Об авторе Кубанского гимна ч. 1

Судьбы казаков, среди которых и священник Константин Образцов, изображенных на фотографии - справа налево:
   
1. Командир 6-й сотни есаул Н.А. Флейшер, казак ст-цы Дондуковской. В чине полковника расстрелян красными в Армавире, в 1920 г.
2. Полковой делопроизводитель, коллежский ассесор Е.Т. Чирсков. Терский казак. Зверски замучен красными в марте 1918 г.
3. Подъесаул С.И. Доморацкий, из Майкопа. В чине войскового старшины поднят красными на штыки летом 1918 г. в составе 68 кубанских офицеров, по возвращении с Персидского фронта.
4. Полковой священник о. Константин Образцов, автор Кубанского гимна. Убит красными в первые дни революции.
5. Пом-к командира полка есаул Ерыгин, казак ст-цы Бжедуховской. В чине войскового старшины умер в 1916 г.
6. Командир полка /в фуражке и кителе/, полковник Д.А. Мигузов, терский казак. Расстрелян красными на одном из островков Каспийского моря, возле Баку, в 1920 г.
7. Командир 1-й сотни подъесаул Ф.М. Алферов, казак ст-цы Урупской. Кавалер ордена Св. Георгия 4-й ст. в 1916 г. В чине войскового старшины убит в конной атаке против красных под Армавиром в 1918 г.
 
8. Командир 4-й сотни есаул С.Е. Калугин, казак ст-цы Ладожской. Командир 1-го Кавказского полка в 1919 г. В чине полковника сослан на Урал в 1920 г. По старости лет возвращён на Кубань, где был зверски замучен красными в 30-х гг.
9. Полковой адъютант /в кителе и папахе/ сотник И.Н. Гридин. В чине полковника сослан на Урал в 1920 г.
10. /Позади него/ подъесаул В.Н. Авильцев, из Майкопа. В чине полковника сослан на Урал в 1920 г.
11. Командир 3-й сотни подъесаул Г.К. Маневский, казак ст-цы Царской. В чине полковника и командира Линейной бригады смертельно ранен в бою на Маныче в 1919 г.
12. /Позади него/ командир 5-й сотни есаул Е.М. Успенский, казак ст-цы Каладжинской, родной брат Кубанского Войскового Атамана генерала Успенского, умершего в 1919 г. В чине полковника убит немецким снарядом в Белграде во 2-й Мировой войне.
13. Хорунжий Ф.И. Елисеев, казак ст-цы Кавказской. Полковник, известный писатель и военный историк русского зарубежья.
14. /Позади него/ хорунжий В.А. Поволоцкий. В чине есаула сослан на Соловки в числе 6 тыс. кубанских офицеров и военных чиновников 1920 г.
15. Хорунжий Н.В. Леурда. казак ст-йы Горячий Ключ. В чине подъесаула застрелился в Екатеринодаре в феврале 1918 г.
16. Хорунжий И.В. Маглиновский, казак ст-цы Брюховецкой. В чине есаула погиб в бою в 1919 г.

Лежат - справа налево:

1. Хорунжий В.Н. Калабухов, казак ст-цы Ново-Покровской. Был есаулом и старшим адъютантом при Атамане Баталпашинского отдела ККВ, умер в декабре 1919 г.
2. Пом-к полкового врача, классный фельдшер Целицо, казак. Умер в 1915 г.
3. Заведывавший оружием, чиновник Самойлов. Умер в 1916 г.
4. Командир полкового обоза, подъесаул П.А. Ламанов, казак ст-цы Кавказской. В чине есаула погиб в Пензе, в плену у красных в 1921 г.
   
