У гор звучные имена 2

              2.По дороге к лагерю 

 Когда мы затягивали обвязку груза у первого ослика, не стали сильно горячиться и сделали так, что ему была возможность свободно дышать при движении по горной тропе. Добрые мы были парни, однако. Когда закончили навьючивать второго ослика, вернулись проверить первого – и сильно удивились. Ящики с тушёнкой висели у него под животом. При этом живот у него весьма похудел. До нас дошло, что ослик схитрил. Не горя желанием тащиться по кручам с тяжёлой поклажей, он натужился и раздул свой живот в тот момент, когда мы его навьючивали. А когда мы занимались его напарником, выдохнул – и наша поклажа оказалась у него под животом.
   Возможно, он ожидал, что мы прогоним его и напарника, который повторил тот же трюк. Видимо, это была их давняя заготовка, рассчитанная на добрых людей. Однако они не учли альпинистскую твёрдость в достижении целей - за что и поплатились. Мы снова затянули обвязку грузов, но уже так, что обозначилась ослиная талия. Мальчишка, их хозяин, забеспокоился, но мы довели дело до конца, надёжно закрепив поклажу. Единственное послабление, которое я сделал – переложил мешок с свежей капустой весом килограмм семь со спины ослов себе сверху рюкзака. Моя поклажа теперь весила без малого - сорок килограммов.
   Поскольку я был, без ложной скромности, в хорошей физической форме, а хитрость у меня, в отличие от ишаков, практически отсутствовала, меня в  тот момент не смущал дополнительный груз. Дорога до базового лагеря составляла километров 18 – 20 с перепадом высоты метров 300 - 400. Надо признать – пройти до лагеря было не просто. На самом деле, реальность оказалась ещё сложнее. Мысленно я уже  называл себя «почётным непальским шерпом», хотя в голове вертелось и другое – «куликолонский осёл», что было ближе к истине.
   Солнце уже повисло в зените и стало изрядно припекать, когда мы  управились с нашими ослами. Основная часть наших грузов была уже отправлена в лагерь, осталось ещё немного. Погонщики из местных селян  задерживались, что было неудивительно. Мы втроём – я, Виктор и ещё один наш соратник – отправились сопровождать нашу парочку осликов – хитрецов. Ещё трое наших парней оставались и должны были доставить оставшееся снаряжение и продукты. 
   Ослики, ведомые их хозяином мальчишкой, без особого энтузиазма побрели вверх по ущелью с правой по ходу стороны горной реки. Мы, быстро закончив сборы, взвалив за плечи рюкзаки, тронулись вслед за нашим небольшим караваном.
   Дорога сначала была пологой, но через километр стала постепенно подниматься вверх. А ещё через пару километров дорога сузилась и стала очень крутой. Справа вплотную к тропе поднимались скалы, а слева был крутой обрыв, где внизу среди валунов стремительно мчалась река с пенными бурунами.
   Первый ослик, ведомый за уздечку погонщиком, бодро преодолел опасное место, лишь изредка цепляя ящиком за скалу. Выйдя на площадку после подъёма, они остановились. Мальчишка спустился и взял под уздцы второго ослика, но тот встал твёрдо без всякого желания двигаться по крутой тропе. Тогда Виктор вместе с погонщиком стали тащить осла за уздечку, а мы вдвоём толкали его сзади, предварительно оставив рюкзаки в начале подъёма. С большим трудом мы дотащили его до середины подъёма, но здесь он окончательно ослаб, испустив весь дух, накопленный в результате углеводного брожения. После этого он повис у нас на руках вместе с грузом. Ничего не оставалось другого, как из последних сил занести его на площадку, где с любопытством наблюдал за происходящим другой ослик. Видимо, при этом он перенимал опыт своего товарища для будущих путешествий. Тут мы поняли, что на этот подъём у нас ушли все силы. Однако надо было вернуться вниз за рюкзаками и подняться снова на площадку.
    Нашему удивлению не было предела, когда мы увидели - наш, только что погибавший ослик, вдруг воспрянул и стремительно удалялся со своим напарником и погонщиком, и скоро они скрылись за поворотом. Мы были поражены хитростью и коварством осла, и от усталости долго не могли вымолвить ни слова, а только по очереди отпивали воду из фляги. 
   Через полчаса, попив чаю и перекусив, мы несколько пришли в себя и начали собираться снова в дорогу. Однако меня смущал странный запах из моего рюкзака. Когда его открыл, стала понятна причина – молодая капуста, которую я положил себе в рюкзак в черном полиэтиленовом мешке, спасая осликов, на солнцепёке сильно огорчилась, забродила и стала источать тот самый удручающий запах. Запаковав мешок обратно, мы тронулись в путь.
   Дальнейшая дорога к базовому лагерю прошла обычно. Солнце садилось справа от тропы за гребень горы, и сумерки быстро сгущались. На обратном пути наши ослики не встретились или в темноте мы их просто не заметили, поэтому выразить им свои чувства у нас не получилось.
   В полной темноте мы добрели до места. Нас покормили наши заботливые девушки, которые уже успели приготовить замечательный ужин.
   А дальше нас ожидали насыщенные дни тренировочных восхождений, последующие выходы на вершины – время полетело с огромной скоростью, а затем по ряду обстоятельств мы с Виктором вынуждены были вернуться домой раньше срока.
   Позже иногда мне казалось, что Дарвин не совсем был прав. Учитывая нашу неожиданную встречу с мудрыми и хитрыми осликами, смею предположить, что немалая часть людей могли иметь своими предками не шустрых обезьян, а этих длинноухих копытных существ – уж больно часто в людском сообществе встречается подобное поведение, когда упрямство, лень и хитрость сочетаются весьма гармонично.    


Рецензии