желтый шелк в сеточке тончайших черных нитей. Воздух полон чем-то живым, густым, без названия…

Платье

    Самое страшное случается по утрам, когда на тебя натягивают платье. Пока голова протискивается через его узкую талию, ты переживаешь мучительный приступ удушья.           «Зачем нужно так страдать?»

Игра

    Мне четыре года. Стою в кровати, держась руками за сетку, и смотрю в окно на голый, качающийся в сумерках тополь.
    «Наверное, Тот, Кто меня создал, со мною играет; придумывает для меня разные условия игры с мамой, папой и Леной и хочет, чтобы я всегда находила правильный выход.

Манжетка

    На корточках перед маленьким зеленым кустиком. Резными воротниками разворачиваются листья, а внутри – пуговки, как рога барана, как раковины улитки!
    «Ведь я сама точно такая же!..»





Мир

    Мама ушла на кухню. Ножки стола, книжные полки… «Когда мама вернется, это, может быть, будет уже не та мама. Может быть, я сама буду уже совсем не та, и она меня не узнает… Ведь мир каждое мгновение возникает заново».

Марионетки

    Лежу в кровати. А за стеной мама с папой о чем-то тихо переговариваются. «Конечно, обо мне! Ведь я думаю! Я чувствую! Во мне столько всего. А у них - одна оболочка. Вот сейчас папа с мамой договариваются, как они завтра будут играть со мной свои роли». Что-то давит на меня со всех сторон…

Жених

    «Жених и невеста», - говорит, глядя на нас, одна из женщин, стоящих рядом.
    Сижу на сиденье качелей. На противоположном сиденье – худенький бледный мальчик в сером пальто.
    «Это мой жених!»

                Мы будем с тобой,
                мой брат дорогой,
                волною тугой
                и волною тугой
                единого моря,
                что катят, не споря,
                ударами сердца гонимы его,
                скрепленные солью и влагой живой.
Песня

    Черное окно. На кухне горит свет. Новая домработница вышла. На столе остался стоять утюг. По радио звучит песня:

                Здесь ничего бы не стояло,
                когда бы не было меня.
                И солнце б утром не вставало,
                когда бы не было меня…
   
«Ничего бы не было, если бы не я…»

Лена

    Лежу на кровати и реву. Входит Лена. «Сейчас она сядет рядом и начнет говорить все хорошее, ясное и верное. И будет говорить - пока на душе не станет тепло и мягко».

х х х

    Только что была спокойна и всем довольна. Но вот в воздухе негодующее, полузнакомое – «наябедничала». «Как я буду с этим жить дальше?!»

Пение
   
    Только что проснулась. В солнечном луче пляшут пылинки. А во мне что-то переливается, поет. «Что это – то, что поет? Почему нет такой науки? И кому нужны арифметика и русский?»

               
                Засунув нос под лапу, кошка спит.
                В окне сияет снежный зимний вид.

                И в сердце тает сладкая иголка,
                И жизнь мне молча что-то говорит…

Тапочки

    Стены идут вниз. В углу земляного мешка свалены черепа. Раньше это были люди, которые молились.
    Экскурсовод рассказывает, что здесь особый состав почвы, и поэтому мертвые тела в ней иногда сохраняются.
    Оглядываюсь назад – на гроб. В нем небольшое узкое тело в белом балахоне, в белых, шитых бисером тапочках. Тапочки заметнее всего. Над гробом склоняется женская фигура в платочке. Целует желтую высохшую руку. «Ужас! Зачем?..»
    Мы с дедушкой выходим на свет. Нас обступают церкви. Они выходят ко мне сквозь зелень…

                О Боже, как падает свет
                в лесу, и как много примет,
                что лес принимает меня.
                И я опять узнаю
                зеленую душу мою,
                где спрятаны от суеты
                ромашек и кашки цветы.

Формулы

    Все как в тумане. «Скорее бы наступил конец урока, прежде чем меня спросят. Но когда-то же спросят! Жизнь состоит из формул и графиков. Их невозможно понять. Но ты должна жить так, как будто их понимаешь. Жизнь похожа на кошмар!»

Река

    Знаю, что скоро на середине реки будет видна церковь.
    Вот на горизонте белое пятнышко. Оно растет. Уже хорошо различима церковь.
    Сквозь проемы стрельчатых окон мягко светит вечернее небо. А под ними струится бесконечный речной поток.


                Зима. Крещение.
                Дремучий лес
                и светлое кладбище
                с крестами, ставшими свободно и легко.
                А за дорогой далеко –
                просторный храм –
                Господнее жилище.
                Он полон мира и чудес.
                А купол – голая решетка,
                немного меди, крест,
                и люди, что пришли из дальних мест,
                откуда все явились и куда уйдем –
                туда, где Отчий дом.





Папа

    В кровати перед сном читаю «Отче наш». Клочок бумаги со словами молитвы нашла недавно на подоконнике. Папе дали, наверное, потому, что с сердцем все хуже… «Завтра ему делают операцию. Он умрет или будет жить». Слова как тяжелые камни…

х х х

    Папа умер. Лежу на его кровати. Воздух какой-то липкий, он давит на меня. «Моя жизнь тоже кончается…»

Сны

    Папа в гробу. На его голове огромная рана, как от удара топора.

 х х х

    Наламываю спичечных головок в стакан, заливаю водой, выпиваю. Жду. Ничего…
    Пускаю себе в висок пять пуль подряд – немного слабею – и все…
    Меня охватывает запредельный ужас: жизнь я уже предала и сейчас задыхаюсь где-то в липкой и мертвой области вне.
    Меня больше не существует, но я продолжаю сидеть на кухне!..

Достоевский

    «Есть литература, а есть Достоевский. Достоевский выше. Он один пишет о том, что на самом деле.
    «Записки из подполья» - это обо мне. Но лучшее, непостижимейшее – это старец Зосима и Алеша Карамазов».

Игорь Александрович

    Что-то поет в тонком лице, синем свитере, огненной бороде… Смотрю, уставившись заворожено, пока моя подруга читает свое бесконечное сочинение. И вдруг он медленно закрывает глаза, продолжая слушать. А я готова провалиться сквозь землю…

                Сколько мне отмеряно чувства,
                никому незнаемого счастья –
                сердцу, что было пусто,
                к жизни твоей причастья.
                Кто мне увидеть помог,
                как тебя видит Бог?
                И вот гляжу я ночами
                божественными очами.


х х х

    «Машенька для Евгения была свет в окошке». Все необычайно, что исходит из его уст, все звучит музыкой. Подчеркиваю то, что мне нравится больше всего в своей тетради. Забыв тетрадь у него на столе, прихожу в ужас: «Теперь он все знает!»

                Его лицо, как чашечка цветка,
                и жизнь его проста и далека –
                два берега, а между – лишь река.
                Мы умираем, уходя в любовь,
                и потому уж не боимся смерти
                в железной этой круговерти,
                где льется кровь.
 
х х х

    Иногда он хвалит мои способности нашей общей знакомой. Живу этими словами и умираю, когда вспомню, что он говорил о каких-то недостатках моих сочинений.

х х х

    Сегодня занятия проходят на квартире его жены. Оказалось, что жена есть.
    На нем вельветовая куртка. На столе букет ландышей.
    Когда дверь за женой захлопывается, он склоняется у меня за спиной, поправляя что-то в моей тетради. Его рука совершенной красоты.
    Воздух звенит.

                Неожиданная встреча -
                будто воплотился сон.
                Пару слов кидает он,
                и летят они, как манна,
                избежав тенет обмана
                полупризрачного дня
                откровеньем для меня.
 
х х х

    Сквозь белесое и пустое иду домой. «Так и должно было случится… Не призналась… Дверь закрылась за мной в последний раз».

Сон

    Перед устным экзаменом по литературе мне снится: подхожу к столу и беру билет: ««Вечера на хуторе близ Диканьки». Рассказать о содержании выеденного яйца». Смысл прочитанного тут же оживает во мне. Он поет. Это и есть смысл жизни. Я мучительно силюсь дать ему название.
    Но уже пришло время отвечать. «Меня еще может осенить, пока я буду говорить…»
    Медленно подхожу к столу. Смысл звучит во мне, и я вдруг выпаливаю: «Яйцо – это символ жизни». Экзаменатор, доброжелательная женщина с темной короткой стрижкой, подбадривает: «Правильно! Но у вас в билете – выеденное яйцо».
    «А выеденное яйцо – это символ смерти», - заявляю я. «А дальше?..» - спрашивает она. Но я не знаю, что дальше. Смысл поет. Я молчу.

Церковь

    Над головой высится купол, кругом сверкает золото, горят свечи. «Может быть, что-то откроется мне?.. Почему эти женщины в платочках стоят тут так долго?»

х х х

    Ограды, кресты, сырая листва… «Тут душе легче…»

                Как сырость ласково пронзила
                недвижный воздух, где могила
                Адама грешного, пуста,
                Лежит под знаменьем креста.

х х х

    Узнала о сыроядении. «Это, наверное, тоже пост. Завтра Пасха. Поститься, наверное, надо так: голодать до завтра. Утром съесть салат».
    Натираю сырую свеклу, сырую морковь – заправляю апельсиновым соком. Сижу перед красивым блюдом с красивым салатом и жду назначенных самой себе трех часов дня, чтобы начать пост. Ложусь спать натощак.
    В пять утра, проснувшись от нестерпимого голода, бегу к холодильнику и ем тушеное мясо кусками, прямо из кастрюли.


                Славословит Бога
                зелень-недотрога,
                лук
                в сиянье желтом –
                друг
                горбатой тыкве
                и кочан капустный –
                все к любви привыкли
                и не забывают,
                Кто их одевает.
                Так звенит «осанна»
                Санчеса Котана.


Сны

    Лечу на воздушном шаре высоко над землей, над зеленым ковром деревьев, сквозь которые проглядывают храмы: православные, индийские и какие-то еще – небывалые.
    Стою на земле, а воздушный шар лежит у моих ног сморщенный, как лопнувший детский шарик.

х х х

    Иду по дороге в жидкой грязи мимо приземистых деревянных домов с церковными куполами. Купола страшные, раздутые: грязно-голубые и грязно-розовые.
    За домами – кладбище: кресты стоят страшно, рядами, как мертвые солдаты. Все кругом серо…

Бог

    «Чем неправ Чичиков?» - задает вопрос мой оппонент на защите диплома. И сам отвечает: «Тем, что он не Божьим делом занимается!»
    Будто молния ослепляет меня. «И зачем я написала столько ерунды?..»

Кафель

    Тоскливый белый кафель до самого потолка. Никелированные приборы с уродливыми висячими трубками…
    Жду, смотрю… «Вся эта жизнь вторгается в тебя болезненно, уродливо, грубо, как медицинский инструмент».

Екклесиаст

    «А какая книга Библии Вам больше всего нравится?» - продолжает психотерапевт. Не хочу признаться, что почти не знаю Библии, и говорю уверенно: «Екклесиаст!» Я прочла Екклесиаст полностью после того, как наткнулась в толстом журнале на фразу, полную музыки и тайны: «Суета сует, - все суета… Идет ветер к югу, и переходит к северу… и возвращается ветер на круги своя».
    «Один день похож на другой, они томительно повторяются из месяца в месяц, как наваждение. Каждая новая улица как будто выплывает из забытого прошлого…»

«Такая девушка»

    «Разве к такой девушке подойдешь?» - сказал про меня один художник в издательстве. Мне передали.
    Но я влюблена...

Бред

    Сижу на работе одна. Мир плавится вокруг меня. Я знаю все, как есть на самом деле. «Мой отец жив!.. Его от меня где-то скрывают! Нет… не то… Я одна живая!.. Ведь это открывалось мне еще в детстве… Нет… Я гений в области психологии, ведь психиатр говорил, что я тонкая!» Иногда меня обдает ледяная волна.

Отец Александр

    Мы втекаем в церковь в потоке людей. Сестра привезла меня к своему духовному отцу.
    В центре храма на свободном пятачке – две фигуры в облачении. Одна повыше, другая пониже. Священники беседуют. И вдруг тот, который пониже, оборачивается ко входу и пронзает меня взглядом. Взгляд направлен на меня до тех пор, пока мы не сворачиваем в сторону. «Это и есть отец Александр», - догадываюсь я.
    Во время общей исповеди он стоит на пороге придела. «Господь ради нас воплотился, а мы унываем» - запоминается мне.
    Выхожу из храма. Навстречу – подруга сестры со знакомыми. «Ты уже уходишь? – спрашивает она с улыбкой и добавляет иронично: - А благочестивые люди только собираются в церковь!»

Молитва

    На первых страницах эта фраза встречается несколько раз: «Люди, созданные для того, чтобы знать Святого Духа». Автор – какой-то Бердяев.
    «Есть Бердяев! Есть Святой Дух! Мне неизвестно главное в жизни!»
    Требую у сестры книгу на ночь. Но за ночь ничего не успеваю понять.

х х х

    Передо мной раскрытое Евангелие.
    «Почему здесь нет того, что мне так нужно? Пройдет ли депрессия? Стану ли я верующей? Если это возможно – пусть будет!» -  кладу голову на Евангелие. Когда поднимаю – вижу на странице папиросной бумаги отпечаток своего лба. «Это чужая книга!.. Но пусть так и остается…»
 

                Павлиньих перьев переливы
                на крыльях ангела всегда.
                Тяжелый сок плода оливы
                и рыбьей чешуи слюда.
                Соцветье камня под ногами,
                порывы ветра на лице.
                Соль моря, терпкая слезами
                Царя распятого в венце.


Благодать

    «Стала такой сентиментальной, что плачу даже над мультфильмами», - жалуюсь Лене.
«А ты скажи Ему, - произносит она каким-то новым, непривычно значительным тоном, - если Ему это угодно – пусть будет, а если нет – пусть не будет…»
    И тут у меня в груди возникает что-то нежное, живое, ликующее. Чувствую, что я оправдана, и – изумляюсь.
    Иду на кухню мыть посуду и все время проверяю: «во мне ли еще это?..»

               
                У небесной стены.
                Милосердия двери
                снова отворены.
                Все земные потери,
                где порог Царский врат,
                чтоб вернуть их по вере,
                времена сторожат.
                Все земные печали,
                в чаше растворены, -
                их по вере отдали –
                ныне утолены.

Сон

     Лечу в голубом небе на золотом быке, ликуя. Внизу, на зеленой земле маленькие злые лучники с натянутыми луками целятся в моего быка. Вдали – прекрасное голубое озеро.     «Если мы долетим до озера, и моего быка не подобьют, там я буду уже в безопасности…»

Крещение

    «Иди в воду», - снова говорит священник в большой церкви за городом. Наконец я догадываюсь, что надо окунуться с головой.
    Когда надеваю цепочку с крестом – цепочка рвется, но, к счастью, у моей крестной есть еще одна.
    Мы идем в пристройку, чтобы там записали мои паспортные данные. Старушка, прислуживающая в церкви, говорит почти сердито: «Каждое утро читай «Богородице Дево»».
    Мы спешим к электричке, на мне толстая рыжая шуба и толстая дырявая порыжевшая мамина шаль. То, что я смешная, делает меня только счастливее.

Исповедь
   
    Осеняю себя крестом и ступаю к углу иконостаса, где стоит лицом к иконам отец Александр.
    Меня встречает улыбка, такая открытая, что на ум невольно приходит словечко «крокодильская». И тут же мой локоть оказывается плотно прижатым к его боку. Я напрягаюсь.
    - А Вы знаете, что если все церкви сгорят, то Церковь все равно останется?
    Молчу. Я знаю что-то еще более таинственное.
    - А Вы знаете, что в церкви хорошо поют, но сюда ходят не за этим?
    Опять молчу.
    - А Вы знаете, что Ленин, Сталин и Гитлер были крещеные, и все-таки стали тем, кем они были?
    Тут я начинаю догадываться, что все дело в моем скоропалительном крещении.
    «Все меняется…» - я испуганно скашиваю на него глаза.
    Метнув на меня пронзительный взгляд, он накрывает мою голову епитрахилью.

Типография

    Трещины на асфальте. Оштукатуренная стена типографии. Солнце. Я пришла первая. «У меня есть время…»

                Благ, благ, благ, благ
                Вседержитель, Господи ты наш…
                . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
                Который был и есть,
                Кото-о-рый грядет…
   
   Пели вчера у Андрея Черняка. Проповедник из Армении повторял: «У Господа для каждого человека есть свой план…»


х х х

    Конвейер. Грязные закоулки типографии. Курение на лестнице в полумраке.  Холодный бетонный пол. Но все являет свое райской естество… На всем Его печать. Каждое мгновение приносит с собой радостную весть…. «Бог избрал меня!»

               
                Что в жизни малым показалось,
                далекое от счастья и мечты, -
                то неожиданно со мною сталось
                и получило вескость полноты.
                Что в этом мире было мрак и пламень
                и нескончаемый мираж,
                нашлось в углу и обратилось в камень –
                на нем написан бытия пейзаж.

Исповедь

    - Когда я читаю Евангелие, мне все это как бы незнакомо…
    - В жизни всякое бывает…

Группа

    И вот отец Александр входит в комнату. Молитвенная группа выстраивается вереницей. Впереди оказывается Таня Гальперина. Он привлекает ее к себе – склоненная Танина голова утыкается ему в грудь. Следующей стою я. Он только касается двумя пальцами моей руки и проходит дальше. Но на мгновение пальцы задерживаются. «Он обо мне помнит!..»

У аналоя

    Впереди невысокая фигура у аналоя. Отец Александр, как всегда, не смотрит на исповедующегося, но они – одно
    Ноги в черных мокасинах сосредоточенно переминаются.

Болезнь

    - Это, наверное, от гордости… - начинаю я, зная, что отец Александр слышал о моей болезни.
    - А что было? – спрашивает он.
    - Сначала разные люди меня обвиняли, потом утешали… А потом мне объяснили, что все это не так…
    Отец Александр молчит - он явно угнетен.
    - Помните, - говорит он, наконец, - у Гоголя был колдун, которому казалось, что все над ним смеются?
    Заметив, что сравнение меня огорчило, он замолкает.
    - Диагноз Вы себе правильно поставили, говорит он, наконец, иронией давая понять, что я вряд ли знаю, что такое на самом деле гордость.
    - Это у меня не впервые… - замечаю я, размышляя о медицинском диагнозе.
    - Так вот, - завершает он решительно, - если еще раз будет, - знайте, что это от лукавого.

Все есть

    - Как Вы себя чувствуете? – На предыдущей исповеди я не ответила ничего.
    - Очень хорошо! – Я снова уверена в своей радости.
    - У Вас все есть!
    «Отец Александр сказал мне на исповеди, что у меня все есть», - не в силах сдержать наплыв счастья, говорю крестной на выходе из храма.
    Она улыбается немного насмешливо.

Мысль

    Мою посуду и проверяю: «здесь ли Он?»

               
                Я люблю простые дела:
                как луна кастрюля бела
                и величествен, как престол,
                угловатый кухонный стол.
                А в похлебку соль положить –
                как счастливую жизнь прожить.

Батюшка

    Мы выходим из автобуса. «Батюшка!» - Чей-то голос за спиной заставляет, вздрогнув, очнуться. Оглядываюсь: полуседая грива, борода над роскошным кремовым костюмом. Отец Александр с кем-то говорит, сияя улыбкой. Она озаряет все вокруг вместе с проглянувшим солнцем.

Банка

    Сижу на кухне. Завтрак закончен.
    Смотрю на банку на краю стола и думаю:
    «И в этой банке – Бог!» Я слышала, что у каждой вещи есть свой Ангел, и восхищенно рассматриваю банку.
    Сосредотачиваюсь на банке, сосредотачиваюсь на Боге. Стараюсь отвергнуться всего своего и самой себя, жду вопрошающе и благоговейно – и вот опять чувствую радость. Она как прилив, что поднимает корабль: киль отрывается от дна – и вот корабль качается в новой стихии.
    Иду по колеям разбухшего снега к остановке. В памяти всплывает евангельский стих, повторяю его снова и снова – и он проникает в меня до самых глубин.

                Как ноты по холмам разбросаны деревья...
                Святая Книга херувимов пенье
                и глас священный Человека
                хранит до будущего века.

Сим

    «Недавно одного семинариста исключили из семинарии: кто-то слышал, как он пел тропарь в туалете. А что, в туалете он должен был богохульствовать?» - заключает остроумный Сим. Смешки.
    «Это же так ясно. Ведь благодать – везде!» - думаю я.
   
     «Одна девушка попросила меня сказать отцу Александру на исповеди, что она в него влюблена. Я рассказываю отцу: «такое высокое чувство…» А он все мрачнее и мрачнее. И вдруг меня осенило. «Отец Александр! Вы не поняли: она не в меня влюблена, а в Вас!» Он сразу посветлел: «Ну, слава Богу!»»
   
     «Мы написали письмо в Патриархию о патриархе Пимене. Он же уже не может по возрасту возглавлять церковь. Есть молодые… Когда я сказал об этом отцу Александру, он был страшно недоволен: «Я Ваш духовный отец - Вы должны были взять у меня благословение» - «Но Вы бы его не дали!» - «Я бы не дал… а Вы бы сделали по-своему!»»
   
     «Я заметил отцу Глебу, что он напрасно так много занимается политикой. Упомянул об этом  отцу Александру. Он страшно разгневался: «Оставьте отца Глеба в покое! А Вы бы так могли?!»»

Исповедь

    - Я боюсь, что стремлюсь к духовному комфорту.
    - Благодарите Бога (с усмешкой).

х х х

    - Я чувствую страх и сомнение…
    - Это от гордости.

х х х

    - Я не совсем понимаю, почему страх и сомнение – от гордости.
    - Потому что Вы хотите своими силами – и получается лбом об стенку.

х х х

    - Терпеть не могу, когда мною командуют.
    - Это гордость.

х х х

    - Батюшка, Вы были мною недовольны одно время. Я не совсем понимаю, чем именно.
    - Не был я недоволен. Я не хотел, чтобы Вы «сползали».
    Его рука ползет вниз по аналою.
    Вспоминаю про свою болезнь.

Отец Александр

    «Отец Александр – как Бог: он каждого любит больше, чем всех остальных», - говорит Сим за чаем. И я снова вижу себя стоящей рядом с отцом Александром и опять чувствую невероятное: тебя видят до неведомых глубин, а встретили одной любовью.


                Духа кротчайшего
                нам не понять...
                Им входа тесного
                в Царство Небесное
                пройден порог
                слез и тревог,
                и только горним дыша,
                мир излучает душа.
 
Девочка

    Идет служба. Хор поет. Отец Александр – в толпе. Он поднимает руку, смыкает кольцом пальцы вокруг тоненького золотистого хвостика стоящей впереди девочки лет семи и медленно и задумчиво пропускает хвостик через кольцо, почти не прикасаясь к волосам, так что девочка ничего не замечает.

х х х

    «Пресвятой, Пречистой, Преблагословенной, Славной Владычице нашей Богородице и Приснодеве Мари-и-и», - возносится в воздухе, величественно, как собор, и нежно, как поцелуй…

                Что на крыльях Ангела
                замечательней всего? –
                глаз – печальный и туманный –
                Чистой Девы торжество!

Исповедь

    - Люди кажутся мне скучными…
    - Люди – это самое интересное (быстро, весело).

х х х

    - Мне кажется, что во мне есть какой-то изъян… Может быть, самолюбие… Люди чувствуют это и не принимают меня.
    - Ну и что? (Холодно).
    - И это мешает мне их любить.
    - Думайте так: я несу людям мир, утешение и покой.

х х х

    - Я себя ненавижу!
    - Себя надо любить: Вы себе тоже ближний!

х х х

    - Я себя жалею.
    - Можно себя пожалеть.

Алла Чаус

    - «Чаус» по-украински – виноград, - объясняет изможденная, беспокойная Алла, переступая с ноги на ногу. Это немногое, что сегодня она сказала здраво. Глаза у нее как две полупрозрачные виноградины, и прекрасные, длинные, загнутые ресницы.
    Мы познакомились давно, в психбольнице.
    «И я могла бы быть сейчас такой же…»

Шаги

    Темный костюм. Широкополая шляпа.
    Никогда не видела, чтобы так ходили: стремительные, гигантские шаги. А рядом с отцом кто-то семенит…

                Горящий куст…
                Неведомым влеком,
                святой прошел всю землю босиком –
                ведь вся земля смиренному святая.
                За ним она проснется, расцветая…


Пение

    Регент за фортепиано: «Кто фальшивит? Прекратите петь!»
    Чувствую, что фальшивлю я.
    «Хороший слух и хороший голос», - так он сказал в большой церкви рядом с рынком, когда я подпела на панихиде для пробы. Теперь не получается…
    Некоторые девушки зажимают себе пальцем ухо, чтобы слышать свой голос, но я своего почти не слышу.
     Лицо девушки, заменяющей иногда регента, совершенно застывшее. Она будто ничего не видит вокруг.
    Когда одеваемся в прихожей, я отпускаю легкую шутку. Все продолжают одеваться молча, будто не слышат. Никто ни на кого не смотрит. Расходятся.
    «Свете тихий…» - все еще звучит во мне вместе с Его утешением.

                … И под песню иудейскую
                вьются волосы святого.
                Голос сына иессейского
                повторяет золотого
                локона извивы.
                В Боге живы
                нежность, шутки и улыбки
                тающей, как льдинка, скрипки…

    Застолье

    Отец Александр входит в комнату и садится во главе стола. Глаза всех в молитвенной группе обращены к нему. Но он молчит, глядя обличающе, испытующе. И все молчат. Молчание затягивается… две минуты… пять. Никто не понимает, что делать.
   Меня осеняет: наклоняюсь к соседке и прошу шепотом передать мне тарелку отца Александра. Кладу ему салат. Тарелка плывет по рукам назад. Я протягиваю руку, и мне начинают передавать тарелки. Все едят. Но он по-прежнему молчит…
   Когда приходит мама девушки, у которой мы собрались, отец Александр затевает с ней разговор. На нас он по-прежнему не обращает никакого внимания.
   В коридоре к отцу Александру подходит молодой человек и говорит: «Благословите меня!» Я стою рядом. «И меня!» Он властно прижимает ладонь к моему лбу, глядя прямо в глаза горящим взглядом.

Сирень

    И вот Царские врата распахиваются. Отец Александр устремляется нам навстречу в фелони с крестами. В опущенной руке – огромный букет июньской сирени.

Благодать

    Иду от Эллы с ее знакомой. Мы почти не знаем друг друга. Со страхом начинаю рассказывать о своей благодати. Совсем недавно я узнала, что она – редкость.
    Ответ поражает меня нестерпимой жестокостью: «Но ты ее потеряешь!..»

Свеча

    «Надо поставить свечку Богородице!..» -  думаю я, и сама себе удивляюсь – ведь я никогда не ставлю свеч. Но иду к свечному ящику, покупаю свечку и ставлю перед иконой Богородицы.

Исповедь

    Отец Александр, как всегда, берет меня под локоть и прижимает его к своему боку.
    - Я не удерживаю дурные мысли: вот додумаю до конца… Ведь я же знаю, что это плохо!
    Он вдруг отпускает руку и отступает в сторону. Он чем-то недоволен, чем я не понимаю…
    - Не представляю, как можно быть верующей, когда у тебя что-то болит… (это о благодати).
    - Да! Не получается. Но можно! Можно!..
    - Я распустилась. Раздражаюсь на маму…
    - А Вы сразу туда! (Его палец указывает вверх).

Юбка и кофта

Стою в храме в новой черной юбке и белой кофте и думаю, что мой наряд очень подходит к деловому разговору с отцом, который предстоит после службы.
    Но когда подхожу к нему, ощущаю вдруг сосущую тоску: его как будто здесь нет. И все вокруг колеблется и теряет смысл.
    - Наш директор ворует…
    - Это его дело…
    - Нет… Сотрудники хотят написать письмо и предлагают мне подписать.
    - Ну что же… Подписать можно. Только надо быть уверенной, что это так…
    - Я просто вся состою из ненависти…
    - Жить надо проще! – Он бросает это с сердцем и добавляет: - И людей любить!
    Понимаю, что это – самое главное про меня.
    «Так я же тебя и люблю…» - возникает откуда-то во мне. Смутно догадываюсь, что то, что я назвала ненавистью, на самом деле – смятение от того, что отца Александра как бы больше нет рядом.
    
 Порог

    Разговор окончен.
    Стою у двери с гримасой боли. Отец – лицом ко мне, рядом, у косяка. Не смотрю на него, но чувствую, что теперь он меня понял. Знаю: я его больше не увижу. Он понял, благословил меня, но все медлю уходить.
    Он кричал на меня во время разговора. Это не впервые, сейчас важно не это. Ведь может быть… Мы стоим молча. Вдруг он поворачивается и выходит. Тогда я, наконец, смотрю ему вслед. Он спотыкается слегка на пороге.
    Продолжаю смотреть на его фигуру в дверном проеме. Он стоит в соседней комнате в профиль ко мне и говорит что-то человеку, которого отсюда не видно. На лице его гнев, рука делает отрицающий жест. Меня будто хлестнули.
    «Нет, сердится…» - тут же странно успокоительно возникает у меня в голове, и я иду к выходу, забыв обо всех опасениях.
   
Записка

    На косяке ворот какая-то записка. Рядом с ней останавливаются, читают, молча проходят в храм.
    В записке: «Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают…»
    Бумага чернеет. Вот оно… Топор…
    В храме лежит отец Александр.

                «… Дали их за землю горшечника,
                как поведал мне Господь…»
                Свет алтарного семисвечника,
                ежедневный хлеба ломоть.
                И моих грехов попущение,
                и Господнее их прощение.
                И судьбы снеговая вершина
                и моей земли три аршина.

Листок

    - Это с того места у забора… произносит смущенно Слава. Мы стоим молча вокруг развернутого носового платка. На нем – осенние листья. Ровные, желтые березовые. И один осиновый, прошлогодний, с комком красноватой земли.
    - Можно мне этот? – решаюсь я первая. И забираю себе прошлогодний лист.

Бог

    Группа сидит за поминальным столом. Во главе – новый священник, отец Владимир Архипов. Он говорит: «Отец Александр умер, но Бог остался».
    «Нет, не то… Так не бывает!» - думаю с возмущением.

Кровь

    - Это первая картинка, - не отрываясь от дела, произносит художник. Положив лист бумаги на стол, он красит и красит красной краской плащ Христа, несущего свой крест. Это иллюстрация к последней книге батюшки. Плащ красный, как кровь.
    «Говорят, на месте убийства кровь собирали совками. А мне теперь осталась только эта батюшкина книга».

Ответ

    Напротив, за столом сидит и слушает меня дядя Ося.
    - Как-то на занятии ведущий группы начал, очень напрягаясь: «Отец Александр, у меня к Вам вопрос… Вернее, это не вопрос…» - «Ответ?» - живо откликнулся отец Александр.
    Дядя смеется…
    Ловлю себя на том, что рассказывала взахлеб, в каком-то восторженном возбуждении, в котором нахожусь в последнее время постоянно.

Убийца

    «У меня такое ощущение, что это я убил отца Александра. Ну, конечно же, не буквально!» - говорит Сим, стоя на балконе.
    «Как же я рада, что он это сказал! Ведь именно это мучает меня все время. Значит, это не я его убила! Это, может быть, только так кажется…»

Сухость

    «Почему же сосредоточенность больше не помогает? Бог меня отверг!»

                И от обилья красоты
                душа больная безутешна.
                Она кричит от тесноты,
                и невместительна, и грешна.
                Она стремится на простор,
                но ей не выпало простора.
                Она глядит поверх опор,
                но лишь земное ей опора…
Сусанна

    - А у тебя сейчас есть благодать? – решаюсь, наконец, спросить. Сусанна – единственная из моих знакомых, кто на опыте знает, что это такое.
    - Есть.
    Меня пронзает острая зависть, глубокое отчаяние.
    - Пока мы живы, всегда остается надежда… - заключает Сусанна.
    «Да, я жива…»

Литургия

    И вот раскрываются опять Царские врата. Мучительно пытаюсь почувствовать хоть что-нибудь. Но нет – здесь только усиливается «окамененное нечувствие».

Надежда

Слушаю запись… «Неужели ничего нет для меня в его последней лекции?! Но, кажется, вот!... «Когда ученики почувствовали, что Он расстается с ними, Он произнес слова вещие и вечные: «Я не оставлю вас сиротами, но приду к вам»».
    И еще: «Благодать дается даром…»

Вопрос

    Большой незнакомый храм. Исповедь.
    - Что значит быть простой?
    - Не надо рефлексировать.
   «Я уже давно не занимаюсь рефлексией, но вряд ли я проста…»


х х х

    Пробираюсь в сухости мелкими шажками сквозь бесконечный лабиринт имен - живых и умерших. «Лишь бы никого не забыть! Разве такой должна быть полноценная молитва?.. Но мне нужно научиться любить людей!»

Ларек

    Стою у ларька с православной литературой, покупаю книжку батюшки. «Александр Мень, - женский голос за спиной, - это которого убили».
    «И правильно сделали!» - звучит в ответ мужской голос. Я чувствую, что надо что-то сказать. Но горло перехватило, хочется кричать…

Сон

    Подхожу к двери кабинета, за которой должен находиться батюшка. Волнуюсь и радуюсь. Открываю дверь, обитую черной кожей, и вижу слева от входа стол. Но батюшки нет. «Наверное, он вышел».
    И вдруг я его замечаю! Вплотную ко мне, по правую руку, у косяка, он стоит!
    Я стучалась робко, заглядывала воровато. А он, оказывается, все это время за мной наблюдал!..
    Смущаюсь и говорю: «Я смотрела на стену (напротив на стене висит какое-то изображение), и не заметила, что Вы на меня смотрите». «Ну, это как всякая литографистка…» - загадочно замечает он.


Исповедь

    - Мое общение с людьми сводится к тому, что я их пытаюсь обратить и наставить.
    - А Вы больше слушайте. Человеку ведь даны два уха, а рот только один, - отвечает отец Александр Борисов.

Диккенс

    Рука отламывается. Опускаю тяжеленный чемодан на тротуар. В нем – только что купленные тридцать томов.
    Слышала, что в последние полгода батюшка перечитал всего Диккенса. И я прочитаю Диккенса полностью.

Сон

    Напротив меня за столом сидит Элла. Я помню, что она уже умерла, и спрашиваю: «Попаду ли я в рай?»
    «Ну, да-а-а», - тянет она, как бы давая мне понять, что я сама не догадываюсь, о чем спрашиваю. И добавляет: «Не думай, что рай больше ада».

х х х

    - В раю мы или в аду – мы должны делать то, что должны, - отвечает на мою настойчивость на исповеди отец Александр Борисов.

                У счастливого края,
                у далекого рая,
                на веревочке тонкой
                дикой сизоворонкой
                примостилась душа.
                Ей пристало обличье
                угловатое, птичье,
                и внушает ей страх
                крыльев собственных взмах.

Эльмира Котляр

    Половинки листов со стихами. Стихи написаны трудно, будто трава пробивается сквозь трещины асфальта. Но в них есть своя жизнь.
    «Если бы я могла так писать стихи!.. Может быть, они такие оттого, что листы разорваны пополам? Надо попробовать…»

               
                Я никогда не знала, как начать.
                Как немоты снимается печать?
                Чтобы сокровище свое не прятать,
                лишь ломкой глиной надо запечатать,
                пойти и бросить в глубину морскую,
                к нему в придачу – суету мирскую.
                Пусть все поглотит быстрых рыбок стайка.
                Разрежет рыбу старая хозяйка,
                и может быть, случайно из монет
                один талант появится на свет.

Нина Вильгельмовна

    Через двадцать минут после начала рабочего дня распахивается наконец дверь, и появляется улыбающаяся, стремительная, запыхавшаяся Нина Вильгельмовна и первым делом запускает в сумку руку и нашаривает две большие шоколадки: «Это Вам, Ирина Евгеньевна», - смеясь, говорит она.
    Уже не отказываешься, засовываешь, улыбаясь, шоколад в ящик стола на стопку скопившихся плиток.
    Я не очень люблю шоколад, но стопка меня утешает. Нина Вильгельмовна Вербицкая – гениальный редактор, а у меня это дело плохо получается…

Галя Коненкина

    - У нас была знакомая, которая видела Богородицу, - рассказывает, зайдя в нашу редакцию, Галя. – В тридцать пятом году их загнали в камеру, заполненную канализацией так, что они стояли в жиже по шею. За двое суток многие утонули. На третьи сутки ночью она увидела Богородицу. Запомнила она только Ее туфельки. Богородица сказала, что, если она продержится до утра, их выпустят.
    Наутро оставшихся выпустили.
    Женщина пришла в свою парторганизацию и заявила, что хочет остаться членом партии, хотя стала верующей.
   Я рассказала эту историю Тане Ивановой, - добавляет Галя, - а она не поверила. Она говорит, что Богородица является святым, а не каким-то членам партии. И Галя бросает на меня вопросительный взгляд. Но я молчу, хотя негодую в душе…

Портрет

    Вхожу в храм и замираю. С большой фотографии на стене придела на меня смотрит батюшка. Он точно такой, каким я видела его в последний раз. Мне мерещится, что его взгляд впивается в меня обличающее.
    Думаю: «Надо попросить Сергея Бессмертного сделать мне такую фотографию. С этим и надо жить!»

Мама

    Без сознания мама лежит на больничной койке. Маленькая рука слабо держится за мою руку. «Пусть ее смерть ляжет на меня, только бы она умерла легко», - молюсь я.

х х х

    Мы стоим у здания больницы: Лена, мамин друг и я. Впервые за полтора месяца нестерпимой жары веет прохладой. На землю падают первые капли дождя. «А мамы больше нет…» Вспоминаю ее красоту. В молодости какой-то художник хотел писать с нее Богородицу.

Искушение

    Двое суток почти не поднимаюсь с колен. Крик в душе. Мне приснился странный сон. «Может быть, он означает, что я упустила возможность сделать для Бога что-то очень важное… Если я схожу с ума, то с молитвой!» Я молюсь о России, о Церкви, о самоубийцах… «Я должна отмолить все!»

               
                …Но подо мною не разверзлись хляби –
                земля свою мне подставляет спину.
                Когда, когда, о Господи, я выну
                свой жребий вечный из предсмертной ряби?

х х х

    «Если я и не сделала чего-то, значит, у меня просто не хватило для этого возможностей. И это мне не в укор. Это сделает кто-то другой…» - застигнутая врасплох этой мыслью посреди двора, я чувствую, как она наполняет меня миром.

Воспоминание

    - Я человек ревнивый, завистливый и… злобный, - от стыда я говорю с яростью.
    - Это же одно и то же… Станьте Им, - живо откликается отец Александр.
    - Но это же очень трудно… стать им, - бормочу я, ничего не поняв, думая, что надо поставить себя на место человека, которому я завидую.
    Отец Александр бросает на меня негодующий взгляд. Отхожу в растерянности.

х х х

    Пустота в душе. В отчаянии перебираю свои слова и поступки за последнее время. «Найти, в чем покаяться!» Вспоминаю: «Станьте им». И тут вдруг меня осеняет: да это же «Станьте Им!» Это головокружительно! «Нужно стать Им!»

х х х

    «Мне кажется, - каюсь я, как обычно неуверенно собирая заранее заготовленные слова, - что я не хочу стать Им, а хочу отказаться от чего-то в себе самой, чтобы избавиться от тревоги, страха…»
    «Понял… понял… - отзывается отец Александр, помолчав с минуту. – Это творчески… творчески… Это по возможности… Дочка». Последнее слово в его устах так просто, так естественно, что на мгновение я верю в наше кровное родство.

Чертополох

    Зеленые башенки весеннего чертополоха поют…
    «Господи, если бы когда-нибудь такой стих!»

                А для меня чертополох
                ничем не хуже Нотр-Дама:
                Всевышний Зодчий не был плох,
                когда его направил прямо
                из полной мертвыми земли
                ажуром вычурным в пыли,
                к умытой утренней звезде,
                которая видна везде –
                в любом краю, и даже там,
                где ввысь вознесся Нотр-Дам.
               
Илюша

    Выхожу из храма в Мюнхене. Хочется разделить с кем-то свою радость. Смотрю на развешанные перед магазином дешевые куртки. «Надо купить куртку племяннику, - думаю я и ищу ту, которая мне нужна. – Вот эта синяя как раз подойдет Илюше».


                Разве я ждала, разве я хотела?
                Но ко мне сама птица прилетела.
                Как же эта птица
                смерти не боится?
                Села на плечо.
                И вспорхнула вдруг –
                пусто все вокруг.
                Но последний взмах
                уничтожил страх.

                Жизнь от века -
                калека
                у дороги в Иерусалим,
                куда хвалим
                от многих уст
                идет Иисус.
                Как забуду
                последнее чудо?
                Обрести зрение -
                и увидеть смерть.
                Но без истления...


                Мокрые листья,
                сколько вы жизни,
                жизни вместили моей!
                Первою мыслью
                на будущей тризне,
                и в воскресенье теней -
                в радости будьте моей.
























               







               





               















                Часть 2               

               
                ПЛЮЩ


               

               
               
               











                ДУХОВНЫЕ БЕСЕДЫ
               
                С ОТЦОМ МАРТИРИЕМ

               
               
                Пестрая птичка,
                цвет оперенья
                ты не заметишь
                и не узнаешь
                солнца значенья.
                Круглое око
                так одиноко
                диск вековечный
                утром встречает.
                Только зарянка
                заре отвечает.


Беседа первая

    - Когда я узнала, что у моей подруги обострение ее болезни, я почувствовала укол радости.
    - Но когда в метро с кем-то плохо, Вам жалко?
    - Да.
    – Мы не любим некоторых людей... опять таки, ведь сердцу не прикажешь любить! Любовь парадоксальна: как горячо, например, мы можем любить тех, кто явно не достоин нашей любви. Любить всех – конечно же, удел святых, для нас это – чрезвычайно трудно. Но каждый из нас призван к этому Богом. Христос ждет от нас именно такой любви.
     Если Вам вдруг захочется кого-то осудить, тотчас представьте себе, что, может быть, уже завтра этот человек станет совсем другим, его жизнь преобразится, и он, по сравнению с Вами, окажется намного ближе к Богу. Если придет раздражение к кому-либо, напомните себе о том, что Бог любит всех, любит и этого человека... К тому же призывает Он и Вас.

х х х

    - Мне часто снится моя умершая неверующая мама и дает советы. Я спросила ее, есть ли воскресение. Она ответила: нет. После этого я сказала ей, что она может приходить, но не помогать мне.
    - Не думайте, что существует только рай и ад… Есть много промежуточных состояний. Ваша мама где-то посредине. Она, безусловно, хочет Вам помочь. Что-то она знает из того, что мы здесь, на земле, еще не знаем, но все же, ее знания – весьма относительные и к тому, что она говорит, надо подходить критически. Вы ей правильно сказали: помогать Вам ей не нужно.

