Стена Счастья - история любви

ПРЕДИСЛОВИЕ
        На моем рабочем столе с недавних пор среди бумаг, папок и книг нашел свое место небольшой, величиной со спичечный коробок, камень.
        Его подарили мне друзья, живущие далеко от  меня, в другой стране. Внешне он напоминает ракушечник, только не ярко белый, а какой-то желтовато-песочный. В общем, абсолютно не броский для глаза обломок неизвестной мне породы.
        Не всегда то, что по настоящему значимо и ценно выглядит ярко и броско.   Напротив, истинная красота хранится всегда глубоко.
        Камень на моем столе частица Стены Плача…

Жизнь не прожить сердце пряча.
Критерий искренности – Стена Плача…

         Бесспорно, что у каждого человека в жизни есть своя цель, к которой он стремится. Движение к ней он совершает не всегда вверх и уж тем более не по прямой линии. Скорость этого восхождения  иногда замедляется до абсолютного нуля, а порой обгоняет скорость света.  Жизнь – это многообразие выбора. Просто далеко ни каждому из нас удается понять это, даже в конце своего пути.
Все многообразие наших устремлений можно привести к двум абсолютно простым: торжеству духа или торжеству тела. Причем, если с первой целью все достаточно просто и понятно, то в отношении второй необходимо пояснить. Торжество тела – это превосходство материального начала над духовным. Именно превосходство, а не торжество. Материальное - это власть, деньги и все сопутствующее им. Все материальное не возвышает человека над окружающим социальным миром или живой природой, а лишь выделяет исключительно по внешним признаком, делая его более заметным среди нас. Не более того.
Торжество духа, на мой взгляд, прежде всего, означает осознание своей полезности людям, особенно близким. Маленькое счастье - это когда ты любим и счастлив в своей семье. Большое счастье – когда нет горя вокруг твоего маленького счастья. Когда отсутствуют злоба и зависть - источники всех войн и террора. Планетарное счастье – это когда на планете живут только семейно счастливые люди.
Не важно, каковы размеры этой планеты: маленькая квартира или большой дом. Деревня или город. Страна или целый материк. Важно то, что только семейное счастье одних людей создает  и умножает счастье всех остальных. В счастливых семьях рождаются исключительно счастливые, морально здоровые и запрограммированные на успех дети. В свою очередь дети этих детей, обязательно похожи на родителей. Благодаря такой эстафете счастья наша Земля жива до сих пор.
Не соглашусь с известным писателем, что «счастливые семьи счастливы одинаково». Счастье бесконечно многообразно и чем больше мы будем стараться хотя бы прикоснуться к нему, пусть даже чужому, тем больше у нас будет шансов стать счастливыми. Разве не так?
…Теплым летним вечером я сидел на деревянной веранде небольшого ресторана, нависшей над каменисто угрюмым обрывистым морским берегом. Последние числа июля. Болгарский Созополь. Изобилие фруктов и первый, еще зеленый по цвету инжир. Неспелый внешне, но изысканно сладкий внутри. По-домашнему уютная бухта. Разноязыко суматошная толпа туристов и море.
Море, как жизнь, не бывает однообразным. Бесконечная смена цвета воды, размаха волны, разнообразно стойкий аромат этой стихии всегда возбуждают и успокаивают одновременно. Вспомните излюбленный совет невропатологов: сон на берегу моря под шорох прибоя. Но если дело только в шуме,  то включите паровозный гудок на аналогичный уровень децибел и расслабляйтесь. Однако под любой иной шум вы раньше или позже только сбеситесь, а под шум моря обязательно станете человеком.
Вечернее свидание с морем за две недели отдыха в сказочном Созополе превратилось для меня в священный ритуал. Каждый вечер я старался, насколько это возможно в туристической сутолоке, найти свое местечко, где было бы слышно только море. Но в тот вечер хотелось выпить ароматного болгарского вина. Поэтому после долгих изысканий я устроился за самым дальним от стойки бара столиком одного малолюдного на тот момент ресторанчика, расположившегося прямо на скалистой стороне бухты. Однако дистанцироваться от остального мира мне тем вечером не удалось. Теперь я об этом не жалею…
Корчма постепенно заполнялась посетителями, и настал момент, когда два места за деревянным столиком напротив меня заняли мужчина и женщина, говорившие по-английски. Почему-то я их сразу назвал: ОН и ОНА. По виду они не были похожи на англичан. Разница в возрасте всегда бросается в глаза, но у этой пары она была какой-то неброской. Не нарочито выразительной, как это повсеместно распространено сегодня в обществе, а естественной и мягкой. Так обычно смотрятся родители с взрослыми детьми, когда между ними не существует проблем разного мироощущения или мировосприятия.  Что-то неуловимое не позволяло мне считать визави родственниками по крови. Вернее кровными родственниками. Потому что родственниками по крови они, без-условно, были. Все трое сидевшие за нашим столом были соплеменниками
Я продолжал смотреть на море, а ОН и ОНА о чем-то оживленно беседовали. Они не шумели, но все равно привлекали  к себе внимание какой-то особой искренностью в речи и движениях. Ей было на вид  не более тридцати лет. Не худая и не полная. Жгуче загорелая женщина, причем явно не за время отдыха. Не высокая, не низенькая. Короткая, под мальчика, стрижка черных, курчавых и жестких волос только оттеняла внимательно строгий взгляд темных миндалевидных глаз. Свет летнего вечера не позволял мне точно определить их цвет, но присутствовала в них какая-то очень глубоко скрытая тревога. Не печаль, а именно тревога.
ОН был значительно плотнее и выше своей спутницы, но уж не слишком высокий по мужским понятиям. То есть если свои не баскетбольные 185 см роста я считаю нормальными, то на 2-3 из них я явно возвышался над англоязычником. Роднила нас с ним борода. Безусловно, я не «расист» по отношению к безбородым, но согласитесь, что есть какое-то особое обаяние  у бородатых мужчин. Они как-то сразу располагают к себе. Может потому, что именно такими представлены в мировой истории и литературе люди свободолюбивые, открытые и добродушные. Только не нужно вспоминать образы пиратов и лесных разбойников.
Правда частенько случается, что мужчины возраста моего визави, более-менее, недостаточно опрятны, но в данном случае, все было совсем наоборот.
Встречались ли вам когда-то старые холостяки, в хорошем смысле этого слова? Как правило, свой социальный статус они завоевали в не завершаемом ни на минуту сражении с женской половиной человечества. Главной целью боевых действий со стороны мужчин-холостяков является заранее обреченная на про-вал попытка доказать, что мужчина абсолютно все может сделать самостоятельно, причем изначально лучше, чем самая-самая женщина. Почему эта цель неосуществима? Потому, что любой абсолют, кроме известной марки шведской водки, всегда вызывает недоумение. По крайней мере, у здравомыслящих людей. При этом и внешне и внутренне, многие из таких мужчин, всегда привлекательны и заметны в обществе.
