Ведьмачьи будни Никаноровны - Глава 1

Никаноровна была самой настоящей женщиной в расцвете сил … лет 45 назад. А сейчас изнывала от скуки прикармливая диких голубей, чтобы те, гадили на машину ненавистного ей Васеньки, который очень любит слушать Ротару, не Стасика, — Михайловым кличут. Но всему рано или поздно приходит конец. Васенька оказался черен на язык и с криком: — Чтоб тебя черти забрали, курица старая! — отправил сердешную в мир темный, средневековый.

***

Возле старого пирса лежало чье-то помятое тело, привлекая к себе десятки голодных чаек.
— Вот, еще один налогоплательщик отправился в мир иной, — грустно вздохнул цирюльник, набирая воду для помывки волос прямо из сточной канавы.
— Чайки едять токмо рыбу, — заявил ему сосед краснолюд, — енто ж не вороны.
— А что им от него надо?
— Може рыбой смердит? Вона как разлетались, глаза сумашедши.
— Ну, не буду портить себе настроение, мне еще госпожу прихорашивать.
— А че ж помоями то? Море то вон, поди, в шагах десяти будет. Да и колодец рядом.
— Ну, знаешь, будешь меня учить, как работать, я ж тебе не говорю, как твою бабу гладить: вдоль, али поперек.
— Я б ее оглоблей погладил.
— Чем, чем? — закашлялся цирюльник.
Краснолюд вздохнул.
— Не хочу жаловаться, да и не по-мужески это…
— Ну не хотите, ваше право — пожал плечами цирюльник.
— Но вот если бы за бокальчиком реданского, — покосился краснолюд.
Мужчина задумался, посмотрев на помои в ведре.
— А почему собственно и нет.

Внезапный крик заставил собеседников вздрогнуть и посмотреть на пирс. К телу странно пританцовывая приближалось еще одно тело, которое тащило что-то тяжелое за спиной.
— О-о-дрин! Гузно краснолюдское!!! — опять закричал он, — Мы с тобой договорились идти на службу?!
Ответа не последовало. Пьяный мужик наклонился и потряс тело прилагая максимальные усилия, на которые только были способны его непослушные руки.
— Мы договорились, — сказал он, так и не дождавшись ответа, — А ты харя козлиная так и не пришел! Меня, меня обманул. Же — жестоко, обманул. Я к тебе всей душой …
Тело все-таки выскользнуло из будто деревянных пальцев и шлепнулось на гальку.
— С — скотина ты!
Мужик поднял рыбину, а это оказалась именно она и со всех сил врезал ее мордой по лицу Одрина.
— Поцелуйтесь с —с …
Он заметил, что за ним следят, и забрав рыбину ушел в рассвет.

— Так он живой, или нет? — спросил цирюльник.
— А леший его знает, — пожал плечами краснолюд.
Будто в ответ на вопрос, тело встало, и поплелось в ближайший кабак, но уже через пару минут в кабаке послышался грохот, и его обитатели бросились врассыпную.
Цирюльник был по натуре своей очень любопытен, но боязлив, посему решил поход в кабак отложить на некоторое время, все же поинтересовавшись, что произошло.
А случилось так, что ровно в тот момент, когда местный пропойца вошел в здание — крыша дома проломилась, и на него сверху упала какая-то огромная бестия. Вроде Бруксы, но жирновата, страсть.

Разбираться не стали, что это страховидло делало на крыше, да еще и раньше заката солнца, сразу отправились за ведьмаком, который к счастью в данный момент находился в Новиграде и попивал сивуху в обществе некой дамы.