Что в ней, в этой песне,
что поет, и рыдает,
и хватает за сердце?
Н. В. Гоголь

Земля кубанская полна талантами, как раньше, так и сейчас живут на ней выдающиеся художники, композиторы, писатели и поэты. Но в истории края (ранее области) появлялись и такие люди, которые не будучи кубанцами, очень точно смогли передать кубанский дух в литературных и художественных произведениях. Имя одного из них - Константин Николаевич Образцов. Когда играет гимн Краснодарского края «Ты Кубань, ты наша родина, вековой наш богатырь», все с замиранием сердца вслушиваются в слова, которые заставляют сердце биться чаще, но мало кто знает, что автором этой замечательной песни является именно этот человек. Будущий священник 1-го Кавказского полка, отец Константин Образцов родился 28 июня 1877 г. на Волге, в г. Ржеве Тверской губернии, где его отец служил на Рыбинско-Бологоевской железной дороге. Он происходил из духовного звания – сын священника и сам первоначально учился в духовной семинарии, но по домашним обстоятельствам ему пришлось переменить карьеру. Немало жизненных неудач выпало на его долю, но, будучи человеком подвижного и неунывающего характера, он стойко превозмогал все невзгоды. Николай Дмитриевич был постоянно занят службой и маленький Костя с сестрой (старше его более чем на 2 года) всецело были на попечении кроткой, ласковой и терпеливой матери – урожд. Милорадовой Екатерины Алексеевны. Дети запомнили её, часто молившеюся по ночам у детской колыбели. В 1882 г. отец Константина перевелся на Кавказ, в г. Тифлис, и пока он там устраивался на Закавказской железной дороге, семья более года проживала в селе Васильевском, у родственников матери. Село запомнилось К. Образцову, как большое, богатое и чрезвычайно живописное. По соседству тянулись леса и обширная тенистая роща с богатой помещичьей усадьбой в ней. На краю стояла высокая каменная церковь. Село стало памятно еще тем, что там от матери пятилетний мальчик получил первые уроки грамоты, научился читать по складам. В 1883 г. семья Образцовых воссоединилась на Кавказе и отец был приятно удивлен успехам сына в грамоте.

Через год от простуды в Тифлисе умерла мать Константина и для детей начался трудный период скитаний. Отцу было негде пристроить малышей, оставшихся без присмотра и он по миновании траурного года, женился вторично, на грузинке - Евфросинии Мерабовне Цкитишвили. Она не имела своих детей и все внимание стала уделять приемным. Мачеха особенно заботилась о религиозном развитии мальчика, который ей же, стал обязан и первыми своими стихотворными попытками. С восьми лет Константин уже слагал рифмованные поздравления в день ее ангела и получал за это большую похвалу. Первым большим и сознательным стихотворением стал «Караван», написанным на девятом году жизни. Оно не сохранилось, как и тетради с первоначальными поэтическими упражнениями. Позже поэт признавался, что немало сжёг своих записей из чувства неудовлетворенности, а ещё потому, что великие риторы древности советовали: «Чаще поворачивай стиль», т. е. стирай обратным концом написанное тобой на вощеной доске. Он так и поступал: «сжигал» и «чаще стиль поворачивал»... Любил много и усердно читать, причем все, что попадется под руку. Особенно нравилась «Переписка с друзьями» Гоголя, который также сжег вторую часть своих «Мертвых душ». В девять лет Костю определили в городское училище при Александровском учительском Институте. Из третьего отделения этой первой школы он был  переведен родителями в Тифлисское духовное училище, где цензором и руководителем был преподаватель русского языка В.В. Раевский. Ему, начинающий поэт отдавал на оценку стихи, тщательно переписывая их в тетради. Человек чуткий и музыкальный, он любил поощрять благие порывы в своих питомцах. Потом большое влияние на Константина Образцова оказал семинарский преподаватель русской литературы и философских наук А.П. Альбов. По его предметам герой нашего рассказа занимался с особенной любовью и усердием. Молодому, увлеченному Образцову очень хотелось получить как можно больше самых разнообразных знаний.