«Англичанин» выглядел респектабельно и чувствовал себя комфортно. Впрочем, как и ОНА. ОН постоянно заботился за ней с нескрываемой любовью и спокойствием. Её бокал с водой  восполнялся им, а не официантом. Мужчина периодически настойчиво, я бы даже сказал властно, ориентировал официанта в смене блюд. При каждом порыве морского воздуха ОН поправлял на женщине по-домашнему наброшенную на плечи легкую кокетливую джинсовую курточку и настойчиво предлагал ей поменяться местами. Наконец он не выдержал и встал с деревянной скамьи, на которой они сидели.  Неожиданно абсолютно легко для своего возраста сдвинул молодую женщину на свое место, сам сел под порывы ветра, обнял и прижал к себе свою спутницу.
Они сразу стали похожи на морской утес, на боку которого примостился куст неброских, но бесконечно сочных и ароматных полевых цветов. Знаете, есть такие цветы в природе, которые рас-тут в самых неожиданных местах. Там, где, казалось бы, ничего кроме ветра увидеть не ожидаешь. А цветы растут. Потому что корни у них очень крепкие и всегда достают до воды. Вода, как любовь. Неизвестно откуда появляется и неизвестно куда исчезает.  Без воды нет жизни на нашей планете. А без любви есть?..
ОНА как и я удивилась неожиданной бесцеремонности по-ступка своего спутника. Абсолютно ничего ему не возразила, вздохнула и настойчиво мягко заговорила с ним на каком-то другом, непонятном мне языке. ОНА спрашивала, а ОН отвечал. Однако если её вопросы были явно разными по звучанию, то практически все его ответы были похожи.
        Минут через двадцать в её голосе стала мелькать интонация неудовольствия. ОН продолжал оставаться в отличном расположении духа. Когда обстановка явно накалилась, ОН произнес нехарактерно длинную, по сравнению с предыдущим диалогом, фразу. ОНА  рассмеялась.  Её смех был настолько ярким и неожиданным, что на наш столик обратили внимание практически все присутствовавшие на веранде. Даже официант подошел и поинтересовался все ли в порядке.
Реакция мужчины была не менее удивительной: ОН смеялся просто оглушительно. Успокоившись, женщина промокнула салфеткой уголки глаз и снова о чем-то спросила мужчину. Весь по-следующий короткий диалог, мне был уже понятен.
- Да, я все забыл.
- Но ты хоть понял, что ты мне сейчас сказал?
С характерным чувством мужского самодовольства ОН спокойно ответил:
- Конечно: «Морской воздух творит чудеса!»
- Нет, зазнайка, ты сказал: «Море и воздух – это не чудеса!»
- Ну и что, ты ведь поняла меня.
- Как всегда…
- Потому что морской воздух творит чудеса!
        ОН сильно прижал её голову к себе и с нескрываемым удовольствием жарко поцеловал жесткую макушку.
- Простите, что мы вам  мешаем наслаждаться морем.
- Нисколько.
- Просто жизнь прекрасна и когда это так на самом деле, то не стоит держать в себе это богатство.
        Я уже не только понимал визави, но разговаривал с ними. Не потому, что во мне вдруг открылись неожиданные лингвистические способности, а потому что мы все разговаривали на моём русском языке.
- Вы откуда?
- Из Москвы, а вы?
- Я так и думал. Мы из Израиля.
- Стало быть, это был иврит?
- Да и я снова не сдал экзамен.
        Она, уютно прижавшаяся к его сердцу, добавила без сожаления:
- Ты его, наверное, никогда не сдашь.
- Зато я не провалился на всех остальных твоих экзаменах!
- Точно и за это я тебя люблю.
- Морской воздух творит чудеса!
        Они дружно рассмеялись. Я уже не смотрел на море. Их звали Мартина и Матвей. Люди со столь редкими сегодня именами оказались мужем и женой.
- Не удивляйтесь нашей разнице в возрасте. Хороший  жар только в старой печке.
- От твоего жара, мальчишка,  регулярно приходится ремонтировать мебель, не при посторонних будет сказано.
- Да нет, просто качество продукции  нынче такое нежное.
        Матвей и Мартина абсолютно не скрывали яркости своих взаимоотношений. Если в начале разговора это меня несколько шокировало, то вскоре я привык. Привык, но понял причину таких отношений только спустя пару лет…
        Матвей шутливо называл их «Ми два – разведка добра». Произносил он это с характерным местечковым грассированием и интонацией,  но очень гордо. По поводу разведки поясню. Военная разведка Великобритании называется Military Intelligence  или сокращенно MI. Далее к этому сокращению добавляется цифра, кодирующая целевую ориентацию конкретного подразделения: MI-2, MI-5 и т.п.
«Ми два», Мартина и Матвей, были демонстративно счастливы, но досталось им все ой, как непросто.
Мы оба из столицы небольшого государства на южной окраине Центральной Европы. Я тогда работал в израильской организации, занимавшейся более всего репатриацией евреев на Ро-дину. Работа мне нравилась, так как, наконец-то, позволила  реализовать себя как литератора. Мартинка пришла к нам изучать иврит. Она  тогда еще училась в лицее, но уже решила репатриироваться в Израиль, причём единственная из всей большой еврейской семьи. Она никогда не была в этой стране, не имела, как это не странно, там близких родственников. Так какие-то очень дальние и «непрямые» дяди и тети. В принципе нас ведь не так много и все мы родственники. Уверен, что если затратить время, то мы обнаружим родственные связи и между нами, сидящими за этим столом.
- Почему вы решили, что я тоже еврей?
- Как говорил мне в свое время нам всем на долгие годы мой папа: «Бьют не по паспорту, а по лицу!» Ваш профиль настолько характерен, что даже если вы на азиатский манер разобьёте свою фамилию дефисами на мелкие осколки, все равно от националистов не ускользнете.
- Вам невозможно возразить.
- Еще бы, морской воздух творит чудеса!
Я спросил Матвея, почему он так часто повторяет эту фразу?
- Всему свое время, если хотите что-то узнать. Как говорил один забытый сегодня, но безумно популярный в свое время  кино герой: «Терпение, мой друг, терпение и ваша щетина превратится в золото!»
        Речь Матвея была насыщена поговорками, цитатами из анекдотов и рифмами известных и неизвестных мне авторов. Как догадался я позже, всеми неизвестными авторами был исключительно мой собеседник.
- Так вот, в один день к моему коллеге по комнате зашла юная девушка и попросила записать её на иврит. Так мы познакомились. За все время работы в организации, в течение почти двух с половиной лет, наше общение с Мартинкой было исключительно на «вы» и ограничивалось обыденными фразами.  «Добрый день!  Как учеба молодых? С праздником! Удачи!»
        Случайно услышав, что Мартинка любит фотографировать, предложил ей показать мне фотоработы. Опубликовал их в газете с небольшим предисловием от себя. Уловив её интерес к литературе, что молодежи теперь несвойственно, подарил ей пару своих стихотворений и рассказов. В ответ получил её стихи. Мы общались как случайные знакомые. Я поздравил её в день её рождения, она не забыла про мое пятидесятилетие. В ответ, как и многим другим своим знакомым, я подарил ей самиздатовский сборник своей литературщины. Просто так. Безо всяких иных мыслей.
Безусловно, эта девочка запомнилась сразу. Миндалевидные, то зеленые, то карие привлекательные глаза, спокойное, пожалуй, даже рассудительное поведение. Всем своим обликом  она непонятно почему мне напоминала  миндальный орех. Он такой элегантный внешне, не приторно ароматный внутри сулит истинное наслаждение тому, кто ценит вкус всего настоящего. Представить себе, что я интересую её как мужчина,  я не мог даже во сне. Такое у меня воспитание.
        На протяжении всей своей жизни я всегда любил только одну женщину. Умирала в сердце не по моей инициативе одна любовь, и на невидимых, но долго ноющих рубцах, рождалось раньше или позже новое чувство. Главная прелесть жизни в том, что окончательно она останавливается только один раз. Но уже навсегда…