    Господь знает, как всех спасти. В жизни после смерти идет бесконечный процесс совершенствования. Я думаю, что Бог найдет возможность спасти и Сталина, и Гитлера, если они сами того захотят.
    Очень немногие здесь, на земле, достигают совершенства. Мы все его достигнем, но почти все – уже там, в другой жизни.
    Следующее воскресенье после Троицы – День Всех Святых. Многие святые были прославлены, к сожалению, по конъюнктурным, политическим причинам. Однако, существует великое множество никому неизвестных святых. Они уже при жизни достигли совершенства. Их знает только Господь. И знает не только умерших, но и живущих рядом с нами. Им мы тоже молимся в День Всех Святых.
               


х х х

    - Я молюсь, как вычитала в одной книге, стараясь  «не терять отчаяния».
    - Молиться надо в простоте, никак не настраиваясь. Пусть будет Ваша молитва искренним и сердечным разговором с Богом, Который все видит, все знает и все поймет.

х х х

    - Что делать с самоедством, ведь надо все-таки помнить грехи?
    - Все люди – разные, и каждому нужно свое. Есть рассказ о двух монахах. Оба тяжко согрешили и были изгнаны из монастыря.  Но не смогли жить в миру, и через много лет вернулись обратно. В монастыре один из них все время плакал о грехах своих и каялся, другой же – благодарил Бога за свое возвращение и радовался. Смысл этого рассказа в том, что оба они поступали правильно.

х х х

    - Я не делаю почти ничего доброго…
    - Не ищите людей, которым нужно помочь, но не отвергайте тех, кого Бог посылает Вам.

Беседа вторая

    х х х

    - Мне приснилась Пресвятая Богородица и сказала: «Будет не так хорошо».
    - Вам предстоят большие искушения. Мы не можем жить без испытаний, искушений, без борьбы с ними. Хуже всего застой, стагнация в духовной жизни. Один святой всю жизнь боролся с бесами, со страшными искушениями. И вот незадолго до смерти вдруг наступил покой: искушения прекратились, все люди стали относиться к нему хорошо… Так проходили день за днем, неделя за неделей… И святой понял, что в его жизни что-то не в порядке и стал умолять Бога, чтобы Тот вернул ему скорби. «Горе мне, если я не изнемогаю!» - возопил он, обращаясь к Господу. И вернулись скорби, вернулись искушения, и в борьбе с ними он вновь обрел духовную силу....

х х х

    - Господь всегда нам помогает, помогают нам и разные небесные силы, о существовании которых мы по большей части и не подозреваем. Как в романе Льюиса: когда его герой умер, он увидел множество светлых сущностей, которые, как оказалось, постоянно помогали ему во время земной жизни. И он вдруг понял, что всегда знал их, хотя, будучи на земле, никогда их не видел и не чувствовал их присутствия. 

х х х

    - Я желаю Вам больше упрямства… упорства в Вашей духовной жизни.

х х х

    - Все не случайно. То, что Вы пришли к нам не случайно, и к отцу Александру…

х х х

    - У Вас впереди еще много испытаний, но, проходя их, Вы будете становиться все ближе и ближе к Богу.




х х х

    - Пресвятая Богородица сказала мне во сне: «Я желаю для тебя деловую работу». Будет ли деловая работа?
    - А Вы можете делать больше, чем Вы сейчас делаете?
    - Нет.
    - Ну, тогда еще не пришло время об этом думать и говорить.



    - Когда Богородица сказала мне: «Будет не так хорошо», я ответила: «Пресвятая Владычица, разве у Тебя может быть что-то не так хорошо?» «Ты типичная первоклассница», - заметила Она.
    - Я думаю, что Она произнесла это с улыбкой. Иногда наша вера бывает слишком наивной. Все намного сложнее в духовной жизни.

Беседа третья

    - Среди нас, людей, есть множество посредников между внеземным и земным мирами. Но существа, живущие в ином мире, весьма неоднородны по степени своей приближенности или удаленности от Бога, по своему духовному уровню: одни из них – светлые, богоподобные; другие – обладают в меньшей степени духовным совершенством, третьи же – еще менее духовно развиты. Наконец, имеются и темные сущности, враждебные нам и Богу. Они также отличаются друг от друга: одни – являются абсолютным злом, другие могут занимать как бы промежуточное место между «Светом» и «тьмой», Небом и преисподней. У всех внеземных существ есть на земле  «свои люди», свои посредники. Хорошо, если Вы встретите посредника между собой и Господом или, по крайней мере, между собой и какой-либо светлой сущностью. Но чаще всего, к сожалению, бывает наоборот: нам встречаются люди, которые являются тем мостом, по которому зло входит в нашу жизнь и наполняет ее собой. Потому-то апостол Иоанн Богослов и говорит нам: «Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они». 

х х х

    - Мне не жалко Христа, когда я читаю о Его распятии. Отец Александр говорил, что, чем жальче Христа, тем лучше. И некоторые мои знакомые, более продвинутые, чем я, жалеют Его.
    - Это зависит от психического устроения. Есть духовно утонченные люди, которые переживают чужую боль, как свою. У отдельных личностей бывают даже стигматы... А есть люди довольно хладнокровные, хирурги, например, которые, делая операцию больному, режут человеческую плоть, удаляют из организма больной орган, иногда даже пилят кость … Конечно же они знают, какую нестерпимую боль предстоит пережить их пациенту. Но, во-первых, для человека такая операция чаще всего бывает спасительной, а во-вторых, многие хирурги, видя постоянно людские страдания, привыкают к стонам, крикам и плачу больных... Может быть, и Вы тоже довольно хладнокровны по своей природе, но, в любом случае, Вы любите Христа, Вы к Нему стремитесь, Вы – Его чадо…

х х х

    - Я не могу читать светскую литературу, мне неинтересно. Может быть, это нехорошо?
    - Если Вам не хочется, то и не надо. Вы знаете, мне рассказывала одна моя прихожанка, что до своего обращения она очень много читала, и это уводило ее от серой действительности. Люди часто читают, чтобы забыться.




               
                ДАВИД, ГЕРМАНИЯ И СНЫ


               

                С той поры, как я стала соседкой мощеным дорогам,
                городским неживым маргариткам,
                полуночной горбатой кунице –
                я душою и телом подобна случайно пораненной птице.
                Но откуда-то в сердце затеплилось тихое пламя,
                и немая чужбина наполнилась гулко словами.


Давид

     «Он же должен быть МОИМ мужем!» - эта странная мысль всплывает в голове неизвестно откуда. Я радуюсь. Мне нравится его пикническое телосложение и еврейский профиль. На мгновение реальность отступает… Но тут же я снова вижу все, как есть: муж Эллы стоит лицом к дверному проему и что-то говорит невидимой мне отсюда Элле.
    (Впервые в гостях у Давида и Эллы).

Элла

Утром – звонок по телефону. Звонит Давид. Элла умерла. Сегодня Преображение.

Отец Мартирий

    - Это духовные дети отца Мартирия, они специально приехали к нему из Америки, - говорит женщина, сидящая за свечным ящиком.
    Смотрю на полную фигуру и доброе лицо священника.
    Мы с Давидом пришли, чтобы отслужить панихиду по Элле на сороковой день.

Фотография
 
    Слева направо: отец Александр Борисов, с прекрасным, светящимся взглядом… Я – героически задрав нос, очень неудачно… Давид, с яростным видом (он не молился, потому что месяц назад потерял веру)… Мама, с лицом, на которое уже легла тень смерти…
    (Снимала Лена  после венчания).

                В комнате двое -
                мы с тобою,
                но я и ты -
                только мечты
                о будущей встрече
                где-то далече.
                Обнял нас взглядом,
                живущих рядом,
                невидимый Третий
                в невидимом Свете. 

Бавария

    - Вышла Бавария! – оглашает коридор Давидов голос. В руке у него приглашение - только что из почтового ящика.

Фотография

     Лицо Давида выглядывает из кустов его любимой темной сирени, которую он называет «сирены».
      (Фотограф, Сережа Бессмертный был специально приглашен в Сиреневый сад перед нашим отъездом в Германию, чтобы сделать фотографию мне в подарок).

Праздничный торт

    - Элла говорила, что Германия похожа на праздничный торт, - захлебываюсь в трубку, осознавая, что теперь со всех сторон окружена разноцветными домами с красными черепичными крышами, неширокими мощеными улицами, утопающими в самых разнообразных цветах, ломящимися от товаров полками в магазинах и роскошным бесшумным транспортом.
    - Но у меня такое ощущение, что я попала на Марс… От стен исходит какое-то потустороннее излучение… -  я не в силах подобрать слова, чтобы передать это новое состояние, доводящее меня до непрекращающегося внутреннего вопля.

Рыба

    За бесконечным стеклом прилавка, на сверкающем под ослепительным светом льду разложены узкие маленькие серебристые рыбки, толстобрюхие и короткие, розоватые морские животные со щупальцами осьминога…
    Все это сказочное разнообразие венчает лежащая на распяленных жабрах широкомордая и рогатая рыбья голова. Вспоминая свое круглое лицо, чувствую с ней кровное родство. «Здесь я тоже только морское чудище!..»


                Чешуя, как волны моря,
                и, как парус, твой плавник,
                ты - свидетельница горя,
                жизнь твоя - короткий миг.
                Ты царица над ненастьем
                и отрада рыбакам,
                и к Спасению причастьем
                ты поручена векам.

Hirschgarten *

    В пестрой иноязычной толпе на дороге парка мысленно прощаюсь с Германией навсегда.
    - Да… Хорошо… Вернемся… -  согласился только что Давид.

х х х

                Там древеснее были деревья,
                карандашнее – карандаши…

(Эти строчки приснились мне в моей комнате на Laimer Platz через десять лет).

Плющ
    
Серая каменная стена охвачена сплошной сеткой пурпурных веток. Среди них - грозди синих ягод.

Hirschgarten * - Олений парк
    
«Это же, наверное, и есть плющ!» - осеняет меня.

И умру я не на постели,
при нотариусе и враче,
а в какой-нибудь дикой щели,
утонувшей в густом плюще.

Зина

     Готическая скала всплескивает в голубое небо.
     Зинин голос журчит:
     - Представляете! В прошлом году мы приводили сюда знакомую пару из Ревеля, а жена взяла и перекрестилась в костеле!
    На квадратной колонне костела – Дева Мария с Младенцем в старинном немецком платье. Пытаюсь представить себе Ее в моем собственном платье, но почему-то ничего не вижу…

Манжетка

    Резными воротниками  разворачиваются зеленые листья, а внутри – крошечные зеленые ракушки – как пуговицы, как рога барана!
    Замираю над ними, чувствуя, как разжимаются тиски, давящие на сердце.

Нина Вильгельмовна

    С рекламного щита мюнхенского метро глядят на меня круглые, добрые глаза Нины Вильгельмовны. Нина Вильгельмовна совсем молодая на щите, улыбается своей детской, не рекламной улыбкой и держит в руках огромный пакет с торчащими оттуда мюнхенскими булочками.

F;terchen * Тимофей

    - Здесь есть одна замечательная личность – дойчеры зовут его V;terchen Тимофей. Он был в войну солдатом. И явилась ему Богородица. Велела построить в Мюнхене храм «Восток-Запад». Ни копейки у него не было, и никаких связей, но он построил храм Богородице! – рассказывает сосед по общежитию.

Воскресение

    - Никогда больше не говори со мной на эту тему… -  гневно прерывает меня Давид, и я чувствую, что сейчас надо замолчать. Так заканчиваются все попытки напомнить ему о Боге.
    - Но ты же мне рассказывал, что  перед крещением был месяц, когда ты понимал, что Он, действительно, воскрес… - все-таки решаюсь вставить я.
    - Мне это только казалось!..

Эзотерик

    - Все религии устарели, - бодро заявляет Петер-эзотерик, мой сосед. – У нас новая религия.
    - Ну, если те устарели, то новая тоже устареет, - смеюсь я.
    «Наверное, действительно, теперь здесь не лучшее место для христианства».

Евангелист

    Открываю входную дверь. Пожилой, утонченного вида господин протягивает мне оранжевый листок.
   
F;terchen * - батюшка


    - Приходите к нам изучать Евангелие.
    - А я православная.
    - Православная – это очень хорошо, - вежливо замечает он.
    - Католик – это тоже очень хорошо, - заверяю я.
    - Я евангелист, - поправляет он обиженно.

Католичка

    Отхожу от раки святых Космы и Дамиана. Так и не удалось помолиться – опять навалилась эта тяжесть… Чувствую, что кто-то берет меня за руку. Оборачиваюсь – мягкое женское лицо. Женщина что-то говорит по-немецки. Не понимаю…
    У Вас аура больной, - повторяет она уже по-английски. – Одна немецкая святая говорила, что надо медитировать над зеленым. Green, green…
    «Что значит зеленый цвет?»

Свидетельница Иеговы

    - Но ведь Бог сказал, - уже начинаю горячиться я, отыскивая в Евангелии притчу об овцах и козлах, - что Он примет всякого, кто поможет страждущему.
    - Мы толкуем это иначе, - назидает меня симпатичная Ира, - всякого, кто поможет учащему у Свидетелей Иеговы, примет Бог.
    - Но это возмутительно! – вырывается у меня. И я спохватываюсь: Ира смотрит на меня со снисходительной улыбкой.

Баптист

    - Если захотите, приходите на наше собрание, - с надеждой на будущее предлагает за чаем Томас, мой новый сосед.
    - А что Вы там делаете?
    - Поем, читаем Евангелие, молимся… Не понимаю, зачем повторять на молитве одни и те же слова…
    - Вы же поете, - осеняет меня, - это тоже песни, только без музыки. И я с удовлетворением замечаю, как понимающе замолкает Томас.

Православный

   - Все беды России – из-за жидов! – доносится истерический вопль со стороны стола, за которым собрались после Литургии постоянные прихожане.
   - Это Анатолий Молодюк, - шепчет мне на ходу моя подруга. – Он антисемит.

Новалис

     С трудом переписываю готические буквы на современный шрифт до конца стиха. Я решила его перевести.
    «Maria gl;ht *», - бросилось мне в глаза, когда я раскрыла книгу. И я восхитилась. Лучше я ничего не слышала по-немецки.

                Молящаяся

                Полно взоров сладостное Небо,
                Ангел молится с Лаурой и поет,
                и глаза мои, что раньше были слепы,
                видят: дух ее в святилище грядет,

Maria gl;ht * - Мария пылает               

               
                где пред алтарями потаенно
                петь всем ликам, Деве пламенеть,
                славя Сына сердцем умиленно,
                и Его в земном обличье зреть.

                беспорочность на немых губах явилась –
                так, наверно, воскресает прах,
                эликсиром Неба исцелилась
                жажда мести другу на устах.

                Я лежал тогда в земной геенне,
                лаской смерть коснулася меня –
                то твое благое утешенье,
                о котором все молился я.

    Перечитываю в последний раз и пишу посвящение Петеру Оберхуберу, который так помогает нам в Мюнхене.

Туман

    Одинокое дерево выступает из тумана, и я убеждаюсь, что не слепа. Одинокая ворона приютилась наверху и клекочет и ворчит на туман.
    Кругом зеленеет – туман рассеивается. На темных лентах травы – ювелирные капли. Мой костыль твердо упирается в землю.
    Из тумана выплывают два потерявшихся гнома. Улыбка раздвигает крупные морщины старичка. Знакомое:
    - H;fte gebrochen*?
   -  Sind Sie ein Arzt**? – целая фраза…
   - …auch***… - он кладет руку на свое бедро.
   У ног – копна золотистой собачьей шерсти.
    - Golden****!
    -…Farbe*****…
    - Gute Besserung******! – старушка.

Иисусова молитва

    Давид лежит на диване в депрессии. Растерянно держу его руку.
   - Юдифь говорила, что, когда у нее была депрессия, ей помогла молитва, - произносит  он неожиданно, - может быть, попробовать?..
    Хватаюсь за соломинку:
    - Давай, почитаем Иисусову молитву! Ты за меня, я – за тебя, сколько сможешь… пятьдесят раз…


H;fte gebrochen*? – Бедро сломали?
Sind Sie ein Arzt**? – Вы врач?
auch***… - тоже…
Golden****! – Золотая!
Farbe*****… - цвет…
Gute Besserung******! – Скорейшего выздоровления!

х х х

     В этот момент мне вспомнился сон, яркий длинный сон, который приснился мне перед отъездом из Москвы.

Сон

     Мрак. При свете факелов люди в средневековых одеждах едят мясо за большим столом. И я чувствую, как им невкусно.
    Это ад.
    Дальше - лежу на полу в отчаянии и, читая Иисусову молитву, как будто вылетаю куда-то ракетой. 
    Оказываюсь в помещении с крашеными белыми, как бы больничными стенами. Мы сидим за столом у окна, из которого льется свет.  Какие-то люди едят бутерброды. Я говорю: «Я была в аду, там все невкусно, а здесь вкусно. Можно попробовать?» - показываю на бутерброд. Он вкусный.
    Это чистилище.
    Мы сидим там же за столом с моими одноклассниками: Сережей Смирновым и моей подругой Ирой Мухиной. Я говорю им: «Я была в аду, но с Иисусовой молитвой можно попасть в рай».
    Мы идем с Ирой. Сережа отказался идти с нами. Мы подходим к двери, охраняемой какими-то ангелами, или духами и начинаем вместе быстро читать Иисусову молитву. Стражи становятся вялыми и безучастными, и мы свободно проходим в дверь. Миновав коридор, мы вступаем в комнату, в которой расставлен большой стол. Он накрыт белой скатертью и уставлен вазами сверкающего хрусталя с салатом оливье, который я люблю больше всего. На дальнем конце, в поварских колпаках - ангелы, или духи. Восхищенно толкаю Иру в бок, но внезапно мне приходит в голову: «Это ради радости…», и я чувствую упрек.               
                Я сложила вещи в целлофан
                и посуду убрала…
                Одного доделать не смогла:
                положить под ноги лист осенний -
                маленький подарок во спасенье.

Осенний лист

     В садике около мюнхенского дома. Опускаю московский листок с кровью отца Александра в ямку и засыпаю землей. «Пусть лежит в этой земле…» - думаю я, вспоминая тех, кто помогает нам здесь с Давидом: Ольгу Линк, Наташу Генину, Михаила Гэртнера, Игоря Фиргера и всех других….
               
Сны

    Отец Александр говорит:
    - Тем, кого Бог больше всего любит, Он дает умереть за других.

    Утром открыла Евангелие, и с удивлением обнаружила, что Христос в нем ожил для меня. Как же тупо я раньше его читала!

х х х

    Пресвятая Владычица  говорит:
     - Теперь не время писать. Я желаю для тебя деловую работу, - и добавляет:
 надо молиться за Марка и Давида. (Марк, муж моей сестры тяжко болен).

х х х
 
    Пресвятая Владычица, высеченная в камне. Я говорю кому-то, стоящему поблизости:
    - Посмотрите, какое у Нее лицо!..
    Дальше Она живая, и мы идем рядом. Она говорит:
    - Будет не так хорошо…
    Я восторженно замечаю:
    - Пресвятая Владычица, разве у Тебя может что-то быть не так хорошо?
     Она отвечает:
    - Ты типичная первоклассница…
    (Я услышала: «одноклассница»).
    - Надо думать, - продолжает Она, - что все будет хорошо, и все будет хорошо.

х х х
    
     Мне очень плохо. Боюсь умереть. Может быть, поднялось давление, может быть, дошел до критической точки мой синдром хронической усталости…
     Подползаю на четвереньках к неясному Лику Туринской плащаницы, висящей на стене. Начинаю читать Иисусову молитву.
    Он появляется рядом.
    У меня открыт рот, и совершенно безболезненно, быстро, но спокойно, Он удаляет мне один зуб за другим, чтобы сделать протез. (Эта операция мне, действительно, предстоит).
    Поражаюсь Его заботливости, быстроте и чудесной безболезненности удаления зубов, но при этом меня сверлит неприятная и корыстная мысль: «не случится ли что, успеет ли Он  доделать все зубы?..»
     Занимаясь своим делом, Он рассказывает спокойно и доверительно о каких-то делах и людях: «Придет Соня». В этом имени чувствуется такая важность ее, такое почтение. Смутно силюсь понять, кто это из моих знакомых Сонь. Одновременно мелькает мысль, что она умрет, и я проверяю, радует меня  это или нет – я помню о присущем мне зложелательстве.
     Все это время меня мучительно преследует раздвоение, оглядка на себя:  «Заслужила ли я это?» Мелькает мысль все это описать, - и я ловлю себя на тщеславии.
    Видя мою душу, Он глядит пронзительным взглядом и произносит спокойно, кротко, но взыскательно:
    - Может быть, Мне уйти?
     Понимаю, что Он не может находиться рядом с моей нечистотой, и в отчаянии, что Он действительно меня покинет, взмаливаюсь: 
    - Очисти меня!
     Он отвечает:
    - Старайся думать о людях хорошо.
     Дальше Он сидит рядом в образе человека современного вида, возможно, врача, совсем молодого. Потом превращается в ничем не примечательную девушку.
    - А почему Ты теперь как девушка?! - кричу я, силясь понять…

х х х

     Через два дня приехал из Москвы Давид и привез для меня Лик Туринской плащаницы в рамке - безо всякой предварительной просьбы. В Мюнхене у меня не было Его Лика. «Зашел в храм, и решил тебе купить…» - объяснил Давид.
     Когда вскоре пошла к новому зубному врачу, он сказал, что удалять все зубы, как хотел прежний, нет необходимости.

                Образ Твой - пища для сердца
                без видимых примет,
                как отзвучавшее скерцо
                и заметенный след.
                Он насыщает без хлеба
                и напоит без воды
                полным размахом неба
                нищего за труды.
Отец Мартирий

    - А кем Вы работаете? – спрашиваю я.
    Мы едем в метро вдвоем.
    - Я чтец у отца Мартирия.
    - У отца Мартирия?! Где отец Мартирий?!

Агапа

     Большой стол расставлен в подвале под домовой церковью. За столом – прихожане. Светящийся тихой улыбкой отец Мартирий расспрашивает меня об отце Александре. Мне, как всегда, трудно говорить на людях.
    Подхожу к его стулу и говорю:
    - У моего мужа депрессия, я должна идти домой…

Валентина

     Поминки матери отца Мартирия, Валентины.
               
                ... И  разорвав на части лишь Себя,
                Он к горю каждого был милосерд и чуток
                И всех благословлял, мучительно любя,
                И маленьких детей, и грязных проституток,  -

цитирует отец Мартирий ответ на кощунственную поэму Демьяна Бедного, приписываемый Есенину. – «Насколько же глубоко автор этих слов проник в тайну любви Христовой!» - добавляет он.
    И я сразу соглашаюсь, хотя и не понимаю, отчего же «мучительно»?..
    Сижу рядом с отцом Мартирием и ощущаю себя снова  живой и настоящей, как всегда чувствовала себя только рядом с отцом Александром.

               

                Часть дерева в тени
                и на свету – верхушка,
                далеких берегов неугасимый свет.
                Считает там незримая кукушка
                всю череду моих возможных лет,
                когда душа из тени отчужденья
                пробьется к свету тихого смиренья.
 
 

               

            




               
               
                Часть 3


                КАМУШКИ







                Ave Maria
                gratia plena,
                духа стихия
                ляжет смиренно,
                славнейшая Серафим
                к детским стопам Твоим.
               
























                ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ МОЕЙ МАМЫ

                Я вернусь туда,
                где не бывала.
                От вины и стыда -
                туда,
                где "Осанна" звучало.
                И когда на те берега,
                где ступала Твоя нога,
                я ступлю своею ногою,
                буду совсем другою -
                поступью и осанкой
                истинной Израильтянкой.

Икра

    В избе, в красном углу висят иконы, вдоль стен идут деревянные лавки, под окошком перед ними – большой стол.
    За столом - крупная красивая женщина Анна Яковлевна, рядом стоит высокий старик Кирилл Афанасьевич. Они едят воблу. У воблы яркая, кораллового цвета икра. Зернышки переливаются на свету.
    Стою рядом, держусь руками за край стола и не могу отвести от икры взгляда. Они замечают это и угощают.
    «Какая вкусная!»

Кирилл Афанасьевич

    В деревне была школа и маленькая красивая церковка, в которой Кирилл Афанасьевич служил старостой.
    Перед церковью было заросшее дно высохшего пруда. На дне били ключи, вода ручейком текла к оврагу. По берегам ручейка росли желтые кувшинки и, как огоньки, указывали дорогу к церкви.
    Я знала, что папа взял с Кирилла Афанасьевича слово не втягивать меня в религию, и боялась разговоров о церкви и Боге.
    Иногда папа приезжал в деревню и беседовал с Кириллом Афанасьевичем, но тот отвечал ему: «Молодой прут гнется, а старый – ломается».

Женщина

    Однажды в нашу большую коммунальную квартиру в Москве вошла с черного хода крупная, полная женщина в широком белом тулупе.
    Зайдя на просторную кухню, она распахнула полы тулупа – и оттуда выпали дети, оборванные, страшные… Сама же она была под тулупом голая.
    Она бежала от голода с Украины.

Москва

    Напротив нашего Петроверигского переулка стояла прекрасная лютеранская церковь. Высокий шпиль ее был виден из дальних районов Москвы.
    В большом зале были скамьи из темного дерева с высокими спинками.
    Когда шла служба, перед церковью в скверике стояли кареты, разодетые немцы заполняли церковь, играл орган. Помню себя степенно сидящей на скамье.
    Рядом с церковью стоял трехэтажный желтый домик. На втором этаже жили две старые немки, сестры. С одной из них мама договорилась, что она будет гулять и разговаривать по-немецки с несколькими детьми. Добрая немка не могла с нами справиться, мы не слушались, бегали от нее. Иногда убегали даже на Красную площадь. Тогда там строился мавзолей и был отгорожен от площади деревянным забором, по краю шел деревянный настил.
    Однажды, бегая по этому настилу, мы встретились с восточного вида человеком в белом кителе, галифе и черных сапогах. Он оглядел нас и пошел быстрее к Троицким воротам.
     Может быть, это был сам Сталин?

Беседа

    На моей родине, в Гомеле, жила семья двоюродной сестры Фриды. Ее муж Леля – как мы ласково его называли – был крупным ученым-эпидемиологом и иногда бывал в Москве.
    До 1937 года он дважды сидел на Лубянке по обвинению в разработке вакцины, которая должна была отравить воду в Волге и реках Белоруссии.
    Однажды в 1937 году, вернувшись домой, я увидела Лелю. Они с папой сидели за столом и беседовали шепотом. Леля – в синем кителе, красивый, белокурый, был необычайно напряжен. А папа сидел рядом поникший и удрученный.
    Я поняла, что они говорят о страшном, и вышла.

Арест

    Проснулась ночью оттого, что в комнате были чужие люди, и горел свет. За столом сидел папа, мама стояла рядом. Когда я пошевелилась, ко мне подошел человек в кожанке и приказал, чтобы я лежала тихо.
    У двери, ведущей в коридор, стояли двое солдат с ружьями. Их лица были неподвижны. В другой комнате тоже были люди в кожанках. Они доставали из книжных шкафов книги и, так как многие были на иностранных языках, подходили к папе и спрашивали, что это за книга. Из письменного стола были выкинуты все бумаги, - их тоже изучали.
    У папы в столе был документ о сдаче пистолета в 1934 году, после убийства Кирова.
    - А где пистолет? – спросили папу.
    - Вот у вас в руках документ о его сдаче.
    В столе у брата Левы оказался пистолет, который мгновенно схватили.
    - А это что?!
    - Это игрушка, - ответил Лева.
    Я лежала под одеялом и не спускала глаз с папы и мамы. Мы молчали. «Гости» суетились в комнатах, переговариваясь, и иногда что-то спрашивали у папы. Лицо его было серым.
    Наконец, один из них сказал, что обыск закончен и пора уходить. Мама спросила, что можно дать папе с собой. Собрала ему в узелке что-то из белья, пару апельсинов и, кажется, маленькую подушечку. «Это ошибка, - говорили папа с мамой, - и все выяснится в ближайшие дни».
    Папа подошел ко мне, поцеловал и сказал, чтобы я знала, что он ни в чем не виноват.
    Когда мама и Лева ушли, я села за пианино и играла все, что помнила. В голове была только одна мысль: «Что же это?..»

Возвращение

    Раздался звонок в дверь, и я пошла открывать.
    В дверях стоял старый обросший человек – борода, пейсы, волосы были седыми. Одет он был в зимнее пальто, а руками придерживал спадающие брюки. Но глаза! О Боже! Это были глаза моего папы. Я повисла у него на шее, и полились слезы. Подбежала мама, мы обнимали его, повели в квартиру.
    Оказалось, что «там» из брюк, бот и другой одежды выдирали все крючки и пуговицы, чтобы человек не мог покончить с собой.
    Как потом выяснилось, кто-то заступился за папу, и теплым летним днем ворота Лубянской тюрьмы открыли и папу выпустили на площадь. Он, сидевший все время в одиночной камере, оказался в бурном потоке людей в центре Москвы.
    Позже папа рассказывал, что находился в карцере, где можно было только стоять на покатом полу, со стен текла вода, а на потолке горела огромная лампа. Били, кормили одной селедкой и не давали пить…
    После возвращения, когда мы выходили из дверей квартиры, папа всегда просил меня выглянуть в окно на лестнице и посмотреть, нет ли чего подозрительного на улице. И мы, оглядываясь, выходили из подъезда и бродили по переулкам.

Война

    После выступления Сталина 3-го июля, папа, несмотря на то, что ему тогда было уже 58 лет, ушел в ополчение. Лева был призван, и его часть находилась в Бронницах.
    Налеты фашистской авиации не вызывали почему-то у меня ужаса. Может быть, потому, что я так и не увидала разрыва бомб и гибнущих людей.
    Жильцы нашего дома после объявления воздушной тревоги спускались в подвал и рассаживались на лавках, стульях и принесенных с собой шмотках. У меня выработался рефлекс – мгновенно засыпать, а, когда кончался налет, мама будила меня, и мы отправлялись в квартиру.

Нижний Тагил

    В тагильском институте нам давали талоны в столовую, где каждый получал миску похлебки-баланды. В мучной воде плавали клецки.
    Так как многие студенты были родом из Тагила, свои талоны на обед они отдавали нам.
    И сейчас перед глазами – большой зал столовой, измученные официантки катят тележки с мисками, парно. Мы сидим голодные, и предвкушаем еду.
    Наша студенческая группа была небольшой – были, в основном, девочки, и несколько мальчиков допризывного возраста. С двумя интеллигентными мальчиками я подружилась. Один был высокий круглоголовый с оттопыренными ушами и большими выразительными черными глазами. Одет он был в пиджачок, рукава которого были ему уже коротки, да и весь он был на редкость скромен. Это был Женя Рязанов.

Письма

    Почта работала. Папа писал подробные письма, когда было время, а иногда – слова привета в двух фразах - во время боя или на марше.
    «Дусенька, - писал он, - «Тяжкий млат, дробя стекло, кует булат», а ты сделана из хорошего материала».
    «Не обижайся на Леву, что он не пишет. Такая невнимательность – внешняя, свойственная молодости. Внутренне он очень чуткий и хороший человек».
    «Не замыкайся в себе в эту тяжелую годину – будь с людьми».



Дедушка

    Раздался звонок в дверь – я открыла. В дверном проеме стоял глубокий старик, оборванный, взлохмаченный, грязный, с плетеной кошелкой в руках. Но лицо было знакомо, особенно глаза – как у папы.
    Я вскрикнула. Маня, которая была дома, выскочила в переднюю и со слезами обняла моего дедушку Зелика.
    Мы раздели его до гола и посадили в корыто с теплой водой. Всю одежду тут же бросили в печку – она кишела вшами. Боже мой, какой он был худой и измученный!
    Когда наши войска отступали из Гомеля, и бомба разрушила дедушкин дом, он пошел к вокзалу. Солдаты из последнего эшелона, покидающего город, втащили в вагон старика. Так он перебрался на другую сторону реки перед самым взрывом железнодорожного моста. С кошелкой, прося подаяние, в свои 96 лет, он добрался до Нижнего Тагила.
    Дедушка очень любил папу, и пока приходили письма с фронта, держался. Но к весне 42-го письма приходить перестали, и он начал роптать на Бога.
    Однажды он попросил меня разрезать на куски его молитвенные принадлежности и спустил их в унитаз. Потом попросил срезать ему бороду и пейсы, что я и сделала. При этом он сидел и смотрел в зеркало. Моей работой он остался доволен.
    Через неделю дедушка пришел в себя и был в отчаянии от содеянного. «Зачем ты мне позволила?..»
    К весне он начал на глазах таять и однажды перестал дышать. Он был восковым.
    Манин муж с большим трудом заказал на заводе гроб, Маня нашла старых евреек, которые совершили погребальный обряд.
    Гроб поставили на телегу, мы шли рядом. «Траурный кортеж» тронулся к кладбищу, расположенному далеко за городом.
    В некоторых местах дорога была настолько разбита, что идти по ней было невозможно, и мы сели на гроб. Это было ужасно!
    Кладбище представляло собой ровное черное поле, в котором мы и похоронили моего дедушку Зелика.

Лева

    Вернулся с фронта Лева.
    Он рассказывал, как однажды они сидели в подвале, держа под обстрелом мост. Там был склад продуктов, и иногда им удавалось засунуть в рот ложку варенья – ложку они всегда носили с собой в обмотках.
    Когда около их люка разорвался снаряд, Лева как раз наклонился над банкой, а товарищ сидел, выпрямившись и жуя.
    Через минуту Лева увидел его без головы, а у него самого плечи и шея были в осколках. После этого он попал в госпиталь.

Вино

    Был ясный солнечный день. На улице – снежные сугробы, кое-где – лужицы. Перед тем, как идти в ЗАГС, мы сидели на широком подоконнике института и обсуждали студенческие дела.
    ЗАГС находился в каком-то Бабьегородском переулке, среди развалюх столетней давности. Мы вошли в одноэтажный деревянный домишко, и оказались в комнате, где сидели люди. Одни – печальные, другие – радостные.
    Вызывали по очереди: «Смерть – входите!», «Рождение – входите!», «Женитьба – входите!»
    Потом мы поехали к Жене, и его дедушка угощал нас обедом. Когда он сказал: «Горько!» - мы не поняли, и я ответила: «Нет, вино очень вкусное и сладкое».




   
               












































                ПИСЬМА И ПРОПОВЕДИ ОТЦА МАРТИРИЯ


                Его лицо овеяно молитвой
                и близостью таинственных миров,
                и этот лик то нежен, то суров.
                И сквозь него вся жизнь моя
                неспешной речкой протекает,
                как Иорданская струя,
                любое небо отражая -
                и лучезарное, и в тучах -
                прохладная в хамсинах жгучих.
               
               
ОТЕЦ МАРТИРИЙ

     Сестра Христина говорит, что отец Мартирий целыми ночами сидит за компьютером и отвечает на письма. Молится. Не любит яркого света, и в комнате горят только экран монитора и настольная лампа.
      Спросила, как деловое сосредоточение не мешает ему молиться. Оказалось, что Иисусову молитву он читает непрерывно. Замечательно, что ему доступна информация, недоступная обычным людям, поэтому отец Мартирий всегда немного замедлен. Однажды сестра Христина с сестрой Анимаисой  рассказывали ему о каких-то обстоятельствах, известных лишь им одним, и вдруг он сказал: «Да, это так», и добавил небольшую деталь. Сестры удивились: «Откуда Вы знаете?» - «Я видел…»
     Обычно отец Мартирий скрывает эту способность.

СЕСТРА ХРИСТИНА

     Вспомнила забавную историю, которую рассказывала сестра Христина.
     Когда она готовилась принять постриг, отец Мартирий спросил ее об имени. Она предложила: «Может быть, Маргарита?» (Так звали одну замечательную монахиню, воспитывавшую его в детстве). Батюшка покачал головой. «Тогда Вы мне выберите», - попросила она. В следующий раз поинтересовалась: «Вы нашли для меня имя?» Батюшка улыбнулся загадочно и произнес: «Голиндуха!» (Сестру Христину зовут Галина). Она поверила и огорчилась.
     Когда батюшка ее постригал, перед тем, как назвать имя, сделал паузу и… произнес: «Христина!» Она была на седьмом небе от счастья –  не знала, что есть такое имя.

КНИГА

    Вышла книга «Батюшка» об отце Мартирии, написанная тремя сестрами: Христиной, Анимаисой и Марией. Сестра Христина поражается: «Какие разные реакции!» 
    А один человек, который не знал батюшку, а «прибился» к их общине позднее и всегда удивлялся их благоговению перед ним, прочитав книгу, начал их понимать.

   АГАПА

    Женя, чтец, бросился ко мне, как только я вошла в храм, расцеловал и сообщил на ухо секрет: оказывается, батюшка называет меня «Ирина Меневская». Я огорчилась – будто он не считает меня своей.
    По случаю дня моего рождения, батюшка провозгласил «Многая лета» не только мне, но и Давиду.
    Во время Агапы Инна Роуз, регент уговорила меня сесть рядом с батюшкой – народу было мало. Впервые увидела его лицо совсем близко. Разглядывала в процессе беседы и руки (выражение руки).
    Завязался разговор с прихожанином Клаусом. Батюшка сказал об отце Александре Мене: «Он экуменист-харизматик, а это редко бывает». Клаус задал вопрос об экуменистах. Батюшка пояснил, что экуменисты бывают разные. Все зависит от того, по каким побуждениям: от сердца или по политическим соображениям.
    Заговорили о православии и о любви. Про Серафима Роуза батюшка отозвался неоднозначно -  верующий, но всех ненавидит - «А как так можно?» Рассказал о   
священнике Владимирове, очень образованном редакторе радио «Радонеж», которому
задали вопрос: «Но Бог ведь всех любит, значит, все спасутся?» Тот ответил
 категорически – нет: «Бог в первую очередь – Бог справедливости». «Я не поверил своим ушам!» - посетовал батюшка.
     Внезапно прервал разговор и обратил внимание на Кьяру, дочку Клауса, которая все это время, оказывается, играла на дудочке. Заметил, что Кьяра очень хорошо играет и поет.
    Вспомнил одну свою духовную дочь – племянницу архиепископа  Иоанна Шаховского. Посчитали с Инной, которая сидела недалеко, что этой женщине должно быть уже за сто - наверное, умерла…

                Утренний свет, как роса,
                сходит со светлых небес.
                Занавеси паруса -
                до неизведанных мест.
                Крест – путешествий начало -
                мачтою стал до причала.

«МЕНЕВСКАЯ»

    Отправила батюшке начало заметок и получила ответ:

    Спасибо, большое спасибо, дорогая Ира! Буду ждать продолжения.
    По поводу "Ирины Меневской": "Меневская" - это как бы Ваша вторая фамилия, церковная фамилия. Духовных детей отца Алексия Мечева, например, называли "мечевцами". И не только тех, кто лично знал отца Алексия и находился под его духовным водительством, но и верующих детей, внуков и правнуков духовных чад батюшки тоже называли "мечевцами". Когда я был еще мальчиком, моя духовная мать - монахиня Маргарита (бывшая еще при жизни отца Алексия его духовным чадом) - часто говорила мне: "Ты ведь у нас тоже "мечевец"!"
    Отец Александр Вас духовно родил, дал Вам новую жизнь - для Христа и во Христе. Я же "получил" Вас, как и многих других духовных чад отца Александра, "по наследству" от него... И это для меня - поистине драгоценное Наследство!

               
                Земная оболочка,
                пронизанная миром,
                чудесна, словно рыба
                с сияющим статиром
                для подати на храм,
                она - знаменье нам.
 

КОНЦЕРТ

    Впервые увидела трех монахинь год назад в прихожей перед храмом, в монашеском облачении, и испытала жгучую зависть.
     Сегодня, на концерте, лицо сестры Христины поразило меня тонкостью, умом и выразительностью, но явно - очень слепые глаза. Сестра Мария показалась менее красивой, чем в облачении. У сестры Анимаисы необычайно доброе лицо.
     Перед концертом преданная батюшке Таня, москвичка, сказала вдруг, что он плохо себя чувствует. Я испугалась и начала молиться. Молилась и сестра Христина, сидевшая рядом. Мне показалось – и сестра Христина со мной согласилась – что вначале батюшка, действительно, плохо себя чувствовал, но потом это ощущение исчезло.
     Глинку я пропустила из-за волнения. Но он мне очень нравился в исполнении батюшки на диске. Чайковского я плохо знаю и думаю, что не люблю. Шостакович говорил про него: «Какая вонь!» Вони я не чувствовала, но ощущала какую-то вялость и расслабленность. Хотя понравилась одна, наиболее напряженная часть. Впервые услышала Скрябина и получила огромное удовольствие. Очень понравился Ребиков.
     На службе я стараюсь не смотреть батюшке в лицо - отвлекаюсь. Но тут рассматривала. Какая в нем сила! Батюшка говорил про себя, что он эмоционален, но только за роялем это чувствуется. Редкий случай, когда эмоции прорвались в жизни – исповедь, после которой я, перечислив грехи, мысленно погрузилась в только что закончившуюся духовную беседу и забыла склонить голову под епитрахиль. Вдруг – грозный горловой клекот - я опомнилась.
     Но самое замечательное – руки. Игра батюшки напомнила мне рассказ сестры Христины о том, как уверенно он держал при крещении младенцев. Он обращался с клавишами, как будто они живые. И рояль пел на все лады! 

               
                Белые руки
                на белом рояле
                дальние звуки
                танцем призвали.
                И собрала
                в слово молитва
                силы души
                для ангельской битвы. 
РАЗГОВОРЫ

Сущности

    Батюшка рассказывал сестрам Христине и Анимаисе, что мир полон различными сущностями. Все вокруг живо. Горы – это сущности, камни - сущности, облака – очень высокие сущности. Сестра Христина разговаривает с облаками. У меня они вызывают восторг и желание с ними слиться.
   

Страдания

    Пожаловалась сестре Христине, что болит и плохо слушается нога - страшно выходить на улицу. Она посоветовала относиться к этому не как к помехе, а как к жертве Богу. Ведь у нас ничего нет, что мы могли бы Ему дать, но, если мы с терпением переносим страдания, – это жертва. Христианство живет в преодолении. Батюшка очень страдает. У него такие отеки на ногах, что он ходит, как русалочка. Ему постоянно не хватает воздуха. Сама она страдает от поджелудочной. И вот ей надо выходить, а как дойти до метро? Но чаще всего она преодолевает страх – и выходит с болью. И когда добирается - все проходит. Потому что раз не испугалась - то и враг отошел.

Умирающие

     Рассказала про газеты и компьютер, в которые погрузился один мой умирающий знакомый. И тут сестра Христина вспомнила, как она сидела с умирающими. Многих  мучат перед смертью бесы, они отбиваются. Одну женщину мучили неделю: она кричала, махала руками. Когда рядом молились – затихала. Была неверующая. А одна верующая звала сестру Христину, та приходила: «Пить?» - качает головой (говорить уже не может). «В туалет?» - качает головой. «Помолиться?» - кивает.