После окончания духовного городского училища Константин прошел в Тифлисскую духовную семинарию, причем сделал это со своим товарищем (И. Б-в), таким же мечтателем и любителем поэзии и писательства. Преподаватели смогли разглядеть и оценить незаурядные дарования подростка Образцова и помогли ему усовершенствовать литературный стиль. Друзья были неразлучны в семинарии и везде словно «Кастор и Полукс». Они продолжали усердно заниматься саморазвитием и к каждой прочитанной странице относились критически. Увлекались произведениями корифеев русской литературной критики и публицистики. Перечитали Белинского, Писарева, Добролюбова, даже Шелгунова и Скабичевского. Но всё-таки приоритетами в чтении были такие поэты, как Пушкин, Надсон и Лермонтов. Их творения создавали в молодых душах друзей свой пленительный мир грез и очарований. Ребята многое декламировали наизусть, старались подражать им, особенно – Лермонтову. Дивные красоты кавказской природы пленяли молодых людей и они даже пытались под ее наитием написать целые поэмы («Нирван», «Лейла», «Подвижник» и др.). Среди кумиров у них были также Некрасов, Плещеев и К.Р. Майков. Из западных же корифеев зачитывались  произведениями Байрона, Шелли, Шатобриана, Шекспира, Виктора Гюго и Смайльса. В сентябре 1893 г. в Тифлисе К. Образцов делает первую и сразу успешную попытку постучаться в двери редакции газеты «Новое Обозрение». Его напечатанное стихотворение: «Полно, утешься, дитя мое милое» (Утешение) окрылило усердие молодого поэта, и от поры до времени он стал помещать свои стихи в местном «Вестнике Грузинского Экзархата». А дальше Образцова вместе с неразлучным приятелем захлестнула удивительная полоса увлечения аскетическими творениями. Началась она незаметно, под влиянием миссионерской и проповеднической деятельности инспектора семинарии иеромонаха о. Исидора Колоколова, весьма даровитого и пылкого оратора. Молодые люди, начитавшись Эпиктета, Сократа и других моралистов древности, перешли на произведения святых отцов и византийской аскетики.

Усиленно штудировали книгу «Невидимая брань» епископа Феофана. Выписывали в особые тетради огромные выдержки из творений Макария Египетского, Ефрема Сирина, Фомы Кемпийского, о. Иоанна Кронштадтского. То было всепоглощающее увлечение с твёрдым намерением все почерпнутое в этих книгах копировать в себе, применять к личной жизни, невзирая ни на что. В своей биографии Константин указывал: - увлечение доходило почти до фанатизма. Имели место всеночные акафистные моления, хождения с богомольцами по монастырям, добровольные обеты, не исключая даже таких, как обет полного молчания, что, безусловно, отражалось на успеваемости, вредило здоровью молодых людей и особенно тогда, когда они не на шутку запостились. В итоге приятель Образцова надолго заболел и не смог закончить семинарский курс. Константин оказался выносливей и наконец, понял всю пагубность такого увлечения. Помогло и то, что к этому времени его отец поместил в семинарское общежитие, требования которого заставили молодого Образцова войти в известную норму жизни. Там в общежитии, у Кости вновь ожила муза; он опять окружил себя книгами разных поэтов и подолгу засиживался с ними. Писал дневник, и даже рассказы. За год перед окончанием семинарского курса у Образцова умер отец и он стал круглым сиротой. В 1900 г. Константин окончил курс духовной семинарии по первому разряду, студентом. Семинарское начальство направляло его в Петроградскую Духовную Академию, как лучшего воспитанника; но тогда у семинарской молодежи, было крайнее увлечение университетом. Потянуло туда и Образцова, несмотря на полное отсутствие материальных средств. Его пытался предостеречь от этого шага ректор семинарии (о. Стефан Архангельский, впоследствии архиепископ Могилевский), но, столкнувшись с твердостью будущего поэта, сам помог ему добраться до университета. В том же 1900 г. Образцов по предварительному экзамену поступает в Юрьевский университет на юридический факультет.

