День моего рождения

Часть 1. Алёна.
Сегодня двадцатое июня, канун дня моего рождения. Я тащу онемевшие ноги по еле заметной тропинке, затерявшейся среди покрытых лесом гор. Плечи гудят, и кружится голова. Привалы уже не помогают. Усталость только накапливается в изнурённом теле. Согласие на пешее приключение, в которое затянул меня брат, оказалось огромной ошибкой. Ребята подбадривают и несут мои вещи. Я стараюсь не подавать вида, что шагаю почти на автомате. Но по одному взгляду в мои затуманенные глаза становится понятно, что человек я неприспособленный, случайно попавший в эту передрягу. Брат же скачет по склонам, как горный… козёл. В мой замутнённый разум постепенно пробиралась мысль, что эта поездка его изощрённая месть за все детские обиды.
 В группе нас четверо: я, Саша, Илья и мой коварный близнец – Лёшка. Все ребята - старые друзья брата, но из-за разности интересов мы почти не общались. И вот теперь я иду с этими закоренелыми туристами в неведомые дали, мечтая об уютном спальнике и сладком сне.
Начало вечереть, ребята решили, что пора остановиться на ночёвку. Саша с Ильёй занялись палатками, а брат пошёл за камнями для костра. Нам повезло, мы наткнулись на достаточно ровную площадку, с одной стороны, к которой примыкала уходящая в небо скала. Внезапно раздался шум осыпающихся камней и Лёшкина ругань.
- Лёха, ты там живой? — крикнул Илья.
- Идите сюда, я кое-что нашёл!
После небольшого обвала открылась часть какой-то незамысловатой постройки: стены и крыша. Парни стали убирать камни, чтоб расчистить находку. Через некоторое время нашим глазам предстал небольшой домик, сложенный из цельных плит, примерно полтора метра в длину и одного в высоту.
- Слушайте, похож на дольмен, — сказал Саша, — их в этих местах полно.
- Да, похож, — подтвердил Лёшка. – Ленка, помнишь мы в детстве на экскурсию ездили, из Геленджика?
- Ну да. Только этот маленький какой-то.
Разбив лагерь на скорую руку, мы принялись за ужин. Саша колдовал над котелком.
- Санёк, чем кормить будешь? – поинтересовался Илья.
- Да, это он зелье приворотное для Ленки готовит! – сказал Лёшка.
Саша недовольно хмыкнул. Он был против, что брат взял меня с собой. Мол, я только тормозить всех буду… Что уж… С этим не поспоришь! А вот Илья всю дорогу улыбался и помогал: то руку подаст, то вещи мои тащит… А сейчас протянул кружку того самого дымящегося приворотного зелья…
Деревьев на площадке, где расположился лагерь, не было. С неба ярко светила полная луна. Отчётливо был виден каждый камешек и травинка на земле. Жёлтыми паутинками выделялись растяжки палаток. Мы расположились у костра. Лишь та часть поляны, что была закрыта от луны каменной грядой, пребывала в темноте. Там, среди кустов и камней, притаился маленький загадочный дольмен. Его находка полностью овладела нашими мыслями.
- Экскурсовод рассказывал легенду про великанов и карликов. Что первые строили дома для вторых, это и были дольмены, — вспомнил Лёшка.
- Я как-то читал, что дольмены расположены в «местах силы», и к ним паломники ходят. Кто лечиться, а кто энергии космоса набираться. А ещё передачу смотрел, где рассказывали, что они могут быть порталами в другие измерения и построены раньше египетских пирамид, – выкапывая из пепла картошку, сказал Илья.
- Нам ещё говорили, что дольмены использовали как гробницы, и в некоторых даже находили останки, — вставила я.
- Да, а ещё по ночам… Из них слышат разные странные звуки… А иногда в районах их расположения люди пропадают…— замогильным голосом затянул Саша, подсветив фонариком лицо.
- Санёк, прекрати! – засмеялся Лёшка. — А то Ленка всю ночь спать не будет!
- Ага! И ты тоже! – огрызнулась я.