— Вот зараза, сплюнул Геральт, — нигде покоя нет.
— Ну, на то ты и ведьмак, — хмыкнула Бьянка.
Залпом допив оставшееся пойло, ведьмак пошел к месту происшествия, посматривая искоса на женщину и оценивая новую стрижку. Да, она похорошела, похоже, жизнь возле Новиграда пошла ей на пользу, но вот какого лешего стричься? Да еще так коротко. Все женщины стараются скрыть свои недостатки, пользуются духами, носят платья, отращивают волосы, а она …
— Ну не станешь ты мужиком, хоть ты на лысо обрейся, — заявил Геральт после долгого молчания.
Бьянка засмеялась.
— А мне все было интересно, о чем можно столько времени думать. Уж решила, что ты запал на мои прелести. А ты представляешь, какой бы был из меня мужик. Ты со всеми так деликатен?
— Ну … кхм. Не обижайся Бьянка, но я бы хотел когда-нибудь увидеть тебя в платье.
— Только после тебя, — засмеялась женщин, но тут же остановилась.
— Кстати, мне тут одна птичка напела, что ты там, в Каэр — Морхене …
— Я б этой птичке, клювик то открутил, — прорычал Геральт.
Бьянка опять засмеялась.
— Похоже, даже тебе больше подойдет женское платье, чем мне.
— Может, уже перестанем мусолить эту тему?
— Может и перестанем. Тем более, что мы кажись, пришли.

Возле кабака крутился невысокий, плотный мужчина, то и дело, хватая себя за последние волосы, кряхтя и вздыхая о превратностях судьбы, и жалея о том, что пострадала именно его прекраснейшая цитадель радости и веселия, а не свинарник с улицы, напротив. К слову откуда именно пришел Геральт.
Хозяин, увидев ведьмак бросился к нему на встречу.
 — Милсдарь ведьмак! Спасите! Только на вас одна надежда! Совсем замучили нехристи. То одно случится — то другое. А теперь вот еще эта тварь на крышу свалилась, пол дома разнесла и мужика кажись прибила.

— Оно сейчас там?
— Там, там, где же ему то еще быть.
Геральт достал меч и легонько оттолкнул Бьянку. Та, толкнула его в ответ и решила во что бы то ни стало попасть в помещение и увидеть все собственными глазами.
— Бьянка … — процедил сквозь зубы мужчина, — здесь может быть опасно!
— Знаю, — женщина обошла его с другой стороны и хотела юркнуть у него под рукой, но он ловко схватил ее за шиворот.

— А на что оно похоже? — спросил он у трясущегося у входа хозяина.
— Не знаю. Здоровое, лохматое, баба.
— Может, яга? — задумался Геральт.

— Я те дам яга! Ты себя то давно в зеркале видел?! Сморчок старый! — дико заорало из кабака.

Ведьмак посмотрел на хозяина, тот поежился и втянул голову в плечи.
Женщина медленно сползла с полуживого Одрина, и стала собирать растрепанные седые космы в пучок.

— Как молодая — так голубушка, рыбка, золотце! Как чуть больше двадцати — так сразу яга!
— И насколько больше?
Геральт окинув тело Одрина взглядом решил, что того и холера не возьмет, не то, что полоумная баба, свалившаяся ему на голову.
В голову полетел лапоть, ведьмак уклонился, а от перечницы не смог. Точнее он уклонился, но крышка отпала и уже через пару секунд они с Бьянкой умывались с лужи, яростно матерясь и отплевываясь.

— Чтоб тебя холера пробрала, карга!
— Ишь ты какой нежный нашелся. Перца нюхнул, и сдулся. Васька и то, посуровее будет!
— Д чхать я хотел и на тебя, и на твоего Ваську. Зря время потерял.
Ведьмак зло посмотрел на хозяина, тот стал пунцовым и не знал, куда прятать глаза.
— А кто ж знал, что она баба, хоть и дюже страшная.
— Это я-то страшная?! Да ты Вальку не видел! Соседку мою. У нее глаза косые, на голове три волосени и сиськи одна коротше другой, висят. А я между прочим даже очень ничего. У меня волосы были длинные — до пят, борщ вкусный варю, и сиськи мои…
— Вот только за сиськи не надо, — махнул рукой Геральт.

— Чего это не надо?! Очень даже надо. Могу показать.
— Нет. Мы очень заняты, идем, Бьянка схватила ведьмака за руку и потянула куда подальше.
— А что с тем, давленым делать? — осторожно поинтересовался хозяин.
— Зеленкой его помажь, — пошутил Геральт.

