Убийство в плавучем ресторане

                СЕВАСТЬЯН ВЕЛИКИЙ.
               
                ЮМОРЕСКИ И СТРАШИЛКИ.
                Убийство в плавучем ресторане.

Это сегодня я – Султан, и в моей власти целая Страна. А когда-то я был самым обыкновенным котом. Одно время даже работал поваром в плавучем ресторане « Восточный краб». Однажды в нашем заведении случилось страшное ЧП: кто-то убил  брата самого директора во время посещения им тёмного зала. Это такое помещение, где столуются в полном мраке. И лишь, когда тебе надо куда-либо отлучиться, ты можешь зажечь свечу, чтобы не заблудиться в  темноте. Когда меня директор вызвал к себе, то первым делом спросил, поддерживаю ли я до сих пор  приятельские отношения с Котофеем Котинсоном, известным на всю страну частным детективом.
-Конечно,– сказал я.
- Тогда срочно вызывай его с командой. Пусть попробует разгрести это дело.
Да не забудь добавить, что в  случае успеха он может рассчитывать и на премиальные.
-Уже бегу, босс, не позже, чем через час он будет здесь.
- Добре,– сказал господин директор и повернулся ко мне уже спиной, чтобы продолжить беседу с какой-то женщиной.
- Когда я доложил Котинсону о том, кто его вызывает, и на  что он может  в итоге рассчитывать, последний немедленно согласился. И ровно через сорок пять минут после завершения разговора был уже на месте.
Осмотрев труп, детектив пришёл к выводу о том, что орудие убийства скорее всего не стрела для мини арбалета, а всего лишь очень большой дротик.
-Господин Хиштей,- обратился Котинсон к директору ресторана. Помнится, Вы когда-то были мастером по стрельбе из лука.
- Да, я и сейчас неплохо стреляю.
- А где вы практикуетесь?
- В моём тире на даче.
- Что, один что ли?
- Нет, ко мне приходят друзья, и мы вместе стреляем.
- И кто они? Извините за то, что я немного бестактен, но такова уж моя работа. Я просто обязан знать, как можно больше о том, что меня интересует.
- Да, я понимаю, поэтому  и не в обиде. Это мой  самый близкий друг, господин Шнейдельман, жена моего брата и её сын, пасынок погибшего.
- И как они стреляют?
- Все очень недурно. А Шнейдельман почти так же как я.
Понятно. Пока это всё, что меня интересует. Остальное, пожалуй, начнёт проясняться уже сразу после результатов анализов. Так что не смею Вас больше задерживать. Всего хорошего!
Когда директор удалился, Котинсон обратился ко мне с таким вопросом.
- Скажи-ка мне, Севастьян, кто по твоему мнению имел мотивы для совершения данного убийства?
- Да хотя бы его жена. Она ведь такая ревнивая.
-  А что у неё для этого были поводы?
- Похоже. Последнее время он тут появлялся пару раз в обществе какой–то молоденькой девицы.
- Тогда понятно. Жены порой убивают и за меньшее.
-Точно. Да ещё и выходят потом сухими из воды, так как якобы сотворили это в состоянии аффекта.
- Правильно мыслишь, друг. С неё-то и начнём расследование.
Пойдем, ознакомимся с результатами  анализов. Думаю, у моих ребят всё уже готово.
- Шеф, всё чисто, никаких следов. Убийца был в перчатках.
- Что у тебя Генри?
-- Анализ слюны на стаканах показал, что убитый и сидевший с ним за столиком - близкие родственники.
- Странно, значит, в этот раз он пришёл не с девицей, а с кем-то другим.
- Как же,- сказал я,- он был именно с ней. Я сам проводил их в зал.
-  Интересно. А зачем ты сам с ними попёрся, мог бы поручить и официанту.
- Директор лично попросил меня об этом.
-С чего бы это вдруг. Прежде случалось такое?
- Ни разу. Обычно он сам их провожал.
- Вот как! Однако. Если результат анализа верен, в чём я не сомневаюсь, то тогда выходит, что сидевшая с ним девица, его незаконная дочь. Так как я точно знаю, что у него не было никакой сестры, даже двоюродной.
- Вот это да!– изумился я,- а казался таким тюхой.
-Похоже, без допросов тут не обойтись,- сказал Котинсон. И долго не думая, направился прямо в кабинет директора.
- Господин директор, почему Вы утаили от меня то, что у вашего брата есть незаконная дочь?
- Я сам об этом узнал лишь недавно, когда сделал  брату замечание о том, что ему, мол, негоже общаться с такой молодой девицей  да ещё при живой жене. На что он ответил, что это его дочь от Люси Портман, той самой белокурой чемпионки по игре в дартс, с которой он встречался некоторое время около двадцати лет назад.
-Так вот оно что! Теперь мне многое понятно.
- Что именно, если не секрет?
-Покойный был убит не миниатюрной арбалетной стрелой, а очень большим дротиком для игры в дартс.
-Вы подозреваете, что это могла сделать Люси.
- Это мог сделать любой сильный игрок в дартс. Кстати, Вы играете в эту игру?
- Да, и очень неплохо.
- Вы бы сумели попасть в цель в полной темноте.
- Конечно, я же кот, но только с близкого расстояния. Ведь дротик далеко не метнешь.
