В руках Всемогущего. Царство Свободы. 8

Книга вторая. Фэйлин и Сиэнт.
Часть вторая. Царство Свободы.

ГЛАВА 8
Последние дни

- Как странно! -  сказала Фэйлин. Она пыталась увидеть хоть что-то, на чём можно было бы остановить взгляд, но всё на этой маленькой искусственной планете  выглядело однообразно и мрачно. Это впечатление усугублялось осознанием надвигающейся катастрофы… - Теперь уже ничто не имеет значения! Уже не важно, кем мы были раньше, и какие планы у нас были на будущее. Кажется, что всё остановилось… У нас есть, может быть, несколько дней… до прихода Лирии к власти!  Это будет государство, в котором для нас не может быть места! Весь мир, который мы знали, рушится у нас на глазах, а мы спокойно сидим тут и ждём, когда это произойдёт!
Сиэнт  находился рядом с ней и тоже выглядел задумчивым и  растерянным. Они медленно брели по пустынной площадке, на которой лишь изредка встречались  какие-то сооружения и постройки военного назначения, склады и прочее, в чём им было совершенно неинтересно разбираться. Может, было бы лучше, если бы они сейчас объединились, как прежде, и ожидали помощи от Господа с песнями и молитвами? Но почему-то больше у них не было того духовного подъёма, который они испытывали, когда летели вместе в космическом корабле. Каждый был погружён в свои мысли,  а мыслей в голове было крайне мало и все они сводились к одной: как воспринять конец всему? Это просто не укладывалось в их сознании! Они надеялись, что их ещё ждёт много работы, что их государство переживёт многочисленные реформы, многие ещё обратятся к Богу… А теперь, можно сказать, что они успели сделать  на данный момент, только  тем и обладали. И не  нужны уже никакие реформы, можно больше уже ничего не предпринимать,  многие их усилия и работа оказались невостребованными и незаконченными…
- Сиэнт, - снова сказала Фэйлин, - готовы ли мы ко Второму пришествию Христа? Сможем ли мы  Его встретить?
- Не знаю, - ответил Сиэнт. – Я не вижу в себе ничего хорошего, что давало бы мне основание иметь такую уверенность! Я просто надеюсь на это, но мои чувства очень противоречивы, я ничего не могу сказать с уверенностью больше…
- Но ты ведь только что говорил, что веришь, что мы дождёмся освобождения! – напомнила Фэйлин.
- Да… Я по-прежнему в это верю! Только у меня уже нет такого энтузиазма говорить это… Мы действительно стоим на границе, за которой начинается вечность… И я уже ничего не могу говорить… Я чувствую себя… странно… Кажется, что весь прошлый опыт уже не играет никакой роли!
- Мы можем сейчас смотреть только на Иисуса и положиться на Его заслуги… -  проговорила Фэйлин. Нам просто надо чуть-чуть подождать…
Ей вспомнились слова из  книги Откровение 22:11: «Неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святой да освящается еще». Они описывали тот момент времени перед Вторым пришествием, когда каждый человек уже сделал свой выбор,  этот выбор  определил его вечную участь, и назад дороги нет. Те, кто покаялся, уже не отступят от Бога, те, кто отказался,  потеряли вечность. Это тот момент времени, когда Иисус больше не совершает ходатайства за грешников в небесном святилище.  Фэйлин не знала, действительно ли в настоящее время уже настал такой момент, или это ещё впереди, но она чувствовала, что лично в её жизни такой выбор  сделан. Для неё эта точка уже наступила. Хотя она понимала, что далека от совершенства и не имеет никаких  собственных заслуг, она чувствовала, что Бог принял её. Она полагалась только на Него, и эта вера давала ей спокойствие.
- Сиэнт, - снова проговорила она, - я понимаю, что дальнейшие события будут очень плохими, но это не важно, я знаю, что Бог уже нас спас и если этот последний короткий отрезок пути нам придётся пройти каждому отдельно, я  знаю, что мы   встретимся на небе! Ты ведь полагаешься на Бога?
