Книга 2. Легенда о падающей Бальтире. Гл. 3 - 4

Глава 3. Генеалогическое древо. 


     Дом Согласия - стометровая белоснежная сфера - возвышался на берегу океана в том месте, куда опустился космический корабль - золотой шар, из которого на Сорэму вышли мужчина, женщина и ребёнок. Грандиозное здание было построено как память об этом событии, а позже оно стало символом новой Истории Сорэмы - Эпохи Согласия, у истоков которой стоял основатель династии Шер, Шер Грэм-Великий. Тот самый, кто триста с лишним лет назад заявил, что если мировая война всё-таки случится, она станет последней для всех враждовавших между собой сторон.

     У Великого Грэма было два сына - Грэм и Сабори, о чём в книге регистрации новорождённых была сделана соответствующая запись.
     Наличие родословного дерева предполагается у каждой семьи. Но лишь генеалогическое древо династии Шер, укреплённое на белой мраморной глыбе в Доме Согласия, имело значение для всех жителей планеты.
     Каменное растение, выточенное из чёрного гранита с листьями из малахита, зелёного камня с красивым рисунком, не выглядело ветвистым. Ветвь первого Сабори "пресеклась" в прошлом столетии. Тогда как родовая ветвь Грэма-первого, вся в листьях по числу рождённых в роде сыновей, протянулась аж до Грэма-десятого. Того самого, кто продолжал сидеть на террасе своей загородной виллы "Лазурный берег" и с задумчивым видом вспоминал своих предков и то далёкое время, когда на Сорэму опустился космический корабль. "Крэйндар жил среди нас. Его присутствие отразилось на нашей культуре. Наш звёздный друг открыл нам дорогу в космос, и он же был тесно связан с академиком Шер Сабори, последним из рода Сабори".

     Отказавшись от чашечки ароматного кофе, которую принесла ему внимательная горничная, Грэм пересел на парапет и свесил ноги. Головокружительный обрыв мужчину не смущал. Лазурное море настраивало на размышления.

     Академик Сабори скончался в преклонном возрасте, не оставив потомства. Видимо, у него были свои соображения на этот счёт. Необычная для непосвященных судьба. Возможно, роковой жребий... С Крэйндаром его связывало не только желание звёздного гостя поделиться знаниями своей продвинутой Цивилизации, а ещё возникшая между ними настоящая мужская дружба, казалось бы невозможная между разумными существами из разных Галактик. Сабори стал проводником его мыслей, реализатором его идей, которые вдохновили жителей планеты на созидание. Особенно активно проявило себя молодое поколение, включившееся в процесс обновления жёстко и рьяно.
     Когда Крэйндар покинул Сорэму, культурные ценности молодого поколения разительно отличались от тех, что были до визита Пришельцев. Дети и родители воспринимали друг друга как представителей совершенно чужой культуры, взглядов и мировоззрения. Произошёл чуть ли не полный разрыв поколений. Лишь благодаря личному мужеству и самоотверженности академика Сабори, "новые" сорэмяне переориентировали своё сознание с борьбы на единение и при этом нашли свой личный, оптимальный жизненный путь.
     Изменения в жизни планеты были столь существенны, что после кончины академика на всемирном форуме было принято решение изменить летоисчисление и провозгласить начало новой эпохи - Эпохи Согласия, увековечив таким образом имя Академика навсегда.

     На родовом дереве династии Шер в парадном зале Дома Согласия последний Шер Сабори был отмечен рубиновым сердцем. Каждый час оно ярко вспыхивало, освещая внутреннее пространство огромного зала алыми бликами. Усечённая ветвь рода Сабори обрела законченный вид. Невольный разрыв поколений преобразовался в единение Народа.

     - Что ж, весьма романтично. - Подумал Грэй-десятый, возвращаясь в кресло. - Последний из рода Сабори умер, а его рубиновое сердце продолжает освещать путь впереди идущим.

     На столе его ожидала очередная порция горячего кофе. Грэм улыбнулся. Он - живой символ новой эпохи! Единственный продолжатель рода Великого Грэма отлично сознавал свою ответственность перед династией и знал, чего ждал от него Народ - наследника!


