Лунная колыбель

Не слышно часов. Мерные звуки утонули в мыслях, перестав существовать. Стоит ли говорить, что жизнь потеряла смысл? Изначально лёгкая боль от предательства сменилась бушующим кровоточащим ураганом, мешающим существовать.

«Сделай вид, что не знаешь меня. Забудь, что я есть. Так будет лучше для всех», — слова пронеслись острым ножом по венам.

      Как забыть? Выкинуть полтора года общения? Выкинуть счастливые моменты? Чёрт...

      Девушка сидела на кровати, зарывшись в тёмные волосы. Старалась сдержаться. Ведь кричать от боли ночью плохо — картонные стены мимолетно разносят эхо по всему дому.

      А как тогда? Зарыться в подушку и, сжав зубы вплоть до сведения челюсти, неслышно плакать?

      Совсем ещё ребёнок. Семнадцать лет. Должна радоваться жизни: ходить на концерты, гулять с друзьями, поминутно выкладывать фотки в инстаграм... Нет. Она сидит и сдерживается. Старается не взвыть.

      Знаете почему на картинах часто изображают волка, стоящего на конце обрыва и завывающего на луну? Потому что он одинок. Потому что луна — единственная подруга. Она всегда поймет. Она не осудит. Лишь тихонько сверкнёт лучами в знак поддержки, пробежится светом по серебряной шерсти и застынет в глазах. И долго ещё немигающий волчий взгляд будет смотреть на небо, видя невидимые созвездия.

      Через несколько дней туда забредет вдова-волчица, потерявшая своего мужа на охоте. Казалось бы, случайность: пуля просквозила неудачно. А сколько боли... Утрата половинки. Волки, они ведь верные, преданные. Они никогда не бросят на попечение судьбы свою любовь. И, словно предчувствуя беду, волчица подойдет к бездыханному телу, ужаснется, увидев смерть в глазах, обнюхает, тронет лапой и, дождавшись темноты, заведет Колыбельную ночи, объявит траур. И все волки, будь то Северные или Южные, подхватят её. У человека, который услышит эту колыбельную, защемит в сердце, он остановится и будет долго ещё вслушиваться в отголоски голосов. Прокатится слеза. Потом другая, третья... И вдруг тоже захочется взвыть...

      Девушка встала с кровати, чуть качаясь, взяла скрипку, вышла из квартиры, неслышно заперев ту на ключ, и поднялась на крышу.

      Прохладный осенний ветер раздувал волосы, шевелил легкую ночнушку, перекатывая ткань по складкам. Край крыши. Внизу пропасть.

      Взяв смычок тонкими пальцами, она заиграла. Грустную, заунывную мелодию. Ноты плавно перекликались между собой, образуя переливающийся музыкальный купол. С земли, смотря на скрипачку, можно было отчетливо увидеть золотые волны, струящиеся по всему городу. Девушка выплескивала душу, играя мелодию.

      Взгляд остановился на луне. Одинокая подруга жизни приветливо смотрела на скрипачку. По щекам потекли слёзы. Вслип. Капля с тяжёлым звоном коснулась асфальта. Девушка закрыла глаза. Смычок с тихим стуком упал на пол.

      Вздох. И невидящий взгляд в темноту.