- Да, Иисус – моё упование! – ответил Сиэнт.
- Значит всё хорошо, нам не о чем переживать! – произнесла Фэйлин.
Ей вспомнились слова, которые Библия говорит о любви: «в любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх…» (1 Ин. 4:18) Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,  не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла,  не радуется неправде, а сорадуется истине;  все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.  Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится… Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицом к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан.  А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше. (1 Кор. 13)
- Я когда-то задавала вопрос, что такое любовь… - продолжала рассуждать Фэйлин. – И мне было трудно понять… Сейчас мне уже намного легче это сделать. Хотя, чтобы это понять, нам потребуется вся вечность… Любовь – это драгоценный дар Иисуса, и она действительно помогает преодолеть всё! Тот путь, который мы прошли,  открывает мои глаза на многое, чего я не понимала в  Библии и в своей жизни раньше! Ещё несколько дней назад я испытывала страх, что могу потерять тебя, что нас ждёт неизвестность… Бог дал нам отсрочку, чтобы я смогла осознать, что Его совершенная любовь  может всё изменить. В Нём я имею надежду.  И меня  больше ничего не пугает! Я уверена, что весь наш прошлый опыт важен, просто сейчас нам трудно понять и осмыслить то, что с нами происходило. Но мы можем сделать это уже вечности!  Если Иисус для нас на первом месте, то мы можем больше ни о чём не думать!
Какое-то время Сиэнт молчал, погружённый в себя. Затем, осознав  сказанное Фэйлин,  ответил:
- Я понимаю, что  все свои самые важные решения в жизни я уже принял, и сейчас я уже ничего не решаю, всё решено давно. Иисус показал мне достаточно, чтобы я мог быть сейчас спокоен, а всё, что будет дальше в Его руках! Я тоже могу больше не думать об этом! Если у меня и остались какие-то вопросы к Богу, то сейчас они меня уже не  беспокоят,   я знаю, что скоро получу ответы на них!
- Сиэнт, как я счастлива, что  в вечности буду вместе с тобой! – вдруг воскликнула Фэйлин.
- Да, в вечности быть вместе!!! Я никогда не предполагал… Как прекрасно, что Иисус нас нашёл и соединил! И ещё я рад тому, что у нас есть ещё эти несколько дней, которые мы можем провести вместе, - сказал Сиэнт, глядя на Фэйлин. - Я не могу представить, как мы будем выглядеть в вечности,  и как мы будем там жить, но я рад, что здесь нам Бог ещё даёт небольшую отсрочку, чтобы подумать немного об этом!
- Всё могло закончиться для нас ещё несколько дней назад, но Бог этого не допустил, значит, эта отсрочка действительно  необходима нам! – согласилась Фэйлин.
- Давай представим, что мы находимся не здесь, а где-нибудь в лучшем, чем это, месте! – предложил Сиэнт.
- Я представлю, что мы опять на той горе, на острове!  Может, мы всё-таки что-нибудь споём в последний раз в этом мире? – спросила Фэйлин.
- Хорошо, давай споём! – ответил Сиэнт. И они, взявшись за руки спели песню, автором которой был Сиэнт.

Боже, Ты со мной, и Твоя любовь ведёт меня
В небесный Твой покой, царство мира, правды и добра,
Ты откроешь мне мир твой неземной, небесный рай,
В сердце Ты моё любовь  Свою мне дай, о Боже,  дай!
И она зажжёт огонь в душе моей
И светом вечности Твоей всё озарит,
Подарит мне дивный мир,
Эдемский сад вновь зацветёт,
Чудесный плод произрастёт в душе моей:
Твоя любовь!
И в земле сухой всё злое сокрушит Твой водопад
Живой воды поток прольёт, и расцветёт  чудесный сад
Ты откроешь мне мир Твой неземной, небесный рай,
В сердце Ты моё любовь  Свою мне дай, о Боже,  дай!