- Где Вы были на момент убийства?
- Сидел в своём кабинете, проверял балансовый отчёт.
- Кто это может подтвердить?
- Бухгалтер, она была там со мной.
-Ладно, проверим. Подскажите, пожалуйста, как мне найти Люсси и её дочь.
-  Дочь у нас в медпункте. Ей стало плохо после того, как она поняла, что её отца убили.
Дочь  погибшего оказалась красивой и  фигуристой девушкой. Теперь Котинсону было понятно, почему жена убитого так к ней ревновала.
- Мадмуазель примите мои соболезнования. А теперь, если вы в состоянии, давайте перейдём к делу.
- Что Вы хотите знать?
- Вы любили своего отца?
- Очень. Ведь он был таким добрым. Постоянно мне дарил подарки. Абсолютно ничего не требуя взамен.
- Как Ваша мама относилась к тому, что вы встречались.
- Она была против.
- Почему?
- Никак не могла  забыть своей на него обиды.
-Она  по-прежнему всё ещё упражняется в метании дротиков?
- Не думаю, у неё  в последнее время сильно испортилось зрение.
-Как мне её разыскать?
- Я дам Вам номер телефона. Она написала  что-то на визитной карточке и протянула её мне.
- Спасибо.  Не смею Вас больше беспокоить. Всего хорошего!
- Вам тоже.
Когда детектив встретился с Люси Портман, то  выяснилось, что она не могла быть причастна к данному преступлению, ибо  болела прогрессирующей катарактой и уже почти ничего не видела.
Узнав об этом, Котинсон пришёл к выводу, что теперь подозреваемых осталось только трое. Это супруга погибшего, её сынок и лучший друг директора ресторана. Впрочем, у последнего не  могло быть явных  мотивов для совершения преступления. Говорят, что они вовсе не были знакомы.
Но всё равно проверить надо и его.
Приятель мой как в воду глядел. Друг директора действительно оказался не причастен к убийству. Он в это время  был  на совещании у своего начальника.
Но вот два других подозреваемых не имели столь прочных алиби.
Более того супруга  погибшего призналась, что в момент убийства находилась совсем неподалёку, пререкалась с  гаишником, выписывавшим ей штраф за неправильную парковку. И  когда  всё-таки вошла вовнутрь ресторана, то её супруг  к этому моменту был уже мёртв.
Когда Котинсон побеседовал с тем самым гаишником, выяснилось, что женщина, по-видимому, сказала правду. Она никак не могла  убить своего мужа, ибо смерть того наступила примерно в восемнадцать тридцать, а как раз в это время он и выписывал ей штраф.
Теперь всё указывало лишь на одного подозреваемого, и это был пасынок покойного. Но у него имелось алиби. Он предъявил билет на посещение кинотеатра, на котором  значилось время сеанса. По нему выходило, что в период совершения преступления он находился в кинозале.
Но детектив не поверил ему и продолжил под него копать, убеждённый в том, что виноват  именно он. В  конце концов Котинсон оказался прав.  Ему удалось-таки найти спекулянта, продавшего юноше билет  задним числом.
Ибо, даже для такого прожжённого пройдохи, как  перекупщик билетов, подобное было делом необычным, поэтому он и запомнил покупателя настолько хорошо, что смог помочь составить его фоторобот.
 Когда портрет был закончен, всё ещё хоть какие-то мало-мальские сомнения детектива  относительно виновности пасынка погибшего рассеялись, словно утренний туман под лучами солнца.
 Теперь оставалось лишь одно, как можно быстрее расколоть преступника.
И так как аргументы детектива были неоспоримыми, паршивцу пришлось волей неволей сознаться в совершённом им злодеянии. Как выяснилось в ходе допроса, подвигло его на преступление то, что отчим, которого он по-своему очень уважал. После того, как обрел свою дочь, стал уделять ему значительно меньше времени, а это его явно не устраивало, так как он был по своей натуре жутким эгоистом. Тогда-то он и задумал погубить отчима, а вину за своё преступление свалить на мать дочери покойного.  Ведь он знал, что та была в молодости чемпионкой по игре в дартс.
Он приобрел стрелу для маленького арбалета, затем ловко переделал её в  дротик для  этой самой игры. Остальное же было уже делом техники. Пробравшись  внутрь через открытое окно служебного туалета, он незаметно проник в тёмный зал и там осуществил задуманное им преступление. Но, так как он был ещё достаточно молод и стало быть не очень опытен в житейских делах, то и допустил те самые просчёты, которые и помогли вывести его в конце концов на чистую воду.
После этого случая я ещё сильнее зауважал  моего приятеля, частного детектива. А вскоре, и вовсе, напросился к нему на работу в виде внештатного сотрудника. О чём до сих пор ни капли не жалею. Ибо работа бок о бок с таким мастером дала мне  массу ценных знаний, багажом которых я пользуюсь и до сих пор.
20 января 2013 года


Рецензии