- Слушайте, мы совсем забыли о главном! Где мои поздравления и подарки? – всполошился Лёшка.
- А почему только твои? Вы же близнецы! – заметил Илья.
- Лёша родился без десяти двенадцать, а я в двадцать минут первого. Так что у меня завтра день рождения, — пояснила я. – А вот и мой тебе подарок!
Я протянула кожаный чехольчик, на руку брата скользнул новенький складной нож. Он раскрыл его. На лезвии блеснула луна, высвечивая гравировку: «Моему отражению». Илья протянул небольшую флягу со словами: «Я тут у отца сцедил немного, его самого ценного». После чего мы все и попробовали этого «самого ценного», подняв кружки за здоровье брата. Саша же долго копался в рюкзаке, доставая довольно увесистый свёрток.
- Ну что, Чингачгук — Большой Змей, держи на замену сломанному!
Брат развернул подарок, и в его руках оказался небольшой топорик. Лёшка вскочил и издал боевой клич, а потом предложил мне сделать эксклюзивную стрижку, так как мои длинные волосы отлично подходят для скальпирования. В ответ, брату прилетело железной кружкой.
- Да ладно, Ленка! Я же пошутил!..
Мы ещё немного посидели и отправились по палаткам.
***
Первая ночь, которую я проведу под звёздным небом… Ммм… Романтика!.. Бред! Как, вообще, можно уснуть в этом спальнике?! Я еле застегнулась… запуталась в подкладке… распсиховалась и почти расплакалась! Ужасно жёстко и неудобно лежать! Каримат такой упругий, на деле оказался не мягче листа картона! Я попыталась взять себя в руки, замереть и посчитать до пятидесяти. На тридцати в глазах замелькала тропинка, утопающая в листьях папоротника. Солнце светило сквозь ветви деревьев. Зелень сменили голые камни. Я услышала крики брата:
- Ле-на! Ле-на, помоги!
Взобравшись по склону, я увидела, как его затягивает в маленькое отверстие дольмена. Сначала ноги, потом туловище. Он кричал от боли. Я кинулась к Лёшке, но ноги начали проваливаться в камни, словно в зыбучий песок. Мы были в нескольких метрах друг от друга. Сквозь крики слышалось, как ломаются его кости. Ободранными до крови руками я пыталась освободиться, но что-то схватило меня за ноги там, в камнях.
- Ле-на!.. Ле-на!.. Лен-ка! Ты почему не отзываешься? – почти вытащил спальник из палатки Лёшка. — Идиотка, я уже было подумал, с тобой что-то случилось! Ну чего так вылупилась на меня?
Потребовалось несколько секунд, чтоб прийти в себя.
- Да так… сон плохой приснился… а тут ещё ты орёшь, – пробубнила я. – Что, вообще, забыл в моей палатке?
- К тебе Сашка не заходил?
- С чего бы?
- Да фиг его знает! Мы в карты играли, он вышел покурить, а спустя полчаса так и не вернулся. Ну мы и подумали…
- Сколько раз говорила, не твоё это – думать…
Пришлось выбраться из своей «уютной постельки».
- Вы хоть его искали, или сразу ко мне полезли? – недовольно спросила я.
- Ну звали…
- Свистели… — добавил Илья. – Не отзывается!
- Надо же как вы человеку надоели, что он сбежал! – пыталась пошутить я, скрывая накатившую волну тревоги. Может, мне показалось, но все вокруг словно замерло. Абсолютную тишину нарушали лишь наши голоса.
 - Лена, шнурки завяжи! – обратил внимание Илья, — смотри споткнёшься! Стойте тут, сейчас фонарь принесу!
Я присела завязывать бантики. В тени скалы послышался шорох, и посыпались камни.
- А вот и потеряшка, — усмехнулась я, — он просто попугать решил, а вы повелись!
Как только я затянула узелок, Лёша сделал шаг назад, чуть не наступив на меня.