     Глава 4. Сакральное число.


     Столетие Новой эры! Сорэма находилась в преддверии грандиозного праздника. Значимое для
эльцэтриан событие, к радости всех жителей планеты, продлится неделю. При этом, в кулуарах, важный чиновник с улыбкой намекнул Грэму, если в его семье в эти дни случится пополнение, народное гуляние затянется ещё на неделю.
     Растроганный Грэм в шутку предупредил, что тогда в его семье веселье продлится не неделю, а месяц. На собственной вилле или на двугорбом острове, если удастся забронировать его на весь месяц. Грэм хотел провести эти дни только с близкими.

     Между тем Время двигалось к обеду. Сорокапятилетний академик Грэм-десятый ждал Рэдгарда - Пресс-секретаря Верховного Совета, курировавшего предстоящее важное мероприятие на самом высоком уровне. Рэдгард был его близким приятелем. Поболтает с ним о личном.

     Рэдгард, как и ожидалось, задерживался. Шер Грэм, как обычно, ничего против не имел. Есть время размяться.
     Вскочив, Грэм-десятый допрыгал до дальней стороны террасы и, сменив ногу, допрыгал до кресла, чтобы вновь удобно в нём расположиться. Всё под добродушную улыбку Намуса - старого слуги и "верной няньки". Уточнив, ждать важного приятеля к обеду, или накрывать на стол без него, старик с достоинством удалился.

     Определённо Грэма-десятого потянуло на воспоминания.

     Народ ждал наследника? Можно подумать, что он, тогда ещё студент, был против. Дело-то несложное и приятное,  особенно, когда занимаешься им вместе с обворожительной соучастницей этого священнодействия.  Других он в упор не замечал. Ещё здравствующий тогда Грэм-девятый и его супруга Креси были бы рады понянчить внука. Но...было обстоятельство, которое вслух особенно не обсуждали, хотя все знали, что такое возможно, и впредь может продолжаться.

     Генеалогическое ведомство, ведущее летопись династии Шер, отметило закономерность, известную теперь всем. Великий Грэм и все последующие Грэмы становились отцами своего единственного ребёнка мужского пола в возрасте 45-ти лет. Причём матери младенцев были моложе своих мужей на двадцать лет, и все дети отличались красотой и смекалкой. Что касается Грэма-десятого, он был не просто гением, а ещё и символической фигурой, избранность которой не подвергалась сомнению.

     Помозговав и посудачив между собою, служащие упомянутого ведомства сошлись на том, что в этом постоянстве скрыт сокровенный смысл и число 45 играет в судьбе фамилии Шер особенную роль, свято хранимую от посторонних. С подачи дотошных чинуш, эта мысль приобрела фундаментальную значимость. Число 45 в семье Шер считалось сакральным.

     В студенческие годы Грэм-десятый не вчитывался в страницы богато оформленной книги генеалогического древа своего рода. Сакральное число могло рассмешить его, не более. Он мило менял влюблявшихся в него подружек, обещая каждой, что если та вдруг сделает его отцом раньше назначенного судьбой срока - он будет счастлив. Однако при всём желании его осчастливить и стать законной мамашей будущего наследника династии, все соискательницы терпели неудачу. Грэм добродушно посмеивался, пока на его горизонте не появилась Либель - невообразимо интригующее, загадочное создание. Грэм был сражён. Расплывчатое желание стать отцом несколько раньше оформилось в конкретную цель: никогда с этой девушкой не расставаться. Грэм хотел только одного - удержать её рядом с собой, несмотря на то, что это будет трудновато.

     Грэм учился на втором курсе престижного ВУЗа. Впервые он столкнулся с Либель в студенческой столовке и даже пропустил очередь на раздаче. Она здесь впервые. Такую нельзя ни заметить, ни забыть и, тем более, упустить. Грэм попытался узнать про неё всё, не отходя от кассы. Сосед по столику уже успел это выяснить. Приезжая, из какого-то маленького городка. Аспирантка кафедры теоретической физики, первый год обучения. Живёт в общежитии с подругой. "Мы для неё недоумки и козлы". "Ну, это как сказать" - подумал Грэм. Ему было семнадцать, Либель - двадцать два. Вряд ли девушка обратила внимание на второкурсника. Или всё-таки обратила?
     По девушке сохла вся институтская мужская "поросль", считавшая себя достойной её внимания. Хотя на её благосклонность мог рассчитывать разве что Крон, уже остепенённый. Важный и в очках. Его студенческая кличка "профессор" со временем станет его официальной должностью. Крон был старше Либель на 5 лет. Достаточно привлекательный юноша, который, тем не менее, с Грэмом-десятым и близко не стоял...