И она зажжёт огонь в душе моей
И светом вечности Твоей всё озарит,
Подарит мне дивный мир,
Эдемский сад вновь зацветёт,
Чудесный плод произрастёт в душе моей:
Живой воды поток прольёт!

- Представляешь, - сказала Фэйлин, - когда они закончили петь, - мы сможем скоро увидеть Иисуса во всей Его красоте! Помнишь, как  Он описан в  Библии?
- Глава Его и волосы Его белы, как белая волна, как снег, и очи его, как пламень огненный, и ноги Его подобны халколивану, как раскалённые в печи, и голос Его как шум вод многих … и лицо Его, как солнце, сияющее в силе своей!» - проговорил Сиэнт словами из Откр. 1:14-16.
- «И когда Иоанн увидел Его, то пал к ногам Его как мёртвый» (Откр. 1:17), - продолжила Фэйлин.
- «И Он сказал: не бойся, Я есмь Первый и Последний, И живой, и был мёртв, и се жив во веки веков, аминь, и имею ключи ада и смерти» (Откр. 1:17-18). А ещё в последней главе книги Откровение написано: «Се, гряду скоро и возмездие Моё со мною, чтобы воздать каждому по делам его. Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний. Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь право на древо жизни и войти в город воротами (Откр. 22:12-14), - продолжил Сиэнт. – Все, кто исполнял Его волю здесь, смогут быть с Ним там! Мы встретим там многих наших друзей!
- Мы снова увидим королеву Лаонию Иволгу и наконец-то сможем с ней поговорить! – радостно сказала Фэйлин.
- Нас ожидает так много радостных перспектив, и всё это через считанные дни! – заключил Сиэнт.
- Стоило проходить этот узкий путь, чтобы иметь такую бесценную надежду!
Фэйлин и Сиэнт провели  весь оставшийся день и несколько последующих, читая и цитируя Священное писание, вспоминая лучшие гимны хвалы и размышляя о том, как они окажутся в вечности и чем будут там заниматься, как увидят Иисуса и что бы они хотели  Ему сказать и спросить. Это были самые счастливые дни их жизни. У них не было страха смерти, и они уже предвкушали тот восторг, который  должны были скоро испытать от встречи с Богом. Вокруг шла война, происходили ужасные катаклизмы и разрушения, а они как будто уже оказались в раю. Их безмятежный покой ничто не нарушало. Казалось, Сам Иисус незримо пребывал с ними в эти последние дни существования  мира, в котором они жили. Когда, наконец, пришло известие, обещанное принцессой Дальятин, о поражении и захвате планет Ларией, они были к этому готовы. Взявшись за руки, они отправились на встречу своим врагам. В их сердцах отсутствовали ненависть, страх, паника или что-либо подобное. Они просто хотели, чтобы поскорей всё закончилось, и они смогли оказаться там, куда стремились всей душой.
Планету окружили вражеские корабли. Защитная оболочка, оружие, при помощи которого можно было бы обороняться,  – всё было нейтрализовано силой Ларии. Её люди высадились по всей территории  Космической станции. Представители УЖАСС пытались сделать всё возможное, чтобы продержаться до последнего,  они пробовали скрыться в глубине планеты, использовать лучшую технику, но  все их попытки сопротивления были  пресечены сразу же.
 Фэйлин и Сиэнт, а также все их друзья, включая принцессу Дальятин, не пытались прятаться. Они очень хорошо понимали, насколько это бесполезно. Если Бог посчитает нужным их защитить, то Он и так это сделает!
Их окружили люди Ларии. Принцесса Дальятин, друзья Сиэнта, подруги Фэйлин, Айвин, Анвэл, Тоейн и Эстенданта,  а также Черелин и Мелеринда, тоже изъявившие желание остаться на поверхности, были схвачены ими, посажены на корабль и больше Фэйлин и Сиэнт их не видели. Последнее, что они успели заметить, было то, что Дальятин помахала им рукой.  А  Далли  и Кеф хотели что-то прокричать, но не успели. Войны Ларии полностью заслонили их собой, уводя в сторону корабля. 
