Она говорила и говорила...

Она говорила и говорила. И не могла остановиться. Этой женщине не хватало слушателя.
И тут появилась я. Наверное, я умею слушать, поэтому случайные люди охотно делятся своими радостями и горестями.
На вид ей было лет 60. Хотя не берусь утверждать точно. Одета она была ярко.
Но морщины, которые не спрячешь ни под грим, ни под одежду, выдавали ее возраст.
- Вы понимаете, - говорила она.
- Я не знаю, как быть. Сын жил со мной все время. Мы очень были дружны. И вдруг в один день он собрался и ушел к отцу. Не звонит. Я пыталась позвонить сама. Он не берет трубку. Не понимаю, что произошло. Вины за собой никакой не чувствую.
Я осторожно спросила:
- А Вы уверены, что ничем его не обидели? Может, ненароком?
- Да нет же, уверяю Вас. Он всегда был таким хорошим мальчиком. Скажите, у Вас есть дети?
- Да.
- А вы понимаете друг друга?
- Вполне.
- Он хотел привести в дом девочку. Чтобы она у нас осталась. Но я сказала, что это аморально. И он ушел на следующий день. Вы считаете, я была неправа?
 
Как я могла судить людей, которых совсем не знала?! Но в душе я понимала, что сын не должен был оставлять мать, а матери нужно было поближе узнать любимую девушку сына. И, может быть, они поняли бы друг друга. Я смотрела на убитую горем мать, непонимающую, что она могла сделать не так. 
Ведь  сын в одночасье отвернулся от нее.
А она продолжала говорить.
Она говорила и говорила. И  не могла остановиться. Я ей сочувствовала. Молча.
Помочь ей я ничем не могла.  Только слушать.
Остановку свою я, конечно, проехала.