Испытание мочалкой

  Алёна говорит: «Ты как всегда права!» Этими словами неизменно заканчиваются наши с ней каляки. «Каляки» это её слово.
 Обычно в пятницу, после работы, Алёна, моя ближайшая соседка по дому и далёкая школьная подруга, звонит и спрашивает, где в выходные мы сможем встретиться и покалякать про жизнь. Я, как человек многосемейный (моя семья, мамина, брата), не балую подружку положительными ответами, но примерно раз в месяц мы встречаемся в каком-нибудь кафе, где варят свежемолотый кофе и предлагают белый глинтвейн. Именно белый, потому что климат в нашем городе такой, что только глинтвейн из белого вина эффективно помогает от простудных заболеваний. Нам с подругой точно помогает.
 Итак, мы в кафе, пьём и калякаем. Алёна, романтично вздыхая и томно потягивая из трубочки глинтвейн, рассказывает очередную историю её знакомства с мужчиной. Надо сказать, что подруга моя – женщина молодая, работающая, в меру упитанная, а это значит, что, то место, где должна быть талия, у неё есть, но линия талии просматривается с трудом. С другой стороны, это ведь как посмотреть. А смотрят ещё как! Алёна очень симпатичная, обаятельная и добрая; одевается не всегда по моде, но стильно и про неё можно смело сказать: привлекательная женщина. Только вот на протяжении нескольких лет никак не удаётся ей привлечь внимание нужных мужчин. Она сама так говорит: «Мне нужен мужчина. Не мужчина мне не нужен».
 
 - Я познакомилась с ним через Маргариту, сваху, которую мне посоветовала наша бухгалтерша. Он позвонил, сказал, что Маргарита подобрала меня ему по картотеке, и предложил встретиться. По картотеке, представляешь? Да, так вот, она ему дала мой номер телефона. Договорились встретиться на следующий день, так что я к шести вечера подойду к цветочному ларьку со стороны моей станции метро. Я пришла вовремя. Ну, ты же знаешь меня, не могу опаздывать ни на какие мероприятия. Привычка – вторая натура. Так вот, стою на выходе на улицу и потихоньку просматриваю всех мужиков его возраста. Хотя, ты знаешь, так трудно определить иногда возраст человека! По телефону он сказал, что одет будет в серое пальто и без головного убора. В общем, он опоздал на десять минут. Ладно, думаю, джентльменское время ещё не вышло, так и быть – первый раз прощается. Ну, поздоровались, представились, улыбочки, смущение – всё, как положено. Он говорит, давайте, чтобы на ветру не стоять, пойдём в кафе, тут рядом есть приличное. Хорошо, отвечаю, согласна. Идём, разговариваем потихоньку, он – о себе на мои вопросы, я о себе – на его. До кафе дошли быстро, вещи - каждый свои - сложили на соседние стулья, сели, он спросил, что я хочу заказать, сошлись на кофе с пирожными. Сидим немножко напряжённо, потому что я чувствую, что он как-то не в своей тарелке. Думаю, может, не понравилась я с первого взгляда, а сказать не может, тактичный, наверное. А вдруг, наоборот, так понравилась, что обомлел, и сразу нет слов. А чего ты улыбаешься? Что, не бывает такого?
 - Алён, я не улыбаюсь, я умиляюсь. Ну, у меня такого не было, может, я себя представила на твоём месте. А что такого?
 - Да ничего, просто… Короче, слушай. Принесли наш заказ, сидим дальше. Я уж не помню, что спросила, а он вдруг, не ответив, меня спрашивает, да так серьёзно, прямо как на собеседовании: а вас ничего не смущает? Я говорю, нет, а что меня должно смутить, и смотрю на него в упор. Он так взгляд сразу в сторону: ну, говорит, вот когда мы с вами встретились на выходе, вас ничего не шокировало? О господи, думаю, меня ничто не шокировало, но вдруг я чего-то не заметила, вдруг он с протезом где-нибудь, или слуховой аппарат выпал, или кольцо обручальное на левой руке. Короче, за минуту я всё перебрала в памяти, результат – ноль. Я не очень наблюдательная, говорю ему, извините, если не заметила того, что вы бы хотели, чтобы я заметила, и улыбнулась, знаешь, такой идиотской улыбочкой. Вообще-то он стал меня чуть раздражать. Странно, говорит, что вы не увидели у меня под мышкой мочалку, все женщины сразу её замечают и тут же задают разные глупые вопросы. Я, знаете ли, всегда беру на встречи эту мочалку и проверяю, как женщина будет реагировать.