- Ты что не видишь?.. – отпрянула в сторону. Подняв глаза, увидела, как брат заваливается на спину, а его грудь пробита какой-то длинной палкой. Я только и успела, что подхватить его у самой земли. Изо рта вытекала тёмная пузырящаяся жидкость, ею начала пропитываться и майка.
– Лёшенька?! Лёша, что происходит? – паника затопила разум, дрожащими руками я пыталась вытереть лицо брата. Теперь и они были измазаны в тёмной скользкой жиже. По лицу скользнул свет фонарика.
- Лена, что за?..
Послышался хруст…Тело Ильи осело рядом. Топорик торчал из головы, раскроив её почти до середины. Справившись со ступором, я отпустила тело брата и рванула в противоположную сторону от смертоносной угрозы. Пробежав несколько метров, рухнула на землю, зацепившись за растяжку палатки. Подняться уже не успела… Кто-то наступил мне на спину, придавив к земле. Оглянулась… щёку обожгла боль. Рядом с глазом блеснула поверхность ножа, воткнутого в землю. Напавший схватил за волосы и рванул на себя. Боль, заполнившая мозг, вырвалась наружу истошным криком. Из глаз брызнули слезы. Неизвестный потащил меня во тьму, где недавно был найден маленький, засыпанный камнями дольмен…
 Напавший оказался не один. Сквозь слезы мне удалось различить второго, склонившегося над телами брата и Ильи. В свете луны я увидела, как он вогнал в них крюки и потащил за собой. Ужас придал мне сил. Несмотря на явное предостережение в виде разорванной щеки, я извернулась и укусила руку, тянувшую за волосы. Незнакомец рыкнул и наотмашь ударил по лицу. Крутанув, меня швырнуло наземь. Голова приземлилась на камни. Темнота окутала сознание…
 
Часть 2. Александр.
- Чья последняя?  – кинул я карты на центр палатки. – Какой там счёт?
- У меня – шесть, у Лёхи – четыре, у тебя уже десять, — констатировал Илья.
- Настоящие игроки начинают с десяти. Так, Санёк? – мешая карты, сказал Лёха. – Кстати, мы так и не решили, на что играем.
- Кто выигрывает - идёт спать к Лене в палатку, — заулыбался Илюха.
- А кто проигрывает? — забеспокоился я.
 - Кто проигрывает – несёт завтра её рюкзак! – загрёб очередную взятку Лёха. – Кстати, не факт, что она пустит победителя ночевать. Я бы заранее губу не раскатывал…
 - Интересно, а почему ты не нёс её вещи сегодня? – возмутился я.
- Я дал вам возможность созерцать красоту моей сестры, неблагодарные! За всё нужно платить!
 - Хех!.. Саня, завтра ты расплачиваешься! – посчитав свои очки, сказал Илья.
 - Да ну вас! Очень мне нужна была её красота… Пойду, покурю…
 - Что он так взъелся? Сестра у тебя и вправду симпатичная.
 - Не любит Санёк домашних кошечек, дикую пантеру ему подавай, — слышались голоса парней из палатки.
Я достал зажигалку и прикурил…Ночь. Горы. Тишина. Полная луна светит, как фонарь. Вот созвездие Большой медведицы, а вон перевёрнутый ковш Малой. Так спокойно на душе... Никакой городской суеты…Затушил окурок о камень. Встал. Расстегнул брюки. Оглянулся на Ленкину палатку. Вдруг выглянет, а тут я… Застегнул брюки. Зашёл за нашу палатку… Вокруг заросли папоротника. Тишина… Стоп! Ветра нет, но не может же быть так тихо. А как же все эти стрекочущие твари? Тут я что-то услышал… Шёпот? Шелест? Монотонное гудение или всё вместе? Звук точно доносился из-под скалы. Там было темно. Я мысленно представил, что там: кусты, каменная насыпь, дольмен… Мурашки поползли по ногам, перепрыгивая на спину… Тьфу! Что за бредовые мысли лезут в голову!