Шло время. По каким-то своим вопросам я написал ей не-сколько электронных писем. Уговаривал  профессионально заняться фотографией, так как в её снимках был ярко выраженный взгляд на жизнь. То, что профессионалы называют ракурсом. Потом что-то прервалось в нашей переписке, и все общение свелось лишь к взаимным приветствиям при редких встречах.
К тому времени я переживал очередной  брак. Все снова как-то не ладилось. То ли зарплата моя, то ли характер Тельцов, то ли разные социальные почвы взрастили меня и жену, но счастья в семье не было. Вы знаете,  как это происходит. Одно резкое слово, другое. Раздражение одного супруга порождает такую же реакцию у другого и неизбежно наступает момент, когда ты с удивлением смотришь на человека напротив и думаешь: «Для чего все это и куда исчезло все то?»
Я не искал приключений на стороне не столько в силу своего полувекового возраста или менталитета. а  скорее всего потому, что просто безумно устал от непонимания, капризов и необходимости постоянно что-то доказывать очередной спутнице мимо жизни.  Женщина, по моему мироощущению, необъяснимо потрясающее существо…
Неожиданно в разговор вступила Мартинка, смотревшая все это время безмятежно на море.
- Осторожнее с женщинами, мальчик.
- Как всегда, мой полковник. Мартинка, должен заметить, уже полковник Армии Обороны Израиля. Так что если что не так, спецназ вам покажет!
Возвращаясь к женщинам. Каждая из них не просто мечтает, а страждет видеть около себя только сильного во всех отношениях, самодостаточного, волевого и самостоятельного мужчину. Одновременно женщина желает полностью управлять этой личностью, повелевать ею и требует абсолютного личного подчинения. Этот психологический силлогизм, не имеющий даже теоретически права на существование, не реализуется никогда и нигде.
Женщина всегда руководствуется своими желаниями и оттого постоянно живет в иллюзиях. Меняются желания и иллюзии, а не суть жизни. Женщина  никогда глубоко не анализирует личность того, кто вначале просит назвать номер её мобильного телефона, а затем, сразу или чуть погодя, тянется к ней с поцелуем. Женщина, не имея на то абсолютно никаких оснований, полагает, что в состоянии исправить любые личностные или поведенческие модели взрослых человеческих особей  мужского пола вне зависимости от возраста и других особенностей субъекта воспитания.
- Родной, это не я психолог, а ты.
- А как же, как говорят, с кем поведешься. Я уже был архитектором, кожевенником, обувщиком.
- Вы сменили столько профессий, Матвей?
- И да, и нет. Сменил я действительно много занятий  в силу исторических перемен. При этом  жизнь каждой из моих жен всегда становилась моей жизнью. Я с полной отдачей проживал их жизнь. Хотя моя жизнь, со всеми её успехами и проигрышами, интересовала каждую супругу лишь в самом начале совместной жизни. Пока она  не теряла надежду сделать основной, а лучше единственной целью моей жизни бег за ростом исключительно материального достатка. Причем марафонским дистанциям каждая из моих спутниц  всегда предпочитала спринт.
- И я тоже?
- Нет, милая, совсем нет. Жизнь с тобой – это воплощенная в реальность мечта каждого нормального мужчины. Молодая, любящая, самодостаточная жена. Женщина, которой всегда хватает денег, особенно заработка мужа. Жена радостная, что её освободили от каких-то семейных проблем.  Любимая, благодарная каждому знаку внимания. Супруга  не разговаривающая интонациями диктатора: «Так не будет!», а предлагающая, целуя, подумать и обсудить все завтра утром…
Вам не кажется, что после того, как  женщины добились практически во всем равенства с мужчинами, в  их характерах и душах произошли существенные негативные метаморфозы. Женщины стали потрясающе похожи на тех мужчин, которые рассматривают прекрасную половину человечества исключительно материально и  упрощенно как объект удовольствий, как вещь с определенной ценой и единственной функцией: ублажать мужчину. Женщины все отношения с противоположным полом свели к товарообменным операциям. При этом разговоры о мужском предательстве, изменах и прочих пороках по-прежнему в моде. Но ведь не мужчина, а женщина рожает детей. Не мужчина, а женщина отвечает на предложение руки и сердца. Так почему же абсолютное большинство из них не могут сразу внимательно осмотреть претендента  и оценить чистоту его руки и красоту его сердца?
 - А как же, Матвей, быть с тезисом о том, что мужчина – это охотник, добытчик, глава семьи?
- Во-первых, кто на кого охотится? Во-вторых, разве добыт-чик – это только тот, кто приносит семье исключительно материальные блага? Честность, искренность, порядочность уже перестали быть истинными семейными и не только ценностями? Или когда они есть у мужчины, то это не ценно в материальном смысле? Тогда мужчина что-то среднее между банкоматом и домашним мастером? Некое портмоне в виде вибратора с термоядерным приводом?
Разве равенство во всем  не предполагает равенства в оценке реализации возможностей. Ведь все мужчины разные не только по весу, возрасту и антропометрическим параметрам. Они различны  по своим способностям и реальности реализованного потенциала, так же как и женщины. Почему же тогда дорогие дамы так сегодня удивляются, когда по воле работодателя или каким-то иным причинам, муж зарабатывает меньше жены? Что от этого его нужно меньше любить, хуже кормить и реже …
- Милый, не стоит прибедняться в худших традициях нашей нации. Может возникнуть впечатление о твоей экономической или личностной несостоятельности. Созданное тобой  читают и поют, следовательно, покупают книги и диски. Да и телеканал тоже, слава Б-гу не бедствует. Так что неизвестно еще кто материальная основа среди нас. Но я полностью согласна с тобой в главном – все  это абсолютно  не важно в семье, по крайней мере, в нашей.
- Говорите мне об этом часами, мой полковник. Надо и мне пойти служить в ЦАХАЛ: приятно выполнять команды таких симпатичных загорелых молодых офицеров.
- Вольно, иначе получишь наряд на кухню.
- Лучше вначале в другую комнату, а потом  на кухню.
- Да, и как в анекдоте, «после того, что было», ты  принесешь воды или сока, затем примешь душ и напоследок обязательно уединишься «немного постучать на компьютере».
- Что поделать, если ты и жена и муза:
Даже если погаснут звёзды
И волна любви упадёт,
Пусть в глазах твоих живут слёзы
От того, что жизнь идёт…
- А как же:
Жена,  любовница, подруга –
Не любят все они друг друга,
И как несбыточна мечта,
Чтоб заменила их одна!
- Что же и это правда. Только мечта оказалась сбыточна.
В этот момент я понял, с кем именно я оказался за одним столиком созопольской корчмы. С первой минуты, когда я увидел Матвея, у меня возникло ощущение, что его лицо мне знакомо. Это чувство не покидало меня все время, но только после стихотворной перепалки супругов я узнал собеседника.
- Позвольте, так вы Матвей …, израильский писатель, двухтомник которого был оценен критиками как один из лучших в со-временной романтической прозе.
- Вот так, милый, я ведь предупреждала: не стоит прибедняться. Тебя уже узнают в Европе даже мужчины. Хочу подчеркнуть: практически единственный автор романтической прозы, плюс стихи и песни.
- Простите, конечно. Когда внучка ночует у нас, мы частенько перед сном напеваем дуэтом, пока бабушка нас не «погасит»:

Я хотел бы уехать в туманную даль…
Где не плачут дети, и не будит печаль.
Я хотел бы уехать туда, где тепло,
Где не горькие слёзы и солнце взошло.

Я хотел бы уехать туда, где цветы.
Где живу только я, а рядом лишь ты.
Я хотел бы уехать туда, где рассвет.
Где счастье есть, а обиды нет.

Я хотел бы уехать туда, где есть ты,
Где не гаснут надежды и не тают мечты.
Я хотел бы уехать в мир без войны,
Время без боли и жизнь без тьмы.

Я хотел бы уехать, но не знаю, когда.
Я хотел бы с тобою, но не слышу я: «Да».
Я хотел бы уехать, но я остаюсь…
Снова не уезжаю, снова я не вернусь…

- Если бы не Мартинка, то у вашего дуэта был бы иной репертуар…
Матвей продолжил свой рассказ. Мечта Мартинки об Израиле постепенно осуществлялась. Она успешно прошла отбор на одну из молодежных программ репатриации и в начале сентября должна была улететь в Израиль. Её не остановила даже очередная война Израиля с «хорошим» соседом, разразившаяся накануне её отлета. За пару дней до отъезда, она прислала Матвею на компьютер прощальное письмо.
        Матвей к тому времени снова сменил работу, но новый электронный адрес по-джентльменски сообщил всем знакомым, среди которых для него на тот момент числилась и Мартинка. Он помнил, как не без колебаний включил её адрес вначале в прощальное письмо по поводу увольнения, а затем уже автоматически, в рассылку по поводу трудоустройства. Вправе ли он набиваться в знакомые юной девушке, от которой его отделяют тридцать два года мужской и человеческой жизни? Он не нашел однозначного ответа на этот вопрос, но так как после сорока лет стал полностью полагаться на интуицию, письмо все-таки отправил.
        Прощальному письму Мартинки он не удивился. Он сам собирался написать или перезвонить ей и пожелать удачи. Его поразила одна фраза из её письма: «… я помню твои  глаза и твой голос... Я помню, сколько в них нежности….» Прочитав эти слова, Матвей мгновенно обреченно осознал, насколько он глуп, невзирая на браки, возраст и мужской апломб. Два года рядом с ним жила юная женщина, которая его любит. Именно так: «жила» и «любит». Два года, опасаясь ответственности за чужую судьбу, он уклонялся от счастья для двоих. Он был виноват не столько перед собой, сколько перед ней. Потому, что не ответить добром на добро, а любовь это исключительное добро, не только нравственное преступление. Жаль только, что соответствующей статьи нет ни в одном процессуальном кодексе ни одной страны. Очень жаль.
        «Да что я мог ей дать? Квартиры своей нет. Зарплата … А будущее? Репатриироваться  в моем возрасте смешно и неэтично! Чужую жизнь  ломать у меня права нет. Никакое чувство, даже самое искреннее и чистое, не оправдывает любовного стремления пятидесятилетнего мужчины к восемнадцатилетней девушке. По крайней мере, для мужчины».
        Так размышлял  Матвей, набирая строчки ответного письма на компьютере. Думал он одно, а в письме написал несколько другое. Смысл соответствовал мыслям и менталитету, а слова нет.
- … Я люблю тебя. Но не могу и не хочу ломать тебе жизнь. Мое чувство станет фундаментом твоего счастливого будущего на Родине, и будет охранять тебя от напастей. У тебя все получится. Удачи. Удачи. Удачи. Удачи...
        Она ответила сразу и спросила о встрече. Его опять поразила фраза из её письма: «Если тебе не будет больно…»  Так мог думать только взросло любящий человек…
Они встретились и проговорили ни чем несколько часов. Они сидели рядом на диване в его служебном кабинете. Он не до-тронулся даже до её руки. Хотя всю ночь перед встречей и весь день до её прихода в его сознании крутилось такое видео…
        Они смеялись ни о чем и расспрашивали друг друга ни о чем. Они оба чего-то ждали. Ждали и опасались одновременно. Матвей по сей день не в состоянии объяснить что конкретно: воспитание, духовность, ответственность за чужую судьбу или нечто иное не позволило рукам дать волю их чувству. Они вышли из его офиса вдвоем, такими же невинными, как и зашли в него по-рознь.
        Бесспорно для меня, что победила любовь. Когда она настоящая, то самое важное в жизни – это забота о любимом человеке. Без этой заботы у вас не любовь, а суррогат какой-то. Причем не важно, телесный он или духовный. Суррогат и все. Разве стане-те вы есть или пить суррогатные продукты? Не будете. Тогда по-чему мы живем суррогатной жизнью и любим также? Я тоже не знаю…
         Матвей предложил отвезти Мартинку домой на своей машине. Подъехав к дому, немного поговорили. Он снова пожелал ей удачи. Когда она открыла дверь, чтобы уйти, он шутливо поцеловал её в щеку. Мартинка замерла и сказала, сверкая миндальными звездочками глаз: «Я тоже хочу попросить тебя, чтобы ты обязательно был счастлив. Ты достоин этого». Матвей чуть не задохнулся, резко захлопнул дверь, и, невзирая на яркий вечер и окружающих, наконец-то их губы нашли друг друга…
Больше ничего не было. Ни-че-го…
         В Израиле у Мартинки все пошло её репатрианским путем. В начале она благополучно завершила программу и сдала экзамен для поступления в университет. Потом отслужила срочную службу в армии. Во время двух армейских лет поступила на медицинский факультет одного из университетов. Выбрала специальность клиническая психология. Всегда и везде все это время много фотографировала и при любой возможности путешествовала по стране. На последнем курсе университета её взяли на работу в группу психологов, работавших с жертвами катастроф и терактов. К сожалению, работа группы была востребована. Во время одного из выездов на место происшествия из-за подрыва второго шахида Мартинка получила контузию. Мир не только не хотел ничему учиться, но и не понимал, что чужого горя не бывает… 
Мартинка не выходила замуж. Периодически какие-то встречи происходили, но их нельзя было назвать даже увлечениями. Будучи одинокой, она много времени уделяла работе. Много читала и еще больше работала над собой. Через год после окончания университета её назначили руководителем специальной группы по реабилитации детей. Еще через год Мартинке поручили вести небольшой спецкурс в том университете, который сама окончила.
         Карьера складывалась успешно. Но каждый вечер, она брала в руки фото Матвея, садилась за компьютер и писала ему письмо. Вернее вначале проверяла почту, читала его ответ на её предыдущее послание и отвечала. Все это время её жизнь реально со-стояла практически из двух частей: учебы, работы и всего сопутствующего этому и разговора, вернее переписки с Матвеем. Разговора, который вне зависимости от неизменного расстояния, разного времени суток и нестабильной погоды никогда не прерывался и продолжался уже десятый год…
         Происходили перемены и в жизни Матвея. Он стал взрослым. Евреи считают, что по настоящему взрослым человек становится тогда, когда остается на этой земле один, без родителей. Теперь Матвей ухаживал уже за четырнадцатью могилами.
Жизнь продолжалась. Он окончательно расстался с очередной женой. Без скандалов. Просто оба устали. Работал. Не завязывал прочных отношений ни с кем. Писал для себя и самое лучшее на его взгляд отсылал Мартинке.
         На девятый год пребывания Мартинки в Израиле,  вечером праздника Йом-Кипур  Мартинка собралась поехать в центр города. Хотела немного развеяться: побродить среди людей, выпить чашечку ароматного заварного кофе, подышать морем. В праздник одиночество чрезвычайно одиноко. Мартинка привыкла быть одной. То ли благодаря профессиональным знаниям, то ли благодаря самому одиночеству, реалии которого по мере устройства карьеры и быта становились все более жестокими и трудно переносимыми.