Чудеса   

   Сестра Христина часто говорит о язычестве многих христиан, о «бартере» с Богом. Вместо того, чтобы стремиться к настоящей духовной жизни, они – в постоянном поиске чудес. Она называет это «трах-тиби-дох».
    Сама сестра Христина никогда чудес не искала, но в жизни у нее было много чудесного. Однажды, один друг подарил ей крупную сумму на какое-то необходимое дело. Она почти все истратила. Но как-то открыла столик, где лежал конверт с остатками денег, и обнаружила всю сумму нетронутой. Спросила у батюшки. Он сказал, что такое может быть…

Промысел   

    Задала сестре Христине вопрос о случайности и Промысле. Она ответила, что Бог наделил человека разумом и предоставил свободу выбора между послушанием Ему и непослушанием. Часто можно слышать упреки Богу в том, что в мире царит зло и насилие. Но ведь это зависит от самого человека.  Непослушание Богу превращает его в заложника сатаны, способствует развитию эгоизма, что и приводит к случайностям. Бог вразумляет и исправляет человека - Промысел состоит в том, чтобы спасти его. Я спросила о «волосе с головы, который без воли Божьей не упадет». Сестра Христина ответила, что, если человек стремится угодить Богу и жить по Его воле, то она и исполняется. Это вовсе не значит, что в жизни не будет испытаний, потому что «мир во зле лежит»…

Покаяние

    Спросила сестру Христину о своем курении – не получается выполнить совет батюшки сократить курение в среду, пятницу и постом. Сестра Христина объяснила, что покаяние должно не расслаблять, а укреплять. Если мы еще не способны в чем-то выполнить Божью волю, надо это смиренно признать, и терпеливо ждать помощи, прилагая при этом и собственные усилия. Надо молиться, и постом должно получиться. Она сама, когда сильно устает, смотрит телевизор. Читать не может – болит голова. Тогда она говорит: «Господи, прости меня, но я могу сейчас только тупо смотреть в этот ящик. Помоги мне впредь от этого избавиться».
    Меня поражает духовная мудрость сестры Христины и ее скромность – она держится так просто, что я чувствую собственное превосходство. Стала ее благодарить, но она возразила, что ей это тоже нужно: Бог присутствует там, где о Нем говорят, и в размышлениях о Нем жизнь наполняется смыслом и радостью.

 
                Веет ветер перемен
                для двенадцати колен,
                с радостною вестью,
                раскачал колокола -
                на ветру поет ветла
                с кровельною жестью,
                вторя тайным голосам -
                ангелам и душам -
                песнь невидимым слезам,
                что Господь осушит. 

СОН

    В Рождественскую ночь, под утро – почти всю ночь не спала – приснился замечательный сон.
     Батюшка, правда, в другом обличье, раздает нам в классе учебник – красочный и уникальный – о гордости. Помню картинки – берег водоема, сначала заросший какой-то осокой, потом – более благородными растениями, а под конец – мощное растение, затопленное снизу весенними водами. Сон был сложный, с замечательными мудрыми рассуждениями, из которых я запомнила только то, что знала и раньше: гордость лечится скорбями…

СТИЛЬ

     Подумала, что всего дороже было мне в отце Александре. Когда я вспоминаю о нем, думаю не о его добродетелях, а о стиле, который любила и чувствовала. Думаю, что я уже вжилась в стиль отца Мартирия. Я уже отличаю его интонации, особенности мысли и речи. В «Домашних беседах» отца Александра с особой жадностью читала замечания по поводу стиля Христа. А в Евангелии в последний год мне всего дороже – о Закхее, который ведь просто хотел увидеть…
     Вспомнила, что после смерти отца Александра, некоторые люди, перешедшие к отцу Александру Борисову (видимо, дамы) жаловались ему, что он не такой, как батюшка. Отец  Александр Борисов, которому свойственна огромная трезвость, возразил: «Но, если я буду ему подражать, это ведь будет пародия!»

ВТОРАЯ МОСКВА

Москва

    Ночью спросила батюшку в письме о снах. Много лет мне снилось, что я должна буду вернуться в Москву. Это наполняло жизнь смутной тревогой.
 
    Дорогая Ира!
    Виденная Вами во сне "Москва" - это образ Мюнхена. Он - Ваш город и со временем станет для Вас "второй Москвой".

    Написала, что безумно боюсь потерять мою нынешнюю, такую счастливую жизнь.

    Дорогая Ира!
    Кто боится потерять дар Божий и дорожит им, тот его никогда не потеряет, и даже наоборот: получит еще большие дары!

ПИСЬМА

    Вспомнила два давних письма из нашей с батюшкой переписки:

    Дорогой батюшка!
    Люди, у которых сохранились письма отца Александра, заметили их странное свойство: если перечитать их в плохом состоянии, дух снова крепнет и возвращается радость. У меня нет писем отца Александра, но Ваши – действуют так же. Как игра Давида - на Саула.

    Это правда, дорогая Ира! И особенно в том случае, если письма написаны духовными лицами и, так или иначе, касаются духовных тем, вопросов, проблем.

ДУХОВНАЯ БЕСЕДА

Россия

    Батюшка сказал, что современное православие в его массовом проявлении напоминает ему Легенду о Великом инквизиторе Достоевского. В России называют себя православными, всячески избегая понятия «христианство». В таком православии нет Христа, нет любви. И без Христа оно превращается в разновидность тонкого сатанизма.
    Вспомнил о своей последней исповеди в патриархии. (Священники обязаны два раза в год исповедоваться, при этом и исповедующийся, и принимающий исповедь должны расписаться в документах). На исповеди батюшка коснулся каких-то своих духовных проблем, на что священник махнул рукой: «А вот ты скажи: ты, говорят, в проповедях о любви говоришь. Как бы тебе не скатиться в протестантизм!»
    Спросила батюшку о словах Богородицы о России во время явления в Фатиме. Батюшка считает, что Она говорила об отдельных прорывах, об отдельных людях, потому что Россия всегда была «болотом». «Святой Руси» никогда не было. В средние века даже не практиковалось Таинство брака для простых людей. Хозяин сам определял, с кем человек будет сейчас жить. Народ был языческим. И в высших слоях, в основном, царило бесчинство.
    Русский народ, как писал Федотов, никогда не знал, что такое свобода, а знал только вольницу. И была свобода, может быть, только несколько  месяцев после февральской революции и несколько месяцев в начале правления Ельцына. Батюшка с большим сожалением говорил о верующих в России.
    О верующих на западе тоже отозвался с печалью. Их отношения с Богом обычно поверхностны, в церковной жизни они ищут развлечения.

Жизнь после смерти
 
    Разговор зашел о жизни после смерти.
    Пребывающие в аду живут той жизнью, которую сами для себя избрали. Рая бы они не вынесли. Но и в аду идет постепенный процесс совершенствования.
     Одному человеку приснился его знакомый, умерший сорок лет назад – пьяница, распутник и матершинник. Когда человек понял, что ему снится мертвый, он спросил: «Как ты тут живешь?» Тот ответил: «Первые десять лет, пока отучали ругаться матом, было особенно тяжело». По-видимому, там есть и какой-то эрзац водки.
     Наша короткая жизнь на земле – единственный шанс быстрого усовершенствования.
    Спросила батюшку, остается ли там что-то от нашего творчества. Он ответил, что остается не собрание сочинений Достоевского, но лучшее – в какой-то иной форме.
     Я заметила, что сама никогда бы не могла написать то, что мне, действительно, удалось. Батюшка сказал: «Когда я играю, я тоже – медиум».

ИСПОВЕДЬ

    Покаялась, что в разговорах с большей частью людей чувствую себя как бы стоящей на ступеньку выше их. Батюшка слушал огорченно и сосредоточенно, но сказал, что, если я это понимаю и каюсь, то уже хорошо.
    О потакании своим слабостям ответил: «Если мы не идем вперед, то скатываемся назад, поэтому надо всегда себя немного ущемлять и принуждать».

РОССИЯ   

    В связи с разговором о России, мне вспомнилось подборка неизвестного автора, недавно присланная батюшкой:

    Когда один человек был еще ребенком, бабушка всегда говорила ему: «Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо— ты иди в храм, тебе всегда там легче будет». Вырос человек. И стало ему жить как-то совсем невыносимо. Вспомнил он совет бабушки и пошел в храм. И тут к нему подходит кто-то: «Не так руки держишь!» Вторая подбегает: «Не там стоишь!» Третья ворчит: «Не так одет!» Сзади одергивают: «Неправильно крестишься!» А тут подошла одна женщина и говорит ему: « Вы бы вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили».                Вышел человек из храма, сел на скамейку и горько заплакал. И вдруг слышит он голос: «Что ты, дитя мое, плачешь?» Поднял человек свое заплаканное лицо и увидел Христа. Говорит: «Господи! Меня в храм не пускают!» Обнял его Иисус: «Не плачь, они и Меня уже давно туда не пускают».
 
Вот сменила эпоху эпоха,
Что же в этом печальней всего?
Раньше тайно мы верили в Бога,
Нынче тайно не верим в Него.

НЕВИДИМАЯ БРАНЬ

Литургия

    Вечером ходила на Литургию в церковь св. Михаила Архангела. Новый путь, непривычное время – и я поняла, куда и зачем пришла, только после получасового чтения  Иисусовой молитвы.  Батюшка, кажется, произнес замечательную проповедь. Жалко, что по-немецки почти ничего не поняла.

Дама

    Батюшка рассказал сестре Христине, что после Литургии к нему подходила какая-то женщина и подарила книгу под названием «Твои дни сочтены». Сестра Христина говорит об угрозах в символической форме. По-видимому, это были сатанисты. Я написала батюшке.

    Не беспокойтесь, дорогая Ира! "Господь - Защитник жизни моей, кого мне страшиться?", - так говорил пророк Давид. Так должны говорить и мы, если оказываемся в любых непредвидимых, неприятных ситуациях. После окончания Литургии в храме св. Михаила, действительно, произошла странная и таинственная встреча с одной дамой, которая произвела на меня довольно тягостное впечатление. Я расскажу Вам об этом подробнее, когда мы встретимся в пятницу (возможно, кое-что Вы уже узнали от сестры Христины). Но еще и еще раз повторю: "Господь - с нами, и потому нам некого и нечего бояться!

Невидимая брань

    В связи с этой угрозой, сестра Христина вспомнила один давний случай. Когда батюшка служил в Капотне, два националиста приходили к нему на квартиру, чтобы убить. Он почувствовал опасность духом и вызвал милицию. Милиционеры нашли у приходивших его адрес и оружие. Отпустили…
   - Худшее, что может быть, - сказала сестра Христина, – это паника. Господь всех сильнее, мы же только должны молиться. Батюшка выдерживает такую невидимую брань, которая нам и не снилась. Поэтому он болеет, поэтому напасти…

Новый уровень

    Заходила к батюшке в пятницу. Спрашивала об угрозах таинственной дамы. Он чувствует интуитивно, что это активизация темных сил. Сказал, что мы теперь переходим на новый уровень (народ, действительно, хлынул в храм), и это вызвало активность противящейся силы. «Но, значит, активизируется и Господь».

КОЛДУНЫ

    Сестра Христина рассказала случай, который произошел в период батюшкиного служения в Москве. Как-то раз в храм Всех Святых на Кулишках во время службы – батюшка был в алтаре – зашли двое и обратились к сестре Христине как старосте. Разговора она не помнит, но один из них, с очень черными волосами, вдруг несколько раз щелкнул пальцами над ее головой. Она удивилась, а он объяснил: «Мушка какая-то…»
    Вскоре батюшка вышел из алтаря, сестра Христина подошла, и он спросил взволнованно: «Что он с Вами сделал?» Она растерялась: «Мушка какая-то…».  Батюшка ударил ее слегка по голове, она упала на колени, и из его рук пошли лучи, пронизывающие ее тело с головы до ног.
   Сестра Христина пробовала спрашивать, как батюшка узнал - ведь он был в алтаре, но он не объяснил.
   
«ОБЛИЧЕНИЕ»

Отдых

    Получила письмо от батюшки:

   Чувствую я себя терпимо, сегодня немного удалось отдохнуть. К понятию же "отдых" по отношению к себе самому я, кстати, отношусь с большой осторожностью: мне кажется, что отдыхать я должен только в крайнем случае, по необходимости, так же как и есть, пить, принимать лекарства. Здесь, на земле - не место для отдыха. Здесь - труд, и труд "в поте лица". Отдых же от наших нынешних забот и дел ожидает нас впереди. А пока, как говорил Пастернак: "Не спи, не спи, работай, не прерывай труда, не спи, борись с дремотой, как летчик, как звезда"...

    Вероятно, я, действительно, слишком жалею себя: «умираю» от температуры 37,6, тогда как батюшка служит Литургию при воспалении легких с температурой 40. Сплю не меньше 7 часов – батюшка 3-4 часа, курю без счета, лежу после часового похода в магазин два часа, пропускаю службу, если не высплюсь. С другой стороны, знаю, что, если не отдохну лишний раз –  «навалится» мой синдром хронической усталости с двойной силой. Но надо пробовать, надо пробовать…

Силы

    Начался день с того, что меня утешила сестра Христина. Я рассказала ей об «обличении» батюшки. Она рассмеялась. Как всегда помогает этот ее смех! Сказала, что, если я буду взвешивать свои силы, всегда буду приходить к выводу, что их нет. Надо просто делать. Силы это Господни, а не наши. Он их дает. 
    Если не всегда будет получаться, то это мне для смирения. Нил Сорский, покровитель их общины, завещал отдать свое тело на растерзание псам.  Нас спасает сознание собственного несовершенства, только в этом случае мы растем. А большинство людей говорят: «А что, я хороший человек – не убиваю, не краду, всех люблю…» Мало, кто понимает, что не умеет любить.

МОЛИТВЫ

    Мои молитвы совсем не возвышенны. Когда я смотрю на Лик Туринской плащаницы или «держусь» за Бога, идя по улице, я просто «озвучиваю» все движения души, все желания, все сомнения, все, что приходит в голову. Я представляю Ему поток сознания, пытаюсь увидеть свою жизнь Его глазами и попросить о том, о чем Он хотел бы, чтобы я Его попросила. Надеюсь при этом, что Он очистит, освятит мои мысли и мою жизнь.
    Особенно я внимательна к желаниям. Как легко делать все по желанию! Отец Александр говорил – и это запомнилось мне – что Христос радовался на кресте, потому что страдал, любя и спасая тех, кого любит. Но вот в Гефсиманском саду воля Его разошлась с волей Отца, и тогда Он молился до кровавого пота, пока Их воли не соединились. И самые трудные молитвы, когда надо сделать что-то, чего не желаешь, или терпеть, что вынести трудно. Самые же радостные – благодарственные, и их у меня больше всего. Просительные молитвы обычно связаны с людьми, потому что лет двадцать тому назад мне приснился сон, который я поняла так: отец Александр будет молиться обо всех, о ком молюсь я. И я привыкла к молитвам за других, хотя в последнее время этих молитв стало меньше.
     Покаянными же молитвами, если они не связаны с каким-то недавним грехом – тогда они почти отчаянные – я напоминаю себе, кто я: «жертва Богу – дух сокрушен».
     И еще – богооставленность. Она была особенно явной после потери благодати двадцать лет назад и длилась много лет. Я явно осознала, что не оставлена Богом, только в последний год, когда пришла к отцу Мартирию. Но на днях я пережила ее снова в приступе какого-то смятения, и тогда батюшка прислал мне письмо:

    Дорогая Ира!
    Иногда нам бывает тяжко, когда мы вольно или невольно отрываемся от Источника Жизни и Радости. В этом случае надо "кричать" Ему, молить о помощи. И она вскоре придет...
    Как сказано в одном из церковных песнопений:  "Вскую (зачем) мя отринул еси от лица Твоего Свете незаходимый, и покрыла мя есть чуждая тьма окаяннаго? Но обрати мя, и к свету заповедей Твоих пути моя направи, молюся".

    Письмо это я получила, когда смятение было уже позади. В процессе же самого наваждения, когда я решилась позвонить батюшке и спросить, что делать, он скорее утешал меня. Он напомнил мне, что я – любимое дитя Божие. Господь вверил меня его, батюшкину попечению, и здесь, на земле, в этой жизни я его чадо – «чадо по благодати и по духу».
     «Сейчас, - говорил он, - Великий Пост подходит к концу, приближается Страстная седмица. В эти дни Господь дает возможность каждому (в меру, конечно, сил и возможностей) почувствовать и пережить то душевное состояние, которое пережил накануне Своих Страданий Спаситель: внутреннее смятение, тревога, страх, богооставленность...» Такое состояние я сейчас и испытываю, это – как бы мои духовные стигматы.

                Нету на свете
                того, что будет -
                новое вино -
                новые мехи,
                но тело одно,
                и губы сухи -
                от снегопада
                до винограда.

Пятница

    Страстная пятница - самый почитаемый мной день.
    Но сегодня он был необычным. В последние годы время от просыпания до трех часов дня проходило в страшном напряжении, я ни на минуту не забывала о том, что сейчас происходит. Сегодня с утра читала «Размышления и молитвы Вселенского Патриарха Варфоломея на четырнадцати остановках Крестного пути», которые подарила мне сестра Христина. И хотя молитвы с первого раза я воспринимаю плохо, меня пронзили многие мысли. Когда дочитала до конца, было ощущение, что Страстная пятница пережита. Я погрузилась в оцепенение, попробовала написать стих:

                Крест Христов воскрешает всех,
                в смертных муках кончается Слово,
                и пронзает сердце лемех,
                чтобы семя прозябло снова.

    Почувствовав тут же благодать, обрадовалась, но благодать отступила.
    Не хотелось ехать в храм на Вынос плащаницы, но, помолившись, заставила себя. В храме пребывала в том же замершем состоянии: ничто меня не отвлекало, ничто не задевало. Приехала домой и «оттаяла».
   
Суббота

    Разговаривала с сестрой Христиной по телефону. Про мою вчерашнюю «кому» она сказала со слов батюшки, что душа лучше чувствует, что происходит, и переживает независимо от нас. У нее самой на днях был приступ беспричинных слез, и батюшка объяснил, что это – Страстная неделя.
    Сестра Христина очень устала – вчера до глубокой ночи убирали к Пасхе храм. В частности, украшали трикирий. У меня в голове засело праздничное слово «трикирий». Смотрела в окно, как прыгает синичка по веткам, а в голове стояло слово «трикирий». И синичка назвалась «трикирий». Светло на душе…

Пасха

    В субботу не могла решить: идти в храм на ночную службу или нет. Опасалась, что будет слишком трудно. Помня, что надо просить, попросила: «Дай мне огромное желание и немного сил…» Лежала, чтобы сохранить силы, молилась, тревожно «примериваясь»… испугалась… мысленно отказалась…
    Но к девяти вечера вдруг - острое желание и твердая решимость пойти. Вспомнила, кстати, про свои старые костыли. Как светло и радостно стало! Как горело сердце! Мне ни на минуту не было трудно.
    Батюшка был невероятно светел, прочел прекрасную длинную проповедь. Все вращалось вокруг него. Я впервые в жизни так почувствовала Пасху.
    Ночью, когда ехала домой – шел снег. Последнее, что сказала сестра Анимаиса, когда они с сестрой Христиной провожали меня «в снег» и ночь - во вторник обещают 18 градусов тепла.

                Свет Христов просвещает всех…
                У порога лежавший грех,
                почерневший весенний сугроб –
                только Богом оставленный гроб.


СВЯТАЯ ТЕРЕЗА МАЛАЯ

    Сестра Христина подарила мне книжку Максенса Ван дер Меерша о Малой Терезе.
    Я подумала о том, как много любви окружало святую Терезу в детстве. Ее бесконечно любил и баловал отец, которого она боготворила, ею все время занимались сестры. Все они были объединены любовью к Богу. Как мало у кого это есть!..  И в результате, как редко я, например, чувствую тепло к людям!
    На одной из исповедей батюшка сказал мне, что моя холодность и равнодушие к нуждам ближних объясняются моей закомплексованностью. Но со временем «затеплится огонек»…



КСЕНОФОБИЯ

    Прекрасная девушка Габриэла, которая занимается со мной немецким, евангелистка, сказала мне сегодня, что Бог наказал евреев во время Холокоста за неповиновение: «Ведь они все время сопротивлялись Ему в Ветхом Завете…»
    Я напомнила про апостола Павла, сказала, что сатана – князь мира сего, сказала, что Холокост был жертвой. Говорила сходу все, что придет в голову. Конечно же, не убедила… Расстались мы очень дружелюбно, но, как только закрылась за ней дверь, у меня страшно заболела душа, и я подумала, что откажусь видеть Габриэлу. Неужели можно думать, что была Божья воля на уничтожение миллионов людей?
   Нашла и перечитала давнее письмо батюшки – ответ на мое, в котором я назвала себя ксенофобкой.

    Дорогая Ира!
    Вряд ли Вы – ксенофобка! Скорее всего, Ваша "ксенофобия" – это нормальная, здоровая реакция нормального, духовно здорового человека на те "ярко" отрицательные особенности образа мышления, поступков и дел, которые присущи большей части той или иной нации, того или иного народа.
    И у меня вызывают чувства отвращения, омерзения и горечи такие (ставшие, увы, в последнее время уже типичными) особенности русского менталитета, как, например, конформизм, лживость, фарисейство, бездуховность, агрессивность и жестокость. Во многих немцах меня также раздражают их легкомыслие, духовная "поверхностность", бюрократизм во всем – не только в работе, но и в жизни, в отношениях друг с другом, с Богом, с Церковью, "бюрократизм" их мышления...
   Уверен, что и Господу, конечно же, все это очень не «нравится». Ему глубоко чужды и омерзительны вышеназванные отрицательные черты в характере, мышлении и поведении русских, немцев и других. Но людей, которые "заражены" духовными пороками, одержимы грехом и злом – Ему бесконечно жаль! В древнерусском языке слово «жалеть» имело совсем другое значение, нежели имеет сейчас: "жалеть" – это особо любить, любить нежно, заботливо, чутко реагировать на все нужды и проблемы любимого. Да, именно так Господь и относится к любому грешнику, как бы низко он ни пал, как бы далеко не отошел от Него.
    И именно так должны относиться к грешникам и мы. Древние христианские подвижники часто говорили своим ученикам: "Ненавидь грех и зло, борись с ним любыми методами и средствами, но при этом люби и прощай грешника; знай, что он глубоко несчастен и есть всего лишь жертва греха и зла!"
    Мы должны видеть в каждом человеке, прежде всего, Человека – любимое творение Божие, Его образ, икону Христову, какой бы грязной, разрушенной и оскверненной она ни была. Какая, по большому счету, разница – кто находится перед нами: еврей, русский, немец, мужчина или женщина, старик или ребенок? Каждый, абсолютно каждый человек бесконечно дорог Богу! Каждого Господь любит так, как будто бы он был единственным Его творением в мире! За каждого из нас Спаситель готов вновь распяться, пострадать и умереть...
    Как после этого, дорогая Ира, мы можем относиться к людям, насколько бы внешне отталкивающими, духовно падшими и порочными они не были? Я думаю, ответ на это и Вам, и мне хорошо известен...

    Спросила у батюшки, расставаться ли мне с Габриэлой, или поговорить. Он посоветовал поговорить. Спросила, что ответить человеку, который ссылается на Ветхий Завет.

    Дорогая Ира!
    Скажите ей, что мы живем в эпоху Нового Завета, который Господь установил со всеми людьми через Своего Божественного Сына. Ветхий завет - это период духовного "детства" человеческого рода. "Детство" прошло, теперь наступила пора духовной зрелости. Теперь  те, кто живет во Христе и со Христом, должны иметь те же "мысли и чувства", которые имеет наш Спаситель и Господь, Основоположник и Провозвестник Нового Завета между Богом и людьми.
    Процитируйте ей также слова любимого ученика Христова: "Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей. Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев".
    Итак, если чувство ненависти не имеет никаких оправданий пред Богом, то уж тем более убийство миллионов людей...

    Как мне стыдно, что я забыла то, что читала когда-то! Решила снова перечитать «Историю религий» отца Александра.

ГОСПОДЬ

    Запомнилось прочитанное на каком-то уличном немецком плакате: «С Богом никогда не скучно». Неприятно поразила утилитарность такого подхода. Но в последнее время я заметила, что никакая радость не захватывает сердца, если не разделить ее с Господом.
     И еще запало в сердце потрясающее высказывание святой Терезы Калькуттской: «Улыбайтесь Ему!» И я поняла: я «разделяю» свою радость не столько ради себя, сколько ради Него… А вот страдания – жертва Ему - мне труднее…

ДУХОВНАЯ БЕСЕДА

Шествие

    На вопрос о самочувствии батюшка ответил, что чувствует себя довольно плохо, но врач надеется на скорое улучшение. В ближайший месяц предстоят трудные службы и шествие в честь Праздника Тела Христова. В позапрошлом году, когда состояние здоровья было совсем плохим, в этот день Господь послал дождь, и шествие отменили - так ради одного человека Господь может отменить даже праздник, нужный для многих.
   
Последняя встреча

    Рассказала батюшке о сыгравшей в моей жизни огромную роль, загадочной последней встрече с отцом Александром. Почему-то я не догадалась молиться о том, чтобы он остался жив. Я дала понять отцу Александру, что думаю о его близкой кончине, и он сделал так, что я внезапно забыла обо всех подозрениях. И сцена нашей последней встречи всплыла в сознании только через полгода.
   
Прелесть

    Несколько месяцев спустя после убийства отца Александра, я потеряла благодать, и начался длительный период прелести. Однажды, сидя на кухне ночью, я почувствовала, что отец Александр - рядом, и начала плакать и задавать ему вопросы. После этого я совершила несколько безумств.
     Отец Мартирий не стал комментировать мой рассказ подробно, хотя понял, конечно же, намного больше, чем сказал. А сказал он, что грань между нашей душой и духовным миром запретна для нас, потому что наша психика не выдерживает вторжений «оттуда». Конечно, это была прелесть. Отец Александр, которого я совершенно не чувствую в последние годы и почти забыла, помнит меня и печется обо мне.
    
Внушения свыше   

    Рассказала, как дважды в жизни слышала внушение свыше.
    В тот момент, когда меня впервые коснулась благодать, я спросила внутри себя: «А как же болезнь и смерть?» И услышала в душе ответ: «Твоя болезнь и смерть лягут на него». Не упомянула об этом ответе в своей первой  книжке, потому что не знала с какой буквы писать слово «него». Батюшка сказал, что, конечно же, с маленькой. От дальнейших расспросов он ушел, сказав только, что не пострадает никто, поскольку это будет по воле Божией и хорошо для всех. Я подумала, что мои болезнь и смерть не за горами и что они, вероятно, лягут на него, батюшку. Эта мысль утешила меня - он меня переживет.
    Второй раз внушение свыше было во время последнего свидания с отцом Александром, когда он передавал мне рукопись детского Евангелия для нашего издательства: «Ты должна написать». Я тогда удивилась. Отец Мартирий сказал так: мои заметки отражают мой внутренний рост и этим могут быть полезны многим.
   
ИСПОВЕДЬ

Равнодушие

     Страдания других людей утешают меня в собственных страданиях. Батюшка сказал: «Это свойственно многим людям: их как бы утешает тот факт, что они в этой жизни не одни испытывают трудности и переносят тяготы, у них, оказывается, есть и "товарищи по несчастью". Но придет время, и наше отношение к чужим бедам и проблемам станет совсем иным. Иногда бывает так: человек тяжело заболевает, и вот он, ранее равнодушный к страданиям других, вдруг становится очень отзывчивым и милосердным. Тогда даже чужая простуда будет вызывать у него жалость. Мы, как щи, – со смехом сказал он, намекая на щи, которые я иногда варю и приношу в храм, чтобы угостить его, - которые, перед тем как стать вкусными и ароматными, должны повариться. Вот и мы сейчас только еще "варимся"».

Курение
   
    Про курение повторил, что это не грех, до тех пор, пока мы не предпочитаем сигарету самому главному. Напомнил эпизод из «братьев Карамазовых»: человек был готов всем пожертвовать ради высшей идеи, но, когда попал в тюрьму и лишился курева, понял, что, кроме папиросы ему ничего уже не нужно. Батюшка сказал, что я со временем, наверное, смогу отказаться от курения или свести его до минимума.
    Вечером после Духовной беседы и исповеди была радость на душе.
ОБАЯНИЕ
    Вспоминая вчерашнюю беседу с батюшкой, поражаюсь его обаянию. Говорят, что обаяние – свойство таланта. Вероятно, еще в большей мере это свойство святости и мудрости. Мне бы очень хотелось, чтобы в этой беседе батюшка посвятил меня в свои знания о духовном мире. Недавно сестра Христина рассказывала, например, как он избавил от страданий одного несчастного, у которого от взгляда загорались вещи. А сколько мог бы рассказать батюшка о молитве, об общении с Господом! Но он был очень сдержан. Поняла, что эти знания ничего не дали бы мне, но нарушили бы мой душевный мир. Но при всем том батюшка был и очень открыт. Он поделился со мной некоторыми своими проблемами: со здоровьем, с людьми, которых мы оба знаем. Я всегда с жадностью слежу за его поведением в разговорах с другими прихожанами и поражаюсь  красоте его реакций.


МОЛИТВА
    Вспоминала и разрешительную молитву, которую прочел надо мной батюшка после исповеди, вернее, ее интонации. Батюшка молится – с глубочайшим благоговением. Это какой-то затаенный трепет перед Господом, в котором любовно, глубоко выговаривается каждое слово. Молитва отца Александра была совсем другой: огненной, властной, подчас неразборчивой. И оба – великие молитвенники!
  ПОРТРЕТЫ
    Недавно предложила сестре Христине купить ей к следующему ее приезду живописный календарь. Оказалось, что подходят только пейзажи – с портретами, которые висят на стенах, она «входит в контакт», и это мешает ей жить. Лики она признает только на иконах. Вспомнила, что как-то пыталась повесить хороший портрет у себя и тоже не выдержала - сняла. Вдохновляют меня и разговоры о Боге. Другие - быстро утомляют.
ДЕМОНЫ
    Вчера у меня был в гостях Ной из нашего храма. Праздновали с опозданием день его рождения. Прекрасный, добрый человек. Захватывающий разговор. Но я ужаснулась от мрачности его веры. Он сказал, что боится после смерти стать демоном. Я спросила, что делают демоны. – «Они страдают и пожирают друг друга». Он считает – а он образованный, много читающий человек, - что это традиционный католический взгляд на посмертие. Ссылался на слова Христа о «плаче и скрежете зубов». Рассказала ему, как видит посмертие отец Мартирий, как представлял его отец Александр. Он сказал, что это  частные богословские мнения, которые он не разделяет. Поразила мрачность его стихов, постоянное самоуничижение. Мне показалось, что он боится Бога. Безумно его жалко…
    По совету сестры Христины я поделилась с батюшкой этим огорчением и получила от него письмо:
    Дорогая Ира!
    Наш Ной напрасно боится стать "демоном". Вот уж, поистине, как говорится в одном псалме: "Тамо убоящеся страха идеже не бе страх". Демоном никак нельзя стать «автоматически». Для этого нужно очень и очень "постараться": во-первых, нужно люто возненавидеть Бога, отречься от Него; и, во-вторых - сознательно противостать Ему, во всем идти наперекор Его Воле, делать все противоположное Его Заповедям, Евангельскому учению. "Плачь и скрежет зубов" начинается для такого человека (или сущности) уже с самой первой минуты его добровольного самоотторжения от Бога - Источника Жизни, Истины, Света и Радости.
    На этот счет не существует ни традиционно католической, ни традиционно православной, ни какой-либо иной «конфессиональной» или «юрисдикциональной» точки зрения. Есть только одна единственная - христианская, евангельская точка зрения, основанная на словах Спасителя: "Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее...  ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную".
    Главная проблема нашего Ноя - дефицит живой, настоящей любви к Богу в его сердце. Он, безусловно, верует в Него, но и очень боится... Его представление о Боге (и, соответственно, отношение к Нему), как и у многих других христиан, увы, все еще ветхозаветное: Бог, в его глазах, всемогущ, вездесущ, справедлив - Он строго наказывает грешников и щедро награждает праведников. Да, все это, конечно же, правильно, но забыто самое главное: Бог есть Любовь, Он - наш любящий, всепрощающий и бесконечно милосердный Отец, Который ни на секунду не оставляет нас Своим попечением, ведет ко спасению и, безусловно, приведет всех нас к нему, то есть, к Себе.
    Не боязнь Бога, не страх перед Ним спасет нас от греха и "вечной муки", а любовь к Нему. "В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся не совершен в любви", - говорит святой апостол Иоанн Богослов.
    Я думаю, дорогая Ира, что нынешнее духовное (душевное) состояние нашего Ноя - это некий переходной этап в его духовной жизни, так называемая "болезнь роста". И этот этап, безусловно, сменится другим, следующим - лучшим, светлым, по-настоящему духовным... Помоги ему Бог!
                Как дышит ветка
                под дождем и ветерком,
                грудная клетка мира, подымаясь,
                так дышит милостью Его,
                и, наполняясь,
                благодарит чуть слышимым шумком,
                как хором капель,
                капель говорком -
                молитвы лепетом,
                Ему известной меры
                людской колеблющейся,
                но горящей веры.



ПРОПОВЕДЬ

    Дорогой батюшка!
    Мы с Фридой от всего сердца благодарим Вас за сегодняшнюю проповедь. Фрида говорит, что она ее захватила всецело, как, пожалуй, никогда с ней не бывало, я же почерпнула для себя одну очень важную вещь. Смотрела в пол, чтобы сосредоточиться, и не заметила, читали ли Вы с листа или проповедь не записана. Если так -  страшно жалко...

    Дорогая Ира!
    К сожалению, моя сегодняшняя проповедь не была записана: я произнес ее "экспромтом"... Но ничего: самое главное - она запала в ваши души и сердца и осталась там. Один булгаковский ("черный", правда), герой как-то сказал: "Рукописи не горят". Это - действительно, истина, и эта истина относится также и к словам, произнесенным нами: они не улетают куда-то в "бесконечное пространство" и не исчезают там. Каждые наши и слово, и высказывание, и, в том числе, проповедь сохраняются в Божественной Памяти и в любой момент могут быть "воскрешены"...

ФРИДА

    Был многочасовой разговор с Фридой, она была у меня в гостях. Поразила одна история из ее жизни.
    Еще живя в Москве, она часто ездила по делам в Турцию. Однажды, собираясь в поездку и покидая квартиру, почему-то взглянула на икону Николая Угодника, и тут же  возникло желание взять ее с собой. Сунула в сумку перед тем, как запереть квартиру.
    Самолет потерпел на обратном пути аварию. Она помнит, как сидит в кресле самолета на земле, вокруг обломки, трупы. Она невредима. На ее коленях – сумка с иконой Николая Угодника.

ВРЕМЕНА И СРОКИ

    Меня опять постигло давнее мое искушение: мысль о скорой смерти. Показалось, что это как-то связано и с окончанием, как подумалось, этих моих заметок. И я написала батюшке.

   Дорогая Ира!
   Для каждого человека смерть - совсем "не за горами". Совсем "не за горами" она и для нас, то есть, для Вас и для меня. Но ее "времена и сроки" нам не дано знать. Определенно можно сказать только следующее: Ваша смерть не зависит ни от публикации заметок, ни от Ваших настоящих и будущих недугов, ни от других каких-либо жизненных обстоятельств. Плод срывается тогда, когда он полностью созрел. Вот и Господь ждет, когда же мы созреем для перехода в Жизнь Вечную, для жизни с Ним. Ваши литературные произведения - это тоже плоды, и каждый следующий такой плод - все более "сочный", все более "спелый"... Но тот главный плод, которого ожидает Господь - это Вы сами. Вы на прямом пути к духовной зрелости, но все же еще не "созрели" окончательно. Процесс Вашего "созревания" идет полным ходом, но... "времена и сроки" известны только Богу. И все же, как мне кажется, время у Вас еще есть...

 РАДОСТЬ

    Вчера было несколько моментов, которые остались в памяти.
    Картина: народ разошелся после Литургии, но на фоне дьяконских врат – маленькая спина  – Алеша, мальчик-даун. Батюшка делает шаг из алтаря, и замирает: Алеша обнимает его ноги.
    Концерт Баха, присланный батюшкой в его новом исполнении. Неожиданно он поразил меня своей радостностью, и мне подумалось, что музыка Баха должна исполняться именно так.


                Утки проснулись и полетели,
                а я легла спать.
                Весна началась на этой неделе,
                небо светло в пять.
                Как утренний мир себя узнает?
                Как мы себя узнаем?
                По облакам своим прочитает
                о вечном детстве своем.

«ДУШИ ДОВОЛЬНЫ…»

     Моей сестре приснилось, что у нас в комнате проснулся дедушка и не может понять, где он находится.
     Дедушка страшно любил меня, баловал, но почти не разговаривал –  был очень замкнут. Большая часть детства и отрочества прошли с ним. Умирал он очень тяжело – в доме для престарелых, от склероза – жил один в Киеве.
    Бабушка умерла много раньше. Самое яркое воспоминание - стих Некрасова про мальчика Власа, который она читает. Наверное, это был первый стих «для взрослых» в моей жизни. Музыка слов запомнилась навсегда.
    Сегодня, во время отпевания, обрывки воспоминаний проносились в голове, я молилась в страшном напряжении и рыдала. Батюшка служил и пел один. Пробовала ему подпевать – никогда не пела так фальшиво. Отвлеклась на пение, а, когда вернулась к молитве, в душе была благодать.
    По окончании спросила о дедушке. Батюшка ответил: «Души довольны…» У него начала болеть во время отпевания спина – остеохондроз. И он сказал: «Плохое самочувствие у меня – признак хорошей молитвы».

НЕКОТОРЫЕ СРЕДСТВА ОТ НЕМОЩЕЙ

Улыбка
    Вчера в ответ на мои жалобы сестра Христина рассказала, что у нее, когда встает утром, тело немеет и затекает так, что умываться приходится идти под прямым углом и на расставленных ногах. При этом она страшно смеялась. И я подумала, что смешливость – хорошее средство от немощей. Давно заметила, что, если жаловаться серьезно, то становится хуже, а, если со смехом, - приободряет. Батюшка всегда говорит о своих немощах с улыбкой.
Красота
    На днях мне было так плохо, что была готова ухватиться за что угодно, лишь бы полегчало. И я начала рассказывать Господу, что мне нравится в моей комнате. «Это прекрасный цветок…» - говорила я Ему, глядя на растение в горшке, стоящее на холодильнике. И его красота меня утешала. Почему-то я перечисляла самые прозаические вещи: кофту, висящую на спинке стула, чашку, которую купила когда-то за большие деньги. И в душу по каплям вливалась радость…
Любовь

    Одна моя довольно нетерпимая знакомая жаловалась, что не может общаться с нашей общей подругой. Она обвиняла ее в эгоизме и собиралась излечить ее от этого греха. В результате, сегодня она закончила разговор с ней матерным выражением и бросила трубку. Я сказала, что излечить человека  критикой невозможно.
     И вот сейчас, ночью, вспомнила разговоры с людьми, в которых высказывала им  критику, и поняла, что какой-то отклик находила только в тех редких случаях, когда чувствовала тепло и жалость к собеседнику. Как только человек сталкивается с ненавистью и осуждением, он перестает воспринимать критику. И подумала еще, что, испытывая тепло и жалость, мы, может быть, вообще воздержались бы от критики.
    В этом отношении замечателен батюшка. Он не внес ни одного исправления, не высказал ни одного пожелания по поводу моих заметок, хотя недостатки бывали иногда вопиющими. Пожалуй, в этом отношении он уникален.

Посвящение
   
    Стало трудно ходить по улице с больной ногой. И мне пришло в голову представлять, что во время ходьбы я танцую для Бога – когда-то я хорошо танцевала.
    А сегодня опять не хотелось мыться – как говорит одна моя подруга: «не люблю себя мочить». «Проболталась» час и подумала, что нужно попробовать помыться «для Бога». Как я старалась, как «на ура» прошла помывка! Потом я еще постирала «для Бога».
    И я стала вспоминать. Видимо, еще с депрессивных времен почти все дела вызывают у меня легкое раздражение. Когда-то я ухватилась за совет отца Александра в «Практическом руководстве к молитве»: чтобы научиться сохранять сосредоточение во время молитвы, а, кроме того, и для отдыха, он советует концентрироваться на ощущениях. Например, во время ходьбы стараться ощущать прикосновение ступней к земле, сосредотачиваться на ощущении цвета… Я много лет на улице упражнялась в этом занятии, пробовала его и для утренних дел. Делала все медленно. Но потом оставила это упражнение, потому что оно наводило на меня почему-то уныние. Точку на нем поставила мама, которая, приснившись мне, сказала: «Делай все быстро, а думай медленно».
    Мне кажется, что сегодня я поняла, чего не хватало в моих упражнениях. В них не хватало главного: смысла. Мне кажется, что теперь, когда я попробую делать все для Бога, и делать, естественно, хорошо, я, наконец, избавлюсь от раздражения, жизнь наполнится смыслом и Бог станет ближе.
    Отправила батюшке этот «камушек».
               
    Как хорошо Вы написали, дорогая Ира! С одной стороны эти размышления могут показаться кому-то несколько наивными, инфантильными, но в них содержится высочайшая Правда, Истина. Это, по сути, тоже самое, о чем писал в свое время апостол Павел в 1-ом Послании в Коринфянам: "Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию!"