Новые условия жизни, свободной и кипучей, как сама юность, студенческие кружки, лекции, новые веяния, все это увлекало молодую душу. Посещая лекции не только своего, но и других факультетов, он нашел для себя более близким историко-филологический факультет, на который спустя семестр и перевелся. Но учиться без всякой материальной поддержки в Юрьеве было действительно трудно, а рассчитывать на кондиции не представлялось возможным. И Образцов, летом отправлялся в Тифлис, на подработки уроками и службой на железной дороге. В 1902 г. в одну из таких поездок он женился на девице С. П. Б-овой, сестре своего товарища (И. Б-ва), о котором шла речь выше. Таким образом, их давнишняя дружба завершилась родством. Женитьба дала Константину, как бы «второе зрение», укрепила в нем нравственную основу и освободила от гнетущего чувства одиночества. Тогда же в нем окончательно утвердилось желание посвятить себя служению церкви. Супруга поддержала этот его порыв и Константин уволился из университета. 13 июня 1904 г. Образцов принял духовный сан с назначением на штатное место священника при карском епархиальном соборе. Там же позже увлеченно стал исполнять обязанности карского окружного миссионера и эта проповедническая деятельность заставляла его еще больше работать над собой. В 1908 г. о. Константин был переведен на должность миссионерского проповедника по Борчалинскому уезду Тифлиской губернии (уроч. Джелал-Оглы). В том же году, его назначают во Владикавказскую епархию на должность помощника епархиального миссионера - проповедника. В качестве депутата от епархии начальство командирует его на киевский всероссийский миссионерский съезд. В Терской обл. Образцов написал многие из своих замечательных произведений. Но слабое здоровье не позволило ему долго нести миссионерские обязанности. Спустя год, по прошению, он занял приходское место настоятеля в казачьей станице Слепцовской. Следующий 1910 - оказался для супругов Образцовых годом тяжкого потрясения: они одновременно потеряли двух своих детей.

Смерть малюток и особенно сына - первенца, необычайно даровитого и прекрасного мальчика - Коли, осиротила их и выбила из жизненной колеи, и только одна милость Божия спасла нас тогда от окончательной гибели, - писал в последствие священник. В память о сыне была написана большая поэма «Над родной могилой», в которой отец дал простор своим слезам и своей примиряющей вере в Промысел Божий. То был поэтический сорокоуст по сыну, по частям напечатанный в журналах «Русский Паломник», «Кормчий», «Искры жизни», «Владикавказские епархиальные ведомости». В 1912 г. после кратковременного пребывания в ст-це Новопавловской, священник Образцов перешел в военное ведомство, получив назначение в 1-й Кавказский полк ККВ. За все годы после женитьбы, а также уже находясь на службе, о. Константин не прерывал своей литературной работы. Сотрудничал со многими журналами и газетами, преимущественно духовными: «Русский Паломник», «Странник», «Кормчий», «Утешение и наставление в православной вере христианской», «Почаевский Листок», «Божия Нива», «Воскресный Благовест», «Искры жизни», «Мирный труд», «Епархиальные ведомости», «Вестник военного и морского духовенства». Из написанных за этот период стихотворений составился довольно большой сборник под общим заглавием – «Благовест Сердца», в котором все стихотворения распределены в трех книгах и сгруппированы в особые отделы, связанные одной общей идеей. В 1914 г. сборник был почти готов к печати, и только начавшаяся Первая мировая война помешала поэту начать его издание. Ночью 18 (29) октября два турецких миноносца ворвались в Одесскую гавань, обстреляли порт и город, торпедировали канонерскую лодку «Донец» и безнаказанно ушли в море. На рассвете крейсер «Гебен» в сопровождении двух миноносцев подошел к Севастополю и открыл огонь залпами артиллерии крупного и среднего калибра. С расстояния 12 тыс. м, следуя зигзагообразным курсом «Гебен» выпустил по порту, арсеналу и городу 47 снарядов 280-мм и 12 снарядов 150-мм.

Продолжение следует в части  2                http://proza.ru/2020/06/22/843


Рецензии