         Зазвонил её мобильный телефон. Звонил дежурный врач из больницы, где работала группа Мартинки. В одной из дискотек города, на набережной произошел теракт. Снова шахид пытался пройти в дискотеку. Охрана дискотеки достаточно быстро вычислила смертника и остановила его в пяти-семи метрах от ограждения, установленного перед входом в здание. Практически охранники настолько плотно взяли террориста в кольцо, что еще минута-другая и все закончилось бы мирно. Но, но, но…
         В момент задержания в дверях дискотеки появился грустно идущий мальчик лет шести, а за ним взрослый парень. Один из охранников, затылком почувствовав изменение обстановки за спи-ной, повернул голову в сторону мальчика и на долю секунды ослабил захват руки шахида. Этого было достаточно, чтобы сам террорист, или кто-то со стороны привел живую бомбу в действие. Оба охранника дискотеки и смертник погибли сразу. Мальчика и парня взрывная волна отбросила на здание, но их спасла реклама.
         У входа в дискотеку возвышалась огромная яркая надувная банка с рекламой какого-то прохладительного напитка. Причем конструкция была такова: установленный в пяти метрах сбоку компрессор постоянно нагнетал в банку воздух. Постоянно, но не в одинаковом объеме. Поэтому банка то полностью надувалась и вырастала вверх, то медленно оседала вниз.
         Что значит мгновенье в жизни человека? Парень и мальчик упали на банку как раз в момент её оседания. Одновременно взрывная волна вырвала из банки шланг, по которому нагнетался воздух, что не позволило ей вырасти, но зато максимально облегчило приземление парня и мальчишки на плотную резиновую оболочку. Причем парень чудом успел за мгновенье до этого крепко прижать малыша к себе. Сам шланг, диаметр которого был не менее полуметра,  развернуло в сторону взрыва, и продолжавший поступать из него воздух в определенной мере погасил часть энергии взрывной волны.
         Все это значительно позже выяснили криминалисты, а у дискотеки все выглядело для них обыденно. Останки трех тел на месте взрыва. Лежащая на земле оболочка рекламной банки и на ней парень, обалдевший от всего происшедшего,  встряхивающий голову и продолжающий крепко прижимать к себе ребенка. Приехавшие спасатели и медики минут тридцать не могли разжать его руки, обнимавшие мальчика. Ни парень, ни мальчик физически никак не пострадали. Легкая контузия в такой ситуации не в счет. Парень лишился часов: металлический браслет дорогого швей-царского брэнда не выдержал и лопнул. Часы отлетели от хозяина метров на семь и, невзирая на всю свою антиударность и имидж, остановились. Это позволило точно установить время гибели охранников и происшедшего: 19-17.
         С мальчиком все оказалось гораздо сложнее. Он пережил глубокий шок. Увиденная в доли секунды картина гибели людей застыла на детском лице гримасой ужаса. Работавшие на месте происшествия врачи не смогли вывести ребенка из этого состояния и их работу продолжили врачи больницы, куда пострадавшего доставила машина скорой помощи.
         Дежурный врач больницы позвонил Мартинке и рассказал о происшедшем примерно минут через сорок после происшествия. Почти столько же ушло у нее на то, чтобы схватить медицинскую сумку, сесть в машину и под вой полицейской мигалки добраться до палаты ребенка. Мигалка и спецпропуск уже почти два года были постоянными спутниками Мартинки. Так же как и комплект первой медицинской помощи при катастрофах.
         Когда Мартинка, даже не успев застегнуть полностью халат, вошла в палату, ей сразу бросилось в глаза страшное лицо ребенка. На нем застыл ужас. Вдобавок мальчик молчал и не издавал ни звука. Не стонал, не плакал. Ребенок онемел.
Мартинка вышла из палаты только через двое суток. Двое суток мальчику, которого звали Лева, делали абсолютно все доступные на тот момент больнице обследования. Вывод был один: мальчик физиологически абсолютно здоров. Мозг, нервная система, сосуды – все в норме.
          Лева двое суток не мог заснуть и только когда он забылся от всего пережитого, Мартинка смогла на пару минут выскочить из палаты, позвонить родителям и Матвею, взять стаканчик двойного кофе и вернуться к постели ребенка. Она не заметила, как допив кофе, уснула.
          Ей снился какой-то сюрреалистический видеоряд из картинок прошлого и настоящего. Служба в ЦАХАЛ и то, что она видела на происшествиях и в больничных палатах. Радостные лица израильтян на карнавале и слезы матери летчика, вернувшегося домой через десять лет плена. Лицо маленькой девочки, впервые касающейся ладошкой камней Стены Плача. Ей снился Израиль.  Примечательно было то, что практически на каждой картинке её сна присутствовал Матвей. Он мягко улыбался и повторял: «Все будет хорошо»…
          Мартинка проснулась от ощущения, что в палате находится кто-то третий. Она не ошиблась. Напротив неё, с другой стороны кровати мальчика стоял седой волевой мужчина с надменным лицом. Осанка и одежда на нем свидетельствовали о том, что это не обычный израильтянин. По его щекам катились слезы, а губы шептали по-русски: «Левушка, Левушка…» Неизвестный почувствовал взгляд Мартинки, мгновенно поднес указательный палец правой руки к губам и глазами указал врачу на дверь. Открыв дверь, мужчина пропустил вперед Мартинку, затем осторожно и медленно прикрыл за собой дверь в палату.
- Простите, что я нарушил ваш сон.
- Я не спала, просто немного устала.
- Все равно простите, тем более что вы уже на ногах больше двух суток.
- ?
-Извините, я не представился: Лев Адаров, дед Левушки.
- Я поняла, но, к сожалению,  ничего…
           Мартинка не успела закончить фразу потому, что дед мальчика решительно поднял руку.
- Я все знаю. И о Левушке, и о вас.
- Обо мне?!
- Вам двадцать восемь лет. Репатриировались самостоятельно по молодежной программе девять лет назад, окончили психологический факультет университета, служили в армии. Ваше воинское звание капитан, участвовали в подготовке бойцов спец-подразделений. Не замужем и никогда не были. Увлечения не в счет. Вредных привычек не имеете. Любите музыку и литературу. Назвать авторов и исполнителей? Собакам предпочитаете кошек. Да, совсем забыл: увлекаетесь фотографией и достаточно часто нарушаете правила дорожного движения. Последний раз вас остановили три дня назад на южном шоссе. Вы превысили установленную скорость движения на двадцать семь километров. От штрафа  вас снова спас спецпропуск и наличие полицейской ми-галки для проезда на места катастроф или терактов. Достаточно?
- Вы кто?!
- Я уже представился. Я Лев Адаров.
         Мартинка оставалась в недоумении. Пауза затягивалась. Врач вдруг заметила, что в больничном коридоре что-то было не так как всегда. Коридор был абсолютно пуст и тих. То есть не то, что в нем не было людей. Люди как раз были, причем крайне не характерные для больничной обстановки.
         Вдоль всего коридора и у каждой двери стояли рослые пар-ни в гражданской одежде, взгляд и поведение которых давали однозначное представление об их работе. Это были профессиональные охранники высокого уровня. Мартинка действительно не-сколько раз преподавала сотрудникам специальных служб различного назначения. Поэтому всегда достаточно быстро вычисляла этих людей среди всех остальных.
Вначале Мартинка подумала, что кто-то из министров приехал в больницу. Но тишина не свойственна визиту чиновников, тем более высокого ранга.
- Вы сами в порядке, Мартина?
- Конечно, просто я не расслышала вашу фамилию.
- А-да-ров.
- Лев Адаров?!  Тот, который…