СОН

    Приснился дедушка, выше ростом, чем при жизни, в длинном тяжелом пальто. Он меня перекрестил. Я вспомнила про отпевание и начертила у него на груди маленький крестик, сказав: «А это тебе от меня…»

 ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ПРИЛИВЫ

     Всю жизнь страдаю интеллектуальными приливами – никакой трезвости.
     Вчера был день рукоположения батюшки. Чтец и активист храма, Женя предложил прочитать мой стих. Не отказалась. Но вдруг вздумалось самой поздравить батюшку и просветить прихожан – рассказать о подлинном значении такого человека. Полночи писала и переписывала две страницы текста. Только утром догадалась помолиться и предать дело Богу.
     Приехала на 40 минут раньше. Батюшка был один в алтаре. Сказала, что хотела бы его поздравить, но боюсь оказаться в роли услужливой дуры. На его лице мелькнула лукавая улыбка. Через пять минут он вышел из алтаря, и, явно испытывая неловкость, объяснил, что прекрасно знает, что я хочу ему сказать, но всем про него и так все известно.
     И тут взыграла моя гордость. Долго не могла молиться во время Литургии. Стало немного легче только после благодарения Господу за мою природную глупость. Кое-как смирилась.
    Осталась на Агапу, сидела напротив батюшки. Он рассказывал о своем пострижении и рукоположении. Просто и прекрасно.
    Про мудрость батюшка написал мне слова Христа: «будьте мудры, как змии, и просты, как голуби». Чтобы я не подумала, что «просты» - это то, чем я страдаю, приписал в скобках: «кротки». Интересно, я этого не знала…

ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЙ

    Оглядываясь на свою жизнь, поражаюсь, что в ней осуществились почти все желания юности.
     Еще в школе мелькала мечта писать стихи. Но при всем своем тогдашнем высокомерии, я никогда не поверила бы, что напишется хоть один стих, который кому-то, а главное, мне самой понравится.
     После смерти отца Александра мне и в голову не приходило, что найдется священник, который его для меня заменит. Но в Мюнхене, услышав, что где-то здесь служит отец Мартирий, вдруг возложила на эту встречу огромные надежды – она превзошла все мои ожидания.
     Всегда с завистью смотрела на Марью Витальевну Тепнину, которая кормила отца Александра. И вот теперь я иногда готовлю отцу Мартирию.
    Я завидовала тем, кто записывал проповеди отца Александра, кто издавал его книги. Теперь я записываю и расшифровываю проповеди отца Мартирия.
     Водворившись в свою крошечную квартирку в Мюнхене, мечтала, что сюда, как в Москве, будут приходить люди молиться со мной. И эта последняя мечта осуществилась. Моя подруга Фрида, обратившись, предложила собираться у меня - пока вдвоем - и молиться Розарием.

                Раньше дни мои были днями,
                а теперь пошли косяками:
                расставляю я свои сети
                для всего, что на белом свете,
                но одно Предвечное Слово
                рыбаку из всего улова.

ПОЗДРАВЛЕНИЕ

    Дорогой батюшка!
    Вот, такие тяжелые для здоровья, но такие знаменательные, славные дни! Сегодня - день отца Александра. Завтра - день Вашего  пострижения в монахи. Послезавтра - Ваше посвящение в дьяконы.
    Что бы мы были без Вас?.. Ваш свет, Ваше тепло - наша жизнь. Простите, что мы не такие, какими бы Вы и Он хотели бы нас видеть...

    Спасибо, спасибо Вам, дорогая Ира! Мне живо вспомнились сейчас эти дни: 9 сентября 1990 года и 10-11 сентября 1977... Вспомнились во всех подробностях... Оба события - и смерть отца Александра, и мое посвящение, хотя и были разделены между собой довольно большим промежутком времени, сыграли в моей жизни решающую роль: день моего посвящения был для меня, по сути, новым днем моего рождения, а день смерти отца Александра открыл мне глаза на то многое, что я до сей поры или не видел, или проглядел, или не хотел увидеть... Вечная память дорогому Батюшке.

УЛЫБКА

    Сегодня – Крестовоздвижение, и после Литургии и замечательной проповеди о Кресте Господнем и наших крестах, батюшка заметил, когда его поздравляли с днем принятия пострига, одно совпадение: распятие со Христом – главное в монашеской жизни. Он был в эту минуту доволен, и на лице у него появилась улыбка, та редкостная улыбка, которой я, пожалуй, почти ни у кого больше не видела: по-детски беззащитная, невероятно для нашего мира открытая. И я подумала, как отношение к людям легко читается во внешности. У отца Александра была такая же улыбка, может быть, только более энергичная и радостная, а у отца Мартирия – мягче.

АГАПА

     Батюшка говорил. Говорил, что наша жизнь – только короткий эпизод в вечности, но эпизод очень важный. И я внутренне с облегчением вздохнула, когда он продолжил, что даже для людей, проживших очень плохо, это тоже нужно и промыслительно важно. Я подумала: они ведь тоже страдали…
    Говорил о недавней дате отца Александра. В этом году встречи проходили только в Семхозе, и на Литургии в Новой деревне не было, как обычно, митрополита Ювеналия. Возобладали другие силы, батюшка произнес слово «задвигают».
    Вспомнил старца Тавриона, который был в переписке с отцом Александром, как редкий пример истинного монаха, которого не затронуло обмирщение  Церкви. Старец Таврион был прозорлив, к нему стекались паломники со всей страны. Жил в скиту недалеко от Риги и причащал в те годы и католиков.
    Рассказал со смехом эпизод о похищении на обеде отцом Глебом Якуниным списка тогдашних митрополитов и епископов, в котором все они были разделены на три группы: управляемые, плохо управляемые и неуправляемые (конечно, с точки зрения КГБ). В две последние категории попали единицы. Несколько дней спустя после похищения список был опубликован в американской прессе.
    О печально знаменитом нынешнем деятеле, отце Всеволоде Чаплине сказал, что начинал он как прогрессивный священник, даже вместе с владыкой Антонием и другими (в частности, и отцом Мартирием) подписал однажды какое-то письмо. Но путь священника – чаще не подъем, а падение. Отец же Всеволод, по мнению батюшки, просто хотел тогда завоевать популярность.
    Критерий истинной Церкви – ее гонимость, истинные служители Христа никогда не бывали в чести у власти. Об этом Христос сказал: «Не любите мира, ни того, что в мире…»

ДУХОВНАЯ БЕСЕДА

Благодать

    Сегодня была на исповеди. Батюшка отвечал очень подробно, совместив исповедь с духовной беседой. Когда вернулась домой, вдруг поняла, откуда такой прилив сил – шла, забыв о больной ноге. Поняла, вспомнив рассказ Андрея Еремина, духовного сына отца Александра, как однажды, после длинного разговора с ним, он возвращался домой в двадцатиградусный мороз в распахнутой шубе.


ИСПОВЕДЬ

Осуждение

    Начала со своего главного греха – осуждения. Замечаю в людях, в основном, дурное, и думаю, что у меня этого нет. По взгляду батюшки поняла, что ошибаюсь. «Конечно, есть», - подтвердил он. Сказала, что не вижу в людях доброго. «Иногда бывает, - ответил батюшка, - что у человека некрасивое лицо, нам он не нравится. И мы не замечаем, что он хорошо одет».
   Есть люди, которые сознательно демонстрируют дурные качества, например, грубость, чтобы скрыть ранимость души. Напомнил эпизод из «Братьев Карамазовых», когда Федор Павлович, войдя к старцу Зосиме, начал ерничать и обратился к нему: «божественный старец». А когда тот попросил его говорить искренно, не играя, ответил, что, если он будет говорить искренно, то все придут в ужас от того, что он собой на самом деле представляет.

Садизм
   
    Батюшка вспомнил молитву Василия Великого в Последовании ко святому причащению, где святой от первого лица кается в таких грехах, которых у него, казалось бы, не могло быть. Например, содомский грех. Но семена страшных грехов есть в каждом из нас. Задача состоит в том, чтобы задушить дурные семена и дать развиться - добрым.
    И тут я вспомнила, что в отрочестве неудержимо предавалась садистским мечтаниям. Когда я рассказала об этом психологу, он спросил, часто ли я кричу на людей. «Вообще не кричу». – «Значит, Вы обращаете свою агрессию против себя самой». Я увидела в этом источник своего самоедства. Но батюшка меня не поддержал. Человек, который «ест» себя, «ест» и окружающих. Психология предлагает давать выход негативным реакциям. Опыт духовной жизни показывает иное. Джина надо загнать в бутылку и плотно ее закрыть, чтобы он не вырвался наружу. Садизм же есть у всех детей. «Иной ребенок страшнее взрослого садиста». Батюшка вспомнил эпизод, который рассказывал Оптинский старец Нектарий. В детстве у них был котик, с которым они были, как братья. Котик часто сидел и смотрел на мальчика любовно большими глазами. И однажды мальчик подумал: «А что будет, если эти глаза проколоть булавочкой?» Он уже собирался это сделать, когда его схватила за руку мать. Она сказала, что котик такой же живой, как он сам, как же котик будет жить слепым? Нектарий Оптинский вспомнил эту историю, когда уже в зрелом возрасте, чуть не выколол себе случайно глаза о частокол.
   
Злые пожелания   

    Когда слышу о возможной болезни или смерти близких, у меня возникает желание, чтобы это действительно случилось, и я страшно пугаюсь. Батюшка ответил, что, если пугаюсь, то это не моя собственная мысль, а помысел. Нам иногда приходят в голову страшные желания, но это не от нас…
   
Силы    

   Спросила батюшку, нужно ли экономить силы, или, как я слышала, Господь всегда даст их. Батюшка ответил, что Бог всегда даст сил на доброе дело. Он дает их на какой-то отрезок времени, и их надо правильно распределить. Но, если силы не использовать, то остаток пропадет.


ПРЕСВЯТАЯ ВЛАДЫЧИЦА

    Только что молилась Розарием одна. Ощущение то же, что и вдвоем с Фридой: необыкновенная легкость и радость. Так легко не идет ни одна молитва. Батюшка сказал Фриде, что Пресвятая Владычица Сама обещала молиться с теми, кто молится Розарием. Это несомненно для меня.

«МАРИЯ И МАША»

    Мне всегда хотелось быть в особом контакте с Пресвятой Владычицей. Я даже написала детскую книжку о Ней и об одной девочке. Книжка назвалась «Мария и Маша». Но она не удалась. Осталось только заглавие и два рассказа, в которых Дева Мария не участвует.

               
                Цветы

    Маша очень любила переводные картинки. Особенно, цветы.
    Сначала бумажка размачивалась в воде и Маша взволнованно ждала. Потом она накладывалась на лист и сдвигалась, и – появлялся яркий цветок. И тут Маша очень радовалась.
    Однажды соседская девочка пригласила Машу в гости. Она достала большую коробку, в ней лежали квадратики с изображением цветов.
    - Это лото, будем раскладывать, - сказала она и научила Машу правилам, по которым цветы раскладываются.
    Раскладывать было скучно.
    - А у тебя нет переводных картинок? - спросила Маша.
    - Нет, - ответила соседка, продолжая раскладывать квадратики.
    Наконец, игра была закончена и Маша прощалась с хозяйкой в прихожей.
    - Тебе понравилось играть в лото? – спросила Машу соседка.
    «Не очень» вертелось на языке у Маши. Она вспомнила лото, которое надо было раскладывать по правилам. И ей почему-то показалось, что сказать так будет не по правилам.
    - Очень, - ответила она через силу и посмотрела на девочку.
    И вдруг скучное лицо девочки расцвело в улыбке. Это было так, как будто с мокрого листа сняли пленку, и – выглянул цветок.

                Мир

    Больше всех Маша любила свою старшую сестру Розу. Роза очень хорошо рисовала портреты. А у Маши получались только дома, деревья и облака.
    Однажды Маша смотрела в окно. Она думала о том, почему все люди разные. У каждого свой нос, свои губы, свои глаза – как на портретах Розы. И они с Розой тоже разные. Роза веселая, а она, Маша, - задумчивая. И тут Маше пришла в голову мысль: люди разные оттого, что видят мир в разном цвете. Для одного человека он синий, для другого – желтый.
    Маша взяла лист бумаги и нарисовала дом с красной крышей. Это была Роза. Она всегда веселая.
    Потом она нарисовала рядом с домом зеленое дерево. Это она, Маша. Она задумчивая.
Она подумала и пририсовала сверху белое облако. Это их маленький брат Алеша. Он не веселый и не задумчивый. Он загадочный.
    - Угадай, что это такое? – спросила Маша Розу, показав ей рисунок.
    - Это мир, - ответила Роза.

 СВЯТАЯ КАТРИН ЛЯБУРЕ

    Сестра Христина рассказала про святую Катрин Лябуре, монахиню, всю жизнь ухаживавшую за бедными и больными, выполнявшую самую грязную работу. Однажды ей было видение Богородицы: Матерь Божия поручила Катрин изготовить медальон с Ее изображением. Пресвятая Дева сказала, что будет пребывать с каждым, кто будет его носить.
     Катрин  долгое время скрывала это видение, а потом рассказала одному священнику. Сейчас этот медальон очень широко известен, сестра Христина обещала мне его привезти. Я восприняла это как еще один знак от Пресвятой Владычицы, о Которой постоянно думаю.
    Вспомнила, что у меня когда-то был маленький алюминиевый медальон Богородицы – видимо, это был тот самый... Я даже носила его одно время, ничего о нем не зная.

 МОЛИТВА

    Дорогая Ира!
    Я бы не стал совсем отказываться от утренних молитв. Вы могли бы совершать свое утреннее молитвенное правило следующим образом: вначале произнести хотя бы несколько утренних молитв, на которые особо откликается Ваше сердце, а затем уже молиться Розарием.
    Чувство же "трудности" во время совершения молитвы - далеко еще не признак ее бесполезности и ненужности. По-настоящему молиться - действительно, трудно. Как говорили в старину в России: "Труднее всего на свете молиться Богу и помогать родителям…»

СВЯТОЙ ФРАНЦИСК САЛЬСКИЙ

    К сожалению, не смогла найти своего святого Франциска Сальского – книжка пропала. Хотела перечитать его совет о том, что в любой житейской ситуации надо находить аналогию со Священным Писанием. Удалось вспомнить только один пример, который он приводит.
    Охотники травили зайца, и он бросился к ногам лошади, как бы ища у нее защиты. Святой Франциск подумал при этом, что так и душа наша ищет укрытия от дьявола, постоянно преследующего нас.
    Мои аналогии были более поверхностны, но они спасли меня от раздражения во всегда затрудняющем меня деле – принятии душа. Давняя мысль, что я делаю все свои дела для Бога, почему-то на этот раз не воодушевила меня. И я стала искать аналогий со Священным Писанием. Конечно, я подумала об омовении в Иордане. Когда я стелила коврик, он напомнил мне об одеждах, которые постилали по дороге при входе Христа в Иерусалим. Занавеска напомнила о храмовой завесе, разодравшейся посредине в час смерти Христа. Когда мыла голову, вспомнила, что глава Церкви – Христос. Я подумала о биении по ланитам, когда мыла лицо, и о ризах Христовых, когда одевалась. И так я не забыла о Нем и в этом деле…

ЧУДЕСНОЕ ИСЦЕЛЕНИЕ

    Сестра Христина рассказала, что маленький сынок московской духовной дочери батюшки заболел тяжелым гнойным отитом и гайморитом. Конечно, написали батюшке. Когда, спустя несколько дней, врач осматривал мальчика, он не поверил своим глазам: уши были здоровы, от гайморита не осталось и следа.
    Сестра Христина сказала, что множество людей исцелилось по молитвам батюшки. Некоторым предсказывали скорую смерть, а они стали на ноги и до сих пор живы.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

   А начинала я свою «литературную деятельность» с того, что десять лет после смерти отца Александра записывала разговоры с ним своих знакомых. Набралось пятьдесят машинописных страниц. Когда я показала их одной женщине, она возмутилась: «Сплетни какие-то!» Тогда я тщательно отобрала воспоминания и разослала авторам для подтверждения их слов. В результате получилась небольшая подборка, которая и была опубликована в «Приходской газете» храма свв. Космы и Дамиана – это был мой храм в Москве.

***
    Прихожанка пожаловалась отцу Александру, что он уделяет им с подругой мало внимания. (Обе они были верующими с «большим стажем»).
    - Я приближаю к себе тех, кто не может идти сам.

***
    Отец Александр говорил:
    - За каждого человека, которого я крестил, я отвечаю.

***
    Отец Александр был на свадьбе неверующей пары. Он задал им вопрос: «Почему Церковь благословляет брак?»
    Муж потом говорил, что они с женой стали думать над этим вопросом, и так «коготок увяз».

***
    Одному художнику отец Александр сказал в разговоре:
    - Никто даже не подозревает, как Лука (евангелист) добр!

***
    Отец Александр говорил:
    - Утилитаризируйте! В каждой ситуации можно найти пользу для себя!

***
    Отец Александр показывал на лекции слайды. Коробка со слайдами опрокинулась, и слайды рассыпались. Зал ждал. Он сказал стоявшему рядом человеку: «На то воля Божья…» - и стал собирать.

***
    Один человек говорил о себе на исповеди:
    - Один шаг вперед – два назад.
    - Читайте Псалтирь, там про это есть…

***
    Молодой человек впервые пришел к отцу Александру:
    - У меня жизнь – отдельно, а вера – отдельно.
    - Это и есть шизофрения, «как и было сказано». (Цитата из «Мастера и Маргариты»).

***
    Женщина говорила отцу Александру на исповеди:
    - Если бы Вы знали, какие ужасные вещи он (ее муж)  выкрикивает! Что он убьет кого-то, зарежет…
    - Ну, так это же хорошо, что выкрикивает. Значит, не сделает…

***
    На одной из первых исповедей у отца Александра женщина говорила:
    - Может быть, нехорошо, что моя профессия не очень нужна?
    - А кто Вы?
    - Искусствовед.
    - Сказано, что Нимврод был сильным звероловом пред Господом. Если можно быть сильным звероловом, то можно быть и сильным искусствоведом пред Господом.

***
    Отец Александр спросил одну девочку:
    - Что бы ты сделала, если бы ты пришла в гости, и тебя там очень невкусно накормили?
    Она стала думать. Он помог:
    - Я знаю, ты воспитанная девочка, ты бы сказала: «Спасибо. Было очень вкусно». Но так надо и с Богом!

***
    О любви мужчины и женщины отец Александр говорил:
    - Что Вы чувствуете вот так? – и клал руку на руку человека. – Если ничего – значит, человек попросил у Вас хлеба, а Вы дали ему камень.

***
    Отец Александр говорил, что каноническая молитва для нас то же, что гаммы для музыканта – всегда нужны, чтобы не потерять форму. А музыка – это молитва своими словами.


***
     На занятиях молитвенной группы отец Александр сказал хозяевам дома, у которых «церковный стаж» был намного больше, чем у прочих присутствовавших:
    - Им расти, а нам умаляться…

***
    Прихожанин спросил на исповеди:
    - Как не бояться смерти?
    - Да полюбить ее!

***
    Отец Александр с одной прихожанкой зашли на рынок в Пушкино. Женщина в очереди перед ними пробовала творог. Батюшка обратился к ней:
    - Не кисловат?
    - Сами пробуйте! (грубо).
    - Я Вам всецело доверяю!

***
    Отец Александр ехал в электричке с несколькими женщинами. Подошел пьяный и начал приставать к женщинам. Батюшка встал и молча пошел на него, глядя в упор. Тот стушевался и ретировался.

***
    Муж одной женщины не выносил ее мать. Наконец, он отправился к отцу Александру, чтобы поговорить на больную тему. Вернулся довольный. Жена спросила:
     - Что сказал отец Александр?
     - Он сказал: «Ну, выкиньте ее в окошко!»
     (Ему сразу стало легче).

***
    За 8 дней до убийства отца Александра больная женщина говорила ему на исповеди:
    - Я сегодня едва доехала…
    - Надо, чтобы было трудно, надо. Иначе все это теряет смысл…


 


                Подписывавшийся АМен,
                а ныне - драгоценный камень
                в короне всех царей Царя,
                взирает тайно на меня -
                лежащий камень у подножья
                великого престола Божья.
МОЛИТВА

Письма

    Дорогой батюшка!
    Все ищу, как мне молиться о ближних. О Фриде сегодня молилась так: поставила себя на ее место, молилась как бы от ее имени.

    Дорогая Ира!
    Я думаю, что о Фриде Вам следовало бы молиться так же горячо, так же сердечно и искренно, как если бы Вы молились за свою сестру, мать, за себя саму, попавших в аналогичную ситуацию. Но совсем другое дело - "вообразить" себя Фридой, попавшей в такое большое искушение... Это чревато опасностью: можно незаметно впасть в очень тонкую "прелесть", как бы "перевоплотиться" в нее и затем невольно, постепенно принять в себя и ее заблуждения. Бес-то ведь всегда рядом с нами... "Итак, смотрите, - предупреждает нас в подобных ситуациях апостол Павел, - поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые".

Разговор
    Сегодня видела батюшку. Попыталась описать ему свою молитву за ближних.
   Вызываю в себе сильное желание, например, исцеления и при этом страшно напрягаюсь. Молиться очень трудно. Батюшка сказал, что трудность молитвы – косвенный признак ее правильности.
   «Не искусствен ли мой прием?» - «Молящиеся часто прибегают к различным приемам, чтобы поддержать молитвенное состояние, "горение" души: крестное знамение, поклоны, воздевание рук…».
   «Но в такой молитве есть некий магический элемент?» - «Даже святые чудотворцы-целители в той или иной форме использовали его, но при этом ясно осознавали, что исцеляет-то Сам Бог, а они – только Его орудие. И мы должны предавать больного в руки Божьи».
     Батюшка объяснил, что человек – колеблющееся существо, потому что душа постоянно испытывает влияние различных духовных сил. Вообще же он успокоил меня.  Моя молитва «отладится» со временем. Надо избегать крайностей: излишнего перенапряжения, с одной стороны, и холодности - с другой.
ПОДРУГА
«Прелесть»   
    Разговор коснулся Фриды, занимавшейся ранее каббалой и оккультизмом и ушедшей ныне из Церкви. Батюшка сказал, что она находится сейчас в состоянии "прелести" (духовного ослепления, обольщения), не может критически относиться к себе и правильно воспринимать все происшедшее с ней: полностью утратила контроль над своей душой, над своим сердцем. Но в том, что произошло, безусловно, есть ее вина: в какой-то момент она могла и должна была сделать правильный выбор, но не сделала, не захотела сделать.
Оккультизм
     Вообще же батюшка заметил, что спокойно относится к тому, что некоторые прихожане, недавно приобщившиеся к Церкви, интересуются оккультными учениями. Это, скорее, некоторого рода духовное "любопытство", свойственное в той или иной степени всем людям. Интересно же узнать, кем ты был в прошлой жизни, кем будешь в будущей… И вот, кое-кто из новообращенных питается на первых порах этой смесью туманного духовного опыта и чистой выдумки. Но церковная жизнь: участие в богослужении, влияние священника постепенно вытесняют все эти нездоровые явления из их духовной жизни. И принявшие христианство язычники в апостольские времена, и крещеные древнерусские язычники на четыре пятых оставались язычниками. Но это не помешало в дальнейшем распространению христианского учения и просвещению мира Светом Христовой Истины.
ВЕРА
    Видела батюшку в присутственный день. В начале нашего короткого разговора раздался телефонный звонок. Батюшке звонили по поводу встречи с русскими немцами. Потом он пояснил мне, что, в основном, это люди из Казахстана, Туркмении, приехавшие давно и по большей части не желающие ... учить язык. 
     Духовные беседы становятся для многих русских немцев чем-то тягостным и обременительным. Все их интересы в основном сводятся к вопросам материального благосостояния. Фактически они ничего не читают, смотрят развлекательные телепередачи и фильмы. «Насильно мил не будешь, это и о Боге…» Старшее поколение, те, кому под семьдесят, еще проявляют определенный интерес к Церкви, к духовным встречам, поскольку помнят своих бабушек и дедушек - католиков или протестантов. А молодые (не все, но многие) просто спят во время духовных бесед.
     «Увы, сейчас некоторые люди - не только в Германии и России, но и во всем мире - живущие без Бога, превращаются постепенно в умных "животных", - сказал батюшка. – Человека делает человеком его вера».

БЛАГОДАРЕНИЕ

Мелочи

    С утра думаю о том, что все до мелочей в моей жизни – Его подарок. Когда убирала кровать, благодарила за это свое ложе, за одеяло, за простыни. Когда из крана пошла вода, благодарила за воду, шампунь, полотенце. Благодарила за каждое дело: за чистку зубов, за еду, за уборку, за все, на что смотрели глаза и чего касались руки. Прекрасный день! И замечательно, что меня совершенно оставила всякая подсознательная тревога: если все от Него, о чем тревожиться? Потом пошла в магазин и с благодарностью смотрела на осенние кленовые листья: красные – мелкие и желтые – большие, на тую, которая приобрела в пасмурный день ультрамариновый оттенок, который я так люблю. И ни разу не подумалось, что рюкзак мой – тяжелый и иду я медленно, опираясь на палку… Но мне подумалось, что куртка, которую мне подарила со своего плеча подруга, очень удобная и красивая, а голова, не успевшая высохнуть после мытья, совсем не мерзнет под толстым платком. Как прекрасен дождь со снегом и, что бы сегодня ни случилось, - все будет хорошо…

                День молчанья и дождя,
                день святого счастья…
                Все к единству приводя,
                пронизал ненастье,
                нисходящий Элогим,
                Ты дыханием Своим.

Болезнь

    Конец дня был тяжелым. Болен сын моей подруги, и сегодня ему стало совсем плохо. Когда начала молиться, страшно заныла душа. Отнеслась к этому явлению как к призыву продолжить молитву.
     Впервые на меня навалилась тяжесть при мысли о близком человеке несколько лет назад. Тогда я молилась  полдня, а потом села за стол и сказала: «Пусть эта тяжесть будет за него…» И тут же, как будто невидимая рука стерла ее с сердца. Вскоре этот человек чуть не умер, но остался жив и выздоровел. Не знаю, какую роль сыграла в этом моя молитва.   
    Сегодня боль прошла постепенно, я отвлеклась. Последнее, о чем я попросила Господа: «Научи его любить Тебя».

БЛАГОДАТЬ

    Все в снегу, и я впервые чувствую такую же благодать, как двадцать лет назад. Кажется, св. Тереза Лизьезская писала, что радостные события всегда были связаны в ее жизни со снегом.
               
     Умер сын моей подруги. Странно, у меня такое ощущение, что я знала его, хотя никогда даже не видела…
«ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ…»
 Завещание
    Перед отпеванием увидела фотографию сына подруги – передали из Москвы. Глаза такие же, как у нее.
     Заваривала чай. Пока пили, Таня показала завещание Димы Багина, написанное батюшкой в детстве. Почерком ребенка, вчера научившегося писать, выведено несколько строчек: «Завещаю совершить мое отпевание в храме Иоанна Предтечи. Мои церковные книги, иконки и ладан после отпевания завещаю передать в храм бесплатно». Листочек сохранила мама.
     И батюшка вспомнил историю из своего детства, которая, как он сказал, напоминает, что рука Господня всегда с нами. Как-то они с мамой и отчимом ехали на отдых в поезде, и отчим сказал ему в дороге что-то очень обидное. Дима вылетел из купе, чтобы успокоиться, но обида вскипала внутри, и он решил вернуться, чтобы ответить. Открыл дверь и начал: «Как можно так унижать человека!..» И только после длинной возмущенной речи заметил, что перед ним незнакомые люди, застывшие при его появлении со стаканами чаю в руках. Он попал в чужое купе…
     Вылетел вон, побежал к себе и не выходил весь день от стыда. Замечательно, что все негодование на обидчика исчезло бесследно в тот же момент, когда оплошность обнаружилась.
Отпевание
     Молитва текла легко, как дышишь. Мне говорили, что это был прекрасный человек. Уже в начале Таня обернулась ко мне и сказала: «Он улыбается!» Посмотрела на фото - действительно, улыбка – как у живого. Молитва «Плачу и рыдаю…», с упоминанием червей и всего ужаса смерти, перемежалась с Обетованием блаженств, и все завершилось призывом: «Радуйтесь и веселитесь»…
    После отпевания батюшка сказал, что Господь принял его душу и поведет теперь Сам. «А без Него и в самом прекрасном месте скоро станет плохо, без Него и "покой" будет не в покой. Только с Богом и в Боге человек обретет после смерти истинное упокоение, радость и блаженство. И это, рано или поздно, ожидает каждого умершего».
                Он умер,
                песня замолкает,
                которую он пел.
                И тишина невольно приближает
                положенный предел.
                Но в вещем сне увижу я
                те заповедные края,
                где наша песня отзовется
                и где все то, о чем поется.
НЕВИДИМАЯ БРАНЬ
    В день рождения батюшки перед Литургией разгорелся острый конфликт между певчими. И в проповеди батюшка сказал, что бес не всегда мучит плоть человека. Есть одержимость, например, злобой, когда человек теряет контроль над собой и становится игрушкой темных сил.
     Батюшка объяснил мне потом, что эти внутренние нестроения, которые время от времени возникают у нас - признак, что все с нами благополучно. Это невидимая брань, которая присутствует во всяком месте, где дух жив. Раньше, как говорят, когда и народу в храме почти не было, в приходе была тишь да гладь.
     Ночью мне приснился сон, что я сделала замечание зачинщице нашего нестроения. Она набросилась на меня и хотела задушить. Кажется, в целях самообороны, задушила ее я. Сестра Христина рассказала сон батюшке, и он заметил, что сон вещий: в мистическом плане, я ее, действительно, победила.
ЛУКАВЫЙ

    Дорогой батюшка!
    Простите, что - с такой ерундой, но мне приснился сон, который меня беспокоит. Сначала была мама, совсем молодая. Улыбнулась и ушла. Потом появился папа, тоже молодой. Я ему говорю: "Какая мама молодая, и ты молодой!" Он говорит: "Да, вот ты думаешь: наденем чистые рубашки!" (То есть – все будет хорошо). Я пошутила: "А что, будем ходить без рубашки?" И вдруг он выбросил вперед руку, и когтистая лапа вцепилась мне в лицо.
    Я тревожусь...

    Дорогая Ира!
    Не смущайтесь: ведь нам известно, что бес может являться нам в самых разных "ипостасях", иногда, как говорит апостол Павел, даже в виде "ангела светла".
Я помолюсь сугубо о Ваших маме и папе. Да упокоит Господь их души!

ВЕРА
    Видела батюшку в присутственный день. Короткий разговор коснулся веры. Меня поразило, что, по его словам, неверующий священник - явление не такое уж редкое.  Спросила: «Как же такое может быть?» - «Они просто "работают"». Батюшка сказал, что отец Петр Гнедич, бывший духовным сыном отца Алексея Мечева, говорил, что священник без Бога – это чудовище.
     Замечала, что, когда батюшка служит, иногда бросает быстрый взгляд на молящихся. И  сегодня он сказал, что кое-кто из прихожан, чувствуя, что на них смотрят, начинает воздевать глаза к небу и всячески демонстрировать свою молитву. «Играют в молитву…», - сказал батюшка, печально рассмеявшись.
СВЯТОЙ ИОАНН ПАВЕЛ II

    Батюшка прислал материал на английском о потрясающем событии, которое произошло в 1981 году, когда на папу Иоанна Павла II было совершено покушение. В тот момент, когда он падал на землю, женщина, появившаяся неизвестно откуда, подбежала к нему и обняла. После этого она исчезла. Но на одном из снимков, который был тогда сделан, видна Матерь Божия, обнимающая папу. У него искажено от боли лицо, а Женщина одета в старинное покрывало.
     Папа пришел в себя и попросил свои четки, которые всегда носил с собой. (Как-то он говорил, что Розарий – его любимая молитва). Ему дали четки, и он сказал, что Пресвятая Владычица направляла пули, проходившие сквозь его тело. И, действительно: не был задет ни один жизненно важный орган.
    Изображение на снимке было тщательно исследовано и эксперты пришли к выводу, что это не подделка. Папа долгие годы скрывал  снимок.
     Я, всегда любопытная к внешности, рассмотрела лицо Богородицы. Оно довольно характерное, далекое от античной красоты. Очень теплое.

 


                Пресвятая Владычица,
                близко от сердца
                Ты открываешься
                тайною дверцей,
                где раздадутся едва
                детской молитвы слова.

МЕДАЛЬОН

    Приехала сестра Христина и привезла мне медальон Пресвятой Владычицы. Это, действительно, тот самый, который был у меня когда-то в Москве. Но теперь я надевала его с трепетом. При этом помолилась о себе: о ноге, - чтобы не подвела меня в делах, о своих «Камушках», о молитве… И теперь, когда вспоминаю о медальоне, радость охватывает меня.

ИСПОВЕДЬ

Холодность   

     Мало кого в жизни боюсь потерять. По-видимому, в этом сказывается моя холодность и нелюбовь к людям. Батюшка ответил, что так живет большинство. Хорошо, если нет ненависти и вражды. Крепкая душевная привязанность соединяет нас с несколькими людьми, а к остальным мы довольно равнодушны. Только Господь горячо любит каждого,  у нас же это возможно только по благодати. И только приближаясь к Господу, мы приобщаемся Его любви к людям.
   
Литургия   

     Не могу сосредоточиться в церкви, жду конца службы. И тут батюшка сказал нечто для меня неожиданное. Нам мешает пробиться к Господу во время богослужения и после причастия то черное облако, которое лежит на всем нашем мире. «Мир во зле лежит». Если мы чувствуем благодать после причастия, то это особое благоволение Божие. Это поддержка, а не признание наших заслуг.
   
    В заключение батюшка посоветовал перечитать 5 и 6 главу от Матфея и поделился своей радостью. Русские немцы вдруг "проснулись". В прошлое воскресенье, когда, после службы и Агапы, он рассказывал им о Рождестве, они ловили каждое слово. Он даже углубил свой рассказ по сравнению с намеченным ранее. Присутствовало около пятидесяти человек, тогда как обычно бывает пятнадцать. Батюшка счастливо улыбался.

НАКАНУНЕ РОЖДЕСТВА

Смешной «камушек»

    На сегодня объявлен конец света. Сестра Христина говорит, что за тысячу евро продаются места в бункерах. Некоторые ее знакомые запаслись сахаром и крупой. Она спросила одну знакомую, как она представляет себе это событие. Та ответила: «Везде отключат электричество, станет производство, может быть, где-то в Африке упадет метеорит». А мне позвонил вчера знакомый старичок и посоветовал не выходить на улицу – опасно…

Печальный «камушек»

    Разговоры с этим старичком всегда печалят меня. Несколько лет назад умерла от рака его жена. В последние месяцы я регулярно ее навещала, привозила вареную рыбу – у нее был рак печени. Разговаривали о Боге, она впервые прочла Евангелие. Но незадолго до ее кончины, когда она уже лежала в хосписе, мне как-то стало очень тяжко после очередного посещения. Возможно, уже тогда начинался мой синдром хронической усталости. И я испугалась, я ее бросила… До самой смерти не посетила больше. Звали ее Фаина. Это была совсем простая, но удивительно умная, тонкая и чуткая женщина.

Свидетельство

    В середине дня раздался неожиданный звонок. Пришли две женщины, представились: «От христианского сообщества». Пригласила в квартиру. «Какое сообщество?» – «Свидетелей Иеговы». И я «завяла». У меня почти суеверный страх перед этой сектой. И я согрешила. В продолжение всего разговора чувствовала острую неприязнь к ним. И, возможно, по этой причине в споре не смогла дать правильный ответ. Он пришел в голову, когда дверь за ними закрылась.
     Я показала им Символ веры и спросила, согласны ли они с тем, что там написано. Оказалось, они не верят в Троицу - не признают Личностью Святого Духа. «А что такое Святой Дух?» - спросили они. – «Сила Божия». – «Отец рождает Сына. Женщина рождает ребенка. Это две личности. А та энергия, которую она вкладывает – это ведь не личность!» Когда дверь закрылась, я пожалела, что не нашлась ответить, что рождение Сына нельзя сравнивать с родами женщины. Это духовный мир. В духовном мире все личностно.
 
Письмо

    Дорогая Ира!

    Действительно, пост - очень сложное, но, одновременно, и очень благодатное время. Как правило, Господь дает нам в эти дни возможность углубиться в себя, увидеть как бы со стороны. Именно в это время мы особенно остро осознаем в себе недостаток любви, веры и милосердия и нам тогда вновь дается Им шанс измениться, вылечиться от своих духовных недугов, стать ближе к Нему...
    С наступающим Вас Светлым Праздником!

НЕОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ

     Давид приезжает только в шесть вечера, а у меня уже все приготовлено и передо мной абсолютно свободный день. Испугалась, что оскорблю Его праздностью, и на молитве попросила прожить этот день в Его славу. Неожиданно забрезжила идея провести его по Франциску Сальскому – как последний в жизни.
    После утреннего правила я прибираюсь. Но сегодня меня оставила обычная торопливость. Переделывала все дела с наслаждением, с нежностью. Каждое движение доставляло радость. Наверное, потому, что я прощалась… Марина Цветаева писала, что «пролюбила все расставанием».
    Неожиданность поджидала и на молитве с Давидом – он молится Иисусовой молитвой у себя, а я за батюшку, за него, за Илюшу и болящих – у себя. Вдруг почувствовала, что оставляю их всех. Испытала такую любовь к людям, которой никогда не испытывала.
    Потом мне вспомнились слова одной монахини из фильма Авигеи, которая говорила, что проживает каждый день как последний. Поэтому всегда, уходя из кельи, тщательно ее прибирает: а вдруг она в уже в нее не вернется. И я решила посвятить день уборке. Но начала с фотографий. Сестра Христина привезла мне батюшкины фото, и они лежали, вложенные в книжку. Начала перекладывать их в альбом. В этот альбом я никогда не заглядываю - не люблю фотографий. Но тут решила его почистить. Передо мной прошли картины моей жизни. Наслаждалась, вспоминая прошлое, с которым теперь расстаюсь. В перерывах, уходя покурить, благодарила Господа за то, что прокурила всю жизнь, и это всегда доставляло мне радость. Успела немного: «разбила» хроническая усталость, и я легла. Но ощущение торжественности последнего дня не оставляло меня. Подумала, что, чаще буду прибегать к этому средству, особенно, в суете, в раздражении. Жизнь – это священнодействие!
   Но к вечеру, после похода в магазин, когда я с грустью смотрела на небо и деревья, когда стемнело, мысль о последнем дне стала мне трудна. На душу легла тяжкая печаль. Только Лик Туринской плащаницы, полученный мной чудесным образом, утешал меня.

   Отправила батюшке отчет о своем эксперименте и получила ответ:

   Дорогая Ира! Очень хороший эксперимент Вы проделали, и он Вам вполне удался. Прибегайте к этому средству время от времени: оно - проверенное, и оно, действительно, помогает...

ЛИТУРГИЯ

Озарение

    Сегодня – радость. Странное ощущение пришло в середине Литургии. Будто молитва совершается не внутри меня, а вовне - надо к ней только присоединиться. Почувствовала священнодействие так, как бы души или невидимые силы участвовали в нем, и оно отдавалось в моем сердце. Думаю, что, наконец, это настоящее участие в богослужении.
     Меня всегда смущало, что Литургия проходит мимо меня и лишь мешает моей индивидуальной молитве: о батюшке, о моих… Только в самые важные моменты она что-то давала.
    
     Дорогая Ира!
     Ваше ощущение - это, на самом деле, озарение свыше, это осознание, восприятие высокой истины о том, что такое Литургия по своей сути - это совместная молитва земной и Небесной Церкви, совместное участие в Жертве Благодарения. Наш голос при этом сливается с бесчисленным сонмом молящихся небожителей: "едиными усты и единым сердцем" мы прославляем, славословим нашего Спасителя и Господа ...

                Тьмы веков и сотни голосов
                здесь почили.
                Утаен, невесом
                плеск их крылий.
                Полыхает алтарь
                перед Богом,
                и прощенный мытарь
                в ладе строгом
                обретает вновь свою душу.
                И того не слыхали уши,
                что таится в едином сердце
                у молящихся единоверцев.
 
ВЛЮБЛЕННОСТЬ

    Дорогой батюшка!
    Одна моя подруга мучается раскаянием: она влюблена в своего духовного отца и не может заставить себя признаться ему в этом на исповеди. Что Вы посоветуете?

   
    Дорогая Ира!
    Скажите Вашей подруге, чтобы она не пугалась своей "влюбленности". У многих женщин - духовных чад того или иного духовного отца - возникает это чувство. Это - женская природа, и тут, как говорится, уже ничего не поделаешь! Порой, хотя и значительно реже, такая "влюбленность" в своего духовного отца возникает и у мужчин.
 
    Женщины, которые служили Христу всем, чем могли, и повсюду за Ним следовали, были тоже "влюблены" в Спасителя, но эта любовь была чистая, возвышенная, сублимированная. Так же и апостолы: едва ли они во время земной жизни Спасителя глубоко вникали и понимали суть Его Учения. Но они отреклись от всего в этом мире из-за своей любви ко Христу. Да, они были тоже "влюблены" в Него, и доказательство чего является тот факт, что они все ради Него оставили: жен, детей, дом, работу...
 
    Такая "влюбленность" была и у многих святых женщин, да и мужчин тоже, уже в более позднее время. Вспомните священномученика Игнатия Богоносца, святителя Василия Великого, св. Терезу и многих-многих других. Безусловно, в этой "влюбленности" не было ничего страшного, не было никакого греха! Важно только при этом не допускать плотских, блудных помыслов, а если они возникают - сразу же отсекать их и исповедоваться.
 
    Итак, да не будет с Вашей подругой того, о чем писал Псалмопевец: "Там убоятся они страха, где нет страха".

ПРОМЫСЕЛ

    Видела батюшку в его присутственный день. От короткого разговора остались в памяти его слова: Промысел ведет каждого человека - даже без его воли, если он не доверяется. Косвенными путями. Совсем рядом может пролегать прямой путь, но человек далеко не всегда желает им идти. И вот, идет кружными… Некоторые святые говорили, что даже сатана спасется в последние времена. Ничто, созданное Богом, не должно погибнуть.
    Когда-то батюшка говорил мне, что мое нынешнее благодатное состояние закончится, и теперь я спросила об этом. Батюшка сказал, что это, как любовь в браке: сначала пламенная любовь, потом горячая, а потом – просто любовь. Но тогда надо прилагать все усилия, чтобы не остыть совсем. Люди переживают различные фазы в отношении к Богу. Так было и с Бердяевым, и с Достоевским. Иван и Алеша Карамазовы отражают фазы отношения автора к Богу.
    Батюшка точно описал мое нынешнее состояние: все люди кажутся мне добрыми, а к чужим грехам я отношусь как к детскому неразумию. «Так же, - сказал батюшка, - относится к людям и Господь».
    Потому что все должны спастись. Трудно себе представить, что кто-то будет после смерти в блаженстве, а его отец или мать будут страдать. Что это будет за блаженство? Но мы будем и там помогать нашим страдающим ближним  (притча о луковке, которую рассказывала Грушенька из «Братьев Карамазовых»), и ждать, когда все мы окажемся вместе.

               
                Берег туманный
                вдали обозначился -
                брат мой названный...
                Скоро опять
                вдалеке ты растаешь
                братьев любимых
                покинутой стаей.

МУЗЫКА

    Батюшка прислал прелюдию и фугу Баха в собственном исполнении, и я выразила ему свое восхищение.

    Спасибо Вам, дорогая Ира! Бах для меня сейчас - совершенно новая эпоха в моей духовной и музыкальной жизни. В молодости я был к нему совершенно равнодушен, в зрелости тоже, и вот только сейчас (к старости) он открылся мне и... покорил меня!

