Песня рассвета - 47

Глядя вслед удаляющемуся с гостями купцу Морозову, Анналис резко выбежала из-за беседки и помчалась к воротам. Стоящая у беседки семья Морозова взволнованно оглядывалась на неё, не понимая происходящего...
– Остановить её! – крикнул садовнику и побежал следом за Анналис старший сын купца: молодой, высокий блондин с короткими, но густыми волнистыми волосами.
Садовник отреагировал на его крик, внезапно выставив перед пробегающей грабли. Анналис неизбежно споткнулась о них и пала на землю. Подняться садовник ей уже не позволил. Он удерживал в сильных руках, как бы она ни пыталась вырваться...
– Отпусти, идиот! Проклятье! – кричала Анналис уже сквозь слёзы.
Взглянув на приближающихся, она испуганно поднимала взгляд от их обуви к лицам и узнавала Никиту, Андрея и... Алексея, взгляд которого пронзал насквозь... Словно разрезая ножом сердце, разрывалась душа Анналис и от страха, и от боли за судьбу, винить в беде которой уже не знала кого...
– Думаю, что,... – взглянув на застывших позади родных и на стоящего подле сына, Морозов замолчал.
– Мы забираем её немедленно, – сразу сказал Никита.
– Это чудесная идея, – кивнул на ворота Алексей, куда все обратили взгляды.
Там, не въезжая на территорию усадьбы, стояла кибитка, а рядом с нею – пожилая цыганка.
– Они с нами, – улыбнулся Алексей, и купец Морозов вздохнул:
– Да, сия госпожа мне знакома. Что ж, простите, если что, – выполнил он поклон.
– И вы простите, благодарим за помощь, – кивнул Алексей...
На этом он с друзьями поспешил откланяться. Никита с Андреем подхватили Анналис за предплечья и повели к воротам. Вырываться она уже не стала, опустив голову и зажмурив глаза.
Строго взирая на неё, цыганка с усмешкой кивала. Она ничего не сказала. Только указала рукой на свою закрытую повозку, куда Анналис и усадили. Баро помог связать пленнице руки и ноги верёвкой и сел за извозчика...
– Что ж, теперь в путь к Петербургу? – вопросила цыганка, глядя то на Алексея, то на его друзей.
– Разумнее будет допросить, а там решать, куда и как? – предложил Островский, с чем все согласились, уже и сами думая именно так. – Только, как вернёмся, я буду вынужден сразу покинуть вас, друзья, но надеюсь, вы всё расскажете при встрече, а я помогу с объяснениями с Полевым.

– Договорились, – пожали друзья ему руку и обменялись взглядами, полными верою на успех в задуманном...
Анналис же ни слова не сказала, что бы ни спрашивали, выдав лишь:
– Ничего не знаю!
Не добившись пока результатов, её везли в повозке под присмотром. Алексей с друзьями ехали верхом подле. Он видел, что Анналис не поднимает взгляда, будто находится в мыслях своих, далёких. Может быть, и полна она была раскаяния, но ничего не говорила в оправдание, чего Алексей хотел бы услышать... Только терпение помогало ждать того времени, когда прибудут к месту...
По пути друзья с цыганами договорились отправиться сразу в табор, где бы и устроили допрос Анналис. Табор тем временем уже вернулся в деревню. Всё шло вновь своим чередом, но в те дни в табор стали наведываться и две молодые дамы: то одна, то другая, а то и вместе.
Только когда Алексей со всеми спутниками и повозкой, в которой так и сидела ни на что не реагирующая Анналис, приблизились к деревне, к ним стали подходить некоторые из цыган. Они говорили что-то на своём языке, и тётушка Маргариты, оставив в повозке Анналис, вышла...
Недолго она беседовала с ними, а узнав причину волнения, взглянула с улыбкой на Никиту и Андрея:

– Хорошо, что мы ехали быстро! Жёнушки-то ваши волнуются! Что ж вы, не предупредили разве, куда делись?
– Как это? – удивился Никита. – Предупреждали...
Ничего больше говорить никто не стал. С удивлением смотрел с друзьями Алексей, как из-за одной из палаток вышли несмело две молодые дамы.
В этот прохладный осенний день они выглядели уставшими, замёрзшими. Они кутались в шали и несмело смотрели в ответ. Супруги тут же увели их в разные стороны, беседовали о чём-то, что-то объясняя, обнимая, словно успокаивали...
– Ревнивые дамочки, – смеялась возле Алексея тётушка Маргариты.
– Вам смешно?! – возмутился он.
– Не серчай, князь, – взяла она его под руку и стала шептать, передавая нешуточное волнение и ему. – Разговорить пыталась я Анналис и раньше, да тогда спугнула. Будущее её видела. Сейчас самое время строже допросить...


Продолжение - http://www.proza.ru/2016/11/07/978