Дедушка

Леночка была хрупким пугливым ребенком, пока была маленькой и не ходила в школу. Она настолько всего боялась, что, когда к ней обращались с вопросами посторонние, всегда пряталась за маму или папу, и у нее от страха подрагивала нижняя алая губка на маленьком ротике.
По выходным, когда не надо было идти в детский садик, а родители оставляли ее у бабушки Зои, папиной мамы, девочка любила танцевать, как настоящая балерина, перед экраном черно-белого телевизора. Под великолепную музыку Чайковского, она старательно выгибала спинку, красиво вздымала тоненькие ручки и вытягивала носочки таких же тонюсеньких длинных ножек, подражая артистам, танцующим на сцене «Лебединое озеро». Еще она часто представляла себя пианисткой и перебирала длинными гибкими пальчиками по столу, имитируя игру на фортепиано. Как и все дети, с вдохновением рисовала акварели, лепила из пластилина фигурки и резво прыгала через квадратики линолеумного пола в коридоре, между кухней и туалетом.

1

Утром выходного дня Леночке не раз приходилось наблюдать, как бабушкин муж, бывший военный и ветеран Великой Отечественной войны, делал утреннюю гимнастику, оставаясь при этом, в одних подштаниках бледно-голубого цвета с пузырями на коленях и периодически приоткрывающимся запАхом на ширинке. В кухню малышку одну не пускали в целях безопасности. Там стояла газовая плита. Бабушка застилала постели в спальне, и поэтому усадила внучку на диван в зале, чтобы та не мешала. Для Леночки дед был чужим, но она тогда еще не понимала, что ее родной дедушка пропал без вести на фронте в первый же год Великой Отечественной. Бабушке тяжело было одной поднимать детей в голодные послевоенные годы, но ей посчастливилось выйти замуж во второй раз.  Мужики были нарасхват, а тут Саша, весь в медалях, орденах, хотя и после контузии, но все-таки мужчина.
- Теперь приседания! Р-Раз, два! Три, четыре! – Четко и с выражением говорил диктор по радио.
Леночку жутко пугали старые рваные шрамы от боевых ран на дряблом теле дедушки. Она еще толком не понимала слова «ранение» и «война».
- А сейчас бег на месте! Р-Раз, два! Р-Раз, два! Р-Раз, два! Р-Раз, два! – Продолжал диктор.
Дед побежал по тесному пространству двухкомнатной «хрущевки», высоко подымая колени и подгазовывая.  Леночка сморщила носик и скривила личико. Наблюдать за дедом было очень противно. Ей он никогда не нравился, и она его даже побаивалась. Он не часто улыбался и обычно сторонился ее, кроме редких случаев, когда оставался с девочкой наедине.
- А теперь водные процедуры! – Радостно сообщили по радио, и дед пошел в ванную.
- Наконец-то можно поиграть на ковре. – Решила малышка и радостно юркнула с дивана под стол с длинной скатертью, где у нее был «домик» с куклами и посудками.
Вода перестала журчать, и дед Саша вышел из ванной, вытираясь большим полотенцем.
- Саш! Я пошла в магазин, а ты за Леночкой присмотри! – Скомандовала бабушка, уходя с большой хозяйственной сумкой в руках.
Леночка страшно не любила оставаться с дедом наедине. Он всегда играл с ней в странные и очень неприятные игры. У нее сжалось сердечко от плохого предчувствия, которое ее и сегодня не обмануло. Как только бабушка скрылась за дверью и замок за ней закрылся, он снова улегся на диване, взяв в руки последний выпуск газеты «Правда» и позвал к себе девочку. Леночка с неохотой сделала робкий шаг в его сторону.
- Садись ко мне! Поиграем!
Леночка замялась, опуская свои ясные детские глазки в пол и вся сжалась.
- Иди сюда! – Повторил наигранным добрым голосом дедушка, только уже более настойчиво.
Она не осмеливалась ослушаться старшего, и трусливо неуверенно подошла ближе. Он схватил ее и посадил между ног, освобождая от одежды свои отвратительные гениталии.
- Давай играть «в яйца»!
- Я не хочу! – Стала сопротивляться малышка, вырываясь из дедовых «объятий».
- На вот. Возьми в ручки и перебирай. - Не отпускал, требуя от несчастного ребенка действий, противный дед.
- Скорей бы вернулась бабушка, или папа забрал бы меня домой. – С отвращением прикасаясь детскими ручками к дряблым и вялым органам, думала расстроенная и униженная Леночка. Ей была невыносимо противна эта гадкая игра. Хотелось спрятаться под стол, или убежать, куда глаза глядят, только бы подальше от этой мерзости…