    А на днях батюшка прислал сонату Бетховена. Мои столкновения с музыкой Бетховена были случайными, но оставили глубочайшее впечатление. В первый раз – на уроке в школе, где нам давали слушать Аппассионату – любимое произведение Ленина. Именно на этом уроке меня впервые поразила серьезная музыка. Потом были отдельные передачи по радио. И вот теперь – эта соната. Батюшка написал о Бетховене:
 
     Трудно описать музыку Бетховена, так же, как и его личность. Он был такой одинокий, несчастный, трудный для окружающих, но какая же красивая, чуткая, трепетная и нежная была на самом деле его душа...

    Ничье исполнение, как мне кажется, не выявляет так райскую природу музыки, как батюшкино. Был ли до него музыкант –  такой же великий молитвенник и духовидец? При одной из наших первых встреч, когда я еще совсем не знала батюшку, он сказал, что музыка способна выразить больше, чем слово.

                Что было мне
                в мгновенье том?
                Чей ангел
                зацепил меня крылом?
                Одна лишь эта музыка могла
                коснуться мановением крыла.
               

«СНЯТИЕ С КРЕСТА»

     Женя принес для молитвы Розарием несколько икон, и мы развесили их у меня. Как хорошо жить с иконами! Это репродукции не очень хорошего качества – годов шестидесятых, как сказал Женя, - произведений «золотого века» иконописи.
     На следующее утро обнаружила, что одна - совершенно изумительна. «Снятие с креста». Как бы переломленное назад тело Христа. Спасителя обрамляют поддерживающие Его со всех сторон фигуры Никодима, Иосифа Аримафейского и Марии Магдалины.  Богородица приникла Своим Ликом к Его запрокинутому Лику. Сколько здесь любви!
     Мое внимание, как всегда, приковали ступни. Эти абстрактные прямоугольники стопочек на иконах всегда вызывают умиление.
   
                Зарыться лицом в солому
                оставленного без дома,
                и дерево обнимать,
                пока обнимает Мать
                Сына, с него снятого.
                Неслышно за Ним пройти,
                не приближаясь в пути,
                лишь ждать: Он приникнет Сам
                к сердцу, в ответ слезам.

СОН

    Утром приснился странный и неожиданно радостный сон. В нем мне вдруг страшно возжелалось смерти. Как трудно мне с ногой, с синдромом… Как трудно жить!.. Мне показалось, что уже поднялась температура, и я обрадовалась. Взмолилась Господу о смерти, и – проснулась.
    Замечательно, что желание смерти, как возвращения домой, как освобождения, осталось после просыпания.

    Дай Бог Вам поскорее восстановиться, дорогая Ира!
    "Как трудно мне с ногой, с синдромом… Как трудно жить!.." - пишите Вы. Но ведь это и есть Ваш крест, который Вы несете. Я много говорил об этом в своей последней проповеди в Неделю Крестопоклонную. Дай Бог Вам нести крест с терпением и радостью...

    Как странно подчас бывает, что мы молимся Господу, прося Его избавить нас - по сути дела так получается - от креста, который мы несем. Мы не хотим его нести, нам удобнее жить беспечно, легко. Но, чем легче, беспечнее, беззаботнее наша жизнь, тем дальше мы отстоим от Христа, от пути, ведущего к Нему. Мы уходим назад. Только через трудности,  страдания, болезни, искушения, мы вступаем на путь, ведущий прямо к Нему.
     Великий русский писатель, Федор Михайлович Достоевский устами старца Зосимы из «Братьев Карамазовых» говорил: «В Боге ищите свое утешение». Это, действительно, так. Когда нам тяжело, когда нам скорбно, Христос - рядом с нами. И, если мы убедим себя, что мы следуем путем Христовым, несем тяготы этой жизни, как бы уподобляясь Христу, как бы беря на себя маленькую частицу Его Креста, мы почувствуем, что, действительно, Он рядом с нами,  почувствуем радость Его присутствия, силу преодолеть скорбь, искушение.
      Тогда станут нам понятны слова апостола Иакова, которые у многих часто вызывают недоумение: «Радуйтесь, когда впадаете в различные искушения». Радуйтесь! Потому что Господь рядом с вами. Потому что так  легче всего установить контакт с Ним, терпеливо неся скорби и болезни, перенося искушения, побеждая их, встать на путь богоуподобления.
   
МЕЛКИЕ «КАМУШКИ»

Поклоны

    Пришла в храм с двумя костылями. Батюшка, увидев меня, рассказал об одном архиерее. Он был уже очень стареньким и, кажется, перенес инсульт, но продолжал класть земные поклоны на молитве Ефрема Сирина. Каждый поклон занимал несколько минут. «Это как раз то, что угодно Господу», - закончил батюшка.

Лампады

    Батюшка в пустом храме перед Литургией зажигает лампады. Показывает рукой: «Когда они не горят – храм мертвый, а как зажгутся – жизнь затепливается».

Благодать

    Спросила батюшку перед Литургией, как он себя чувствует. «Задыхаюсь несколько дней, сегодня не спал…»
     Вечером сказала по телефону: «Вы прочли такую длинную и прекрасную проповедь…» - «А я ничего не чувствовал. Уже когда пришел домой, понял, как я устал».

Путь

    Батюшка заметил, что часто в начале христианского пути Бога принимают лишь как помощника в делах, «делового партнера». Но потом отношения углубляются.

Антисемитизм

    Батюшка говорил, что самые отъявленные антисемиты находятся иногда среди евреев. У отца Александра Меня была прихожанка-еврейка, очень образованная, специалист по греческому языку, которая помогала ему в составлении Библиологического словаря. И вот, уже после его смерти, она попала в антисемитскую среду и сделалась отчаянной антисемиткой. Поливала отца Александра грязью. Она была уже очень старой, дети были в ужасе…
    Смешной случай. Батюшка знал одну семью. Маленький сын ходил в детский сад, где был влюблен в девочку. Возвращается однажды домой, на глазах – слезы. Молчит. Наконец, матери удалось его разговорить. «Я же собирался жениться на Розе…» - «Ну, да, когда вы вырастете…» - «Но, представляешь, она оказалась пархатой жидовкой!» Мама сказала ему: «Ты уже взрослый, и я хочу сказать тебе, что ты, и папа, и я – евреи». Видимо, воспитательница в детском саду была антисемиткой…

ИКОНА

    В храм принесли мироточивую икону Божией Матери. После Литургии ко мне подсела мама Алеши-дауна и рассказала, что, когда после родов он чуть не умер и лежал в реанимации, ей подарили бумажную иконку в рамке. Через некоторое время она почувствовала в комнате аромат. Иконка до сих пор мироточит. Я заметила, что это Божие благословение. Она ответила: «да», имея в виду иконку. А я имела в виду Алешу.

ИСПОВЕДЬ

    Равнодушна и холодна к людям. Жадна до похвал и обижаюсь на критику. Впала в панику по поводу ухудшения здоровья после посещения врача.

Гордость
   
    Батюшка напомнил мне высказывание преподобного Макария Великого, которое он приводил в своей недавней проповеди: "совершенные духом - как мертвецы на кладбище: хвалят их или ругают – они молчат и никак не реагируют на это".

Равнодушие
   
    О нелюбви к людям заметил, что мое равнодушие и холодность – от скуки. Разговоры с людьми кажутся мне неинтересными, недуховными. Но ведь Господь несравненно выше нас, а Ему не скучно с нами, Он входит во все наши дела и интересы. Он относится к нам, как к неразумным детям.  Люди, которые работают с детьми, стараются быть на них похожими. Апостол Павел писал, что он «для всех сделался всем», и потому «с немощными был, как немощный, чтобы приобрести хотя бы некоторых». И у меня не должно быть чувства презрения к людям, которые мне кажутся недостаточно верующими, менее интеллектуальными, чем я. Чтобы помочь им найти Бога, найти истинный смысл  жизни, я должна как бы опуститься до их уровня - интеллектуального или духовного. Каждый человек послан нам не случайно. Каждому мы должны дать что-то и что-то получить от него.

Тревога
   
    О здоровье батюшка заметил, что Господь пошлет мне то, что для меня лучше.
   
   Особенно запомнились его последние слова: «С нас спросится не столько за грехи – грехи Господь взял на себя – сколько за то, что мы не делали доброго. И бороться надо, в первую очередь, с ленью».

НИК ВУЙЧИЧ

    Батюшка прислал фильм о Нике Вуйчиче, человеке, который помог сотням тысяч людей найти Бога.
    Ник благодарит Создателя, что не имеет рук и ног – именно поэтому Бог сделал его своим орудием. Обращению способствовал, в частности, эпизод из Евангелия от Иоанна об исцелении слепорожденного. Ученики спросили Господа: «Кто согрешил - он или родители его, что родился слепым?» - «Не согрешил ни он, ни родители, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии». И мама Ника сказала ему в отрочестве, что Бог обязательно будет его использовать.
     Ник Вуйчич пережил долгие годы искушений, когда он не мог смириться с волей Божией, даже пытался покончить с собой. Но он всегда обращался к Богу и был с Ним искренним. Он спросил Бога: «Зачем ты лишил меня рук и ног?» А Бог ответил ему: «Ты мне доверяешь?» Он ответил вопросом на вопрос.
     И пусть я не знаю, что ожидает меня в моих нынешних непростых обстоятельствах, но, что бы ни случилось, надо доверяться Богу – у Него Свой план…

                Есть миг внезапный в человеке:
                в лице мелькнут моря и реки
                и ветра радостный порыв,
                который мы, не уловив,
                в своем унынье погребаем,
                как в памяти Ерушалаим.
БАТЮШКА

    Временами так явственно чувствую, как батюшка за меня молится. Вот сегодня вечером, в течение получаса – такая радость духовная!

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

    Прошло семь лет со дня несчастного случая, когда я стала инвалидом. С тех пор отец Александр выпал у меня из памяти и из сердца. Я как-то спросила его во сне: «Батюшка, почему я Вас забыла?» - «Но это же хорошо, это достойно такое забыть…». Но я чувствовала, что - нехорошо. Иногда молилась о том, чтобы вспомнить его. И вот сегодня вдруг он ожил для меня на короткое время, как был жив в душе в течение двадцати лет моих мытарств. Посещение отцом Александром моей души вселило новую надежду. И мне вспомнилась недавняя проповедь отца Мартирия, где он говорил о надежде:

    Интересно, что Иоанн Лествичник называет надежду дверью, ведущей к вере. Если у человека нет надежды – христианской надежды, то вера и любовь его разрушаются. Надеждой человек живет, совершает свой трудный, крестный путь. Поднимается к Богу, все выше и выше, надеясь, что, рано или поздно, он получит награду за свои труды и подвиги: истинную любовь к Богу, прежде всего, и соединение, единство с Ним. А больше ведь ничего и не нужно… Когда человек в Боге, с Богом, он достиг полноты жизни, ибо Бог есть Путь и Истина, и Жизнь.

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ БАТЮШКИ

    Сегодня видела батюшку. Он вдруг спросил, кто написал «Вечерний звон». Вспомнила, что Иван Иванович Козлов. Всплыли в разговоре последние тяжкие годы Козлова, когда он был парализован. Батюшка сказал, что материально семью поддерживал Василий Андреевич Жуковский. Оказалось, что в молодости батюшка написал романс на стихотворение Козлова «Молитва». Я попросила прислать. Батюшка прислал и текст, который не выходит у меня из головы:

 Прости мне, Боже, прегрешенья
И дух мой томный обнови,
Дай мне терпеть мои мученья
В надежде, вере и любви.
 
Не страшны мне мои страданья:
Они залог любви святой;
Но дай, чтоб пламенной душой
Я мог лить слезы покаянья.
 
Взгляни на сердца нищету,
Дай Магдалины жар священный,
Дай Иоанна чистоту;
 
Дай мне донесть венец мой тленный
Под игом тяжкого креста
К ногам Спасителя Христа.

    Дорогой батюшка!
    Слушаю и слушаю Ваши романсы. Не только мелодия прекрасна, но поражает интонирование стихов. Вы замечательно передаете смысл текста в музыке. Не столько даже передаете, сколько неизмеримо обогащаете. А «Соловей», ничем не примечательный поэтически, просто заблистал!

    Все пытаюсь постичь тайну батюшкиной действенной молитвы. Заметила, что не только молитва, а любое написанное или произнесенное батюшкой слово всегда успевает пройти через его сердце. Мне кажется, это чувствуется и на бумаге. Его, даже простые, строчки всегда переполнены смыслом, его оттенками. Батюшка ничего не делает приблизительно, машинально. Но более всего это относится к молитве. У меня в ушах стоит: «Боже, милостив буди мне грешному!» Эта боль сердца… И - никакой оглядки на себя.

БОЛЬНИЦА

    Я дома и благодарю Господа, что опять здесь. Как прекрасно иметь свой угол, родной угол! Только что вернулась из больницы. Попала туда с гипертоническим кризом. Мой синдром хронической усталости оказался, отчасти, гипертонией.
    Что меня удивило в эти полтора дня, пока я пробыла в больнице? Садик, где в начале первого дня молиться было легко, как дома перед Ликом Плащаницы. Подумала даже, что научилась, наконец, молиться. Поразило, что совершенно не молилась и забыла Бога в процессе прохождения всех обследований, всех разговоров. И совсем не от беспокойства за свое здоровье – батюшка уже предупредил меня, что все будет хорошо. А просто от напряжения при необходимости вписаться в ситуацию и все сделать правильно.
    Запомнилась молодая медсестра –монашка-индуска. С очень твердым характером, но полная искреннего сочувствия к пациентам. Работала она спокойно и весело. Трудно было себе представить, что она может придти в раздражение, что довольно часто бывало с медсестрами-немками. Запомнилась Месса, которую посетила в больничной капелле, где присутствовали четыре молодых монашки-индуски и несколько пожилых монашек-немок. Пели они, включая старух, необыкновенно чистыми голосами.
    Но, когда я вернулась домой, мне показалось, что теперь я легко перенесу все испытания, лишь бы не казенные стены и суета.

БИБЛИЯ

    Дорогой батюшка!
    Подумала, что Господу неугодно было одно мое дело. И я открыла наугад Библию. Прочла: "Радуюсь, что во всем могу положиться на вас". И я вспомнила об одной вещи, о которой забыла спросить Вас: можно ли открывать Библию?
    Когда много лет назад я потеряла благодать, я попросила молитвенную группу помолиться обо мне, возложив на голову руки. Так и сделали. Потом мне говорят: "Ну, открой теперь Библию". Я открыла: "И исполнились все Духа Святого". Но благодать не вернулась.
    Когда захотела бросить курить, я открыла Библию и прочла, что надо бросать. Пошла, покурила и поняла, что бросить не смогу. Открыла снова: не бросать. И так в зависимости от моего желания: бросать - не бросать. У меня начала "подъезжать крыша". Пошла на молитвенное собрание. И там одна девушка рассказала мне свой вчерашний сон. Отец Александр преподает им в классе какой-то предмет. И вдруг кто-то встает и начинает читать Евангелие. И комната начинает качаться, как лодка на волнах. А отец Александр кричит: "Стойте, так нельзя!" И качка прекращается.
   Потом я еще раз попробовала открывать Библию наугад в тяжелый период, в момент ссоры с Давидом. Тут было еще страшнее. Всякий раз, когда открывала, я прочитывала свою мысль. Все это шло параллельно с Давидовым криком (он не обращал внимания на то, что я открываю книгу). Это был один из самых тяжелых моментов моей жизни.

    Дорогая Ира!
    Очень хорошо, что Вы спросили меня об этом...
    Я знал много людей, которые использовали эту практику - открывать Евангелие или Библию, чтобы узнать Волю Божию, убедиться в том, что они идут по верному пути. У некоторых же дело впоследствии доходило то того, что они подобным образом выясняли: "покупать им некую вещь или нет", "пойти ли к врачу" и даже "куда задевалась пропавшая сковородка".
    Практика "раскрыть Священное Писание и найти в нем подтверждение и благословение свыше на то или иное дело" применялась в истории Церкви чрезвычайно редко и применялась в каких-то экстраординарных обстоятельствах. Например, когда ученики Христовы после Воскресения Спасителя выбирали 12-го апостола (вместо отпавшего Иуды). Применялась она в определенных обстоятельствах и Церковью, и некоторыми святыми отцами, подвижниками. Но все это было чрезвычайно редко и было скорее исключением, чем практикой. В противном случае данная практика, в конце концов, превращается просто в элементарное гадание - утонченное, "благородное", "христианское", но всего лишь гадание... И бес непременно посмеется над таким гадальщиком или гадальщицей, как это было и с Вами, когда Вы хотели узнать: "Бросать курить или нет". Через раз Вы получали совершенно противоположные, взаимоисключающие "ответы свыше": то "да", то "нет".
    В нашей жизни Воля Божия открывается нам естественным путем, но всегда открывается: либо через людей, либо через нашу совесть, либо через обстоятельства. Если мы хотим ее узнать и исполнить - будьте уверены: мы не "проглядим" и не "прослушаем", но обязательно узнаем, что хочет от нас Господь в той или иной ситуации.

    Дорогой батюшка!
    Старец Силуан рекомендовал, как можно чаще узнавать волю Божию таким способом: спрашивать три раза в молитве и - как сердце подскажет. Я не различаю четкого ответа и начинаю переспрашивать. И опять - ответ различный.

    Дорогая Ира!
    В таких случаях обратитесь ко мне: я - Ваш духовный отец, Вы - мое чадо во Христе. Через меня Господь всегда даст Вам нужный ответ...
      
ПАПА

    Шла по улице, и вдруг мне представилось, что рядом со мной идет Он. Он мой Отец, и я держу Его за руку. Я говорила Ему, как ребенок: «Посмотри, это цветы, которые Ты создал! Как красиво!» Я показывала Ему все, я говорила: «Я иду плохо – я ребенок».
    Шла на автозаправку за хлебом. Там меня встретил продавец, очень нелюбезный всегда со мной. Объясняла себе это моим плохим немецким и всегда боялась этого продавца. Но сейчас у меня был мой Покровитель, мой Папа, и я улыбалась продавцу лучезарно. И он мне тоже улыбался.

                Полет пушинки
                повторяет взгляд
                лишь два мгновения подряд -
                проступят, светлы и легки,
                на свитке жизни две строки.

ИСПОВЕДЬ

Смирение
     Перед исповедью  был короткий разговор. Говорили о различных проявлениях в нашей жизни гордости, тщеславия и о смирении. В качестве примера батюшка упомянул о том, как многими молодыми людьми переживаются четверки вместо пятерок, и вспомнил эпизод из своей семинарской жизни. На экзамене по гомилетике отвечали очень плохо. Были, в основном, украинцы, плохо говорившие на русском языке, не знавшие предмета. Преподаватель был снисходителен, ставил тройки и четверки с минусом. Батюшка учился очень хорошо, предмет знал отлично. Когда зачитывали оценки, и ему было поставлено три с минусом, он не поверил своим ушам. Пытался выяснить у преподавателя, почему такая оценка. Тот ответил: «Вы монах – надо смиряться. Если бы знали предмет лучше – была бы другая оценка». – «Нельзя ли пересдать?» - «Нет». – «Но почему три с минусом?» Преподаватель молча открыл ведомость... а там стоит пять с плюсом! Батюшка сказал, что это была типично семинарская шутка.
     Но далеко не только шутка: это был и своеобразный экзамен "по монашескому смирению", который на тот момент, увы, молодой игумен не сумел "выдержать"...
Смерть
    Мысль о смерти вызывает у меня уныние. «А отчего Вы унываете?» - «От неизвестности». Батюшка ответил, что это естественно. Когда мы стоим перед закрытой дверью, не зная, что за ней, и надо войти, мы тревожимся. Я добавила: «И не хочется терять все здешнее» - «Да, - ответил батюшка, - но все это: и природа, и музыка есть там, и даже в более совершенной форме. Мы ничего не теряем, только приобретаем». Мы не знаем, о чем молимся, когда просим Господа продлить жизнь умирающего. «Не видел того глаз, не слышало ухо, что уготовал Господь любящим Его».
 Почувствовала облегчение…
Кротость
     Не хватает кротости в общении с Давидом. Он «пилит» меня иногда целый день, и я не только защищаюсь, но и нападаю. Батюшка спросил, что я при этом испытываю: раздражение, обиду? Обиды у меня нет, потому что Давид меня любит, но испытываю страшное раздражение. Батюшка ответил, что это естественно. Давида надо останавливать, и дело здесь не в недостатке смирения, если нет обиды и осуждения.  Господь гневался, когда изгонял торгующих из храма. И апостол говорит: «Гневаясь, не согрешайте». Значит не всегда гнев – это грех.
Лень
    Лень. Стремлюсь поскорее закончить все дела, чтобы расслабиться. Батюшка сказал, что мы здесь на войне. Враг только и ищет способа, чтобы нас уловить. И все, что мы не сделаем, будет им использовано. Отдыхать же мы будем «там».
    В заключение батюшка еще раз призвал меня не расслабляться, но всегда быть мобилизованной. Солдаты в армии встают в пять утра, терпят холод и голод, но знают, что это продлится два года. У нас это длится семьдесят лет, но надо терпеть.

ПРАВДА

     Сегодня праздновали двадцатисемилетие рукоположения батюшки. Сестра Христина  сказала вчера, что его десять лет не рукополагали, и он служил дьяконом – тогдашняя коммунистическая власть не давала согласие на его посвящение. Отец Димитрий - духовный сын отца Мартирия - в своем поздравительном слове упомянул этот факт, но не назвал его причины. После службы пели «Многая лета», и чувствовалось, как все мы – хотя людей сегодня было не так много – любим батюшку.
    На Агапе читали благодарственное поздравление. В ответ батюшка пошутил: «Всегда говорите мне только правду!» И заговорили о хвалебном слове патриарха Кирилла Путину. А ночью батюшка прислал очень смешной клип, о котором шла речь во время Агапы.          
    Патриарх говорит: «Я должен сказать Вам правду, Владимир Владимирович. Что бы ни утверждала пропаганда, Вы выпрямили кривизну истории». Владимир Владимирович смотрит на него проникновенно. После этого идет фрагмент из известного фильма, где актер-советник говорит Евстигнееву-королю в съехавшей набок короне: «Я должен сказать Вам, Ваше Величество всю правду о Вас, чего бы мне это ни стоило: Вы… Вы – великий человек!» Король смотрит на него недоверчиво и скромно отмахивается. Но советник не унимается. Король вдруг вскакивает, бросается к нему и - целует взасос в губы. «Всегда говори мне только правду!»
БАЛЛАДА О КРОХАХ

Батюшка прислал стихи архиепископа Иоанна Шаховского. Одно – неожиданное.
 
                …И псы едят крохи, которые падают со стола… (Мф. 15, 27)
Крошку белую со стола
Мне сама любовь принесла.
Я хожу под столом вокруг,
Нет ни слов у меня, ни рук.
За столом сидят господа,
Перед ними большая еда.
А я под столом всё хожу,
Крошку малую нахожу.
Есть у пса своя благодать -
Крошки малые собирать!
Я лишь пёс, но я пёс с душой,
Мне не нужно крошки большой,
Мне не нужно больших наград,
Жизнь идёт светлей, веселей,
Каждой крошке своей я рад.
И над всею жизнью моей
Крошки Неба летят, летят.

    Дорогой батюшка!
    Спасибо за такие чистые, светлые стихи. А мои - стали натужными, вымученными. Я сделаю перерыв со стихами.
 
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ

    С утра решила провести сегодняшний день как последний в жизни. Заметила, что лишь только сказала себе: «Сегодня мой последний день. Завтра я умру», - все стало немного нереальным, как будто я смотрю на этот мир уже «оттуда». Отступили все заботы, которые навязчиво преследовали меня в последнее время: надо делать зубные протезы, хозяин, кажется, опять собрался выселять меня из квартиры… Зато все сегодняшние дела укрупнились и приобрели особый смысл. Назначила себе и час смерти: 10 вечера сегодня. Почувствовала легкость и поняла, что жить последним днем – прекрасное средство от тревог и забот.
   
    Дорогой батюшка!
    Можно ли каждый день проживать как последний в жизни? Конечно, острота ощущения от постоянного употребления притупляется, но зато отступают заботы!..

    Дорогая Ира!
    Каждый день нашей жизни нужно проводить так, как будто он последний. Но это ощущение должно стать в нас постоянным, естественным. Его не следовало бы искусственно вызывать в себе. Ведь это на самом деле так: сегодняшний день МОЖЕТ стать последним днем в нашей жизни... "Смотрите, бодрствуйте, молитесь, ибо не знаете, когда наступит это время"!    

РОЗАРИЙ

    Благодарю Божию Матерь! Когда только начинала молиться Розарием, была очень воодушевлена, но потом молитва давалась мне с трудом. Молиться не хотелось, слова были чужими. И вот за последние три или четыре раза Розарий вошел мне в сердце. На душу ложится каждое обращение.
   
     Включила компьютер, чтобы написать это, и нашла книжку «Розарий», написанную  батюшкой. Она у меня есть. Перечитала первую страницу.

     По преданию, Богоматерь явилась св. Доминику (1170-1221) и научила его молитве Розария. Уже в ХУI веке Розарий был широко распространен в католическом мире. Явившись в 1917 году в маленьком португальском городке Фатиме, Пресвятая Дева назвала Себя Царицей Розария и  просила читать эту молитву ежедневно.

    «Розарий, - говорил Папа Иоанн Павел II, - это молитва – обращение к Марии. Но это также и наша молитва, которую мы читаем вместе с Марией. Прошу вас: читайте Розарий. Вы – те, кто болен и кто страждет, – не выпускайте четок из рук ваших. Молитва, совершенная в страдании, имеет великую силу».

   ОТЕЦ ПАВЕЛ АДЕЛЬГЕЙМ
               
     Батюшка прислал сообщение, что вчера был убит отец Павел Адельгейм, прислал и его фотографию.

    Дорогой батюшка!
    Спасибо Вам за сообщение! Сестра Христина рассказала мне про отца Павла Адельгейма. Я же "смотрю только себе в пупок", как говорила про меня одна моя знакомая, и ничего не знаю. Какое прекрасное светлое лицо! Как страшно и больно за Россию!

    Дорогая Ира!
    Царство Небесное отцу Павлу! И горько, и радостно за него: горько потому, что он так и не увидел здесь, на земле того, о чем мечтал, о чем молился и к чему стремился - торжества справедливости и истины. А радостно то, что он сейчас находится в Царстве Света, Любви и Истины. Он - уже со Христом, он - наш новый молитвенник и ходатай пред Ним! Одним святым стало больше в Селениях Небесных...

    Друг семьи убитого в Пскове священника Павла Адельгейма, в 1989-2010 годах возглавлявший приходской совет церкви Жен Мироносиц в Пскове, где служил погибший, Виктор Яковлев обнародовал последние слова отца Павла Адельгейма о текущем положении в РПЦ МП.

    Яковлев рассказал, что несколько дней назад он, собираясь в Лондон, попросил отца Павла Адельгейма написать приветствие их общему другу — диаконисе англиканской общины в Олдбери Джанет Риджвей, с которой тот должен был увидеться. Он приводит слова из обращения отца Павла Адельгейма.

    "Я продолжаю служить, проповедовать, но уже на вторых ролях, на заднем фоне. К сожалению, все дело в том, что церковная жизнь в России гаснет. И сколько бы в Патриархии ни говорили про золотые купола, к сожалению, золотые купола выражают только силу церковной власти и рост церковного бюджета за счет государственных доходов, не больше. А духовная жизнь разрушается и уничтожается, причем, уничтожается она, конечно, целенаправленно самой Московской патриархией. Она разрушает все, что только можно в церкви разрушить. Создает свое материальное благополучие, но разрушает духовную жизнь", — говорится в письме священника.

   
 



               
                Четыре гвоздя -
                четыре стороны света.
                От боли Твоей
                я дожидаюсь ответа.
                В жилах моих
                есть Твоя кровь,
                с болью во мне
                к сердцу течет любовь.

По мнению отца Павла Адельгейма, "дружба церкви и государства – это катастрофа, это церковная катастрофа". "У нас вера в церкви поменялась на идеологию. Нет веры, а есть идеология. Церковь заняла место бывшего Политбюро КПСС. Так ее сейчас и называют. Говорят, что Россию возглавляют чекисты и церковники. Фактически получается, что в этой церкви не остается места для Христа. Попросту говоря, Имя Его все реже и реже главами церкви употребляется. Теперь у нас праздник, 1025-летие крещения Руси. Но это праздник православия, а не христианства. Теперь православие и христианство совсем не одно и то же. Потому что под словом "православие" больше понимается национальная идеология, а вовсе не христианская вера", — считал отец Павел.

    "Празднование 1000-летия крещения в 1988 году они называют Вторым крещением Руси. Они считают, что событие укреплений отношений между государством и церковью равнозначно тому, что произошло при князе Владимире. На самом деле это совсем не так. Потому что сознание у русского народа в настоящий момент совершенно языческое, и даже у того народа, который регулярно ходит в церковь, сознание языческое. Конечно, в церковь ходят, Богу молятся, но это в пределах 3% населения. И цифра может быть несколько завышенная, но не заниженная, условно можно считать 3%...", — сетует отец Павел Адельгейм.

    Отец Павел Адельгейм — священник РПЦ МП, служил в Псковской епархии. Сидел в лагерях за "клевету на советский строй".

    Священник был известен тем, что публично критиковал деятельность РПЦ МП, и, в частности, закон о защите чувств верующих.

ЦЕРКОВЬ

     Батюшка в отпуске на лечении.

     Дорогой батюшка!
    У меня возникло желание молиться во время Розария о Русской церкви. Это произошло после убийства отца Павла Адельгейма и Вашего письма, в котором Вы писали, что он молился за Русскую церковь. Благословите ли Вы меня?
    
    Вечером раздался звонок – батюшка из автомата. Спросил, за какую церковь я хотела бы молиться. Если я имею в виду нынешнюю иерархию Сталинско-Путинской церкви, то молиться за нее, как молиться за Гитлера или Ленина, могут лишь люди, имеющие к этому призвание. Иначе можно впасть в искушение. Молиться же за истинно верующих и ищущих духовных путей людях, которых находятся сейчас в России в очень тяжелом положении, можно и нужно.

ПОДРУГА

    У нас в храме появилась новая прихожанка, Марфа, недавно обратившаяся, горячо верующая, очень эмоциональная. Она мне необыкновенно нравится. Сегодня была у меня в гостях. Сказала, что, если бы надо было жизнь отдать за батюшку, она ни на минуту не задумалась бы. Задает массу вопросов ему и всем нам.
   Марфа высказала очень точное замечание о батюшке. Он никогда не подавляет чужую свободу. Сразу соглашается, если видит, что человек собирается стоять на своем. Ничего не навязывает, а только отвечает на вопросы. Например, я никогда не спрашивала у батюшки, как молиться о ближних. А Марфа спросила. И он ответил: «Представляя образ». Этот совет очень помогает мне теперь. У меня, кажется, даже возникла какая-то любовь к людям.

               
                ... И в этом пламени молитва
                Горит и светит и живит
                и устремляется в зенит.
                Она смущенная лопочет
                и слиться с целым Небом хочет.
                И пламя заполняет недра
                души, сходя любовью щедро.
АГАПА
     Батюшка вернулся с лечения и сегодня служил Литургию для «своих». Какая радость! Успение. Прекрасная проповедь. Были приехавшие сестры, Христина и Анимаиса.
     На Агапе разговор зашел о недавнем посещении несколькими нашими прихожанами Альтетинга, где находится знаменитая «Черная Мадонна». Этот образ известен многими исцелениями. Марфа рассказала, что паломничества начались после того, как одна мать принесла к Мадонне тело своего утонувшего сына. Она молилась всю ночь, и утром сын воскрес. Образ потемнел от времени.
     А батюшка сказал, что в храме Воскресения Христова в Сокольниках, где он служил, тоже был черный образ Богородицы – Богородица Иверская. Она была перенесена из Иверской часовни, когда та была разрушена после революции, и изображение сразу же потемнело. Светлая риза на черном.
    Батюшка заметил, что исцеления происходят по вере. Когда однажды мощи одного святого, при передаче из музея в церковь, перепутали с останками какого-то известного преступника и убийцы, среди паломников тоже были исцеления. «Они ведь молились именно этому святому».
    По вере действенно и причастие из рук недостойного священника. Батюшка рассказал, что в Иерусалиме служил священником даже один майор КГБ. Его приятель встретил его с бородой, с трудом узнал. Майор рассказал, что прошел семимесячную подготовку. Он освящает Святые дары и причащает. И это действенно!
                Мерный ход богослуженья -
                чтенье, пенье -
                тихо раскаляет душу.
                "Беззаконный Я разрушу
                храм забот и ожиданий
                и создам, прочнее зданий,
                тело Духу воплощенну,
                купину неопаленну".

ГОСПОДЬ

    Дорогой батюшка!
    Меня смущают некоторые вещи в рассказах Марфы. Как к ним относиться?

    Дорогая Ира!

    Состояние нашей Марфы мне хорошо знакомо: многие из моих духовных детей в период своего неофитства пережили нечто подобное. Потом это все проходило. Такое состояние можно назвать "болезнью роста" (духовного роста). Конечно, это бывает далеко не с каждым неофитом, но у многих людей с так сказать "мистическими наклонностями", людей экзальтированных такие состояния встречаются довольно часто на первых порах их воцерковления. Это - не одержимость и не беснование. Господь может, действительно, сейчас непосредственно воздействовать на Марфу, открывая ей те или иные духовные истины, но в силу своей экзальтированности, наша Марфа может воспринимать это несколько в фантастической форме.
Я внимательно слежу за ней, за ее духовным развитием и пока не вижу поводов для серьезных беспокойств. Все вскоре должно стать у нее на "свои места". Очень рад, что она с Вами сблизилась.

ПРАЗДНИК
     Сегодня праздник Рождества Богородицы. Поздравляли батюшку с принятием пострига и рукоположением в дьяконы. В ответном слове батюшка сказал, что поздравления с принятием монашеского пострига принимает всегда только условно. Монашеский путь – это путь покаяния, борьбы с грехом, с темными силами, молитвы за себя и за весь мир. Тяжкий путь - полный всевозможных лишений, скорбей и слез.
    На Агапе зашел разговор о церковном календаре. Батюшка рассказал, что еще патриарх Тихон хотел ввести в Русской церкви Григорианский календарь, по которому живет Церковь почти во всем мире. Однажды, накануне Благовещения по новому стилю, он отслужил простую вседневную вечерню по Юлианскому календарю, а на следующий день, 25 марта, неожиданно для всех отслужил праздничную Литургию на Благовещение – уже по Григорианскому. Патриарха Тихона народ очень любил и почитал. Но, когда в тот день он обернулся к молящимся после начала службы, то увидел только священников – народ покинул храм. Патриарх отслужил еще несколько служб  по новому стилю и вернулся к старому. Батюшку спросили, почему народ не поддержал его. «Русский народ всегда был очень консервативен…»
СВЯТОЙ РАВНОАПОСТОЛЬНЫЙ АЛЕКСАНДР

    9 сентября, день отца Александра. Вспомнилось с утра, как кто-то из прихожан рассказывал, что отец Александр приснился ему и сказал, что молиться ему надо как святому равноапостольному. И  так я молилась сегодня. О батюшке, о Давиде, обо всех моих и о себе…

РАЗГОВОР

    Вчера у меня была Марфа. Какая она замечательная! Молились Розарием. Марфа в экстазе, и во время молитвы я чувствовала себя как бы наэлектризованной. А пару дней назад, готовясь к вчерашней встрече, я позвонила ей и предложила прочитать то, что говорил отец Александр о переселении душ. Эта мысль пришла мне в голову потому, что Марфа как-то спросила меня, верю ли я в переселение душ, и я поняла, что она страдает этим распространенным недугом. Марфа была страшно задета моим предложением. Забавно, что, поскольку батюшка ее ни в чем не разуверяет, а только просит никому не рассказывать о своих воззрениях, Марфа полагает, что он с ней втайне солидарен. А батюшка мудр. Он сказал мне: «Если ее разуверять, она, может, и поверит в первый момент, а потом будет колебаться. Если же подождать, она сама откажется от всего этого». А я поторопилась, поторопилась… Вчера Марфа спросила меня осторожно, говорит ли батюшка с ней искренно, или потакает ей, чтобы не смущать. Но на этот раз я была мудрее. Сказала, что батюшка говорит от Бога, Бог же не все сразу открывает нам…
     Марфа принесла мне замечательное фото батюшки.

БОГ

    Все больше места в жизни и мыслях занимает Марфа. Батюшка сказал ей сегодня: «Вы идете вперед гигантскими шагами» и «Благодати будет еще больше». А вчера я впала в искушение: возревновала батюшку к Марфе. И Господа к ней приревновала… Батюшка ответил мне:
 
    Ничего, дорогая Ира! Ученики Спасителя тоже были ревнивы по отношению ко Христу... Это - природа человеческая, ее бывает трудно перешагнуть, преодолеть. Трудно, но нужно и возможно.
    Господь да поможет Вам во всем и да сохранит Вас от искушений и козней лукавого!

    Сегодня лукавый отошел, и я просто восхищаюсь Марфой. Господь сказал ей, что она проживет очень долго. И еще: «Успей отдать себя всю, без остатка»… Рядом с ней, я, конечно, «меньший сосуд», но у меня, как у каждого, свое место, свое поручение и свои силы…
    Марфа страшно много работает и при этом успевает очень много молиться. А молится она не формально. Батюшка сказал ей: «На молитве «вопите, кричите» к Богу!» И она «кричит»…

  ВСТРЕЧА

    Сегодня видела батюшку. Он сказал, что в это воскресенье, когда он просил молиться о нем, было очень тяжело. После Литургии и Агапы поехал причащать и соборовать двух умирающих старушек. Сегодня рассказал, что Господь, видимо, дал им дождаться его прихода с Дарами. Одна глубокая старуха лежала уже парализованная, хрипела и закатывала глаза. Но батюшка успел… Просил особо молиться о даровании ему сил для совершения служения.
    Сказала батюшке, что из Марфы, кажется, выйдет что-то замечательное. Он ответил, что она очень чистая и в ней удивительно много христианского, хотя она всегда была от христианства далека. Заметила, что Марфа меня поучает. Батюшка рассмеялся: «Дети тоже любят всех поучать».
    Батюшка назвал мой синдром искушением. Я спросила, что такое искушение. «Это испытание, попускаемое нам Господом, в котором мы должны бороться, сделав правильный выбор». - «А как же: «не введи нас во искушение»»? – «Мы просим, чтобы искушение не одолело нас. Но остаются в силе слова апостола Иакова: «Радуйтесь, когда впадаете в различные искушения»».
 
ВОЛЯ

    Несколько дней назад был разговор с Марфой. Она всячески уговаривала меня бросить курить. Я выкуриваю 40 сигарет в день. Марфа сказала: «Ты выкури завтра 39, - бросишь, сбавляя». Рассказывала, как мучаются от абстиненции в аду пьяницы. Я подосадовала, но разговор оказался последней каплей в моем недовольстве собой. И я сократила число сигарет.
    А сегодня Марфа совершенно неожиданно извинилась, потому что услышала утром голос: «Любое дисциплинарное насилие над волей человека недопустимо». Мы вспомнили, что батюшка свято блюдет это правило. «Теперь, - сказала Марфа, - когда мне захочется кому-то что-то внушить, я буду говорить себе: «тридцать девять сигарет»».  Запомнилось одно ее красивое выражение: «Мы отчаянно радуемся и отчаянно празднуем».


                Все сомненья, все печали
                отшумели, отзвучали.
                В синем воздухе смогло
                снова обрести крыло
                неожиданно опору.
                Поразительно для взора,
                против уверений чувства,
                не зависит от искусства…
                Но теряет тяжесть вес
                в синем воздухе небес.



СУХОСТЬ

    Дорогой батюшка!
    Что делать, когда не идет молитва, и не можешь себя заставить ничем заняться? Я хорошо себя чувствую, но как будто что-то удерживает меня. Какой-то распад...

    Дорогая Ира!
    Благодатная, радостная молитва - это особый Дар Божий, и он дается нам далеко не так часто, как этого хотелось бы. Дается, как правило, для того, чтобы вдохновить нас, чтобы мы узнали: КАКОГО СОСТОЯНИЯ мы можем достигнуть в молитве и через молитву. Это - поистине, райское состояние души, постоянным оно у нас будет только в Царствии Божием. А на земле - молиться трудно, очень трудно. Как я не раз писал и говорил Вам: бес делает все возможное, чтобы воспрепятствовать настоящей молитве, ибо она для него - жало, боль, мука...
    Если Вам "не мОлится", все равно, пытайтесь хотя бы просто произносить слова молитвы, пусть даже одними устами - без участия души и сердца. Господь слышит и такую молитву, и, безусловно, поможет Вам "восстановиться" в самое ближайшее время...

СЕРДЦЕ

    Марфа рассказала, что видела во сне или в видении батюшку. Он сказал: «Этот путь можно пройти только с горящим сердцем!» Она посмотрела на свое сердце и увидела, что оно горит голубым пламенем.

МУЗЫКА

    Слушаю по ночам батюшкины концерты – в основном, исполнение Бетховена и Шопена. Я полюбила этих композиторов. Раньше Шопен казался мне унылым. Но как-то, идя по улице, услышала его из окна и восприняла совсем иначе. Мне пришло в голову слово «обновление». Во многих вещах его музыка передает состояние, когда боль от пережитого еще не забыта, но уже брезжит новое…

                Как знает музыка Христа,               
                как льнет к Нему высокий звук...
                Она осталась с Ним тогда,
                когда бежал последний друг.

 ЧУДЕСА

    Марфа поражается: все ее неверующие родственники, один за другим, обращаются к Господу, читают Розарий, молятся. Она сама молится о них горячо. О сыне ей было сказано: «Ты мать – ты должна молиться».
    А обо мне: «Она твоя сестра во Христе». Марфа спросила меня, существует ли такое выражение.

ПРОПОВЕДИ

    Уже больше года расшифровываю батюшкины проповеди. Всякий раз, заканчивая работу, испытываю духовный подъем. Подумала, что это не просто размышление, это молитва. В молитве каждое слово приобретает больший вес, чем в обычной речи. А Имя Господа имеет мистический смысл. Отсюда повторы, отсюда длинноты, которые были непривычны в первое время. Но как поднимают дух его проповеди!

ИИСУС

    Марфа празднует свою встречу с Иисусом. Говорит, что всегда любила Кого-то, Своего Учителя, чувствовала Его, разговаривала с Ним, признавалась Ему в любви. Он как-то сказал ей: «Назови Мое Имя». Она была растеряна, искала. Как-то прочла про апостола Павла. Павел ей очень понравился, и ей пришло в голову, что Учитель этот – Павел. Эта мысль захватила ее, но ночью в тот день у нее был сильнейший сердечный приступ, и она отказалась от нее. И вот, теперь она знает Его Имя!
    Москвичка Таня подарила Марфе распятие. Марфа говорит: «Это совсем другая жизнь, когда смотришь на распятие! Я чувствую, как в Его руки забивали гвозди, как с Него срывали одежду, как клали на крест, как крест вкапывали в землю!»