- Именно тот, а в этой палате лежит мой единственный любимый внук Левушка.     Парень, с которым он был на дискотеке мой племянник, Артур. Кстати, как и вы,  капитан ЦАХАЛ, только лет-чик-истребитель. Когда он приезжает из армии, Левушка не отходит от него ни на шаг. Они везде и всегда вдвоем. Артур до сих пор даже не обзавелся девушкой, хотя как вы понимаете проблема не в них.
         Левушкины родители погибли два года назад в Альпах. Сорвались со скалы, и я теперь не простой дед, а мама и папа в од-ном лице. Вернее мама у нас теперь бабушка. Времени заниматься внуком у меня мало: бизнес отнимает все. Если бы не бизнес, то не было бы никаких Альп. Да что теперь говорить…
         Левушке только исполнилось шесть лет. Он очень хороший мальчик. Никто не скажет, общаясь с ним, что он внук  самого Льва Адарова. Внук  гораздо лучше деда. Быть может он тот, кем бы я стал, если бы все удалось начать сначала.
- Или если бы вашим дедом был Лев Адаров.
- Возможно. Но сегодня не в этом дело. Я прошу вас, а последние лет двадцать я очень редко кого-то прошу. Обычно просят меня…
         Я прошу вас не отходить от внука ни на шаг. Вы получите любое медицинское оборудование и любые медикаменты, которые есть на этой планете. В эту палату придут по вашему первому требованию специалисты любого профиля и  уровня из любой страны. У вас не будет отказа ни в чем – только верните мне внука. Того внука, с которым я играл в мяч. Левушку, называвшего меня большой Левчик…
         По глазам деда снова катились слезы. Он как-то сразу и рез-ко постарел. В больничном коридоре плакал один из богатейших людей и евреев на планете, владелец алмазных копий, десятков промышленных предприятий, автозаправочных станций по всему миру и крупнейшей сети роскошных отелей в самом Израиле. Плакал один из самых крупных еврейских меценатов мира, чело-век сделавший очень много добра еврейскому народу и не только ему. Но в больничных коридорах не существует привилегий. Боль, любовь и смерть самые искренние демократки: объединяют важных персон и простых людей, богатых и бедных, красивых и всех остальных. Однако смерть прерывает каждую из них навсегда. Прерывая боль, смерть облегчает страдания тела и души, а прерывая любовь, смерть делает их просто иными…
- Ну что вы, Лев, у нас одна из лучших в стране больниц. Все необходимое у нас в достаточном количестве. Нужно набраться терпения и ждать.
- Лев Адаров не ждет. Адаров сам решает, кому ждать.
- Тогда вам не ко мне, а к Б-гу.
- Простите…  Не могу смириться, что все, чем я владею, в этом коридоре сейчас ни к чему.
- Я тоже погорячилась, но поймите, мы делаем все что нужно. Любой врач из моей группы…
- Не нужен мне никто, кроме вас. Я знаю про вас все. Я верю вам. Поверьте и вы мне: очень многие хотели бы услышать от меня такие слова. Поймите, я  не прошу никаких гарантий. Про-сто интуиция мне подсказывает, что именно вы сделаете невозможное. Хотите, я стану перед вами на колени?
Адаров отрывисто крикнул охране на иврите: «Отвернитесь!», - и парни мгновенно повернулись  к врачу и деду спиной. Мартинке с трудом удалось удержать Адарова.
- Хорошо, только при одном условии.
- Любое.
- Никто, слышите, никто не вмешается в процесс лечения Левушки до тех пор, пока он не выздоровеет или…
- Или не будет. Я верю вам, Мартинка. Ведь так, кажется, вас зовут друзья? Позвольте и мне обращаться к вам так.
- Пожалуйста.
- Надеюсь, доктор, вы понимаете, что вне зависимости от результата ваш труд будет вознагражден более чем достойно. Лев Адаров добро помнит и умеет быть благодарным.
В больничном коридоре с простым врачом и капитаном ЦАХАЛ снова разговаривал один из вершителей человеческих судеб. У него были очень усталые глаза, но его жизнь уже скучала по нему. Поэтому на прощанье он лишь слегка кивнул и в плотном окружении охраны ушел.
Жизнь Мартинки резко изменилась. Она действительно не отходила ни на шаг от мальчика. Две недели пребывания в боль-нице позволили нормализовать ребенку сон и многое другое, но гримаса ужаса на лице  и немота остались. Из больницы Мартинка с Левушкой переехали в один из домов Адарова, расположенный в живописной парковой зоне.
       Если в больнице постоянное присутствие охраны бросалось в глаза, то в доме Адарова  внешне их заменили миниатюрные видеокамеры. Но только внешне. Когда во время одной из прогулок с мальчиком по парку Мартинка уронила в траву мобильный телефон, то мгновенно неизвестно откуда выскочивший парень с рацией беззвучно и аккуратно вложил Nokia ей прямо в ладонь.
Следующие после больницы три недели были очень напряженными. Мартинка усадила всех своих сотрудников за Интернет. По распоряжению начальника охраны Адарова, который находился с доктором в постоянном контакте, его сотрудники регулярно привозили из библиотек разных стран медицинские книги по психологии, терапии, нервным болезням. Два десятка переводчиков переводили все найденное с языков оригинала на русский или английский языки. Мальчик находился в режиме постоянного многоуровневого медицинского наблюдения и лечения. Делалось абсолютно все возможное. В какие-то моменты Мартинке казалось, что ребенок просто не выдержит адаровского размаха.
        Заканчивался второй месяц после трагедии. Было утро субботнего дня. Шаббат - это шаббат, но болезнь не знает праздников, а врач, соответственно, не знает выходных. За истекшие два месяца Мартинка каждый день ложилась спать не раньше часа ночи, а поднималась не позже шести утра.
        В то утро как всегда она зашла к мальчику пожелать ему доброго дня, и рассказать чем они будут заниматься. Открыв дверь, она сразу увидела его настоящее выражение лица. Гримаса шока исчезла. Это был первый результат.
Мартинка позвала охранника и сказала ему одно слово: «Фотоаппарат». Она научилась жить по адаровским правилам. Через десять минут она фотографировала мальчика. Через пятнадцать минут ей позвонил Адаров.
- Спасибо, Мартинка. Вышлите мне его фото на электронный адрес.
- Уже выслала. Я решила сегодня устроить Левушке день отдыха. Мы поедем в зоопарк.
- Может быть лучше привезти зоопарк к вам?
- Лев, вы помните мое условие?
- Отлично помню. Спасибо вам. Я в вас не ошибся.
Ровно через два месяца, снова шаббатним утром зайдя в комнату Левушки, Мартинка увидела, что мальчик ей улыбается. Снова повторилась процедура фотографирования. Только когда ох-ранник, занесший в комнату фотоаппарат, увидел Левушку улыбающимся, то на его крик радости прибежали еще несколько охранников. На этот раз Адаров в находился где-то в Европе и к полудню он вошел в комнату внука.
- Вы молодец Мартинка. Осталось немного.
- Осталось, Лев -  это самое сложное. Речевые процессы, их возникновение и стимуляция до конца  не познаны наукой.
- Значит, вы будете первой, кто их познает для меня!
- Только для вас!?
- Ох, какая же вы непреклонная, прямо Голда Меир в белом халате! Как только Матвей вас терпит до сих пор?
К этому времени Адаров уже был  в курсе отношений и переписки Мартинки и Матвея. Вообще олигарх вел себя удивительно тактично и порядочно. В душу не лез, но по окончании первого месяца лечения внука, как бы случайно посоветовал Мартинке вы-кроить часок и проверить почтовый ящик в Интернете. Адаров контролировал даже Интернет.
В редкие минуты отдыха Мартинка часто перечитывала письма и то, что присылал Матвей. Как-то Адаров поинтересовался, что она читает. Выслушав ответ, попросил разрешения про-честь. Она передала ему некоторые стихи и рассказы друга. Адарову, как  это не странно понравилось. Постепенно он прочитал практически все присланное Матвеем. Более того, он стал регулярно осведомляться о здоровье Матвея, интересовался его дела-ми, просил почитать что-то новенькое.