Но на них двоих у Ларии, по всей видимости, были в этот момент другие планы. Снова, как это уже неоднократно с ними происходило в последнее время,  Фэйлин и Сиэнт в одно мгновение  были перемещены с планеты, где находились, в космическое пространство и оказались стоящими в  светящемся круге. По-видимому, Лария хотела зачем-то видеть их, но не желала терять времени, чтобы поручать кому-то привести их в то место, где находилась сама, а спускаться на планету считала для себя излишним. 
- Итак,  опять вы! – произнесла Лария, стоявшая в том же самом мерцающем пространстве.  Она посмотрела на них  пристальным тяжёлым взглядом.  –  Мой разговор с вами будет коротким. Я знаю, что вы от своих взглядов не отречётесь!
Вокруг, насколько хватало глаз, темноту освещали яркие звёзды, их было очень много. Фэйлин смотрела и восхищалась.
- Смотри, Сиэнт, как прекрасно Бог создал вселенную, здесь так красиво!
- Хватит говорить  о Боге! – раздражённо произнесла Лария. - Мне это очень надоело!
- Так почему бы тебе не отправить нас туда же, куда ты отправила наших друзей? – спросил Сиэнт. - Чем мы отличаемся от них, что с нами у тебя персональный разговор?
- У меня не будет с вами персонального разговора, - проговорила Лария. – Я вообще не имею ни малейшего желания с вами разговаривать!
- Так что же тогда? – снова поинтересовался Сиэнт.
- Я хочу убить тебя на глазах у Фэйлин и видеть её реакцию на это! Я знаю, что она слишком тебя любит, чтобы пережить это спокойно. Я надеюсь, что это будет для неё последней каплей. Если она сломается, то будет принадлежать мне!
Фэйлин молчала. Она продолжала смотреть на звёзды, и ей показалось, что среди них она видит Иисуса, который идёт, чтобы освободить вселенную от зла. Она видела дорогу, усеянную  яркими сверкающими звёздами. Она слышала чудесную музыку, такую прекрасную, которую ещё не слышал никто. В какой-то момент ей показалось, что кто-то дотронулся до её плеча и сказал: «Не бойся, Я помогаю тебе! Я с тобой!»
- Сиэнт, Иисус уже рядом, мы расстаёмся на короткое время, чтобы встретиться снова уже в вечности!
- Да, Фэйлин, я люблю тебя, всё будет хорошо! – это были его последние слова. – Иисус  прими меня!
В этот момент  исчезла сияющая оболочка, защищавшая от окружающего враждебного пространства то место, где находился Сиэнт.  Фэйлин больше не видела его. Она продолжала стоять напротив Ларии. У неё в голове была только одна мысль, что всё уже кончилось, и что ещё никогда она не чувствовала так явно, что Бог рядом с ней. Святой Дух пребывал на ней, и все её чувства были направлены только к вечности, которая была такой прекрасной, что кружилась голова. Она видела Ларию, как будто сквозь туман. Лицо колдуньи было хмурым и безрадостным. Последний план Ларии провалился, ей не удалось вызвать в Фэйлин чувства горечи, страха и сожаления. Не удалось  получить власть над её эмоциями. А значит, Фэйлин продолжала принадлежать Богу!
Это было невыносимо для  Ларии. Она ещё могла что-то предпринимать, но дни её были сочтены. Впервые в жизни Лария ощутила своё полное бессилие. Она уничтожила своих врагов, получила власть, но всё равно оказалась проигравшей, и ничто не могло изменить этого. Лария закричала. В этом крике ощущалась  полная безнадёжность и отчаяние. Всё было действительно закончено. Вместе с мерцающим облаком Лария растворилась в космическом пространстве.
Этот  был последний миг,  разделявший  Фэйлин и вечность…