 - Он, что, вот так прямо тебе это и говорил?! – Я от услышанного даже Алёнину чашку машинально взяла. – Он вообще здоров? Или сразу не видно было?
 - Погоди тарахтеть, - Алёна отняла чашку, глотнула и продолжила. – Самое уморительное было то, что, когда я последний раз была в бане, я оставила там свою мочалку, забыла просто. Но не очень и жалко, потому что она уже драная вся, старая и я всё равно собиралась покупать новую. Знаешь, люблю мочалки из неокрашенной люффы, они натуральные и очень мне нравятся. Да, так вот, за неделю до свидания с этим испытателем я на рынке купила мочалку, забыла её выложить дома и все дни таскала в сумке на работу. Бывает же, да? Сумка большая, мочалка маленькая, в общем, она мне не мешала. Значит, слушай дальше. Я посмотрела на стул, где лежало его пальто, и да, представь себе, увидела, что сверху – теперь-то я уж точно думаю, что специально, лежала ни во что не запакованная мочалка из, понимаешь ли, люффы, замечательного растения семейства тыквенных. Ну? И?
 - Что? – По-моему, тоже с идиотской улыбочкой спросила я.
 - А как ты думаешь?
 - Ну, может, ты сказала, чуть переделав фразу из «Девчат»: что я, трактор, чтобы меня испытывать? Встала затем и с гордо поднятой головой, не забыв сумку с мочалкой, удалилась.
 - Нет, всё было не так! – Алёна указательным пальцем ткнула в свою сумку и многозначительно посмотрела на меня. – Я демонстративно медленно вытащила мою мочалку, положила её на стол рядом с собой и сказала, что даже если бы я сразу заметила у вас под мышкой мочалку, то совершенно не придала бы этой вещи никакого значения, мало ли, почему она у вас, вот у меня, например, она потому, что купила, но забыла выложить её из сумки и таскаю всю неделю с собой. Мне показалось, он смутился немного, заёрзал на стуле, говорит, мол, извините, я просто так проверяю женщин… Тут я психанула, не дослушала и ляпнула: на что проверяете-то - на вензаболевания или на психболезни? Знаешь, что он ответил? Вы, говорит, мне подходите, вы не замечаете мелочей. Мама миа! А я-то думала, мелочность выражается в другом!
 - Да, нечего сказать. А ты, ты что сказала на это?
 - Сказала, что мне пора домой и что моя жизнь вся состоит из мелочей.
 Тут у нас возникла пауза, в течение которой были слышны Алёнины вздохи, мои покачивания головой, как назло грустная песня из динамиков «Мы разошлись, как в море корабли…», и кофе с глинтвейном закончились одновременно.
 - Ну, всё так всё, - я прервала паузу весьма значимыми словами. – Значит … - Но я не договорила, потому что Алёна жестом подозвала официанта, заказала нам ещё по чашке кофе и сказала:
 - Значит, жизнь так распорядилась.
 - Знаешь, в чём разница между нами? Ты как говоришь? Как жизнь распорядилась, да? А я так: как я жизнью распорядилась и продолжаю распоряжаться. Ведь не я жизни дана, а жизнь мне дана, подарена моими родителями. И не жизнь меня строит, а я её. Причём хочу тебе сказать, что я не беру во внимание такие случаи, которые многие называют вмешательством судьбы, ну, типа, кирпич на голову нежданно-негаданно, киллер из-за угла или очередной Титаник. Нет, я всё понимаю, но не черню себе жизнь этими сюжетами. Я делаю свою жизнь сама и распоряжаюсь ею сама. Да ты подумай, ты ведь тоже сама так распорядилась: поняла, что человек не для тебя и ушла. Он был в твоей жизни час или два, и не жизнь распорядилась, что вы разошлись, это было твоё распоряжение,  и ты сделала всё правильно. А кстати, мочалку-то выложила из сумки?
 - Ага, и даже уже опробовала, в баню с сестрой ходили.
 - Отлично. Ничто так не возрождает к жизни, как баня, и ничто так не приводит в форму, как веник в парной.
 - Ты как всегда права! – Алёнины глаза повеселели, и минорный лад сменился на мажорный.