Истекал пятый месяц после взрыва у дверей дискотеки. Через два дня начинался Песах.  Как обычно, Мартинка утром вошла в комнату Левушки, поздоровалась на иврите, и, подойдя к кровати, погладила его по голове. Мальчик улыбнулся и спокойно произнес: «Бокер тов».
Чудо свершилось. Если ты можешь сделать добро и делаешь его, то все получится. Будет тяжело, будет обидно от неудач. Не всегда хватит терпения и нервов, но ты зажми характер в кулак и делай свое дело. Делай, что должно и будь что будет! Терпи и твори добро. Только тогда Б-г подарит тебе главное чудо: ты увидишь, как твое добро творит новое добро. Если бы все люди на земле поступали только так, то Мартинка никогда бы не познакомилась с Адаровым.
Когда Левушка заговорил, его дед находился в Южной Африке, но бросил все и прилетел к внуку. Адаров держал Левушку на коленях до конца дня, сам отнес мальчика в ванную, сам по-мыл, вытер, переодел в пижаму и уложил в постель. Дождался, пока внук уснет. Пожелал спокойной ночи сиделке и охранникам и пригласил Мартинку в  кабинет.
        Они сидели молча довольно долго. Потом Адаров достал из кармана большой запечатанный конверт, согнутый пополам, и передал его Мартинке.
- Вы понимаете, Мартинка, что слова сегодня бессильны. Вы вернули мне внука.  Мой духовный долг вам безмерен. Вы не про-сто отличный профессионал, вы добрый и сердечный человек. Для меня до сих пор загадка как вам удалось за столь короткий срок все восстановить у мальчика, но уверен, что если бы не ваше сердце, то результаты не были бы такими.
В конверте карточка Visa. Вы назовете мне любую цифру, не менее чем с шестью нулями, и любую валюту. После этого названная сумма в избранной вами валюте будет немедленно зачислена  на счет этой карточки, а размер вашего кредита будет всегда равен этой сумме.
        Здесь же именной сертификат на право бесплатного проживания в любом номере любого отеля моей сети в Израиле и на 50% скидку на аналогичное по уровню комфорта проживание в отелях этой же сети в остальном мире.
Вы сообщите  начальнику моей охраны  марку и модель автомашины, которую вы предпочитаете и где в Израиле вы хотите  жить в дальнейшем. Естественно я все оплачу.
        В конверте приказ о присвоении вам досрочно звания полковника медицинской службы ЦАХАЛ за особые заслуги перед Государством Израиль. Отныне вы самый желанный мой гость. Надеюсь, что мне удастся передать Левушке мое уважение к вам.
Но это все так, осколки от бриллиантов. Кстати, мой ювелир всегда к вашим услугам и он абсолютно бесплатно выполнит любой ваш каприз.
        Теперь о главном. Позвоните вашему другу Матвею. Если он не возражает, то я издаю собрание его сочинений в двух томах. В принципе в одной европейской типографии уже все готово к изданию. Мне нужны только название сборника и  фото автора  на обложку. Завтра вам принесут альбом из двух дисков с записями песен на стихи Матвея. Название диска тоже должен подсказать он. Раскрутку диска я беру на себя.
        Я договорился с рядом своих партнеров и некоторыми медиа-магнатами о создании принципиально нового телеканала. Я много внимания уделял борьбе с антисемитизмом, но сегодня пришел к выводу, что необходимо работать на опережение и убить зло еще до того момента, когда оно наденет на себя пояс шахида или иную мерзость современных достижений в науке и технике.
        Пока жив Израиль будет жив и еврейский народ. Но укрепление Израиля обречено на провал, если мы не покажем миру, что антисемитизм – это только верхушка айсберга, название которому национализм и фашизм. Нет на земле народа или нации, которые бы не уважали право остальных на свободу и жизнь. Этнокультурные или религиозные особенности каждого из нас лишь объединяют всех на этой планете. Разобщают нас отдельные идеологии и их лидеры.
        Я назову этот телевизионный канал F-2 “Feelings & Facts”, “Чувства и Факты”. Наши чувства и эмоции по отношению к друг другу всегда носят субъективный характер, ведь двух одинаковых сердец на земле нет. Но факты объективны. Я не хочу, чтобы кто-то еще прошел через то, что перенес Левушка. Я хочу убедить мир в том, что ненависть означает только смерть: сегодня для одних, а завтра для всех остальных без исключения.
        Я серьезно рассчитываю на Матвея в реализации моего нового проекта. Приглашение министерства иностранных дел Израиля для Матвея тоже в конверте. Кстати, если он пожелает, то за особые заслуги перед Государством Израиль, он получит израильский паспорт в течение месяца.
- Но ведь он не телевизионщик?! Да и откуда у вас его фамилия?!
- Эх, доктор, вы ведь почти полгода живете в доме Адарова и лечите его внука! Да я не только фамилию Матвея знаю. Мой человек уже договорился о том, чтобы надежно присмотрели за квартирой Матвея, пока он будет с вами, и заодно навели мой порядок на могилах, за которыми ответственно, но без моих возможностей, столько лет ухаживает ваш друг.
        Что касается подготовки Матвея, то, во-первых, насколько мне известно, у него докторская степень по экономике. Во-вторых, он несколько лет занимался журналистикой. В-третьих, неплохо фотографирует.  Поражаюсь, как можно столько лет так любить человека и ничего о нем не знать?!
- А мне и не нужно о нем ничего знать. Я люблю его таким, какой он есть и только за то, что он есть у меня…
        Мартинка не позвонила Матвею и ни о чем его не спросила. Она сама дала название для книги и диска, и передала любимую фотографию друга. Тираж двухтомника был готов через пять дней.
        В предпоследний день Песах Матвею пришло извещение на посылку. Он сразу поехал на почту, так как впереди была православная Пасха и выходные. Быстро получил небольшую плотную посылку из Израиля и вернулся домой. Понятно было от кого посылка. Неизвестно было что в ней. «Наверное, маца», - предположил Матвей.   Что еще можно прислать из Израиля еврею в Песах?
        Он был очень рад что, невзирая на прошедшие почти десять лет и  то, что через месяц ему стукнет шестьдесят лет, Мартинка продолжает писать и звонить. Приятно и хорошо, когда ты кому-то нужен, когда кто-то думает о тебе.
        Долгие годы он твердо знал, что только родители искренне беспокоились и заботились о нем. Без них его жизнь стала автоматической. Практически все он делал только потому, что понимал необходимость жить. Поэтому нужно было есть, стирать, убирать, ходить на работу.
        Реально только литературный труд был ему в радость и подпитывал его душу. Литературный труд и единственный читатель – Мартинка. Он четко понимал, что вероятность  их встречи невелика, а о совместной жизни и речи быть не может. Поэтому все эти годы он всегда искренне желал Мартинке поскорее выйти замуж, родить детей и устроить свою жизнь окончательно. Конечно, по-мужски ему были по душе мечты о ней, но реалии жизни и бабушкино воспитание всегда быстро все расставляло по своим местам. Даже  во сне…
        Дома он аккуратно  разрезал упаковку посылки, открыл её и застыл в шоке. На него с глянцевой обложки книги смотрел он сам. Фотографии было больше десятка лет. Над снимком были напечатаны по-русски его имя и фамилия.  Фоном для фото и фамилии была фотография какой-то стены с очень крупной кладкой из желтоватого камня. Поле обложки пересекала надпись шрифтом, стилизованным под иврит: «Стена Счастья». Он достал книгу, открыл её и увидел оглавление. В оглавлении были только его произведения. Это был том стихов. Во второй книге была проза, песни и эпиграммы. На дне посылки лежал альбом из двух дисков. Обложки альбома и книги были абсолютно одинаковы. На дисках были записаны песни на его стихи…