 Решил вернуться к парням, как из темноты выскользнула фигура. Она принадлежала девушке. Я присел на корточки, чтоб не выдать своего местоположения. Незнакомка, крадучись, вышла на середину лагеря. Она опасливо озиралась по сторонам. Когда девушка повернулась, у меня отвисла челюсть… Это была Алёна, растрёпанная, в лохмотьях. Она оглянулась на темноту, которую только что покинула, и почти беззвучно устремилась вниз по склону. Я не понял, что происходит… может, это игра какая-то… но последовал за ней.
Алёна сразу заметила преследование и увеличила скорость. Позади, в лагере, раздались крики и свист. Парни искали меня. Я же, не замедляя хода, нёсся за Алёной. В жизни не подумал, что она так бегать может… Я позвал её в надежде, что бешеная гонка прекратится. Ожидания не оправдались. Ночь разрезал истошный женский крик. В это мгновение Алёна прыгнула на ствол впереди стоящего дерева, оттолкнувшись ногами, плечом врезалась в меня. Мы упали. К горлу прижалось что-то холодное. Я замер.
- Какого черта тебе от меня нужно? – зашипела Алёна. – И кто ты такой?
- С ума сошла?.. Саша!.. А вот что ты вытворяешь, не понятно! — восстанавливая дыхание, сказал я.
 - Саша? – она рванула за футболку на себя, не убирая уже согревшуюся от горла железку.
Свет луны упал на моё лицо.
- Откуда взялся? Ты же пропал тогда, в лагере!
- Никуда я не пропадал!
Несколько секунд она обдумывала что-то у себя в голове. Потом со словами:
- Это же я кричала! — ломанулась обратно.
Вновь началась гонка. На этот раз она далась мне намного сложнее. Я с опозданием поднялся в лагерь.
Алёна сидела возле небольших тёмных пятен, след от которых тянулся в темноту. Она опустила пальцы в одну из лужиц.
- Знаешь, что это? Это Лёшина кровь… а вон Ильи, — её голос слегка дрожал. — Прости, братишка! Судьба дала возможность все исправить, но я поняла это слишком поздно...
Мне надоел этот бред, и я пошёл искать парней… Не найдя никого, пришлось вернуться к Алёне. Она сидела на камне, вертев в руках нож, который не так давно подарила Лёшке. Только сейчас я заметил, как она загорела. На щеке белела полоска, такие же были на руках и ногах. Одежда напоминала лохмотья с кожаными вставками. Это была совсем другая Алёна…
 - Так, всё, я сдаюсь! Рассказывай, что происходит?
Она поведала мне историю, которую я скорее бы услышал от психбольного, запертого в одиночке, чем от хрупкой девушки. Алёна рассказала о моём исчезновении, о смерти друзей и ночных охотниках, о выживании в чужом мире, о своём побеге. Поведала о дольменах, которые открывают проходы по дням равноденствия и солнцестояния. Во всё это очень сложно было поверить нормальному человеку.
Алёна взяла Лёшкин новенький топорик и направилась к дольмену. Начало светать. Размахнувшись со всей силы, она ударила по каменному шву между крышей и стеной. Брызнули искры, а топор отлетел в сторону.
- Что стоишь? Помоги мне! – вскрикнула она.
Мы возились больше часа. Все попытки разрушить оказались неудачными. Маленькое сооружение словно издевалось над нами. Алёна выбилась из сил и заснула на траве. Больше ничего не придумав, я заложил злополучный дольмен булыжниками.
Проснувшись, Алёна увидела гору камней, которую с таким рвением мы с парнями недавно разбирали. Вернулись к палаткам. Алёна присела возле пепелища. Она выглядела одинокой и потерянной. Я долго не мог заговорить с ней. Произошедшее не укладывалось в голове. Набравшись храбрости, сел рядом.
- Мы не успели тебя поздравить… но думаю, что ребята будут не против. Вот… с днём рождения! — я протянул ей золотую цепочку. На ней висел небольшой медальон в виде знака бесконечности, усыпанной камешками. Они переливались в лучах утреннего солнца.
- Лёшка выбирал…
По загорелым алёниным щекам побежали слёзы.