                Расцветают земные встречи
                на последнем крутом холме,
                а людские случайные речи
                не приносят радости мне.
                Но за ними стоит немое,
                обращенное к Богу слово,
                что, подняв меня за собою,
                над холмом воспарить готово. 

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

    Мне приснился отец Александр. Он принимает людей в каком-то помещении. Жду своей очереди. Он оставил меня на конец. Смотрю на него сзади – затылок покрыт редкими прядями волос, некрасиво просвечивает череп. Наконец, я перед ним. Кладу лист бумаги с отрывком какого-то своего произведения, но тут же рву его и выкидываю, потому что мне приходит в голову, что сказать. И говорю: «Я вышла замуж за Давида, уехала в Германию, стала инвалидом, пришла к отцу Мартирию…» - «Я отвечаю на вопросы…» - говорит отец Александр. И я замолкаю – вопросов у меня нет… «Ты рада меня видеть?» - «Нет…» - отвечаю я честно. Он огорчен.
    Вспомнив утром этот сон, молилась отчаянно, чтобы Господь вернул мне прежнюю  великую любовь к отцу Александру. Начала обращаться к нему на утренней и вечерней молитве.

ИСПОВЕДЬ

    Спросила перед исповедью батюшку о самочувствии. Сегодня в метро он боялся упасть от дурноты и головокружения. «Но лучше упасть физически, чем духовно». Святой Амвросий Оптинский говорил: «Наш путь к Богу - как путь канатоходца, идущего по тонкому канату и все время балансирующего, чтобы не упасть. А если вдруг упадешь - вот смеху-то будет!» Смеху бесам. Они не дают потом подняться, прижимают к земле.

   Во время этого разговора из соседней комнаты слышались звуки музыки. Батюшка слушал Аппассионату, которую разучил во время пребывания на лечении, сидя не за роялем, а за столом. Еще в детстве, он разучивал так некоторые вещи, лежа в больнице. «Потом, - сказал батюшка, - надо еще несколько месяцев исполнять вещь на инструменте, чтобы она «вошла» в тебя».

Холодность
   
     Как будто какая-то стенка отделяет меня от собеседника и мешает сочувствию. Батюшка проницательно возразил, что я все-таки испытываю жалость к людям на молитве. «Эта же «отрешенность» во время разговоров связана скорее с Вашим комплексом и физическим, соматическим состоянием».

Осуждение
   
    С досадой слушаю о том, как люди теряют даром время на пустые занятия. Чувствую свое превосходство, думая, что в моей жизни нет ничего рассеивающего. Батюшка сказал: «Это, действительно очень грустно, что люди не думают о Боге, и теряют драгоценное время. Но мы не можем осуждать их, хотя бы потому, что не знаем всего, не знаем их жизни, их дел. Только Богу принадлежит прерогатива судить».

Литургия
   
   Описала свое состояние в храме. Во время службы рассеянна, внимание перескакивает с индивидуальной молитвы на общую, молитва не доходит до сердца. Дома совсем иначе: молитва глубокая. Батюшка объяснил это присутствием в храме людей с разной аурой. А дома я одна, меня окружают только ангелы. «Бесы тоже рядом, но ангелов больше». На то, что не ощущаю соединения с Богом в причастии, батюшка заметил, что это особый дар Божий, которым мало кто обладает. «Для нас пока довольно, что мы участвуем в Литургии и боремся с рассеянностью».

Потакание слабости
   
     Жалею себя, берегу силы, боясь наступления усталости. Батюшка сказал, что в таких случаях он напоминает себе: «Кто желает душу свою сберечь, тот потеряет ее». Вообще же надо соразмерять силы, как машину не гоняют даром, но используют бережно.

Тщеславие
   
     Получив похвалу за свои стихи от одной понимающей в поэзии женщины, думала об этом целый день. «Тщеславия Вам надо, действительно, беречься, а с ним и гордости, и осуждения». Наш дар – это только дар, его можно и потерять. Батюшка вспомнил Гоголевского художника Черткова, который, рассматривая свои старые картины,  удивлялся, что был когда-то на такое способен. Мы вкладываем в нашу работу технику, но ядро замысла, вдохновение дается свыше. А без этого техника ничего не стоит. Батюшка вспомнил своего любимого пианиста Владимира Горовца (Горовица), который уже дряхлым стариком, закончив блестящее исполнение, с удивлением рассматривал свои руки. Мы можем радоваться своему дару, мы должны за него благодарить. Главное, чтобы не было мыслей: «Если бы эти серые личности знали, кто среди них находится!»

 ЦЕРКОВЬ

    Марфа поведала о своих мытарствах в период поисков Бога. Приходила в церковь, но, разочаровавшись, отошла от нее. Разговоры со священниками были примерно такими: «Телевизор смотрите?» - «Смотрю…» - «Страшный грех! Брак у вас венчанный?» - «Нет…» - «Так что же Вы сюда пришли, вся во грехах?!»
    Узнав, что многие священники связаны с КГБ, она испытала облегчение. А раньше  было чувство вины. «Ведь «священник» происходит от слова «святить»». Марфу потрясла мысль, что книжники и фарисеи живы во все времена. Она не может понять, как человек, читающий Евангелие, может служить в КГБ.

ИСКУШЕНИЕ

    Сегодня Марфа сказала, что готовится к страшному искушению - батюшка предупредил ее: «Готовьтесь!» Она говорит: «Чем сильнее душа вопиет к Богу, тем более страшное испытание ей посылается».
    На молитве из нее вырывается сильный низкий мужской голос. Батюшка сказал, что это ее собственный глубинный внутренний голос. «Посмотрите на себя в зеркало, Вы еще и внешне будете меняться».
    Наконец, нашла в ком-то сочувствие в моем давнем переживании: с трудом выношу разговоры, особенно по телефону. Марфа говорит, что после нескольких разговоров подряд, наступает полное опустошение. Понимает отшельников, которые молились о людях в уединении.
               
ОБИДА

    Марфа рассказала одну замечательную историю из своей жизни. Лет двадцать назад она приехала к своей свекрови в другой город, и та ее страшно обидела. Были какие-то беспочвенные обвинения, крики… Муж свекрови пытался ее останавливать, но бесполезно. Марфа разрыдалась и проплакала все восемь часов дороги до дома. Через год свекровь умерла. И вот, год назад, еще до обращения ко Христу, Марфа начала вдруг молиться ей каждый день: «Ты меня прости, а я тебя прощаю…» Молилась месяца три. И ночью на страстную пятницу ей приснился сон. В каком-то зале собраны родственники ее и мужа. Все что-то друг другу дарят. К ней подходит свекровь, дарит прозрачную сахарницу и говорит: «Прости меня, а я тебя простила…» и обнимает ее. «И я хочу, - добавляет она, - чтобы он это видел», и показывает на стену, где висит фотография ее мужа.

 МИТРОПОЛИТ АНТОНИЙ БЛЮМ

    Батюшка прислал два фильма о митрополите Антонии Блюме. Что поражает в этом человеке? Он очень много сделал: был врачом, участвовал в Сопротивлении во Франции во время войны, основал много православных приходов в Англии, написал массу книг. Целеустремленность. Меня удивили его слова: «Надо не столько любить человека, сколько в него верить». Люди, знавшие его, свидетельствовали, что именно эта его вера  возрождала их и притягивала к нему. Святой Амвросий Оптинский говорил, что спасутся две категории людей: те, кто каялся и те, у кого не было сил на покаяние, но они любезны Господу своим смирением. Я, пожалуй, надеюсь на спасение людей только по второй категории. И сужу, вероятно, по себе самой. Один психолог сказал обо мне: «Пассивна». Читала где-то, что православие возлагает больше надежды на личные усилия человека в деле своего спасения, чем католицизм.

               
                Этот день
                я записала на небе.
                Свет в нем и тень.
                И как просила о хлебе
                земном и небесном -
                в снежном полете отвесном,
                чаема и желанна,
                с неба спускалась манна.

ПРОПОВЕДЬ

    В прошедшее воскресение батюшка очень плохо чувствовал себя. «Думал, прочту короткую проповедь, - рассказывал он, - но Господь дал сил». Это была проповедь о богаче и Лазаре.

    Все, что дает нам Бог, должно быть использовано. Любой талант, любой Его дар: и богатство, и бедность, и здоровье, и болезнь, и красота, и уродство – все в конечном итоге должно служить во славу Божию и для спасения ближних. В той или иной форме. Если Господь дал какие-то качества, даже такие, которые нам кажутся отрицательными, безобразными – это нужно, нужно для других людей, очевидно, для какой-то цели, нам пока неведомой. Как это ни странно, ни парадоксально звучит: уродство – дар Божий! Да, уродство может служить даром Божиим, так как внешнее уродство иногда способствует внутренней красоте человека.

 БОГОРОДИЦА

    Сегодня Марфа исповедовалась за всю жизнь. Полтора часа простояла на коленях. Говорит, -  было невероятно тяжело.
    Она давно хотела иметь Владимирскую Божию Матерь. После исповеди вошла в метро, и… на прилавке киоска увидела открытку иконы Божией Матери Владимирской. Немка доставала что-то из сумки и выложила открытку. «Откуда это у Вас?» - «Из церкви. Я Вам ее дарю, - ответила женщина, увидев ее горящие глаза, - это Вам знак от Бога. Молитесь за меня», - поцеловала ее и убежала.

СТЫД

    Заметила, что Марфа в последнее время быстро заканчивает разговор. Вот и сегодня она сказала, что исповедоваться было тяжело, а я не поняла почему. Почувствовала ее разочарование. Она быстро распрощалась. После меня звонила сестре Христине, и они долго разговаривали. Марфа отозвалась об этом так: «был глубоченный разговор». И я приревновала их друг к другу. «Поднял голову» мой комплекс. Всплыло в памяти, что все мои подружки, в конце концов, предпочитали мне кого-то другого, на мой взгляд, менее интересного человека, чем я. Как это мелко! Надо забывать себя!

ПАПА ФРАНЦИСК

    Сегодня батюшка прислал удивительное фото: голубь садится на руку папы Франциска. Папа смеется. Это случилось в тот момент, когда он махал рукой собравшимся на аудиенцию на площади святого Петра.
    О новом папе знаю, со слов сестры Христины, что народ его очень полюбил. Пишут, что он принял одного атеиста. Тот спросил, важна ли для христианства мистика. Папа ответил: «Без мистики вера – чистая теория». – «А Вы – мистик?» - «А Вы как думаете?» - «Думаю, что нет». – «Может быть, Вы и правы…»
 УК


                Флагом на ветру
                развевается жизнь
                в григорианском хорале.
                Сказал Петру:
                "Крепость стяжи.
                Глиною бывший вначале,
                будешь скалою
                под ветром и мглою". 

УКРАШЕНИЯ

    Решила носить в храм свою рыбку – символ Христа. Это результат размышлений об украшениях после разговора с Марфой. По дороге на работу она как-то услышала голос: «Зачем себя украшаешь?» Зайдя в автобус, открыла Послания на том месте, где остановилась вчера, и прочла из Послания апостола Петра: «Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек…» Тут же, в автобусе, сняла с себя сережки – единственное украшение, подарок мамы. Марфу захватила мысль о греховности украшений. А я подумала, что голос свыше касался «украшения себя» в широком смысле. Марфа немного юродствует: стояние на коленях во время исповеди, длинные юбки и т.п. И батюшка сказал ей: «Живите проще», после чего она выкинула из дома все лишние вещи…
    Вспомнила, кстати, одну нашу бывшую прихожанку, которая носила на груди довольно большую фотографию молодого человека, в которого была влюблена. Батюшка говорил, что он всегда содрогался внутренне, видя это украшение, потому что это был символ: женщина поставила «мужика на место Бога».


               
                … Не персонаж,
                а целая поэма...
                Внезапный дождь -
                возвышенная тема.
                Селения души -
                таинственное место.
                Здесь есть Жених, и есть злодей,
                и есть невеста.
                Финал поэмы -
                на пороге дома:
                торжественный момент удара грома.

ГАЛИНА

    Глядя на Марфу, вспоминаю еще одну замечательную верующую женщину, которая приходила ко мне в тот период, когда я еще не писала «Камушки». Звали ее Галина. Она пришла убираться от фирмы, но, вместо уборки мы проговорили с ней полтора часа. Галина рассказала мне, как стала верующей. Однажды, она увидела по телевизору передачу о каком-то известном игумене. После этой передачи весь день у нее звучало в ушах одно слово: «монах, монах, монах…» Она решила поехать к этому человеку. Встретила его на дорожке у монастыря. Обменялись всего несколько словами, но мужу ее, который стоял рядом, игумен сказал про нее: «Береги ее, она у тебя, как Зоя Космодемьянская».
    Галина стала верующей. После этого отношения с семьей сестры – я поняла, что они жили вместе – были порваны, и сестра выжила ее из квартиры. Галине с сыном пришлось эмигрировать в Германию. Замечательно, что, когда у сестры открылось внезапное кровотечение, и она чуть не умерла во время операции, Галина молилась за нее. Когда операция благополучно закончилась, врач сказала сестре, что под наркозом она все время повторяла: «Галя, молись за меня!» «Поблагодарите эту Галю, которая за Вас молилась, - сказала хирург, - это чудо, что Вы остались живы».
    Как и Марфа, Галина производила впечатление очень волевого, целеустремленного, бескомпромиссного человека с горячим сердцем. Обе пережили массу испытаний.

МАМА

    Почти каждую ночь снится умершая мама. Батюшка сказал, что, если Господь попустил, значит, зачем-то нужно…
    В детстве у нас были домработницы, и я не помню, чтобы мама гуляла или играла со мной. Но после смерти папы, когда наше материальное положение ухудшилось, мама взяла на себя все хозяйство. До сорока лет я не стирала, не готовила и не имела, кроме работы, никаких деловых контактов с внешним миром. Три-четыре раза за вечер, когда я лежа читала или слушала музыку, я орала через всю квартиру: «Мамуля, принеси яблочко!» И мама бежала мыть яблоко. Я никогда не делилась с ней своими проблемами – она их не понимала – но только сейчас стала догадываться, как она меня любила.
    Во сне мама принимает участие почти во всех сюжетах, от нее исходит тепло, и я всегда радуюсь, видя ее.

               
                Мамин портрет.
                Излучает свет
                улыбка.
                Это была ошибка
                что я ее не любила,
                как люблю теперь во сне,
                когда она на стене.

ЛЮБОВЬ

     Сестра Христина сказала мне: «Мы и не подозреваем, насколько у батюшки любящая и нежная душа. Но он вынужден скрывать свою любовь: он монах, и это для нас было бы не полезно».
    И меня ставит в тупик: как можно так ясно видеть чужие грехи и иметь такую любовь. Мы же, когда видим недостаток в ближнем, осуждаем, ставим себя выше, презираем…

ОТВЕТ БАТЮШКИ

     Состояние, в котором я старалась держать душу в последние годы, я называла про себя «сосредоточением». Без этого сосредоточения я боялась «потерять» Бога. Позже, прочитав одну книжку о молитве, подумала, что это то, что называется, «сводить ум в сердце». Но сейчас я склоняюсь к мысли, что это было просто напряжение. Расслабила душу и… перестала так уставать. Мне даже кажется, что это было и одной из причин моего уныния.
    
    «Сводить ум в сердце» - это выражение исихастов, которые практиковали непрестанную Иисусову молитву. Состояние духовного сосредоточения приходило к ним само. Его невозможно в себе постоянно искусственно поддерживать. Это и есть как раз награда, Божий дар непрестанно молящемуся. Возможно, Ваши попытки самой, самостоятельно достигнуть этого «сосредоточения» и привели Вас к унынию...
   
      
                Сады, цветущие у Царского чертога,
                в безумном городе здесь отцвели вчера,
                и осыпались до утра
                под ноги на мощеную дорогу.

                И пусть их легкий опадает цвет,
                и развевает аромат по свету -
                и в памяти моей их больше нет,
                а в вечной памяти все оставляет мету.

ПРОПОВЕДЬ
 
     Запали в душу слова из расшифрованной проповеди:

     Нужно иметь постоянно в себе этот страх смерти, чтобы спешить, как будто в последний день на земле, сделать то, что мы еще не сделали. Исправить то, что еще не исправлено, достигнуть того, что еще не достигнуто. Представьте себе, если мы, общаясь с каким-то человеком, постоянно думали бы: «А вдруг он сегодня именно умрет? Сколько добра мы можем ему еще сделать!» Да, такое мы иногда представляем себе, но чаще уже бывает поздно. Когда умирают наши родные и близкие, мы очень часто не находим себе места оттого, что не сделали, что должны были бы сделать, что могли бы сделать. Что мы не успели, что мы были недостаточно ласковы, любвеобильны, что мы часто их оставляли без помощи. Но, увы, все эти сожаления приходят уже после кончины человека. Вот какой страх смерти должен быть у нас!

                Рука, что держит чашу,
                душа, что держит души,
                броню на сердце нашем,
                как Вавилон, разрушит.   

СОН

    Я в небольшом садике, у забора человек работает с чем-то. Увидев меня, говорит: «Сейчас пройдет человек, но это будет не Он, а потом придет красивый, Он. Вы пойдете за Ним. Он возьмет с земли в руку тараканов и будет им говорить: «Тараканчики…» Потом оставит тараканов. Вы дойдете, и Вам дадут корону».
    Проходит не очень красивый молодой человек. Я смотрю на работающего. Он качает головой. Смущенно спрашиваю: «Это ничего, что я к Вам обращаюсь?» Он отвечает: дескать, все это можно. Появляется второй молодой человек. Смотрю на Него. Ростом ниже меня, очень красивое, но обычное лицо, светлые волосы. Подхожу. Он спрашивает  просто: «Что?» Я говорю: «Я Ира», и начинаю плакать. Он слегка улыбается, наклоняет голову и немного сморщивается. Догадываюсь, что Он читает мою жизнь. Потом Он говорит быстро, деловито: «Как же Вы так отнеслись?..», с ударением на «так».
    Просыпаюсь…

ИИСУС

   Лицо, которое видела во сне – в памяти вместе с ощущением, которое было рядом с Ним. Обращаюсь к этому Лику на молитве дома и в храме. Он предстал передо мной в современном обличье: коротко стриженным, без усов и бороды. Голос – тенор. Ощущение Его Личности – любовь и простота. Перестала бояться смерти.

                Нежное Твое лицо,
                светлые Твои волосы
                звучали перед концом
                высоким голосом -
                мольбой о пощаде,
                о которой Ты не просил,
                из последних сил -
                свет во аде.
   
ДУХОВНАЯ БЕСЕДА
    Без моего вопроса батюшка заговорил о потакании собственной лени, о том, что не делаем всего, что должны были бы сделать. И когда я спросила, к чему относился упрек Господа в моем сне, он продолжил эту тему: упрек был как раз в том, что я расслабилась. «У Вас больная нога, усталость, но все это Ваш крест, и его надо нести. Я знал человека, который был смертельно болен. Однажды он спросил меня: «Я просил молиться обо мне всех своих знакомых. А как мне самому молиться о себе?» Я ответил: “Сам я никогда не молюсь о своем здоровье, исцелении от телесных болезней. Это значило бы отказаться от того креста, который тебе дан от Бога. Другие, те, кто считает, что я им нужен, молятся обо мне. А сам я – нет".
     Ваш же крест – ходить в церковь, как это ни парадоксально звучит, читать Розарий. Пусть это мало, но Господь не смотрит на “величину” угодного Ему дела».
    Спросила, почему в моем сне Господь сморщился от напряжения, читая мою жизнь: «Разве Он не видит нашу жизни каждую минуту?» - «Это нужно было для Вас». Спросила и  о тараканах, к которым обращался Господь. «Тараканы в данном случае – это образ всех нас, людей».
    Задала вопрос об отношении ко греху. Святой Иоанн Кронштадтский говорил, что «ни от какого греха не надо унывать, как от мечты». Но в то же время, грех надо ненавидеть. Чтобы я поняла, в чем разница между унынием и ненавистью ко греху, батюшка привел пример: Петр и Иуда. Петр раскаялся в своем падении, но нашел в себе силы “подняться”;  а Иуда отчаялся и погиб.
    Спросила о молитве в момент события, о котором молишься. Особо ли она действенная? «Всякая молитва: и до события, и во время него, и после – благодарственная - имеет силу».
    «Слезы во время молитвы – это духовное явление или чисто эмоциональное?» Батюшка ответил, что это нераздельно. Если бы я искусственно вызывала слезы во время молитвы, он посоветовал бы мне этого не делать. Но если они льются сами, мешать не надо.
ИСПОВЕДЬ
Превозношение
    Батюшка заметил, что у нас нет ничего своего, кроме греха, так что превозноситься нам не от чего.
Кокетство
    С одной стороны, чувствую превосходство над людьми, а с другой – боюсь, что меня не примут. Поэтому говорю комплименты, ласковые слова, целуюсь, льщу. Батюшка: «С мужчинами надо быть осторожнее, но Вы сами почувствуете грань. А комплименты и ласка нужны в общении. Если даже человек не поверит в Ваш комплимент, он примет его как аванс на будущее».
Уныние
    Заметила, что в усталости унываю и хуже отношусь к людям. «Это надо преодолевать. И еще раз повторю: расслабление – это смерть для  нас».               
  УКРАИНА

    Позвонила своей неверующей подруге, и она попросила меня молиться об Украине, где назревает военный конфликт. Отнеслась к этому как к Божьему призыву. Ведь я почти не молюсь о мире. А люди молятся. Недавно на нашем Розарии одна пожилая женщина рассказывала, как ей посоветовали молиться Розарием о России в брежневские времена. Они с мужем много молились. И как они обрадовались, когда коммунистическая власть пала без крови! Вспомнились и слова отца Александра, который в период войны в Армении с гневом бросил на общей исповеди прихожанам: «Это вы плохо молились!»

                Я знаю светлое начало               
                святой небесной Литургии,
                как радостно оно вступало
                потоком ангельской стихии.
                И знаю огненный зенит,
                который Бога воскресит.
АГАПА

    Спросила батюшку, в каком возрасте он почувствовал себя верующим. Он ответил: в девять лет. Видимо, в этом возрасте произошло нечто, чем он не стал делиться. Отцу Александру, по свидетельству людей, которые его близко знали, в двенадцать лет явился Христос. Батюшка рассказал, что, когда ему было три года, они  с мамой в каком-то городе зашли в церковь - просто посмотреть – семья была неверующая. И вдруг маленький Дима стал креститься, падать на колени и бить лбом в пол. Старушки в церкви возмутились, приняв такое поведение за издевательство. Но в три года дети еще не умеют издеваться. Видимо, что-то коснулось его в тот момент. А в девять лет он сознательно начал ходить в церковь. Туда его привела старушка – соседка по коммунальной квартире, в которой он жил с родителями. Эта старушка оказала большое влияние на мировоззрение мальчика: будучи очень религиозной, она приобщила Диму своему духовному и молитвенному опыту.  Она была по-настоящему верующей, и за свою веру неоднократно подвергалась от соседей насмешкам и оскорблениям.   

СРЕДСТВО

    Дорогой батюшка!
    Одна моя московская знакомая говорит, что ей очень помогает  средство, которое она вычитала в одной протестантской книжке. Благодарить Бога за самые тяжелые, безвыходные ситуации - умер муж, тяжелая болезнь...  Благодарить за то, что это помогает  быть ближе к Богу, что-то понять... Благодарить за людей, которые принесли тебе вред. Моя знакомая говорит, что при этом самые безвыходные ситуации озаряются светом, она их принимает с радостью, а врагов начинает любить…

    Дорогая Ира!
    По поводу практики Вашей подруги – благодарить Бога за все плохое: я вижу здесь некую искусственность, надуманность. Мы должны благодарить нашего Спасителя за все, что нам ниспосылается – и за плохое, и за хорошее, ибо все это дано для нашего блага, для нашего спасения. За врагов же нужно стараться так же искренне молиться, как Вы молитесь и за друзей – не задумываясь и не заставляя себя благодарить Бога за их существование.
    Я не осуждаю этой практики, но и не одобряю ее. Может быть, для Вашей подруги и еще для кого-либо такое благодарение и было бы полезно, но не для Вас. Молитесь и благодарите Бога так, как Вы это делали и делаете сейчас. От добра добра не ищут!

 ПРОПОВЕДЬ

    Замечательное место в проповеди батюшки на Сретение:

   Слова, сказанные от лица Младенца Иисуса: «Не старец Меня держит, а Я держу старца». Да, внешне это выглядело так, что старец держит Младенца Иисуса, Сына Божия, но на самом деле все наоборот: Бог держит нас всех в Своих руках. Просто этот образ Богомладенца Иисуса, лежащего на руках старца, улыбающегося ему, тянущегося к нему, является образом любви Божией, которой мы себе даже не представляем: насколько она глубока и, в то же время, насколько проста, открыта, насколько она жаждет ответной любви. Как улыбка младенца, который надеется, что ему в ответ улыбнутся. Как распростертые для объятия руки младенца в надежде, что его также сейчас заключат в объятия. Так и Господь ждет ответа на Его любовь - нашей ответной любви.

НРАВСТВЕННОСТЬ

     Письмо батюшки, ответ шестнадцатилетнему мальчику, которое прислала недавно сестра Христина:

    По поводу твоего сомнения в существовании Бога скажу тебе следующее: можно привести тысячи доказательств, тысячи аргументов в пользу существования Бога, но все они не помогут тебе узнать Его и почувствовать Его присутствие в твоей жизни, войти с Ним  в живой, непосредственный контакт, какой ты имеешь, например, с родными и близкими тебе людьми. Для этого нужны усилия с твоей стороны, нужна настойчивость, горячее желание вступить в общение с Богом. Какие же это усилия, и в чем должна проявляться настойчивость?
     Дело в том, что Бог открывается лишь тем, кто стремится стать подобным Ему, похожим на Него, то есть тем, кто чист сердцем, у кого светлая душа, кто хочет избавиться от своих недостатков, грехов и пороков и приобрести те необходимые качества, которые делают нас способными и достойными общаться с Богом. Что это за качества? Это и доброта, и милосердие, и человеколюбие, и честность, а также целомудрие и истинное смирение. Только для людей, обладающих такими качествами, открывается перспектива реально ощутить присутствие Божие, общаться с Ним напрямую, как ты, например, общаешься с дорогими для тебя людьми - мамой, сестрой, бабушкой. Тебе ведь не нужно доказывать, что все эти любимые тобой люди на самом деле существуют, что они не являются чьей-то выдумкой или плодом твоей фантазии? Так и в отношении существования Бога: тебе не надо будет искать доказательства Его бытия, потому что оно (Его бытие) сделается для тебя очевидной истиной. Но повторю: все это станет возможным только в том случае, если ты приобретешь те качества, те добродетели, о которых я уже упомянул.
   Вспомнила и замечательное высказывание на эту тему отца Александра: «Прежде, чем стать христианином, человек должен стать джентльменом».
ЛЮДИ

    Дорогой батюшка!
    Из-за событий на Украине страшно болит душа. Как любить таких людей?

    Дорогая Ира!
    Действительно, любить таких людей – это подвиг, на это способны лишь гиганты духа. Попробуйте все же их пожалеть, ибо, по большому счету, “они не ведают, что творят”... Ведь воздаяние за их злодеяние неизбежно придет, и это не месть, не кара Божия, а высший Закон Божественный справедливости... Дай Бог им успеть вразумиться...   

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

    Батюшка прислал документальный фильм: «Убийство о. Александра – дело темное: все версии». Он всколыхнул воспоминания: болезненные, сильные, сладкие - связанные с отцом Александром, его гибелью, которые забылись, забылись… Нарисовал четкую картину событий и улик. Что же касается выводов, вызвал скорее досаду. Тут авторы фильма проявили вполне, впрочем, объяснимый страх. В числе версий – убийство руками КГБ и руками верхушки церкви. Странно, что они рассматриваются как две отдельных версии, хотя известно, что эти две организации настолько сращены, что их интересы совпадают. Версия убийства руками КГБ отметается по той причине, что отцу Александру этот орган не препятствовал выступать публично в последние годы его жизни. Но ведь в те годы свобода, действительно, существовала, и прекратить деятельность отца Александра можно было только саперной лопаткой.

                …А надо мной огромные деревья
                между землей и небом образуют мост,
                их гордый, исполинский рост
                не то, что облаков кочевье,
                которые в божественной тиши
                снимают камень с плачущей души.

АГАПА

    Очень важной для меня темы коснулся батюшка сегодня – молитвы об умерших. Они всегда сразу чувствуют молитву живых и очень благодарны за нее. Но по-настоящему действенна только молитва с любовью. Если нет любви, должна быть хотя бы жалость. Умершие очень нуждаются в наших молитвах. Большинство из них не может молиться, но некоторые – достигшие определенных духовных высот при жизни – молятся.
    Батюшка часто видит во сне людей, которых он не знает, но они утверждают, что знают его. Это умершие. Он вспомнил по этому поводу героя Льюиса, который после смерти увидел много сущностей и душ, которые помогали ему при жизни.

МОЛИТВА

    Совершенно изменила мою молитву о ближних последняя проповедь батюшки:

    Мы часто слышим такие слова: «Помолись о нас», и думаем при этом, что так легко о ком-то помолиться. Да, сказал, замолвил слово Господу: «Спаси такого и такого». И этого достаточно? Нет, дорогие братья и сестры! Настоящая молитва за другого человека должна содержать в себе нечто большее, чем просто слова. Мы должны быть, как те друзья расслабленного. Мы должны со дерзновением умолять Бога о помиловании. Для этого должны, возможно, и совершить какие-то странные, необычные шаги в нашей жизни, которые другим покажутся неприемлемыми. Но, прежде всего, мы должны полюбить по-настоящему того, за кого молимся. Невозможно молиться о другом человеке, о его благополучии, о его спасении, о его исцелении, не любя его. Мы должны как бы взять перед Богом всю ответственность за этого человека, понимая, что, возможно, он согрешил – потому и страдает. Но мы, как Христос, должны быть готовы взять на себя хотя бы часть его страданий, чтобы и ему стало легче. Такая позиция возможна только для тех, кто любит, такая молитва возможна только для любящего человека.

УКРАИНА

    Батюшка прислал фото: в Крыму русские солдаты после целования креста, целуют огромную икону: Путин с нимбом…


                Красная боль,
                серая теснота,
                черное удушье –
                все цвета –
                на знаменах Креста.

МОНАШЕСТВО

    Сегодня ночью приснилось, что мне подарили монашеское облачение. И мною овладели мечты. Первое, что пришло в голову: мне будет легче без Давида, хотя стало и страшно за него, и жалко…
    Утром позвонила сестре Христине и сказала: «Мне кажется, что мне надо постричься в монахини». Сестра Христина ответила: «Но Вы же венчаны, впрочем, это надо спросить у батюшки…»
               
     Дорогой батюшка!
     Можно ли постригаться в монахини венчанной женщине?

      Дорогая Ира!
 
     Венчанной женщине можно постригаться в монахини только в том случае, если брак совершенно распался. Обычно обе стороны – бывшие муж и жена – должны как-то об этом договориться. По крайне мере, крайне желательно, чтобы бывший муж дал на постриг свое согласие.

      Мысль о монашестве возникла уже давно. Временами она выходила на первый план. В частности, после того, как сестра Христина прислала мне письмо батюшки к одной монахине.

    Дорогая N!
    От всей души поздравляю Вас с Днем рождения.
    День месяца, в который Вы родились, совсем недалеко отстоит от календарной даты праздника Рождества Пречистой Богородицы. Конечно же, никто из нас не дерзнет сравнивать свое рождение или рождение близких нам людей с появлением на свет Той, Которая самым непосредственным образом послужила величайшей Тайне Искупления всего мира, став Матерью вочеловечшегося Слова Божьего. И тем не менее некоторые аналогии как бы напрашиваются сами собой: Пресвятая Дева, будучи еще во чреве матери, была избрана Божественным Провидением для самого великого, которое только возможно человеку, служения Богу и людям. Вы также, уже во чреве матери, были свыше предопределены стать монахиней – посвятить свою жизнь, отдать все свои силы и таланты Господу, Его Церкви.
    Принятие монашеского пострига – это мученический подвиг, совершаемый во имя Христово и для Его Славы. Любой монах должен "сораспяться Христу", "носить на себе Его язвы", умереть для греховной жизни, чтобы уже здесь, на земле воскреснуть для новой, вечной Жизни – Жизни со Христом и во Христе. Насколько это трудно для монаха, физически находящегося еще в "мире зла и тьмы", знает, наверно, по-настоящему, только сам монах. И потому добровольно взятый им на себя подвиг есть поистине подвиг мученичества.
     Да, но далеко не всегда мы, монахи, соответствуем в нашей жизни, в наших делах и словах такому высокому идеалу. Далеко не всегда нам удается полностью умереть для этого мира, отречься от него, от всего того, что здесь, на земле, для нас дорого и мило.
    Но Господь знает и видит все, что с нами происходит, и видит намного глубже, чем мы можем себе представить. Ему открыты не только все наши поступки, дела и мысли, но и глубины нашего сердца, куда мы и сами порой не можем проникнуть. И если там, в этих "глубинах" у человека сформировалось и созрело желание посвятить себя Богу – для Него это, наверное, самое главное.
    Представьте себе (чисто теоретически) такую картину: перед Господом стоят сто верных Его служителей. Обращаясь к ним, Господь говорит: "Кто-то из вас один должен пострадать за Меня. Кто желает стать добровольным мучеником?". И вот все сто в один голос восклицают: "Я, Господи! Я хочу, я готов пострадать за Тебя!". Но Богу нужен только один мученик, и из ста желающих Он выбирает только одного. И что же? Только один, выбранный Им, получит в награду мученический венец? О нет! Я верю, что его получат все, изъявившие желание пострадать за Господа. Любовь Божия, Его Суд, Его Пути – непостижимы и парадоксальны для человека: оставив 99 "благополучных овец" Господь  идет спасать "одну заблудшую"; пренебрегая критериями человеческой праведности и благочестия, Он оправдывает блудницу и разбойника.
     Да, Он видит все намного, намного глубже, чем мы можем себе представить. Для Него самое главное – это то, что творится в глубинах нашего сердца. А из этих глубин когда-то прозвучало Ваше: "Да, Господи! Я отдаю свою жизнь Тебе! Я готова на все ради Тебя!"
И Ваша жертва, дорогая N, была принята Богом. Вы – одна из тех "ста", которых Господь вопрошал об их готовности пострадать за Него. Сегодня – еще не Ваша очередь, но она может подойти завтра, послезавтра... подойти совершенно неожиданно. Ведь Вы уже дали однажды свое согласие, изъявили свою готовность. Выбор же "времени и места", как говорится – за Господом. В нужный момент и в нужной ситуации Он призовет Вас на подвиг, который предназначен для Вас.

ДУХОВНАЯ БЕСЕДА И ИСПОВЕДЬ

Подруга
   
    Батюшка спросил о Фриде, которая считает своего бывшего любовника духовным харизматиком, и ушла из храма, поскольку мы его таковым не считаем. Батюшка сказал на это: «Много званых, а мало избранных». Она была близка к вере, но, к сожалению, соблазнилась лукавым. Такие возможности посылаются всем людям, но далеко не у всех хватает внутреннего заряда, чтобы использовать свой шанс. Кальвин толковал эту фразу из Евангелия в духе предопределения, но она имеет совсем ясный и простой смысл: все могут стать “избранными”, если захотят. “Избранные” – это не предназначенные Богом ко спасению люди, а добровольно согласившиеся следовать за Ним. Если бы было безусловное предопределение одних ко спасению, а других – к погибели, то Господь не призывал бы тогда к Себе “многих”, то есть, всех нас. Ибо зачем? Все труды и устремления “неизбранных” были бы в этом случае бесполезны и бессмысленны...

Мужество
   
     Не ропщу, кажется, на свои болезни, но унываю и жду худшего. Батюшка проницательно заметил, что  мне не хватает мужества. А многие люди, как и Христос, радуются, преодолевая трудности и искушения.

Разговоры
   
    Покаялась на неприязнь в одном разговоре. Батюшка ответил, что, если разговоры пустые, то и не надо их вести. Но можно с терпением выслушать человека, чтобы сказать ему в какой-то момент что-то нужное о вере. Я заметила: «Раздражаются…» - «Не говорите: «Иди покайся!» - Вас примут за ханжу, но скажите вскользь, тонко, расскажите о себе».

ПРОПОВЕДЬ

    Еще одно за замечательное место в проповеди батюшки:

    Отвергнуться себя, дорогие мои, - это значит перестать жить своими интересами, перестать заботиться о себе, о своем благополучии, а жить интересами других людей. Обратить свой взор с себя самих - на другого. Об этом, кстати, очень много говорила и писала в свое время известная русская подвижница, мать Мария Скобцова: «Умри для себя самого, и воскресни в другом человеке. Живи его интересами, живи его радостью, живи его скорбями. И вот тогда-то ты и отвергнешься себя и последуешь за Христом». Это и значит - взять крест Христов на себя. Не тот крест, который мы обычно несем в своей жизни: страдания, неприятности, болезни, трудных родственников, знакомых. Конечно, это тоже крест, но это крест, который достался нам, так сказать, уже по необходимости. Но и другой крест призывает нас взять на себя наш Господь. Прежде всего, крестоношение во Имя Христово предполагает огромную любовь к Нему и желание уподобиться Ему, по крайней мере – желание. Потому любое истинное крестоношение приносит нам не тягость, не неудобство, а радость. Радость! Что мы следуем за Христом трудным, крестным, но спасительным и единственно верным путем. Взять крест Христов и последовать за ним – это значит, дорогие мои, стать в этом мире присутствием Христовым.

СВЯЩЕННИКИ

     Батюшка прислал зловещее интервью из Портала Кредо. Священник Сергей Привалов говорит, что его собратья не призваны нести в армейские части духовные ценности, а призваны выполнять указания армейского начальства. Он предлагает, чтобы священников  финансировало Министерство Обороны…

ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ

     Сейчас ночь Великого четверга. Утром была на Литургии. Служба входила  в сердце. А Марфа, с которой разговаривала вечером, сказала: «Очень тяжелая была служба». Ее в последнее время преследует искушение. Началось это несколько месяцев назад, и батюшка сказал ей тогда: «Ни с кем, кроме меня, не разговаривайте на духовные темы». С тех пор она и пропала из моих «Камушков».
    Надо будет поговорить с батюшкой о моем новом ощущении. Появилось оно, когда я стала молиться о людях с любовью. Для меня это стало значить, что я вызываю в себе тепло к  человеку, представляя его образ. Молиться стало приятно, напряжение снизилось. Такое же тепло иногда вызываю в себе при разговорах, и чувствую, что такие разговоры лучше, душевнее. Не знаю, права ли я, но у меня исчезло чувство, что я не люблю людей.

               
                Господи, два часа
                Твоей ночи.
                Жизнь моя на весах,
                и пока прочно
                мое бытие.
                Радость на дне
                души.
                Уходить не спешит
                за порогом двери
                Страстной недели.
                Видно, куплено счастье
                Твоею страстью.

ПАСХА

    Спала после ночной службы только три часа. И вот, горит душа…
    Вчера весь день пролежала, но уверенность в том, что пойду на службу, не изменяла мне. Она поддерживалась мелькающими в голове пасхальными песнопениями. Вероятно, это сестра Христина молилась обо мне, как и обещала. Она же процитировала слова батюшки: «Если у Вас есть 5% сил, то Господь даст остальные 95». Я даже чувствовала себя непривычно здоровой по дороге, хотя шла с двумя костылями.
    Мое любимое начальное песнопение: «Воскресение Твое, Христе Спасе…» пели, проходя мимо дома крестным ходом. Идущий рядом немец, хорошо говорящий по-русски, сказал, что под конец стал разбирать слова. Случайные прохожие стояли и смотрели с любопытством.
    Когда зашли в храм, в воздухе как будто стояла плазма, и все происходящее вливалось с ней в душу. Красный цвет пылал. Батюшкин прекрасный голос оглашал храм. Стоило лишь чуть сосредоточиться, и слова входили в сердце. Вспоминала временами Его Лик, как я видела его во сне, и это придавало молитве конкретность. Когда подходили целовать крест и иконы со словами: «Христос воскресе!» - «Воистину воскресе!», лица окружающих стали прекрасными и родными.
     Усталости не было, но, поскольку служба длилась больше трех часов, захотелось курить, и я вышла сразу после причастия. Входная дверь была открыта настежь, с улицы доносились дикие вопли.
    Когда спустились на Агапу в подвал, праздник был омрачен. Оказалось, что какие-то люди зашли в помещение и унесли три рюкзака и несколько бутылок вина. Марфу так потрясло, что можно украсть в Пасхальную ночь у празднующих, что она начала есть салат прямо с общего блюда. Ночь закончилась смущением. Но как опять горит сегодня душа!..
    В памяти за сегодняшний день особо остались два трогательных момента. Когда ночью я подошла целовать икону к сестре Анимаисе, мы обе растерялись и не поцеловались. И вдруг через полчаса она подошла ко мне и молча расцеловала. Как это правильно! И поразил меня Давид. Он один сегодня в Москве на Пасху. И вот, он говорит по телефону: «Я сейчас съем свои крашеные яйца, а ты съешь свои». Поскольку свои я уже съела, обещала просто помолиться за него, пока он будет есть.
    Утром в понедельник получила радостное известие: самые ценные вещи, украденные ночью - книги прихожанина-немца, чтец Женя нашел в мусорном контейнере. Воры их просто выкинули.
    А батюшка сказал, что такой благодатный день не мог пройти без искушения.

                Сколько милости у Бога!
                Удивительна дорога,
                где на каждом повороте
                крест стоит,
                но все в природе
                о рожденье говорит.
                И увидит, кто сумеет,
                как опять зазеленеет,
                столб, обструганный когда-то,
                и душа, что виновата,
                вкусит плод святого Древа,
                называемого Дева.

АЛИЛЛУЙЯ

    Письмо, написанное батюшкой одному своему другу.

     Отче! Возможно я не совсем ясно изложил свою мысль в прошлом письме по поводу “алиллуиа”. Попробую сейчас разъяснить то, что я имел в виду.
 
    Дело в том, что у христиан Востока и Запада существует разница в восприятии и в понятии слова “Алиллуиа”. Западные христиане воспринимают пение или чтение “Алиллуиа” как знак, как символ торжества, непременный атрибут радостного, праздничного, торжественного богослужения, и потому, по их мнению, пение или чтение “Алиллуиа” в дни скорби и в дни Поста никак не уместны. У восточных же христиан отсутствует такое восприятие “Алиллуиа”. “Алиллуиа”, по их представлению, это хвала Богу, которую можно и нужно возносить в любых обстоятельствах жизни: и в дни скорби, и в дни радости. Отсюда, одно из песнопений православного чина “Погребения усопших” (Икос) заканчивается такими словами: “Надгробное рыдание творяще песнь: Алиллуиа, Аллилуиа, Алиллуиа”.
 