Жизнь не прожить сердце пряча.
Критерий искренности – Стена Плача.
Иду на встречу. В сердце волна.
Мечта исполнилась. Вот – Она…

Стена Плача моего Народа.
Шалом, История! Я – у порога.
Стена Плача – моя стена.
Чувств много – Стена одна.

Шершавые камни от слёз и сомнений.
Стена Плача – стена откровений.
Нелепы здесь любые угрозы.
Здесь даже шипы теряют розы.

Здесь самый гордый – в миг самый тихий.
Здесь нет лиц: печаль однолика.
Стена Плача одного Народа.
Почему остальных обошла природа?

Почему одним – Печаль и Роль?
Почему мой Народ, как в пище соль?
Почему мой Народ, как кость в горле?
Почему всегда кто-то держит намордник?

Скажи, История: в чём моя роль?
Дай, История, для жизни пароль.
Пароль счастья, цифры кода
Благополучия моего и моего Народа.

Стена Плача одна на планету.
Мой Народ разбросан по свету.
Стена Плача: место сбора,
Место молитвы и приговора.

Жизнь не прожить совесть пряча.
Критерий совести - Стена Плача.
Стена Плача моего Народа:
Одна – для всего Земного Рода…

        Матвей по сей день не помнит, сколько времени он стоял и держал в руках свои книги. Он стоял и плакал. Слезы текли по его щекам и капали на обложки, пахнувшие свежей типографской краской.
        Он плакал о родителях, которые не дожили до этого дня. Плакал о дочери,  воспринимавшей его с усмешкой. Плакал о годах, потраченных на бег за благополучием для жен и семей, которые все равно все остались сбоку. Он плакал о жизни, которая так быстро промелькнула и которую уже не вернешь никогда. Он плакал от бессердечности материализма бытия и духа и всего остального, что лишило его счастья, частички которого, одна или больше, могли уже ходить в школу. Он плакал о единственном человеке в его жизни, помимо родителей, понявшем его…
        Плакал и желал счастья. Желал счастья женщине сумевшей сделать для него то, что может сделать только мама – попытаться вылечить душу. Желал счастья своей дочери, никак не взрослею-щей по отношению к нему. Желал счастья своим вздорным женам и даже их непутевым детям так и не понявшим, как нужно относиться к человеку.
Любовь – это искусство выполнять желания других не во вред себе. Чтобы обладать даром любви необходимо понять, что тот, кого ты любишь тоже человек…
        Когда высохли слезы, Матвей подошел к телефону, легко по памяти набрал самый родной номер в Израиле и во всем мире, дождался когда Мартинка возьмет трубку и сказал:
- Добрый вечер. Ты моя Стена Счастья…
Я заморгал. Матвей замолчал и как-то напрягся. В уголках его глаз что-то блеснуло.
- Извините, на пару минут отлучусь.
        Мартинка, слушавшая нас спокойно до этой минуты, встрепенулась и о чем-то спросила его на иврите. Уже удаляясь от столика, он неожиданно резко два раза повторил ей в ответ какое-то слово.
- Не волнуйтесь Мартинка, просто человек отошел на пару минут.
- У этого человека уже два микроинфаркта с интервалом в тридцать лет. Так что вы  не заказываете больше коньяка.
- ?
- Да нет, выпить он может и  никогда не пьянеет. Просто не нужна ему лишняя нагрузка. Очень хочу чувствовать его рядом подольше …
        Снежинки, появившиеся на миндальных ресницах Мартинки окончательно убедили меня в том, что некоторые супружеские отношения возникают не на земле…
После возвращения Матвея мы еще долго беседовали. На прощанье он подарил мне анекдот.
        Весной к врачу  андрологу, который занимается исключительно мужским здоровьем, приходит пожилой джентльмен.
- Видите ли, сэр. У меня небольшая проблема. Мы с женой уже три года в браке, а детей нет.
- Простите, сэр, сколько вам лет?
- Пока восемьдесят три, сэр.
- Прекрасно. Сколько лет вашей супруге, сэр?
- Не мало. Уже двадцать восемь, сэр.
- Согласен, сэр. Сделайте вот что, сэр. Сейчас май. Через неделю-другую, наймите молодого секретаря, возьмите жену и отправляйтесь втроем в морское путешествие на яхте, сэр.
-Вы полагаете, что это поможет, сэр?
- Морской воздух творит чудеса, сэр!
        Прошло лето. В конце сентября тот же пожилой джентльмен снова приходит к тому же врачу андрологу.
- Сэр, я так вам благодарен за совет. Представляете, жена беременна!
- Рад за вас, сэр. А как секретарь, сэр?
- Она тоже беременна, сэр!
- Морской воздух творит чудеса!
        Мы долго смеялись и договорились обязательно продолжить знакомство на следующий день. Жизнь, как обычно, решила все по-своему.
        Утром, включив телевизор, я увидел репортаж о взрыве в од-ной из российских школ: снова теракт. Было много жертв и много раненых. Через день произошла катастрофа российского самолета под Киевом, выполнявшего рейс Варна-Москва. От удара молнии в самолете вышло из строя электронное оборудование, и борт упал в Днепр. Все пассажиры и экипаж погибли. Что-то защемило в моем сердце от этой новости. Не знаю почему, но мне стало очень горько. С моими новыми знакомыми я так и встретился…
        Прошло два года. Накануне Рош-а-Шана, я обнаружил в своем почтовом ящике извещение о посылке из Израиля, Недоумевая, я отправился в почтовое отделение. Получил посылку, принес домой и открыл.  В посылке был двухтомник под названием «Стена Счастья», альбом из двух дисков с тем же названием, несколько страничек письма и картонная коробочка. В коробочке лежал какой-то камень песочного цвета, похожий на ракушечник.
        Я развернул письмо.
        Здравствуйте, уважаемый….!
        Наверное, Вы уже догадались, от кого посылка. К сожалению, мы тогда в Созополе не смогли больше  с Вами увидеться. В связи с терактом в российской школе, по просьбе российского правительства, группа специалистов из Израиля должна была срочно вылететь в Москву. Мартинка попала в состав группы. Мы решили вопрос с билетами на прямой самолет из Варны в Москву, но не улетели.
       Когда мы поднимались по трапу в самолет, Мартинке,  на мобильный,  позвонил Адаров и запретил лететь этим рейсом. Не важно, что он говорил вначале ей, а потом  мне, но на самолет мы не сели. Это нас спасло. Вы знаете, что случилось с  пассажирами того рейса под Киевом.
       Мы сразу вернулись в Израиль и поженились. Причем прошли религиозный обряд. Примечательно, что я еврей не обрезанный и благодаря Адарову меня так и не … Обнаружилось, что внук одного из раввинов и Левушка Адаров ходят в одну школу. Сам Адаров оказался дальним родственником другого раввина. Третий раввин имел сына, владельца фирмы по огранке алмазов. Остальные ребе уже не возражали. Помните, я говорил вам, что все ев-реи родственники, особенно для Адарова…
       Через восемь месяцев после Созополя у нас родился сын Арон, а два месяца назад Мартинка родила девочку Рахиль. Морской воздух творит чудеса! Кстати, я теперь не только молодой папа, но и молодой дед. Моя старшая дочь тоже родила девочку. Забавно, что внучка и младшие дети у меня практически ровесники.
Мартинка, невзирая на материнство, работу не оставила. Левушка Адаров считает себя, чуть ли не старшим братом наших детей и не по возрасту серьезно относится  к  их воспитанию.
       Как Вы? Как жена? Дети? Вы еще не дважды дед? Пишите. Обязательно приезжайте. С гостиницей, надеюсь, проблем не будет.
       Да, не спрашивайте, как мы узнали Ваш адрес. Просто выгляните в окно. Если увидите незаметных молодых людей спортивного телосложения, то передайте им, что  Сам просил их Вам не докучать. Шучу. Мне теперь юмор особенно  необходим. Хочу повести своих детей в первый класс, а дальше, если Б-г решит по-своему, переложу все на Левушку Адарова.
       Далее продолжит Мартинка. Я снова пошел учить иврит. Полковник уже не шутит. Хорошо, что хоть морской воздух продолжает творить чудеса.
Здравствуйте, …!
       Надеюсь, что Вы в порядке. О  наших  новостях Вам все литературно изложил профессионал. Благодаря Моте я практически  не переставала работать. К сожалению, как вы понимаете, работы мне все ещё хватает.
       Камушек в посылке это кусочек Стены Плача. Там затеяли какую-то реконструкцию как раз в присутствии Моти  и Арона. Один из камней упал и раскололся. Испугались все, кроме моего мужа и сына. Мотя быстро подобрал несколько кусочков и спрятал от охраны в одежде Арона. Тот молчал как еврей. Так и принесли все камушки домой. Теперь дарим знакомым. Решили, что Москве не помешает кусочек Стены Плача. Евреи помогут.
       Мотя бесповоротно реализовался в детях. Он столько всего прочитал и изучил по акушерству, педиатрии и воспитанию детей, что иногда мне кажется: Арона  и Рахиль родил он, а  не я. Мотя взял у Адарова отпуск и  целыми днями возится с детьми, дает указания няньке, контролирует приготовление пищи для семьи и рассказывает малышам сказки.
       Мы перестали писать рассказы и стихи. Мотя придумывает потрясающие истории, в которых всё оживает, все смеются и радуются жизни. Даже слезы и огорчения его сказочных героев, по крайней мере, у меня, вызывают только улыбку. Вы бы видели глаза наших малышей или Левушки Адарова, когда Мотя дает раз-вернуться своей фантазии.
       После того, как Лев Адаров один раз оказался слушателем этих литературных вечеров, на следующее утро я получила от  него в подарок серьезный  комплект современной подслушиваю-щей аппаратуры. Это большая семейная тайна.  Теперь маленькие микрофоны есть практически во всех тех местах, где Мотя разговаривает с детьми. Один из секретарей Адарова постоянно распечатывает записи, и мы собираемся издать сборник сказок.  Так что готовьте ещё внуков, а сказки уже есть.
       Жизнь не прожить сердце пряча.
       Критерий искренности – Стена Плача…
       Я иногда думаю, что Мотя абсолютно прав в том, что у каждого из нас в душе  должна быть своя Стена Плача. Это намного уменьшило бы человеческое горе и страдания.
       Мне повезло больше всех. У меня есть Мотечка - Стена моего Счастья.
       Удачи Вам во всем и здоровья как можно больше!
       Ваши МИ-4 – евреи учудили!
       Матвей, Мартинка, Арон и Рахиль.
       Ниже подписи был оттиск небольшой детской ладошки и крохотной совсем ступни...

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Наверное, многие из моих читателей  улыбнутся и скажут: «Неплохая сказка». Почему?
        Вы не верите в искренность?
        Вы считаете, что возраст - это помеха счастью?
        Вы сомневаетесь в том, что морской воздух творит чудеса?
        А может быть, вы просто никогда не видели моря и не дышали по настоящему?

4 октября 2006 года


Рецензии
Красиво. Романтично. Похоже на сказку. Но как хочется, чтоб она оказалась былью!
С уважением

Надежда Первушина   19.07.2017 13:01     Заявить о нарушении
Спасибо, Надежда!
На момент написания сказка виделась былью, но время, сохранило только сказку...
С уважением...

Мстислав Каган   20.07.2017 15:10   Заявить о нарушении