Зарисовка о шестнадцатиэтажке

Дома-коробки - неуютные, без балконов, задуманные под общежитие, отданные под расселение коммуналок. В них прекрасно слышно, как и у кого протекает жизнь:

   -Юра, Юра! - хлопая в ладоши, орет алкаш. Его давно пора упечь в дурку, да нету повода.

Грохнула дверь на лестнице, вышел покурить мужичонка. Единственный курильщик на весь этаж - в шлепках, линялых трениках, с голым торсом.

Вот кричит сосед сверху: "Го-о-ол!" - топает ногами ярый болельщик.

Зашумел средь ночи сливной бачок, зашлась кашлем старуха в квартире сбоку. Зашкрябал ключ, возвестив о возвращении полуночников.

Утром слышен душ, шипение сковородки. Мать и сын препираются на кухне друг с другом:

   -Полей цветы!
   -Отойди, мне некогда!

Снизу бабка стукнет по батарее: ей шумно.
Через час на полную громкость она включит "новости".

"Электричество у консьержей". - Возвещает объявление на двери подъезда.