    Как библейский праведный Иов в дни самой большой своей скорби возглашал: “Бог дал, Бог и взял – благословенно Имя Его отныне и до века!”, так и в дни Поста и скорби восточные христиане возносят слова хвалы Господу: “алиллуиа”. Как ты знаешь, и кондаки любого акафиста, в том числе и сугубо покаянного характера, как, например, Страстям Христовым, заканчивается словом: “Алиллуиа”.
 
    Означает же это следующее: христианин в любых, иногда даже в самых сложных и трагических жизненных ситуациях благодарит и славословит своего Господа. Как, например, говорил на протяжении всей своей скорбной земной жизни и, в том числе, в час своей кончины святитель Иоанн Златоуст: “Слава Богу за все!”, что в его устах фактически означало то же, что “Алиллуиа”.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

    Со времени сна, в котором я была не рада отцу Александру, молилась, чтобы его вспомнить и – вспомнила. Регулярно обращаюсь к нему в молитве. И сегодня утром во сне он дал о себе знать, как я и просила. Он меня смешил.
   

               
                По ночам я гляжу в глубину,
                созерцая чужую страну.
                И она во мне прорастает
                всею силой деревьев своих,
                и невнятностью мыслей чужих
                хладной мачехой обнимает.
 
УКРАИНА

     Сегодня батюшка написал, что в эти дни решается судьба Украины, и надо о ней сугубо молиться. Молилась Розарием. Моя подруга не спит ночами, сидит у компьютера и следит за новостями. Передает мне их по телефону. Сколько страданий Господь берет на Себя!

МОЛИТВА

    Молитва моя изменилась. Стало удаваться держать себя мысленно перед Богом.

ЛЮДИ

    В связи с событиями на Украине стало вдруг ужасающе ясно, как легко люди в массах впадают в заблуждение. И среди них - многие близкие… Знакомое ощущение шока, когда обнаруживается, что и этот человек заражен безумием... Стало ясно и то, как преступны политики, как лживы средства массовой информации. И отчаянный героизм некоторых…
     Сталкиваюсь с людьми противоположных мнений. Но с противниками не спорю – отмалчиваюсь. Странно, в прежние времена я бы негодовала, теряла покой, ненавидела. Теперь же отношусь к противникам как к жертвам заблуждений.


                Жена, облеченная в солнце...
                И сердце, одетое мраком,
                по воле Христа-миротворца
                откроется внутренним зраком
                навстречу лавине отвесной -
                молитве Царицы Небесной.


АЛЕША

    На Литургии всегда сидим с Алешей-дауном. Нежный, ласковый мальчик. То и дело оглядывается на меня и раскрывает объятия. В прошлое воскресение, взяв мою руку, обратил внимание, что у меня оторван заусенец. Сегодня обнаружила, что у него тоже оторван заусенец на этом месте. Это меня «пронзило». А его мама говорит, что он и хромает, как я.


                Прижимаюсь лбом
                к холодному стеклу.
                Виден сквозь - райский сад.
                Думаю о том,
                что в углу -
                вижу вскользь -
                где-то над -
                открыта щель
                для пчелки - цель,
                чтобы вылететь вновь -
                в любовь.

ДУХОВНАЯ БЕСЕДА

Эгоизм
    В болезни становлюсь эгоистичной, думаю только о себе - кто бы меня утешил.
 
    С этим можно и нужно бороться. Какими способами? Обличать себя почаще и стараться брать пример тех с христиан, которые находились или находятся в сложных жизненных ситуациях и, тем ни менее, с достоинством, мужеством и подлинно христианским смирением переносят все те испытания и скорби, которые ниспослал им Господь.

Осуждение

    Холодность к людям пошла на убыль - в хорошем состоянии. Кажется, это началось после того, как стала с любовью молиться о людях, имея перед глазами их мысленный образ. Появилась даже нежность к людям. Но осталось осуждение. Оно связано сейчас, в основном, с безразличием людей к моим страданиям.
   
   Осуждать нельзя – это грех, но реагировать на негативные явления можно и нужно. Как говорили святые отцы: “Рассуждай, но не осуждай”. Видя недостатки других людей, пожалейте их, помолитесь о них как о немощных, и постарайтесь избегать в своей жизни подобных грехов и бороться со своими, подчас аналогичными недостатками, которые наверняка у каждого из нас тоже есть...

    О людях - "дальних" - стала думать хуже, в связи с событиями в России.

    Если “думать” в данном случае означает “рассуждать”, “реагировать” (как я о том выше говорил), то это естественно и нормально, если же “думая о дальних”, Вы начинаете их осуждать, то боритесь с осуждением, преодолевайте в себе этот греховный помысел ...

Страх

   Избавилась, кажется, от страха смерти, но остался страх перед немощью.
 
    Это – от маловерия... Помните, что Господь ни на минуту не оставляет нас своим попечением и заботой, посылает нам то,  в чем мы в данный момент духовно нуждаемся (иногда это бывают болезни, скорби и искушения). Доверьтесь полностью Божественному Промыслу, и страх сам по себе “улетучится”.
 МАЛЬЧИК

    Теперь меня возят по воскресениям в храм – добираться самой стало трудно. Водитель, простой человек, когда ему в шутку сказала начальница фирмы: «Ну, ты заодно и причастишься!» - ответил: «А мне-то за что?» Но сидит в храме во время Литургии, и даже привел своего шестилетнего сына. Мальчика зовут Лиор, что по-еврейски значит: «Мой свет» - родился он в Израиле. Оказалось, что он ходит в католический класс.
    После первого посещения, когда мы ехали в машине, Лиор сказал: «А мне понравился этот… (имея в виду батюшку). Он Бог». – «Бог это другое» - ответил отец. – «Пушистый…» - «Это борода». 

               
                Любовь, как нитка, провела
                по легким жизненным сплетеньям
                и указала - не ждала -
                одно лицо живым виденьем.
                Его забыла я давно,
                но то, что для меня темно,
                ей видно вечным воскресеньем.


СИНДРОМ
 
   Три дня у меня не было синдрома. На третий день написала батюшке, что избавилась окончательно от моего недуга.

   Слава Богу, дорогая Ира, что Вы сейчас не чувствуете синдрома хронической усталости.
 
   Болезни наши – друзья и помощники наши. Благодаря ним мы духовно просыпаемся и начинаем видеть себя такими, какие мы есть. Отсюда возникает и чувство вины пред Господом, ощущение своей беспомощности и надежда только на Его милосердие и помощь. Если же здоровье вновь возвращается к человеку, зачастую он опять духовно “засыпает”... Что делать? “Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение” – говорит нам, и по сей день Господь. Если молитва сухая, формальная – кричите, зовите Господа на помощь, как утопающий Петр: “Господи, спаси меня!” И Спаситель тотчас прострет к Вам руку помощи и поддержит Вас!

    Когда синдром вернулся, он ответил:

    Дорогая Ира!
    Видимо, без “синдрома” Вам не обойтись. Он необходим для Вашей духовной жизни, ибо с чем же тогда Вам и бороться-то по-настоящему, что преодолевать в себе и что побеждать...?
    Укрепи Вас Господь!
 
   И мне вспомнилось замечательное место из проповеди батюшки, которую я расшифровывала.

    Дорогие мои, дело, наверное, заключается в том, с какими целями человек просит исцелить его, для чего ему нужно это исцеление. Многие из нас хотели бы избавиться от телесных страданий, которые в той или иной степени всем свойственны. Многие из нас хотели бы быть совершенно здоровыми, абсолютно здоровыми, на все сто процентов. Здоровье, зачастую, становится для человека главной жизненной целью. Для многих из нас болезнь – это напоминание о том, что жизнь скоротечна, что она рано или поздно закончится. Наше тело подчас как бы говорит нам: я не могу вернуть себе здоровье. Придет время – я стану немощным, зачахну и... совсем распадусь. У большинства из нас это вызывает чувство ужаса. Смерть.... Потому люди стремятся все возможное сделать, чтобы избежать смерти. Конечно, они знают, что не будут жить вечно, но, по крайней мере, стремятся отсрочить этот страшный день. Отсрочить... Но ведь он все равно придет, непременно придет… И вот человек просит Бога исцелить его от той или иной болезни, исцелить для того, чтобы вернуться к своей прежней, беззаботной, а порой, просто греховной жизни, чтобы ничто не омрачало бы этой его жизни и, в первую очередь, напоминание о смерти, о том, что она в любой момент может придти, она совсем даже не за горами. Как это смешно и, одновременно, грустно. Как мы в большинстве своем наивны!

    Дорогой батюшка!

    Очень боюсь смерти как разлуки.

    Дорогая Ира!
 
    Смерть далеко не всегда разделяет людей, а порой, наоборот, так соединяет, как никогда не было при жизни... Господь послал мне Вас, а Вам – меня. Неужели Вы думаете, что Он разлучит нас, оставив Вас одну на “произвол судьбы”?! Этого не будет, не может быть!
 
    И второе, что я хотел бы Вам в данной связи сказать: мы не должны загадывать, когда к одному из нас придет смертный час. Он придет только тогда, когда мы исполним на земле свое предназначение, данное нам Господом. Когда же это произойдет, знает только Он...

СНЫ

    Как замечательна эта связь с иным миром в снах! Перед отъездом в Германию мне многие месяцы снились дивные поля цветов. Я столбенела от восторга, а, вспоминая днем сон, надеялась. И через годы трудностей, я понимаю, каких даров, какого счастья я сподобилась здесь. Многие месяцы перед появлением отца Мартирия в моей жизни мне снились прекрасные церкви, появившиеся около нашего московского дома. Я заходила туда - там были священники.
    А на днях Давиду приснился отец Александр. Ему снилось, что он опоздал к причастию, и отец Александр сказал ему с упреком: «Ну, что же Вы?..»
«БОГ»
    Сегодня батюшка прислал информацию:
    Анонс лекции "Станет ли Путин богом по благодати" был распространен от имени активиста РПЦ МП, лидера движения "Божья воля" Дмитрия Энтео в социальных сетях в конце прошедшей недели и вызвал активное обсуждение, сообщает корреспондент «Портала-Кредо».
АНТИХРИСТ

    Батюшка прислал выступление профессора МПДА Алексея Ильича Осипова о вырождении православия в России. Большинству называющих себя православными не нужен распятый Христос и Царство Божие, которое «внутрь вас есть». Нужно материальное благополучие и царь-помазанник. Осипов вспоминает, как монахини Шамордина монастыря в сталинские годы передавали слова оптинских старцев: «Снова откроют церкви и монастыри, и православие будет свободно, но не надолго…» А святитель Игнатий Брянчанинов пророчествовал, что в лоне русского народа родится антихрист. Осипов говорит, что, судя по духу времени, именно теперь наш народ должен стать орудием антихриста. Вспоминает, что при канонизации царя Николая Второго его называли искупителем. Впервые эпитет, который приличествует только Христу, был отнесен к человеку. В те годы многие пострадали мученически, но никто не был прославлен так, как царь Николай. Почему? Потому что он – помазанник. Осипов ссылается на многие публикации, которые свидетельствуют, что жажда царя, причем царя над всем миром, овладела русским народом. Заканчивает он свое выступление словами: «Мы жаждем не святости, не подвижничества, а силы, могущества, материального благополучия, и над всем этим – царя, помазанника. А что это будет за царь, сказано в Апокалипсисе: «И придут и поклонятся пред ним все народы»».

    Дорогой батюшка!
    Но если я правильно помню, перед пришествием антихриста должно быть тысячелетнее царство Христа…               

    Дорогая Ира!
 
    “О временах же и сроках нет нужды писать к вам, братия,  ибо сами вы достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью”, - говорит апостол Павел. Но признаки приближения эсхатологического времени нам четко указаны Спасителем. Присмотритесь – и Вы увидите их...
 
     Тысячелетнее Царство Христа – это время существования Церкви Христовой, время веры, время христианской эпохи. Не кажется ли Вам, что оно уже позади?
 
     А история будет продолжаться... и будет продолжаться до тех пор, пока не истребится последний враг – смерть и “будет Бог все во всем”.

МОЛИТВА

    Дорогой батюшка!
    Как молиться об Украине? О чем сейчас нужно молиться?

    Дорогая Ира!
 
    Будем молиться о спасении людей – и на Украине, и в России. Да вразумит Господь заблудших, и да укрепит страдающих!

АПОСТОЛ ПАВЕЛ

    Дорогой батюшка!

    С того момента, когда я поверила, что наступила эсхатологическая эпоха, я как будто отчасти умерла. Нет, я могу молиться - может быть, это даже стало легче - могу готовить, гулять. Но у меня пропало желание писать. Зачем нужны наши вирши, когда "Бог будет все во всем"? Мне кажется, что и очень многое другое отпадет…

    Дорогая Ира!
 
    В Посланиях апостола Павла можно встретить упоминание о некоторых христианах первого поколения, которые, в ожидании скорого конца света, перестали вообще что-либо делать, ибо считали все это напрасным. “Скоро наступит конец мира, – так думали они, - зачем же предпринимать какие-либо труды и усилия – духовного или житейского плана?” Апостол же Павел призывал их заниматься своими обычными делами, но при этом внутренне быть готовым дать ответ перед Богом за все свои слова и дела. Эти советы и пожелания великого Павла относятся и к нам, сегодняшним христианам. Пока жизнь не прекратилась, каждый из нас должен заниматься своим делом. Наша жизнь на земле – это, в любом случае, труд, а не расслабление и отдых. Будем же и мы готовить себя к ответу пред Высшем Судией в День скорой встречи с Ним, не оставляя (повторю еще раз) своих привычных занятий.

                Седая прядь
                не двинет вспять
                мои мечты.
                Все вести жду,
                что под конец
                мне принесет благой гонец,
                и слушаю молчанье –
                вся – ожиданье.

 ИИСУСОВА МОЛИТВА
    Идет четвертая неделя, как я не была в храме – по разным причинам. Конечно, и по моей вине…
    Возможно, испугавшись большого срока без причастия, а, может быть, и под впечатлением разговора с Марфой, сказавшей, что она молится Иисусовой молитвой, попробовала читать ее продолжительное время. Посторонних мыслей почти не было, но меня смутило, что временами молитва совершалась машинально. Спросила об этом батюшку. Он ответил, что машинально молиться нельзя. Возникло еще несколько вопросов, с которыми обратилась к нему - получила подробный ответ. Но в обоих письмах присутствовали знаки, что батюшка мной недоволен.
   
ИСПОВЕДЬ

    Холодный тон батюшки в письмах начал угнетать меня. И я спросила, можно ли мне придти на исповедь. Ответ батюшки содержал, наконец, все признаки любви, к которым я так привыкла:

   
    Конечно же, можно, даже нужно, дорогая Ира!
    Божие Вам благословение!
    С любовью,
    Ваш о. М.

                Наполняется душа,
                как воздухом, любовью.
                Жизнь играет на скрипке
                в такт улыбке
                говорящего с тобою,
                в такт прибою
                радости не своей -
                ведь та прочней. 

ХРАМ

    «Это лучшее место на земле!» - сказала я батюшке от всего сердца в нашем храме, когда, наконец, пришла на Литургию.
    На исповеди покаялась в страхе перед страданиями, желании всеми силами их избежать. Батюшка сказал, что самое страшное страдание – это остаться без Бога, а других бояться не надо. Внутренне с ним согласилась.
     Во время Литургии попробовала часто прибегать к Иисусовой молитве, и все в храме вошло в сердце. Раньше бывали «провалы», когда я не могла включиться – либо в молитву, либо в пение, бывало состояние отрешенности, я чувствовала свою вину.
     Осталась и на Агапу. Говорили об отношении большинства православных к католикам. Батюшка рассказал об одной международной христианской конференции, на которой присутствовали представители разных конфессий, еще в советские времена. Перед началом католический представитель предложил всем помолиться - прочитать «Отче наш». Тогда встал православный епископ и заметил: «У нас с вами разные отцы». Вспомнил по этому поводу и историю, рассказанную одним верующим. Он пришел к своему духовному отцу и попросил помолиться о больном друге, католике. «Молиться о католике?! – воскликнул тот, - он же проклят!» «Но мы же молимся о неверующих…» - робко возразил  прихожанин. «Неверующий еще может обратиться, а католик – никогда!»

ЧЕТКИ
    Очень хотела, чтобы моя подруга Эсфирь начала молиться Розарием. Сестра Анимаиса передала ей книжку батюшки о Розарии. А я молилась Богородице, чтобы Она поддержала Эсфирь. Она молилась недели две, а потом ей приснился сон. Женские руки протягивают ей четки и ласковый голос говорит: «Вот тебе новые четки». У Эсфири четки были сломанные. Она возликовала! Она так хотела, чтобы ей приснилась Богородица, услышав мой сон о Ней. Я попросила сестру Христину передать Эсфири хорошие четки. Передача состоялась в день Розария, 7 октября.

ДЕНЬ АНГЕЛА

    Поздравила батюшку с днем его Ангела и получила ответ:

    Спасибо Вам сердечное, дорогая Ира!
    Да хранит Вас Господь по молитвам и ходатайствам святого мученика Мартирия.

    Этот ответ разбередил во мне давнее чувство вины.

   Дорогой батюшка!
    У меня никогда не было духовной связи с моей святой. Поминаю ее машинально на утренней молитве. Кажется, я не очень верю в ее существование. Это святая великомученица Ирина. Читала когда-то ее Житие. Оно переполнено описаниями фантастических чудес, которые нисколько не трогают. Видимо, в другие времена к этому было иное отношение. Образ святой кажется нереальным, потому что нет живых черточек ее духовного облика. В результате я даже не могу запомнить день ее прославления и не праздную своих именин. Есть еще святая царица Ирина, которая победила иконоборчество, но образ царицы тоже почему-то не привлекает. Что мне делать?
    Когда-то читала книгу святого Жана Вианне, Арского священника. Она произвела на меня большое впечатление. Самой мне легко во всех событиях, вплоть до мелочей, видеть проявление Божией воли. Как Вы относитесь к этой традиции? Читала где-то, что она возникла именно благодаря Арскому святому и святой Терезе Лизьезской. А какой взгляд существовал до них?

Дорогая Ира!

    Действительно, все в нашей жизни – промыслительно и происходит по Воле Божией. Такой взгляд на жизнь существовал еще задолго до появления на свет святых Жана Вианне и Терезы Лизьезской. Без Воли Отца нашего Небесного и волос не упадет с главы нашей, - говорил Спаситель. И это единственно правильный и поистине христианский взгляд на все происходящее и совершающееся с нами.
 
    Исходя из этого, Вам нужно принять и ту святую, имя которой Вы носите. Принять глубоко в свое сердце. Она, как Ваша небесная Ходатаица и Покровительница, дана Вам Самим Богом.
 
    В средние века было вполне естественно для тех, кто составлял Жития святых, приукрашивать их жизнь, добавляя в жизнеописания святого, так сказать, “стандартный набор” чудес, который должен был бы “подтвердить” святость и величие подвига того или иного угодника Божия. Но суть дела-то от этого не меняется: святой остается святым, исповедник и мученик Христов – исповедником и  мучеником Христовым, подвижник и аскет – подвижником и аскетом. Нужно только научиться, при чтении таких творений автоматически отбрасывать этот вышеназванный “сугубо человеческий фактор” и сосредоточить свое внимание на самом важном и главном: на вере, на любви святого к Богу, на его готовности пожертвовать ради Спасителя всем на земле, в том числе и самой своей жизнью.
 
    Для объективности информации о жизни святой мученицы Ирины поищите через Интернет различные сведения (в том числе и в сугубо светских источниках) о ее житии и подвигах.
 

                Перекликаясь, мельтешат,
                роятся здесь ночные духи,
                и ты скорей сама умрешь,
                чем шепот странный разберешь.
                И вот уже нисходит сон -
                он многолик и воспален
                делами прожитого дня...
                И нет спасенья для меня,
                и ненадежны все места,
                кроме подножия креста.
СОН ЭСФИРИ
    «Вокруг топь, гиблое место. Смеркается. Пасмурно. Неба как будто нет, все время смотрю под ноги. Иду согнувшись. Между кустиками травы мне мерещится тропинка. Тороплюсь, боюсь ночи. Теперь под ногами камни. Поднимаю голову: передо мной почти в темноте высится крутой холм. Вправо, влево – все холм. Начинаю взбираться. Цепляюсь руками, получается хорошо, легко.
    Вот и вершина. Вдалеке на совершенно ровном месте стоит храм. Уже так темно, что он кажется светло-серым на темно-сером. Надо войти в него. Иду быстро, легко. Когда подхожу близко, вижу, что вокруг храма люди водят хоровод. Маленькие, горбатые, горбы на груди и на спине, все длинноносые и беззубые, одетые в тряпье, они смеются, кривляются, подмигивают друг другу и,  крепко держась за руки, все идут и идут в хороводе. Так тихо. Стерт всякий звук. Знаками я прошу пропустить меня к дверям храма. Никто не замечает меня. Пытаюсь разнять их руки. Они вдруг окружают меня и начинают толкать в разные стороны. Озлившись, я дерусь с ними и вдруг вижу на руках своих кровь…»

 ИСПОВЕДЬ

    Я не знаю, ропот ли это, но я не принимаю страдания. Не вижу в нем смысла.
   
    Несколько человек не поздравили меня с днем рождения. Была в плохом состоянии и обиделась.
  Очень много думаю о собственных стихах и обо всем, что пишу. Огорчаюсь, что этому оказывают мало внимания.
    Раздражаюсь на Давида, что он отнимает мое время, мешает молиться.
    Мое маловерие, по-видимому, сказывается в отношении ко времени. Не чувствую себя естественно в его потоке, раздражаюсь на то, что все не так. Не умею ждать, не хватает терпения.

    Дорогая Ира!
    Насколько я понял, Вы не видите смысла именно в своих страданиях. Подлинный, глубокий их смысл откроется Вам позже. Сейчас же стоит лишь поразмыслить о том, какой бы Вы были, если бы этих страданий в Вашей жизни не было. Неужели Вы не видите, как они, страдания, “встряхнули”, “отрезвили” Вас духовно? Неужели Вы не замечаете тех перемен в Вашей жизни и в первую очередь – духовной жизни, которые пришли вместе со страданиями, с болезнью...?
    Раздражение на близких, эгоизм, обидчивость, самопревозношение – все это проявления в разных формах “греха всех грехов”: гордости. Бороться с этим главным нашим грехом нужно постоянно, настойчиво и очень-очень долго, до самой, как говорится, гробовой доски. Вы ведь знаете из Священного Писания: “Бог гордым противится, а смиренным дает благодать”. Хотите получить настоящую благодать – смиряйтесь! Лучше всего для обретения смирения -  понуждение себя к смирению в соответствующих жизненных ситуациях. Другого способа стяжать эту добродетель не существует.
     С маловерием можно и нужно бороться. Главное средство для преодоления этого греха - молитва. Почаще взывайте к Господу словами евангельского сотника: “Верую Господи, помоги моему неверию!»

БЛАГОДАТЬ

    Дорогой батюшка!
    Третий день - благодать, сегодня очень сильная. Не хочется молиться Розарием. Зачем произносить слова, когда Он наполняет душу? Я бы занялась каким-нибудь тихим делом, хоть бы уборкой...

    "Бдите и молитесь, да не внидете в напасть", - говорит Господь. Все святые отцы, которые "купались" в благодати, молитву при этом не оставляли. Мы призваны в идеале к непрестанной молитве. "Всегда молитесь" - говорит апостол Павел.
    Не оставляйте же молитву и Вы, дорогая Ира! Кроме Розария есть много других молитв, в том числе и "Иисусова".

                Дождаться вечера,
                венчающего день.
                Как пусто! Нечего упрятать в тень.
                Но это пустота живая…
                Мне хорошо одной,
                как в стороне родной.
                В себе я слышу времени теченье,
                как будто это первый день творенья.

ДЕЛА   

    Дорогой батюшка!
    Моя благодать сильная, как первые три года. Мне почему-то кажется, что это надолго. Стараюсь напоминать себе, что я недостойна дара и так себя держать. Меня смущает, что  ничего доброго не делаю. Может быть, усилить молитву за ближних? Или использовать Фэйсбук, потому что я теперь легко общаюсь? Если бы Вы посоветовали мне дело - я была бы очень благодарна. О чем думать, на чем сосредоточить свое внимание? Я решила ни одному человеку, кроме Вас, не рассказывать о благодати. Может быть, рассказать только одной знакомой, которая совсем потеряла ревность и рассеялась?

Дорогая Ира!
 
    Святые советуют нам никому (кроме духовного отца) не рассказывать о своем благодатном состоянии, иначе оно будет утеряно.
    Понятие же “добрые дела” – очень широкое: это может быть и какое-то конкретное дело, и кому-либо данный добрый совет, и моральная поддержка или духовная помощь и т.п. Все на Ваш выбор в соответствии с Вашими возможностями. Но будем всегда помнить предостережение многих святых, что “праздность – мать всех пороков” и стараться избегать различных проявлений этого состояния...
               
                Не под сердцем я ношу
                то, что рифмою скажу.
                Как стучит в окошко дождь,               
                как мерцает спички пламя,
                отзывается стихами
                сотворенья мира дрожь.
 
РОЗАРИЙ
   

    Дорогой батюшка!
    Когда моя подруга молится Розарием, она получает ответ от Богородицы: "Я тебе помогу". "Спасибо" - "Пожалуйста". Как бы внутренний голос, без звука…
    Я сейчас тоже молилась Богородице, и Она мне тоже ответила. Засомневалась, и попросила Ее избавить меня от этого голоса, если это не Она отвечает. Голос исчез.
    Что мне сказать моей подруге?

    Дорогая Ира!
    Когда молишься, не следует прислушиваться ни к внутреннему, ни к внешнему голосам, а если они возникают, то не обращать на них внимание. Ибо эти голоса могут ввергнуть молящегося в состояние “прелести” (сатана-то ведь не дремлет!).
    Если молитесь о чем-то Господу, Матери Божией или святым, будьте уверены: они безусловно услышат Вас, и без всяких видимых подтверждений того, что Вы услышаны ими (типа вышеупомянутых внутреннего или внешнего голосов), всегда так или иначе помогут Вам.

ЖИЗНЬ

    Когда я была более всего несчастна?
    Когда потеряла благодать, когда убили отца Александра, когда бросала курить, приехала в Германию, переживала юношескую депрессию – это было самое тяжелое, в школе от ужаса перед формулами.
    Кого я больше всех любила?
    Сейчас понимаю, что любила папу, маму и дедушку, хотя  почти не обращала на них внимания. Но моим добрым гением в детстве и отрочестве была сестра. Она формировала мои взгляды. Умная, способная, начитанная. Любовь к живописи и литературе привила мне она. Я советовалась с нею обо всем и всегда следовала ее советам. Благодаря ее словам, я обратилась к Богу. Теперь же она отбирает мои стихи.
    Думаю, что я люблю Давида. Любовь для меня проверяется тем, с каким чувством ждешь появления человека. Больше всего в жизни я радовалась, когда ждала появления отца Александра. Теперь жду появления отца Мартирия.
    Когда я была более всего счастлива?
    Три года благодати. И сейчас в память врезаны те места, где я бывала в моменты сильного экстаза.
     Влюбленность была всегда бичом. Я сходила с ума только от влюбленности.


                Спустились сумерки.
                И только отблеск света
                слегка обводит силуэты -
                я знаю, что еще жива.
                Когда была я менее права -
                в далекой юности,
                свет заливал окрестность,
                Но мне тогда бывало тесно,
                и я боялась смерти.
                А теперь
                мне в вечность приоткрыта дверь,
                и отблеск света из-за двери
                мне восполняет все потери
                и я в живое Солнце верю.

МОЛИТВА

    Дорогой батюшка!
    Действенна ли молитва в благодати, хотя ничего, кроме радости - ни жалости к болящим, ни сострадания ко Христу - я не чувствую?

    Дорогая Ира!
    Если Вы во время молитвы радуетесь о Господе, этого достаточно. Жалость и сострадание придут в свое время...

               
                Пока текут сквозь пальцы четки,
                и ангелы поют на небесах,
                и посещают мысли кротки,
                готовые излиться в тех слезах,
                которые разгладят все морщины
                на маленькой, испуганной душе,
                и отразится в ней сиянье Сына,
                как очи пьющего - в ковше.
 
БЛАГОДАТЬ

    Дорогой батюшка!
    Благодать медленно, за несколько дней ушла из сердца. Как к этому относиться?

    ... спокойно относиться, дорогая Ира!   Благодатное состояние в нашей земной жизни - явление временное, как и все другое. Она дается нам как некий стимул в борьбе с грехом, со злом. Она - всего лишь предвкушение того состояния (благодати, блаженства, мира и радости), которое ожидает нас по окончании нашего земного пути!

                Росток дерева -
                такой простой
                неотличим от трав
                под жизни плитой.
                Немеряны
                силы дерева.
                Сокрыты силы
                креста и кадила,
                для мысли пустой
                под жизни плитой.

РОССИЯ

    Вертится в голове начало стиха Ноя:

                Сестры: «жавность» и «ховность» -
                одинаковы ваши приметы.

(Державность и духовность. Переделка стихотворения  О.Мандельштама «Сестры: жалость и нежность…»).
    Ною «жавность и ховность» напоминает двух жаб.


    Батюшка прислал интервью со священником Яковом Кротовым.

     «Знаете, что связывает Путина и российских "добровольцев" на Донбассе? Эти персонажи, прежде всего не любят себя, а потому ищут любой возможности самоутвердиться. Это искалеченные, внутренне опустошенные люди. Главное исцеление, которое Бог несет человеку – это исцеление от ненависти к себе».
    Эта ненависть - часто результат тяжелого детства. О детстве Путина слышала от одной бывшей учительницы, которая преподавала ему химию в школе. Его отец был алкоголиком, мать о нем не заботилась. Ходил голодным, подкармливали соседи по коммунальной квартире.
   
ПИСЬМО

    Юдифь, дорогая, вот решила тебе написать, потому что возвращаюсь мысленно к нашему с тобой вчерашнему разговору. Ты разгневалась на меня, и я не стала тебе возражать, но мне все-таки хочется ответить. Разговор был такой:
    Ты: Бог разберется с Путиным.
    Я: И со всеми нами.
    Ты (в гневе): А что с нами разбираться?! Как можно сравнивать! Он убийца, а у меня бытовые грехи.
    И я не стала возражать.
    Попробую изложить несколько мыслей - не моих, а принадлежащих более духовным людям.
    Нельзя сравнивать грехи разных людей. У всех разные обстоятельства жизни, разная наследственность, разная изначально душа.
    Бог ждет от Путина, чтобы он не убивал, а от нас с тобой - чтобы мы молились, не осуждали... И каждый на своем месте, в своих условиях отвечает за то, что ему поручено.
 
АГАПА
   
    - Батюшка, что делать, если не видишь своих грехов?
    - Надо молиться. Но мы знаем свои грехи. Здесь надо избегать двух крайностей. Иногда на исповеди говорят: «Ни с кем не поссорилась; всем, кому могла, помогала, молилась, постилась… А так - во всем грешна». Это своего рода кокетство. Другой случай. Святой Амвросий Оптинский рассказывает, что к нему пришла на исповедь женщина и говорит: «Всем согрешила. Нет такого греха, которым не согрешила». А он ее спрашивает: «Коней крала?» - «Батюшка, Вы же меня знаете, я из соседней деревни…» - «Людей в плен уводила?..»
    Грехи надо знать конкретно.
    В какой-то связи вспомнили Марию Вениаминовну Юдину. Батюшка рассказал о ней две истории, которых я раньше не знала. Во время войны Мария Вениаминовна играла где-то 17 сонату Бетховена, и всю ее перепутала. Присутствовавший при этом Эмиль Гилельс, сказал: «Мария Вениаминовна, Вы прекрасно сыграли, но Вы же все перепутали!» - «Но ведь – война!..» В период Хрущевских гонений как-то после концерта Юдина обратилась к залу: «А теперь я прочту Вам несколько стихотворений Бориса Леонидовича Пастернака из «Доктора Живаго»». И прочитала. После этого почти до самой смерти ее не приглашали выступать.
    Батюшка говорит, что она ходила много лет в одном и том же платье. У нее не было пианино, и она занималась у знакомых, у кого оно было. Садясь за рояль, крестилась. Ей это прощалось…

СТИХИ

Батюшка прислал стихи.

Ф.М. Достоевский
 
Крошку-ангела в сочельник
Бог на землю посылал:
“Как пойдешь ты через ельник,
- Он с улыбкою сказал, -
Елку срубишь, и малютке
Самой доброй на земле,
Самой ласковой и чуткой
Дай, как память обо Мне”.
 
И смутился ангел-крошка:
“Но кому же мне отдать?
Как узнать, на ком из деток
Будет Божья благодать?”
 
“Сам увидишь”, - Бог ответил.
И небесный гость пошел.
Месяц встал уж, путь был светел
И в огромный город вел.
 
Всюду праздничные речи,
Всюду счастье деток ждет…
Вскинув елочку на плечи,
Ангел с радостью идет…
 
Загляните в окна сами, -
Там большое торжество!
Елки светятся огнями,
Как бывает в Рождество.
 
И из дома в дом поспешно
Ангел стал переходить,
Чтоб узнать, кому он должен
Елку Божью подарить.
 
И прекрасных и послушных
Много видел он детей. –
Все при виде божьей елки,
Все забыв, тянулись к ней.
 
Кто кричит: “Я елки стою!”
Кто корит за то его:
“Не сравнишься ты со мною,
Я добрее твоего!”
 
“Нет, я елочки достойна
И достойнее других!”
Ангел слушает спокойно,
Озирая с грустью их.
 
Все кичатся друг пред другом,
Каждый хвалит сам себя,
На соперника с испугом
Или с завистью глядя.
 
И на улицу, понурясь,
Ангел вышел… “Боже мой!
Научи, кому бы мог я
Дар отдать бесценный Твой!”
 
И на улице встречает
Ангел крошку, - он стоит,
Елку Божью озирает, -
И восторгом взор горит.
 
Елка! Елочка! – захлопал
Он в ладоши. – Жаль, что я
Этой елки не достоин
И она не для меня…
 
Но снеси ее сестренке,
Что лежит у нас больна.
Сделай ей такую радость, -
Стоит елочки она!
 
Пусть не плачется напрасно!”
Мальчик ангелу шепнул.
И с улыбкой ангел ясный
Елку крошке протянул.
 
И тогда каким-то чудом
С неба звезды сорвались
И, сверкая изумрудом,
В ветви елочки впились.
 
Елка искрится и блещет, -
Ей небесный символ дан;
И восторженно трепещет
Изумленный мальчуган…
 
И, любовь узнав такую,
Ангел, тронутый до слез,
Богу весточку благую,
Как бесценный дар, принес.
 
 
Саша Черный
 
В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лен его волос...
Бык дохнул в лицо младенца
И, соломою шурша,
На упругое коленце
Засмотрелся, чуть дыша.
Воробьи сквозь жерди крыши
К яслям хлынули гурьбой,
А бычок, прижавшись к нише,
Одеяльце мял губой.
Пес, прокравшись к теплой ножке,
Полизал ее тайком.
Всех уютней было кошке
В яслях греть дитя бочком...
Присмиревший белый козлик
На чело его дышал,
Только глупый серый ослик
Всех беспомощно толкал:
"Посмотреть бы на ребенка
Хоть минуточку и мне!"
И заплакал звонко-звонко
В предрассветной тишине...
А Христос, раскрывши глазки,
Вдруг раздвинул круг зверей
И с улыбкой, полной ласки,
Прошептал: "Смотри скорей!.."

    ОТЕЦ АЛЕКСАНДР И ОТЕЦ МАРТИРИЙ

    Сегодня ночью приснилась комната отца Александра. Я никогда не бывала в его квартире. И тут, во сне, я рассматривала его вещи с такой любовью,  которую не испытывала даже видя его живого.
    Отцу Мартирию я доверяю так же, как отцу Александру при жизни. Между ними очень много общего. Но в чем-то взгляды их расходятся. Отец Мартирий считает наше время – последними временами. И не он один. Отец Александр же не раз говорил, что христианство еще не осуществилось по-настоящему. Перечитала его комментарии к Апокалипсису и нашла там объяснение. Среди святых существовало две точки зрения. Одни считали, что тысячелетнее царство будет видимым торжеством Церкви в мире, когда силы дьявола будут связаны. Другие же говорили, что весь исторический путь Церкви – и есть тысячелетнее царство.
    Когда мнения Отца Александра и отца Мартирия разошлись, я поняла, что для меня нет решения этого вопроса. Я не могу считать, что кто-то из них не прав.


ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ

Батюшка прислал материал о жизни после смерти.

     «Я несколько месяцев пытался осознать и смириться с тем, что со мной случилось. В начале своих приключений я был в облаках. Больших, пушистых, розовато-белых, плывших по сине-черному небу. Высоко-высоко над облаками летела стая прозрачных мерцающих существ, оставляющих за собой длинные следы, как у самолетов. Птицы? Ангелы? Эти слова всплыли позже, когда я записывал свои воспоминания. Но ни одно из этих слов не сможет описать тех существ. Они просто отличались от всего, что было на этой планете. Они были более продвинутыми. Высшей формой жизни…

     Сверху донесся звук, словно пел прекрасный хор, и я подумал: «Это от них?»Позже, думая об этом, я пришел к выводу, что звук родился из радости этих существ, выросших вместе, — они просто не могли сдерживать ее. Звук был ощутимым и почти материальным, как дождь, который вы чувствуете на вашей коже, не промокая при этом до костей. Большую часть моего путешествия кто-то находился со мной рядом. Женщина. Она была молодой, и я в деталях помню, как она выглядела. У нее были высокие скулы и темно-синие глаза. Золотисто-русые косы обрамляли ее прекрасное лицо. Когда я впервые увидел ее, мы ехали вместе по сложной узорчатой поверхности, в которой через некоторое время я опознал крыло бабочки. Вокруг нас кружили миллионы бабочек, вылетающие из леса и возвращающиеся обратно. Это была река жизни и цвета, разлившаяся в воздухе. Одежда женщины была простой, как у крестьянки, но ее цвет, голубой, синий и оранжево-персиковый, — таким же ярким, как и все, что нас окружало. Она посмотрела на меня таким взглядом, что, если бы вы оказались под ним хотя бы на пять секунд, вся ваша жизнь наполнилась бы смыслом вне зависимости от того, что вы пережили. Это был не романтический взгляд. Это не был взгляд друга. Это был взгляд за пределами всего этого. Нечто более высокое, включающее в себя все виды любви, и в то же время гораздо большее.

     Она говорила со мной без слов. Ее слова проходили сквозь меня, как ветер, и я сразу понял, что это правда. Я знал это так же, как и то, что окружающий нас мир реален. Ее сообщение состояло из трех предложений, и если бы мне пришлось перевести их на земной язык, они означали бы следующее: «Тебя всегда любят и заботятся о тебе, дорогой. Тебе нечего бояться. Нет ничего такого, что ты бы мог сделать неправильно».

     Ее слова вызвали во мне огромное чувство облегчения. Словно мне объяснили правила игры, в которую я играл всю жизнь, не понимая их. «Мы покажем тебе много всего, — продолжила женщина. — Но потом ты вернешься».

     После этого у меня остался только один вопрос: вернусь куда? Дул теплый ветер вроде того, какой бывает в теплый летний день. Чудесный бриз. Он изменил все вокруг, словно окружающий мир зазвучал на октаву выше и приобрел более высокие вибрации. Хотя я мог говорить, я начал задавать ветру вопросы молча: «Где я нахожусь? Кто я? Почему я здесь?» Каждый раз, когда я беззвучно задавал свои вопросы, ответ приходил моментально в виде взрыва света, цвета, любви и красоты, проходящих сквозь меня волнами. Что важно, эти взрывы не «затыкали» меня, а отвечали, но так, чтобы избежать слов — я непосредственно принимал мысли. Не так, как это происходит на Земле — смутно и абстрактно. Эти мысли были твердыми и быстрыми, горячими, как огонь, и мокрыми, как вода, и как только я принял их, я мгновенно и без особых усилий понял концепции, на осознание которых в своей обычной жизни я бы потратил несколько лет.

     Я продолжал двигаться вперед и оказался у входа в пустоту, совершенно темную, бесконечную по размеру, но невероятно успокаивающую. Несмотря на черноту, она была переполнена светом, который, казалось, исходил от сияющего шара, что я ощущал рядом с собой. Он был словно переводчиком между мной и окружающим миром. Та женщина, с которой мы гуляли по крылу бабочки, вела меня при помощи этого шара».

    Это описание того, что видел доктор Александр Эбен, американский нейрохирург во время комы. До этого опыта он считал подобные рассказы своих пациентов галлюцинациями. Но у самого доктора Эбена была во время комы полностью отключена кора головного мозга, что исключает такую возможность.
    Доктор Эбен стал верующим.
   
   ВЕЛИКИЙ КАНОН АНДРЕЯ КРИТСКОГО

    В этом году впервые читаю Постом Великий Канон Андрея Критского. Неожиданно после каждого чтения испытываю духовную радость, как бывает иногда только после причастия.

                О, как легко предстать пред Богом
                с горящим сердцем обнаженным
                в начале той седмицы строгой
                за воскресением Прощенным,
                увидев дел мирских тщету
                и жалостную нищету.
                И пламень Божьего суда
                тебя обымет без вреда,
                и в жизни суетном теченье
                ты вдруг почувствуешь прощенье.

РАЗГОВОР

    Сестра Христина говорит, что в их общине есть «девушка» - ей шестьдесят лет, – больная раком. С тех пор, как она заболела, она открылась людям и сияет радостью. Обычно люди в такой ситуации замыкаются, унывают, ропщут… Это второй известный сестре Христине случай. Первый – наша общая знакомая, поэтесса Эльмира Петровна Котляр. Она всю жизнь отличалась капризностью и обидчивостью, но перед смертью преобразилась. Сестра Христина поражалась ее терпению и светлому духу.
     А я вспомнила сон, который рассказала мне Эльмира Петровна за пару лет до своей кончины. Ей снилось, что она одета в очень некрасивое серо-коричневое платье. И отец Александр говорит ей с огорчением: «Какое на Вас платье…» И тут же прикрепляет к ее спине два золотых, сияющих крыла. И она делает шаг, готовая полететь…

                … Но выше звуков тишина
                неколебимая слышна.
                Прислушайся - и отзовется,
                и, как заря, в душе займется.
                И ты поймешь, что верен Бог,
                Который дует в этот рог
                неколебимой тишины
                сквозь лепет жизненной зурны.