2

- Я не поеду к бабе Зое! – Плакала Леночка.
- Не капризничай! Мне на работу надо, и мама сегодня дежурит. С кем ты останешься? Я тебя вечером заберу. – Уговаривал дочку папа.
- Я одна подожду! – Продолжала малышка.
- Нельзя маленьким девочкам одним в доме оставаться! Одевайся, поедем, а то я на работу опаздываю!
- Нет! Там дед противный! Не поеду к нему! – Продолжала истерику малышка.
- Что это значит? – Размышлял растерянный отец. - Леночка самый спокойный ребенок на свете, а тут так сопротивляется!
- Доченька! Почему ты не хочешь у них быть?
Леночка смущенно посмотрела на папу, а потом убежала и спряталась за диван.
- Леночка! Постой! – Насторожился отец. Он давно заметил, что дочка не любит бывать у его матери.
- Доча! Не бойся, расскажи папе! Что случилось?
Девочка не решалась выйти к отцу и продолжала сидеть в укрытии. Он сам подошел к ней, пытаясь обнять, но она пряталась все глубже, между столом и диваном. Он тихонько переспросил.
– Почему? Я не буду тебя ругать. Расскажи мне.
- Дедушка Саша… – Проглотила слова девочка и запнулась
- Что, доченька? Скажи мне.
- Он заставляет играть «в яйца»! – Вдруг осмелилась она.
- А как это? – Испугался папа.
- Ну, в яйца! В его яйца! – Выпалила девочка, и снова закрылась.
Папа изменился в лице, но не стал больше ничего спрашивать у взволнованного ребенка.
- Пойдешь со мной на работу?
- Да! Обрадовалась дочь и кинулась родителю на шею.  Он обнял ее и поцеловал в макушку.
Леночка очень любила бывать у папы на работе.
- Там всегда красиво и краской в мастерской пахнет, и артистов много в старинных нарядах, и сцена, и декорации! – Радовалась в душе девочка.

3

- Ты представляешь, он ему морду в кровь разбил! – Шептала мама своей подруге, искоса посматривая на играющую неподалеку Леночку.
- Хорошо, что совсем не убил. Не хватало еще сесть из-за этого педофила!
- Так ему и надо! Ты ее постарайся больше туда не водить, а тем более не оставлять! – Посоветовала подруга. - Это ж надо! Кто бы мог подумать!
- А еще ветеран, герой! Ни за что больше не оставлю! С кем угодно, только не с ними!

4

Елена Степановна глядела в открытое окно. В памяти всплыли самые гадкие воспоминания детства. Почему-то именно сегодня она вновь ощутила стыд и подкатывающую к горлу тошноту.
- Я его не осуждаю. – Подумала она. - Он просто был контуженым, больным человеком. После войны много было у людей разных отклонений. Были среди ветеранов и самые настоящие психи. Этот казался тихим. Любил часто ездить на свалку на своем горбатом инвалидном драндулете, тащить в гараж и в квартиру всякий хлам… 
- А я, ведь даже и на похороны его не пошла, хотя уже и не помнила о его старческих извращенных домогательствах.  Зато теперь понятно, почему! И еще понятно, почему я всегда боялась мужчин, особенно наглых и без штанов!