Вокруг начала собираться толпа зевак.
— Ну конечно, свои ходит, всем оказывает, — старуха показала пальцем на оголенную грудь женщины, — А мне нельзя. Боисся, шо я его отобью?
— Тоже мне. Ничего я не боюсь. Мы просто очень заняты, и сейчас уходим.
— Ишь ты. Заняты они! А кто бабушку домой проводит? Кто ей теперь поможет. Где улица Спортивная? Бабушка старенькая, она упала, ударилась и теперь вообще ничего не узнает. А вы уйти собрались. Бросить меня! — запричитала старуха.

— Отстань бабка! И без тебя тошно, Геральт поправил мечи и собирался было удалиться, как Никаноровна схватила его за руку.
— Люди, ну посмотрите на этого урода! Бабушку оставляет ради молодки первой встречной! А мне идти некуда, есть нечего, жить неначто! И куда я теперь сердешная?! Хоть сразу на кладбище. А зарывать то, кто будет?! И зарыть то некому!..

Ведьмак разозлился. Давно его никто так не выводил из себя, разве что Лютик, но тот к счастью был далеко отсюда, в прекраснейшем Туссенте, в объятьях Анны Генриетты. Ну по крайней мере Геральт очень на это надеялся.
Он посмотрел на старуху с такой злостью, что даже Бьянка отступила на шаг, но не Никаноровна. Она стояла с равнодушным видом, и жевала воздух.

— Ну и че? Успугал старуху, да? Да ты знаешь, через что я прошла? Да я к терапевту без очереди прохожу! Да меня в жеке все на Вы называют, и даже мэр наш ласково кличет — Бабушка. Это я его так с детства приучила. Он как совсем маленький был, я его сколько раз костылем била, что он у меня как шелковый. А ты меня глазами, вылупленными напугать хочешь?

Настроение ругаться напрочь пропало. Д и что взять с этой сумасшедшей старухи. Ведьмак махнул рукой, и пошел. В этот раз его никто не держал. Надоедливая старуха просто пошла за ним следом. Он пошел быстрее, она тоже прибавила ходу.
— Да чтоб тебя! Чего ты ко мне пристала?
— Глаза у тебя добрые, как у моей собаки.
— Рад это слышать.
— Тока он сдох.
— Примите мои соболезнования.
— А вот улыбка, как у мого мужа.
— Рад за вас.
— Он тоже умер.
— Примите мои глубочайшие соболезнования, надеюсь больше никого не постигла такая же участь.
— Ну, еще у меня были рыбки.

— Геральт, я, пожалуй, пойду — решила слинять Бьянка, но мужчина схватил ее за руку.
— У меня замечательная идея.
— Я не буду с ней, возится! Я воин, а не сиделка!

Услышав это, Никаноровна засмеялась.
— Эх ты, воин. Ты пробовала в час пик в автобус влезть? А я вот всегда влазю, и место даже занимаю.

— О чем это она? — Бьянка с недоверием покосилась на старуху. Мужчина многозначительно покрутил пальцем у виска.
— Здорово, она еще и тронутая.
-Это ты тронутая! Так со старыми разговаривать, да я тебя щас так костылем отхожу — мамка не узнает.

Ведьмак задумался. Это ж надо было ему влипнуть в такую неприятность. Вместо монстра, нашел старую бабу, да еще и такую, что лучше б уж монстра.
И что он теперь скажет Йен.
Нет, Йенифер это точно не обрадует. Нужно сбагрить ее кому-то. Виртуозно и ненавязчиво. Чтоб и сообразить не успели, что произошло, а он раз — и в Корво Бьянко, попивает вино и любуется на закат. Остается решить кому ее «сплавить».
И тут Геральт почувствовал что-то неладное. Странно. Медальон не вибрировал, но неприятное чувство уже зарождалось глубоко внутри. Что-то Бьянка замолчала. Мужчина обернулся — женщины рядом не оказалось. Ее вообще нигде не было. Пришла очень неприятная догадка — Бьянка сбежала.

— Че морду скривил, будто кислиц объелся? — заметила Никаноровна, — Деваха то твоя уже давно ту — ту. Остались тока ты — да я.

— Вот стерва — процедил сквозь зубы Геральт.

День обещал быть тяжелым.


продолжение            http://www.proza.ru/2016/09/15/818


Рецензии