АНТИХРИСТ

    Уже неделю назад батюшка прислал материал из Портала Кредо. Но я не знаю, как о нем писать… Он камнем лег на душу, как будто мне явился сам сатана. Речь шла о предлагаемой канонизации… Сталина. Начало - выступление некоего игумена Евстафия (Жакова): «Рост мощи нашего государства должен развиваться по линии соединения вождя со святым. Дмитрий Донской получил благословение у Сергия Радонежского. Почему бы нашему великому вождю и учителю Иосифу Виссарионовичу Сталину не получить благословения у святой – в будущем святой - Матроны Московской?» Протоиерей Александр Щелкачев объясняет: «Миф о набожности Сталина поддерживается тем, что он, в отличие от Ленина и Троцкого не пытался уничтожить Церковь любой ценой. Его первая жена была молитвенной женщиной, соблюдавшей всю жизнь церковные обряды. А Светлана Аллилуйева вспоминает, что Сталин спокойно выслушал слова своей матери, что она очень рада тому, что он стал таким великим человеком, хотя лучше бы он стал священником. Эйзенштейну, когда началась его травля за неверную трактовку образа Ивана Грозного, Сталин, бравируя своей безбожностью, сказал, что в отличие от Грозного, которому Бог мешал уничтожить пять боярских родов, послав ему муки совести, ему самому, Сталину, Бог не мешает». Интервью перемежается хроникой – массовыми расстрелами в лагерях.
   То, что происходит сейчас в России, как рана в сердце. Всякая новая информация бередит ее настолько, что я впадаю в ужас и уныние. Повторяю себе слова Христа: «Услышите о войнах и военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь». Помогают и Славные тайны Розария с размышлениями батюшки.
   
                Множество на свете ликов
                и один на свете Лик,
                на творении великом -
                неземного света блик.
                И когда от подземных толчков
                поколеблется мироздание,
                он прибежище всех зрачков
                как единственное оправдание. 


ПАСХА

    В Страстную пятницу после службы Выноса плащаницы появились боли в переломе. Написала батюшке, что, вероятно, не смогу придти на Пасху.

 
 Дорогая Ира!
 
   Боли, конечно же, уйдут. Они, возможно, должны были в какой-то степени напомнить Вам о тех Страданиях, которые претерпел из-за любви к Вам и ко всем нам Спаситель и Господь наш...
 
   Дай Бог Вам сил поскорее восстановиться!
 
   Пересылаю Вам мое общее поздравление, адресованное всем моим духовным чадам:
 
   Воистину Воскресе Христос!
   Дорогие мои о Господе чада!

   Всей душей разделяю с вами эту радость, это торжество Великого Праздника, Праздника праздников - победы Жизни над смертью, Света над тьмой, Правды над беззаконием. С сего дня пришло к нам Царство Божие в силе и славе: то Царство, которое приходит не видимым образом, а открывается сполна в нашем сердце, преисполненном верой и любовью, очищенном покаянием и освященном Светом Истины!

   Итак, "с радостью друг друга обнимем, и ненавидящих нас простим в день Воскресения и, ликуя, воскликнем: Христос воскресе из мертвых, смертью смерть поправ, и тем, кто во гробах, жизнь даровав!"

   С Великим Праздником Вас, дорогие мои!
   
     Ожидала, что без пасхальной службы испытаю на Пасху уныние, но встала с пасхальной радостью на душе.

                Место святое,
                страшное место,
                страшен тот стол,
                хлеба помол
                кровь источает,
                смерть и Шеол
                ею смывает.
                И расцветает
                в наших сердцах
                Имя Отца.
 

ПИСЬМО

    На Пасху пришло письмо от читательницы на сайте с просьбой указать, где можно прочитать биографию батюшки и купить его книги. Ответила.

    Дорогая Ира!
    Спасибо  за ответ; уже прочитала биографию.  Спасибо также за телефон сестры Христины - я, к сожалению, сейчас уже не в Москве, но может быть удастся кого-то  из  москвичей попросить  подойти к ней купить книги и переправить мне.

    Скажите, Ира, есть ли возможность приехать поговорить с отцом Мартирием ( в Мюнхен)? Я не знаю, возможно ли это, не знаю, как это происходит... У меня беда с дочерью,  я очень нуждалась бы в его совете.
     Вообще об отце Мартирии я знаю давно - это странная история - в конце восьмидесятых мне, тогда человеку совершенно далекому от церкви, приснился и отец Мартирий, и Храм Всех Святых на Кулишках ( задолго до того, как община туда переехала) - по приметам сна я стала искать и нашла через несколько лет и храм, и отца Мартирия. Но не подошла - считала, что не готова. А когда решилась и пришла в церковь на Кулишках - оказалось, что он уже уехал в Гeрманию.   Я всегда знала, что все равно однажды поеду к нему, - сон был для меня значительным и настоятельным, и вот встретила Ваши заметки и поняла, что пора - ситуация с дочерью требует, как-то все сходится. Но не знаю, можно ли с ним встретиться, просить его совета? Как? У него ведь, наверно, много прихожан, чад, он очень занят... 

ВОПРОСЫ

    Дорогой батюшка!
    Хотела задать Вам два вопроса.
    Почему-то молиться в церкви стало совсем легко, как будто исчезла та мешающая среда чужой ауры, о которой Вы говорили. Я полностью включена в молитву.
    Не хочется в течение дня молиться Иисусовой молитвой. Хотя мысли почти постоянно "касаются" Бога, Он ощущается, и в паузах между делами легко благодарить, но, кроме Розария и утренней и вечерней молитвы - ничего.

    Дорогая Ира!
    Сделайте сейчас паузу с Иисусовой молитвой. До Пятидесятницы. В пасхальный период ее можно мирянам не произносить. Вместо нее славословьте Воскресшего Господа нашего словами пасхального гимна: "Христос воскресе из мертвых, смертью смерть поправ..." Достаточно будет несколько раз в день произнести это славословие.

ДАВИД

    У Давида продолжается депрессия. Села молиться Розарием, а он проснулся в плохом состоянии и опять хочет спать, хотя спать нельзя. Поколебавшись, предложила ему:
    - Давай, я буду молиться вслух. (Раньше он всегда отказывался молиться Розарием).
    - Давай.
    Сдерживая рыдания, как часто бывает при молитве, прочитала отрывок из Евангелия и начала «Отче наш» и молитву Богородице. Давидово дыхание временами становилось ровным и слышалось похрапывание. Посоветовала ему повторять за мной слова. Мы прочли три Тайны с Иисусовой молитвой о Давиде. Под конец он проснулся и начал, как уже бывало, долго молиться своими словами о прощении грехов и о том, что его пугало в ближайшее время. Я тоже помолилась, чтобы Господь дал нам любви к Себе. Давид был очень воодушевлен. Потом заснул спокойно, а когда проснулся, рассказал мне свой сон. Ему снилось, что он летает, и он испытывал при этом благодать – впервые в жизни.
     Согласился молиться со мной Розарием, если сможет. Я полна надежд.

                В мерном гомоне дождя
                слышится токката Баха,
                от сомненья отводя,
                от смятения и страха.
                И смиряется от гула
                падшая душа Саула,
                и пред Господом горит
                в дерзновении Давид.

РОССИЯ

    Отправила Сусанне одно стихотворение о Великой Отечественной войне и статью о нынешней ситуации в Европе и получила ответ:   

    Ирочка!

    Прощение. Любовь к врагам.
    Человеку это невозможно, а Богу все возможно.
    Читая текст, который ты мне переслала,  мне пришла в голову догадка, почему "русские" простили "немцев". Ведь Германия потеряла 7 млн., а СССР больше  20 млн.
А "евреи" "немцев" не простили. Пока не простили. Но Бог нам выбора  не оставляет. Чтобы быть с Ним, нам придется совершить невозможное.
    А про рабов... Я тоже вспомнила стихотворение "Я - Божий  раб", стихотворение человека, который год назад, 2 мая трагически погиб в моей  любимой Одессе.
    Христос воскресе!

    Дорогая Сусанна!

    Воистину воскресе!
    Я знала некоторых армян - они тоже не простили туркам геноцида. Геноцид и война, да еще выигранная - это несравнимые вещи.
    Холокост так важен и ни с чем не сравним, потому что антисемитизм жил, жив и будет жить. Евреев гнали, мучили и убивали во все времена. И Холокост сдерживает антисемитизм.
    И еще хочу добавить про рабов. Раб Божий не может быть рабом националистической идее и вождю. Это рабство идолам и сатане.
 
    Отправила батюшке этот «камушек» и спросила, правильно ли я ответила.

    Очень хорошо Вы ей ответили, дорогая Ира! Как мне показалось, Ваши (наши) взгляды на российскую действительность – диаметрально противоположны взглядам этой Сусанны. Если она живет в России, то это неудивительно: нынешняя пропаганда там универсальна, она рассчитана и на простых людей, и на интеллигенцию, и на консерваторов, и на либералов. И рассчитана, и действует – “хорошо” действует...

«СВЯТОЙ»
Информация Портала «Кредо.ру».
Активисты организации "Национальный комитет +60", посвященной дню рождения президента РФ Владимира Путина, требуют ускорить причисление главы государства к лику святых, передает "Росбалт" 23 октября со ссылкой на сообщение членов организации.
Активисты заявляют, что к ним постоянно обращаются православные граждане страны с просьбой содействовать канонизации Путина. Ранее "Национальный комитет +60" уже обращался по этому поводу к Патриарху РПЦ МП Кириллу (Гундяеву). Теперь члены организации отправили ему еще одно письмо с предложением ускорить причисление Путина к лику святых.
"И, наконец-то, ввести в процесс богослужения официальную молитву "О Путине"! Последние данные ВЦИОМ четко указывают, что для 90% населения страны президент РФ является опорой и надеждой в земной жизни, а почти 100% православного люда ежедневно молятся о его здоровье и желают видеть его пожизненным руководителем великой России! Не секрет, что титанические силы на благо Родины он получает от Бога", — говорят активисты.
В сообщении "Национального комитета +60" также отмечается, что "воцерковленный национальный лидер героически защищает православных на Украине и в Сирии", а также "блистательно вернул отчизне сакральную Корсунь".
"В грозный час яростной атаки Запада на наши духовные ценности и экономическую мощь государства все патриоты сплотились вокруг Владимира Путина, веря в его удачу и непобедимость", — подчеркивают активисты.
"Национальный комитет +60" полагает, что "здоровые силы в РПЦ выполнят духовный наказ российского народа", и уже в 2016 году во всех храмах Московской патриархии зазвучит молитва "О Путине – спасителе России".
ЮДИФЬ

    Стоим с Юдифью у двери нашего храма после Духовной беседы с батюшкой.
    - Вот видишь, - говорит она, - когда я каялась отцу Игнатию в том, что готова собственноручно убить Путина, он ответил, что это не грех – убить тирана. А отец Мартирий ничего определенного не сказал. Но он сказал, что Путин, возможно, послан людям Богом за их грехи.

 ЧАСТИЦА

    Сестра Христина рассказала: на Пасху один шестилетний мальчик не хотел причащаться. Мама уговорила. Через пару минут женщина подходит к батюшке и говорит, что мальчика вырвало в чашку. Батюшка:
    - Принесите мне ее сюда, я потреблю.
   Но оказалось, что вырвало запивкой после причастия.




                Надежда ненадежных -
                последняя Надежда...
                Чья хрупкая рука
                касается виска
                спускающихся в ад,
                Чей милосердный взгляд
                удержит на краю
                сиянием в раю.

БАТЮШКА

    Сестра Христина передала слова батюшки, сказанные им с сестрой Анимаисой: «В последнее время я очень ослаб физически, но духовно окреп, как никогда».
    А Марфа сказала батюшке: «Батюшка! Какой Вы в последнее время стали красивый!» И он ответил: «Так и должно быть».

ПИСЬМО

    Сердечнейшее спасибо вам, дорогие мои, за ваши столь теплые, столь трогательные слова поздравления с очередной годовщиной моего посвящения во иереи!
 
    “Молись, – сказал мне перед самой моей хиротонией епископ, – чтобы твое служение было всегда благодатным”. С тех пор и до сего дня я усердно молю об этом Господа, осознавая, сколь важно и необходимо для людей  настоящее, благодатное служение священника, как не хватает им такого служения в наши смутные, темные, бездуховные дни. Да, поистине, как сказал Господь, “жатвы много, а делателей мало”.
 
     Как же я счастлив, дорогие мои, что, несмотря на все свои слабости и  недостатки, я все же нахожусь в числе этих “делателей”, в числе соработников Господних на Ниве Его. И в этом – весь смысл моей жизни, в этом – вся моя радость, которая является предвкушением той великой, блаженной Радости, которую и я, недостойный и грешный, дерзновенно надеюсь получить в грядущей Вечности!
 
     Спасибо вам, дорогие мои во Христе чада, за ваши молитвы, за вашу любовь и за вашу преданность, и да благословит вас всех Господь!
 
    С любовью и неизменными молитвами о каждом из вас,
 
    ваш о. Мартирий

               
                Портрет монаха: глубоко
                сквозь тонкий мир проникли очи,
                они пронзают смерть легко
                и землю новую пророчат.
                В его груди горит огонь
                неутихающей молитвы
                и жесткая его фелонь -
                лишь панцирь для незримой битвы,
                и знак Того, Кто смерть изведал -
                залогом будущей победы.

ПРОПОВЕДИ

***
    Представьте себе, дорогие братья и сестры, что мимо нас проходил бы Христос, как Он прошел тогда мимо слепца иерихонского. Стали бы мы кричать вслед Ему, как кричал Вартимей: «Господи, спаси меня! Милостив буди мне грешному!» Нет, не стали бы! Потому что мы не считаем себя слепыми, мы не считаем себя увечными. Мы зрячие, мы живы, нам ничего больше не нужно. Но мы ошибаемся: мы слепые, и мы мертвы. И дать нам возможность видеть может только Христос, дать нам возможность жить по-настоящему, всей полнотой жизни, может только Христос, Который есть источник жизни.
    Чего мы не видим? Да ничего мы не видим вокруг нас. Мы, прежде всего, не видим, что Господь пребывает рядом с нами всегда, везде: в храме ли, дома ли Он всегда с нами. Во время молитвы, во время занятий обычными нашими житейскими делами, Он рядом. Мы не видим путей Господних. Не только в истории, но и в своей личной жизни, в жизни окружающих нас людей. Мы этого не видим, насколько они премудры, насколько они глубоки, пути Господни. Иногда они бывают страшными, иногда они бывают лучезарными, иногда бывают еле-еле приметными, так что надо собрать все свое внимание и весь свой ум для того, чтобы найти, обнаружить их.
Но мы не хотим их обнаруживать – мы считаем себя зрячими. И потому, если бы Господь прошел мимо нас, то вряд ли мы бы заметили Его, Он нам не нужен, и пути Его нас мало интересуют. Мы скорее бы, если бы Он проходил мимо нас, проявили бы недовольство своей жизнью, потому что мы считаем, что она не такая, какая должна быть, какую мы заслуживаем. Нам не хватает то того, то другого, то третьего, а Господь нам этого не дает. Почему? Это не заслуженно! Нам хотелось бы иметь больше, нам хотелось бы получать различные блага, а Он нам вместо этого предлагает Свои блаженства, которые полны невзгод, скорбей, слез… «В слезах, - говорит нам Господь, - вы найдете свое утешение».
 Зачем нам это нужно? Мы хотим жить радостно, весело, мы хотим, чтобы у нас все было. Да, мы слепы, мы не видим себя, мы не видим в каком жалком, отчаянном духовном положении находимся мы. А как мы к другим относимся? Видим ли мы в каждом человеке образ Божий, который в нем заложен? Понимаем ли мы, что каждый человек, каким бы он нам ни казался, является иконой Бога. Да, иногда изуродованной, поврежденной, исковерканной, запачканной, но иконой Бога! Каждый человек… Представьте себе, если бы мы обнаружили бы обычную икону, где-то валяющуюся на улице, в грязи, замаранную, оскверненную, прошли ли бы мимо нее? Да нет – наверняка бы подняли ее, мы, верующие люди, с благоговением прижали бы ее к сердцу своему, принесли бы домой, может быть, пролили бы слезы над этой поруганной иконой, потому что она напомнила бы нам о том, как был поруган Христос, Сын Божий, принявший плоть человеческую. Ради нас был поруган, страдал, мучился и умер – вот как эта икона. Если мы так относимся к рукотворной иконе, написанной красками, то почему не так - к иконе нерукотворной – к нашему ближнему, к человеку, который рядом. Ведь он – нерукотворный образ Божий, в нем заложен образ Божий, он в любой момент может стать не только образом Божиим, но и Его подобием. Мы не видим его. Если мы видим человека, который погряз в грехах, который, как нам кажется, недостоин и человеком-то называться, то мы не видим, что это та же икона, оскверненная, поруганная, облитая грязью. Вместо того, чтобы с болью принять этого человека, так как мы приняли обычную икону, написанную красками, мы отвергаем его, отбрасываем от себя, он нам противен, он нам не нужен, мы стараемся выкинуть его из своей жизни, из своей памяти. А другие люди находят в нас подобные же грехи и недостатки, и так же стараются нас выкинуть из своей памяти, из своего сердца, из своей жизни. Так слепой бьет слепого. Все мы слепые – и те, и другие, и третьи – никто не видит, насколько он в жалком состоянии находится.
Да, дорогие мои, мы многого не видим. Мы не видим, что Господь среди нас, как я уже сказал, в любой момент нашей жизни Он здесь, рядом, совсем рядом. А мы занимаемся пустыми делами, нас переполняют пустые чувства, зачастую злые мысли, мы ведем друг с другом пустые разговоры, а Он стоит рядом и ждет… Ждет, пока мы почувствуем Его присутствие, пока мы обратим внимание, что Он здесь, пока ощущение Его присутствия не изменит нас, не изменит нашу жизнь, наши мысли, наше сердце. Он ждет, как нищий… Стоит и ждет, стучится в дверь нашего сердца, а мы не открываем, мы не слышим этот стук, мы не видим, что Он совсем рядом. Это же страшно, дорогие братья и сестры! Это страшно – такая слепота! Мы живем во тьме, и кругом нас – одни слепцы. И мы такие же!
    Нам есть о чем подумать. Внимательно, еще раз, придя домой перечитаем это место, как слепой Вартимей взывал ко Господу. Несмотря на то, что его заставляли молчать окружающие люди, он кричал, просил о помощи, просил о прозрении, и получил его. «Вера твоя спасла тебя, иди с миром…» Так и нам нужно кричать, звать Бога, молить Его о помощи, чтобы Он открыл бы наши очи сердечные, чтобы Он дал бы нам возможность увидеть мир таким, каков он есть на самом деле. Чтобы Он дал бы нам возможность увидеть Его присутствие и Его любовь, которую Он проявляет к нам во многих, во многих благодеяниях. Ведь все то, что мы от Него получаем, все то благо, все то доброе, все то полезное – это знаки Его любви к нам. Мы их не видим. Дай Бог нам увидеть себя, а себя мы можем увидеть такими, какие мы есть на самом деле, только посмотревшись в зеркало.
Что за зеркало? Это Евангелие. Откройте его, прочитайте и увидите, каков был Христос, и какими мы должны были бы стать. Именно такими, как Он. Он принял плоть человеческую, стал одним из нас для того, чтобы всех нас сделать как Он Сам. И мы можем этого добиться, если захотим. Но мы не хотим, мы считаем себя зрячими, мы считаем себя мудрыми. Дай Бог нам увидеть себя, увидеть Бога, увидеть в каждом человеке образ Божий, тот свет, который никакие темные силы не могут потушить. Этот свет, который в нем, в тебе, во мне, во всех нас светит, и тьма все равно никогда не может объять его. Потому что отныне с нами Бог, Который явился в этот мир и стал одним из нас для того, чтобы мы стали такими, каким был, есть Он, наш Спаситель, наш Господь, наш Избавитель, исцеляющий нас от всех недугов и, в первую очередь, от недугов духовных, от нашей слепоты, от нашего богоневедения. Лишь бы мы захотели получить это исцеление.

   ***

     Любой праздник Матери Божией – это радость. Это радость не только о том, как Господь любит нас, но радость о том, что наша земля, все мы, вся вселенная может ответить на эту любовь. Да, подчас, когда у нас бывают светлые моменты нашей жизни, мы ликуем, внутренне ликуем. Сердце наше преисполняется теплотой, радость великая, неземная радость охватывает нас. Мы понимаем, как Господь любит нас. И в то же время сердце терзает печаль: «Да, Он-то нас любит, а мы… Отвечаем ли мы на эту любовь? Найдется ли в нас теплота, ласка, отзывчивость на все знаки божественной любви, которые Господь так часто посылает нам в нашу жизнь?» Конечно, ответ отрицательный. Да, сердце наше холодно, оно не отвечает на Божию любовь, на Божие попечение о нас. Но при этом вспомним Матерь Божию! Она от лица всех нас, от лица всего человечества, от лица всей земли, от лица всей вселенной ответила на любовь Божию. И радость о том, что у нас есть такая Посредница между нами и Богом должна охватывать нашу душу, должна согревать наши сердца и вызывать в них ответное чувство любви к Богу.
               
                Сквозь оболочку плоти в Нем
                сияла Жизнь, незнаемая нами,
                Он был металл, пронизанный Огнем.
                Мы шли за Ним, куда не зная сами,
                но Он нас далеко опередил -
                Создатель света тысячи светил.

   ПИСЬМО

    Дорогой батюшка!
    Сегодня мне вдруг удалось дописать тот стих, с которого много лет назад началось мое творчество. Как-то ночью мне приснилась строчка: «Владычица полуденного сада» и последние слова четверостишия: «белую одежду». В середине было что-то о призраке. Теперь я дописала так:

                Владычица полуденного сада
                хранит в душе последнюю надежду
                у призраков томительного ада
                облечься в белую одежду.



AVE MARIA

    Сестра Христина прислала запись Ave Maria в прекрасном исполнении молодой японки.

               

                МОЛИТВА


Сон

    Маленькая аудитория. Мы сидим с отцом Александром и я рассказываю, рассказываю… Тороплюсь, жалуюсь, все не складывается…
    «Да что ты все себя ешь?» - роняет он. И я замолкаю. На меня нисходит покой. В самом деле…
    Я могу спросить обо всем, о чем захочу, но почему-то ничего больше не приходит в голову.
    Тогда я встаю и иду по другим аудиториям, чтобы привести к батюшке людей. Открываю одну дверь за другой, но нигде еще не закончились занятия. Возвращаюсь разочарованно. Тогда батюшка медленно поднимается и направляется к двери.
    «Куда Вы стреляете?!» - кричу я в тревоге высокой старухе, целящейся из длинноствольного ружья. Выстрел. «Это убит отец Александр», - падает у меня сердце.


                Лестница каждого дома –
                на сердце – печать,
                забытая или знакомая,
                будет молчать.

                Но угасающий взгляд
                вновь оживит все места
                лестницы станут в ряд –
                сказочная высота!
 
Граня

    Над головой – перекрещивающиеся деревянные палки. Она понукает по ним взбираться. Реву в ужасе. Поднимает меня и сажает в детский стул. На столе пахнущие металлом серые котлеты. Отказываюсь есть.
    «Сволочь!» - кричит она, таща меня, отчаянно ревущую, как куль, по полу коридора в постель.

***
 
   - Если ты будешь убегать от меня на прогулке, тебя поймает злой дядька и засунет в … палку!..

Сон

    В коридоре на подзеркальнике сидит она, домработница, свесив ножки, - маленькая, как из сказки. У нее огромные, круглые, совиные глаза. Зловещий взгляд вперен в меня. Рядом возвышаются два добрых великана – папа и мама мирно разговаривают. Они совсем не замечают, что мне – конец!

               
                Открой глаза – увидишь солнце:
                оно играет на стенах Луксора,
                и наполняет желтизной пустыню,
                и насыщает водоемы взора.

                Закрой глаза – тебе приснится:
                коровы тощие и тучные коровы –
                два вещих сна, которым не забыться,
                а воплощаться в жизни снова, снова, снова…
 

Вадик

    На обложке  книжки английских сказок – старуха, наверное, ведьма, на фоне пустыни. Песок… Песок - и во дворе. Рядом с песочницей – железная горка. Я видела сегодня, как по ней спускался Вадик из нашего дома. У него длинные белые ресницы. Он хулиган. Он совсем не такой, как я, но все думаю о нем… Это и называется любовь! Что будет дальше с ним, со мной?..

Мертвец

    Толпа на улице, музыка… Подхожу и вижу открытый гроб. Смотрю на мертвеца. Это еще не старый мужчина. Всматриваюсь в лицо – я никогда раньше не видела мертвецов. Отхожу. Почему-то мне кажется, что я его убила…

Ира

    Меня посадили за парту с очень красивой светловолосой девочкой. Протягиваю ей на перемене развернутую шоколадку, чтобы она отломила себе половину. Она вытаскивает ее из руки целиком. Мы подружимся!

Сережа

    Стою в ванной и думаю: он хулиган и двоечник с большими голубыми глазами и ангельским лицом, в него влюблены все девочки в классе. Сегодня мне сказали, что он хочет поступить в военно-морскую школу, но родители не отдают. Мечтаю, как бы я была его мамой и отдала его в военно-морскую школу.

Катя

    И вот я у нее на дне рождения. На столе – мои тюльпаны в голубой вазе чешского хрусталя. Ее мама ставит на стол бутерброды с килькой и мясной пирог.
    Книжные полки по периметру двух стен.
    Катя сидит в кресле, на ручке кресла - ее двоюродный брат-красавец.
   

                ***

    - Что ты таскаешься за мной, как хвост?! – скорее догадываюсь, чем слышу я слова в давке около двери.

                ***

     Она со своей подружкой поджидает меня на перемене. Требуют вернуть котенка. «Я не могу его отдать – я к нему уже привыкла», - отрезаю я.
    «Если у меня нет ничего общего с ней, пусть будет хоть ее котенок».

                ***

    Разогреваю картошку, придя из школы. Я счастлива! Когда я вошла в раздевалку, она крутилась через голову на палке вешалки. Я так никогда не решалась. Спрыгнула и сказала: «Прости меня…» - «За что?» - «За то…» В голове у меня была только история с котенком. «Я не знаю, кто был тогда виноват», - ответила я, не понимая, за что она просит прощения.

Дима

    - Вы всегда такая серьезная? – спрашивает он. У меня перехватывает дух.
    - По настроению, - отвечаю неверным голосом.
    Остроумно ли я ответила?
 
                ***

    - Красиво, когда глаза темные, а волосы светлые, или волосы темные, а глаза светлые, - я хочу сказать что-то умное. Неожиданно он и несколько девочек – за всеми он ухаживает – смеются. У меня самой зеленые глаза и темные волосы. Но это же не контраст!..

                ***

    Компания сидит на крутом берегу. Курим. Он вытаскивает изо рта свою трубку и засовывает в оттопыренный карман моей блузки. Сжимаюсь от напряжения. Ничего остроумного не приходит в голову. Отчаяние.

Он

    Узнала, что он посещает Музыкальный клуб. И вот я в клубе. Сажусь в свободное кресло посередине зала, оборачиваюсь к сцене и вижу прямо перед собой его затылок. Значит, рано или поздно он увидит меня!
    Вот он оборачивается, замечает меня краем глаза, и тут же в смущении медленно отводит глаза, не поздоровавшись. Почему?..

                ***

     - Можно я Вам еще раз перезвоню? – спрашиваю я по телефону и вешаю трубку с бьющимся сердцем. Я даю ему знать, но о любви должен сказать он. Ведь сама я не могу!
    - Можно я Вам еще раз перезвоню? – говорю в трубку на следующий день, замирая.
    - Тебе сейчас неудобно?
    - Мне сейчас неудобно говорить, можно я Вам еще перезвоню? – в третий раз. Я почти в истерике. Он отвечает что-то так взволнованно, что я понимаю, что звоню не напрасно. И вдруг из меня вырываются какие-то бессвязные слова. Я в ярости. Я чувствую, что убиваю…
    - Можно я Вам еще раз перезвоню? – спрашиваю я на следующий день по телефону в растерянности.
   - Я тебе еще перезвоню! – гневный голос в ответ.
   Отчаяние.
   Пишу ему письмо с невнятным объяснением недоразумения.

                ***

    Мечусь по кварталу в поисках его дома. Новые идеи сражают, как молнии.
   Наконец, я сижу напротив него в кресле. Он не понимает, зачем я приехала. Но он только притворяется!..

                ***

    - Это болезнь? – спрашиваю я врача на втором месяце пребывания в больнице.
   - Да! – падает на меня, как камень. Я разражаюсь рыданиями.
   - Сейчас я велю сделать Вам укол, и у Вас на сердце расцветут розы…

 Отец Александр

    Мы втекаем в церковь в потоке людей. Сестра привезла меня к своему духовному отцу.
    В центре храма на свободном пятачке – две фигуры в облачении. Одна повыше, другая пониже. Священники беседуют. И вдруг тот, который пониже, оборачивается ко входу и пронзает меня взглядом. Взгляд направлен на меня до тех пор, пока мы не сворачиваем в сторону. «Это и есть отец Александр», - догадываюсь я.
    Во время общей исповеди он стоит на пороге придела. «Господь ради нас воплотился, а мы унываем» - запоминается мне.

                В назначенный час
                увижу Вас,
                как в первый раз.
                И будут на Вас смотреть
                и вместе со мной молодеть
                двери и потолок
                в известный срок –
                единый бездонный глаз
                в назначенный час.


                ***

   - Я живу с человеком, которого не люблю, а он меня любит…
   - Надо стараться, - отвечает отец Александр.
   - Но он пьет…
   - Если пьет, то нет!

                ***

   - У меня есть знакомая лесбиянка, она в меня влюблена. Я хотела бы привести ее в храм.
   - Скажите ей, что ей надо лечиться.

                ***

    Сажусь, как всегда, в троллейбус, чтобы ехать в Новую деревню на Литургию. Уже три года благодать не покидает меня. Но сегодня с утра на душе необыкновенная тяжесть. Сажусь, скрепя сердце. После Литургии намечен разговор по поводу готовящегося к публикации в нашем издательстве Евангелия для детей - отец Александр должен передать свою рукопись.
    Когда стою на исповеди рядом с батюшкой, меня охватывает странное ощущение, что его нет рядом. Обычно его присутствие, как магнит, к которому тянется душа. Но сегодня рядом - зияние.
    Подхожу к домику батюшки для разговора о книге - непомерная тяжесть наваливается на меня. Только два кратких слова внутри: «Господи, помилуй…» - звучат как жалкий писк.
    «Сережа, Ира!» - зовет нас с Сергеем Бычковым батюшка, ведя за собой в домик: «Сережа, Ира!» В комнате он представляет мне Сергея Бычкова, курирующего издание.
     В ходе разговора убеждение, что я вижу батюшку в последний раз, окончательно созревает. Всплывает мысль: «умрет от сердца». Я не спускаю с него глаз. В какой-то момент хочется дать ему понять, о чем я думаю –  не сомневаюсь, что он предвидит свою близкую кончину. Подчеркнуто долго выравниваю страницы, складывая рукопись и –  внезапно поднимаю на него глаза, полные любви. Он вздрагивает.
    И вот мы стоим у открытой двери. Надо прощаться… Меня охватывает лихорадка. Я произношу: «Ба-тю-шка». Слог «ба» - с мягкой нежностью, которую заметила в этом слоге у одной девушки. Слог «тю» кажется мне смешным, и я слегка улыбаюсь, желая подбодрить отца Александра. И тут я вдруг чувствую, что между нами возникла какая-то явственно ощутимая близость. «Спас-с-си…» - выдыхаю я с яростью, думая, что отношу ее к его судьбе. Я чувствую, что убиваю… И в паузе кричу про себя в молитве: «Дай ему, дай! Ты видишь: одного можно любить!» Это покаяние. И я прошу, чтобы у отца Александра была перед смертью благодать. Молитва вырывается из меня вверх, как столб. «…бо Вам большое! Благословите!» - заканчиваю слово «спасибо» и фразу.

    Много лет спустя меня стала смущать мысль, что я тогда не догадалась почему-то помолиться о том, чтобы отец Александр остался жив. И облик его поблек в моей душе.

Сны

В ночь после убийства

    Вхожу в храм. В дверях на полу сидят какие-то люди и едят рыбу. Прохожу мимо. Икон нет – голые стены. В центре - гроб с телом отца Александра. И вдруг вижу, что он садится в гробу. «Но нет! Это не он – это какой-то другой человек!» Он глупо спросонья озирается по сторонам…
   
                ***

    Мы идем рядом c отцом Александром. Подхожу к нему вплотную и прижимаюсь лицом к его лицу. Он отстраняется и начинает тереть свой глаз - мои слезы попали на его лицо. «Теперь все будет неправильно…» - замечает он огорченно. Я спрашиваю: «Батюшка, меня это смущает, никто же не виноват!», думая при этом: «Как же Бог может допустить?..» Отец Александр отвечает: «Да, жалко людей…»

                ***

    Отец Александр воскрес. Смотрю на него и не узнаю – такой незначительный, непривлекательный у него вид. «Вот как Бог помиловал Вас!» - произношу я, касаясь его руки покровительственно. «Я это заслужил!» - отвечает он резко.
   Дальше мы едем с ним в машине. Машина разбивается, он погибает. «Кто вел машину: я или он?» И чувствую в душе ответ: «Так должно было случиться…»
               
                ***

    Мы стоим с отцом Александром в большой толпе. В руках у него металлическая «чашка», в которую он ударяет рукой.
    Толпа движется. Я хочу удержать его, он вежливо приостанавливается, но вдруг мне становится стыдно - я отстраняюсь, и он проходит вперед, оказываясь во главе, и идет вперед легко, ударяя рукой в высоко поднятую над головой «чашку». Бесконечный людской поток течет вслед за ним, как река, и я иду со всеми вместе.

               
               










                С Е Н Т Я Б Р Ь С К И Е  Л И С Т Ь Я



               
                Они колышутся, и нет им счета,
                и в каждом затаилась жизни нота.
                Их хор струится славословьем Богу,
                и нам они приходят на подмогу,
                когда дойдет до самого предела
                в гортани горечь здешнего удела.









СПАС ЗВЕНИГОРОДСКИЙ

    Много лет над моим молитвенным столиком висел Лик Туринской плащаницы, который я видела во сне. Думала, что никогда его ни на что не променяю, ведь это Его подлинные черты… Но с некоторого времени все чаще стала приходить в голову мысль, что я редко обращаюсь ко Христу, потому что мешают Его закрытые глаза. У меня был еще Спас Звенигородский, он висел на дальней стене и был плохо виден. Как только повесила его над молитвенным столиком, глаза Христа глянули мне в душу, и душа потянулась к Нему.

МАРИЯ

    Не так давно у нас в храме появилась новая девушка. Она привлекла внимание тихой, самоуглубленной улыбкой, которая никогда не сходит с ее уст. Улыбка меня поражала – я часто плачу на молитве, но что означает улыбка?..
    Иногда новенькая начала становиться в хор, и все изумились красоте ее голоса.
    Марфа подружилась с ней. Мария немка, ей всего 27 лет. Учится на теологическом факультете. Пришла к нам в храм, потому что месса слишком коротка для нее. Марфа говорит, что Мария может простоять в молитве четыре часа, не шелохнувшись. «Крепко любит батюшку». Начала учить русский. На мое недоумение по поводу улыбки, Марфа заметила: «Видимо, у нее благодать». Попросила Марфу узнать, как Мария молится, но она ответила, что вряд ли решится: «Когда Мария не хочет отвечать, она просто улыбается и молчит…» 

ПРОПОВЕДЬ

    «Вот, дорогие мои, к чему призывает нас сегодняшнее евангельское чтение. Оно зовет нас к дерзновенной вере, оно зовет нас к содействию Богу в исправлении этого мира, который лежит во зле и в грехе. Бог есть Бог, Который творит чудеса. Но, еще раз повторю, без нашего содействия, без нашей веры, без нашей любви к окружающим нас людям, Он не сможет этих чудес сотворить. Подумаем об этом и устремимся всей душой быть подобными Ему, делать одно общее дело с Ним, приводить этот мир от несовершенства к совершенству, от бездуховности - к духовности, от греха – к святости».

    Слышала эту проповедь в храме, расшифровывала ее, что-то в ней задело меня, зрело, зрело... И вдруг я поняла!

    Дорогой батюшка!
    Ваша последняя проповедь перевернула мое сознание. Оказывается, я никогда не знала, зачем нужно молиться. Я думала, что мы только докучаем молитвой Богу, а Он сам знает, что Ему делать. Теперь меня захватила мысль, что Бог в этом мире может действовать только через нас, и дверь для Него мы открываем верой, любовью и молитвой. Вы часто говорили о синэргизме, но почему-то это всегда проходило мимо меня. И вдруг уши мои открылись, сердце открылось! Мне кажется, меня больше никогда не посетит уныние. Во мне родился другой человек – спокойный и радостный. Руки мои развязаны! Я жажду стать активной. Я Ему нужна!

                Как легкий пар, проходят дни,
                но оседает
                роса былого искони –
                вода святая.
                В нее легко, входя под свод,
                опустишь пальцы,
                и станем мы Его народ –
                не постояльцы.
 ГРЕХ

    Уже много лет мимо моего окна часто проходит пожилой человек. Когда я увидела его впервые, сразу подумала: «Хороший человек». Всегда радовалась, видя его. Еще более  обрадовалась, встретив его в костеле с женой. Жена с костылем, как и я.
    Но недавно я увидела в окно, как он везет ее в коляске. И во мне шевельнулось удовлетворенное чувство: я хожу с костылем, а она уже в коляске…

ДАВИД

    Давид очень изменился после пребывания в больнице с бредом преследования. Постарел, ослабел. Преобразилось его отношение ко мне. Ни капли агрессии, не капли контроля и властности. Он благодарит меня за каждое ласковое слово, сочувствует каждой моей боли, жалеет меня. С ним стало легко. Но какой же он слабый!..   

                В голосе твоем – шум дерев,
                шум морей –
                сладкий напев
                жизни моей.
                Видно одно
                мне суждено:
                эта наука
                верности звуку.

БОЛЬ

     Страдаю от болей в животе вот уже два месяца. И сегодня впервые догадалась поблагодарить за эту боль. Ее сразу же стало легче переносить. Ушло раздражение, тревога, от которой я, оказывается, страдала больше, чем от самой боли. Во время приступов особо острой боли непрерывно повторяю: «Господи, я благодарю Тебя за эту боль!» И наступает покой. А когда боль проходит, я благодарю за то, что ее нет.



                - Проплывая волнами боли –
                дай терпения, Боже, дай,
                не утрачивать свойства соли.
                - Ты к ногам Моим полагай
                противления эти волны,
                драгоценною солью полны.
                И возрадуешься тому,
                что тебя Я с ними приму.

МАМА

    Когда мама умирала, я не чувствовала к ней жалости. Я везла ее в больницу без сознания, тупо глядя на нее, лежащую на каталке, и знала, что она умрет. Я уже несколько месяцев этого ждала, потому что были вещие сны, и я видела на ее лице «маску», которую вижу иногда у людей, которые скоро умрут, вижу даже на последних фотографиях.
    Мама лежала в палате, ее осматривал врач, и вдруг произнес: «Воспаление легких». Мама умирала от какой-то тяжелой, видимо, почечной болезни, и воспаление легких по сравнению с этим, было пустяком. Но меня вдруг скрутила острейшая жалость к ней, и любовь, и отчаяние. До меня, действительно, дошло, что она страдает, что она умирает.



                Бабочка добрая ночная,
                маму напоминаешь,
                мягким изгибом крыльев
                рисуя любовь и заботу.
                Стала легкою пылью,
                вкусившая смертного пота.
                Но забота во сне
                осталась при мне.

ЖАЛОСТЬ

    Уже много лет я страдаю от чувства вины, что не испытываю жалости к распятому Христу. А отец Александр говорил: «Чем жальче Христа, тем лучше». Только раз, мельком, я почувствовала жалость, увидев на асфальте детский рисунок. Распятие: тело из палочек, голова – кружок и «перевернутая» улыбка, долженствующая изобразить страдание. Я обращалась с вопросом об этом к священникам и психологам, но никто мне не дал убедительного ответа.
    Уже год молюсь Розарием, в последнее время прошу Богородицу дать мне любви к Ее Сыну, дать мне этой жалости. И сегодня мне вдруг пришло в голову: «Он был теплый!» Тело Его было теплым. И меня мгновенно пронзила жалость. Мне и раньше приходило в голову, что, я, видимо, страдаю скрытым монофизитством.
    Повесила над молитвенным столиком распятие.

ДАВИД

    Давид очень изменился после пребывания в больнице. Постарел, ослабел. Преобразилось его отношение ко мне. Ни капли агрессии, не капли контроля и властности. Он благодарит меня за каждое ласковое слово, сочувствует каждой моей боли, жалеет меня. С ним стало легко. Но какой же он слабый!..
    Давид неожиданно согласился пойти со мной в храм к отцу Мартирию и даже поцеловал у него после причастия руку.

ДАВНИЙ СОН

    Один молодой человек, который, как мне казалось, был в меня влюблен, действительно, меня любит. Он дает мне рюкзак, в котором лежит огромная клубничина. Она такая большая – я поражаюсь. Но я боюсь остаться голодной, и начинаю набивать в рюкзак картошку - клубничина исчезает.
   Молодой человек уходит, но перед тем, как уйти, дает мне «письмо о любви» - толстенную кипу бумаги. Я несу рюкзак, который оказался с дырой, и картошка высыпается. Тогда мой знакомый появляется вновь и присылает мне человека, чтобы тот мне помог, тот собирает картошку. А молодой человек, видя, что я еще не прочла «письмо о любви», уходит. Но я знаю, что, когда я прочту это письмо, он придет снова.
    Много лет я помнила этот сон, и ждала кого-то. Но сегодня поняла, что это сон о Давиде. Я прочла «письмо о любви» – моя «Свеча» закончена.

                В голосе твоем – шум дерев,
                шум морей –
                сладкий напев
                жизни моей.
                Видно одно
                мне суждено:
                эта наука
                верности звуку.
               



                В руках Всемогущего Бога
                я только ненужная скрипка.
                Взирает Он с тайной улыбкой,
                как я, напрягая все струны,
                в душевной печали безлунной
                пытаюсь без царственных рук
                издать подобающий звук.
                Но только себя я забуду
                возможность откроется чуду,
                и дерево, лак и металл
                исчезнут, заслышав хорал.         


                Мне легко идти
                странницей по времени
                с той поры, как в пути
                нет сомнения.
                Впереди вижу я
                Вождя.
                Посох мой -
                покой,
                и сума - боль.
                Не тяжела -
                чтобы нести могла.


                Как подо мной Твоя земля
                сияет до последней пяди,
                когда по ней ступаю я,
                как по бездонной водной глади.
                Она таит Левиафана,
                но вся земля поет "Осанна!"
                Тому, Кто попирает беды
                Своей незримою победой.



Не была на земле я сорокой,
белоснежное перо не носила,
но в пророческих снах прежде срока
ощущенье парения было.
 
И когда треволненья мирские
 станут сном - далеким и мрачным,
 примет воздуха нас стихия
 в одеянии белом, брачном.