     Через год Либель и Грэм снова столкнулись вплотную. И где? У своего научного руководителя! Показав прекрасные знания по всем предметам, Грэм без лишней волокиты пристроился на кафедре теоретической физики аспирантом. Не без содействия своего отца Грэма-девятого, известного учёного и политика из династии Шер. Хотя, если ума нет, никакая протекция не поможет. Правда, чего другого, а вот ума у Грэма-десятого было предостаточно. Защитились Либель и Грэм одновременно на одном диссертационном заседании совета.
     В возрасте тридцати лет Грэм станет академиком, в свои сорок Либель получит звание доктора наук.


     Грэму было девятнадцать, Либель двадцать четыре. В студенческом общежитии всем миром отметили их успешную защиту. На вечеринке присутствовал Крон, ещё не потерявший надежду завоевать Либель. И тут разгорелись великие страсти. До сакральных сорока пяти было слишком далековато - единственный наследник великой династии не хотел ждать.



     - Скажешь, нет - прыгну!

     Оба стояли на высоком берегу. Далеко внизу шумело Лазурное море.

     - Не прыгнешь.

     - Конечно, нет. - Развернувшись, Грэм бережно, но решительно опустил Либель на зелёную траву, оказавшись сверху. Большой и сильный. - Ловко у нас получилось. Ты не пострадала?

     Его голос заметно дрожал. Сильная рука нетерпеливо заскользила вниз, спуская шёлковую юбку. Не дав ей опомниться, он впился губами в её губы, чувствуя, как тело Либель потянулось ему навстречу. Отвечая на зов женской плоти и не скрывая страсти, он стал раздевать её, одновременно стаскивая с себя рубашку, как вдруг словно ледяная волна проскользнула между их разгорячёнными телами.
     Грэм сразу же пришёл в себя, ибо его чувства всегда контролировал разум. Отстранившись от Либель, он привёл в порядок одежду, пригладил растрепавшиеся волосы.
    
     - Ты подзабыл, что ребёнок, рождённый вне брака, принадлежит Народу. - Либель тоже села. Одёрнула юбку, разгладила блузку, поправила причёску.
     - Кто тебе сказал, что мой ребёнок будет расти сиротой?

     - Кто тебе сказал, что я хочу быть твоей то ли женой, то ли любовницей, не зная, чем обернётся ожидание?

     - А кто тебе сказал, что я не воспользуюсь своей силой?

     - И будешь насильником?

     - Но ты же не сдашь меня, Либель. Ты же любишь меня. Я чувствую, как рвётся ко мне твоё тело.

     - Это всего лишь плоть, Грэм, а не мой разум.  Это её естественная потребность плодиться и размножаться.

     - Так займёмся делом! Не будем спорить с природой. - Грэм снова вернул её на зелёную траву и проскользнул под блузку, чтобы стиснуть трепетную грудь. Либель не сопротивлялась. Закрыв глаза, она дала ему понять, что ей приятна эта жёсткая ласка. Однако разум выдавил из её красивого рта такие слова:
     - Милый, Грэм, делом ты займёшься через двадцать пять лет. Это надёжно, это проверено и записано в вашей родовой летописи.

     - У тебя не возникает желания опровергнуть эту старую сказку о сакральном числе рода Шер?

     - Мне не хочется идти вопреки судьбе. Она не за нас, Грэм. Тебе нужен сын, наследник династии, которого ждёт Народ. А мне дочь. И не через двадцать пять лет, а сейчас.
   
     - Ты всё просчитала.

     - Да.


     - Уходи, Либель. Я не владею собой. Нет стой! Я всегда отвечаю за себя и готов отвечать за мир, который доверится мне. Знаешь, Либель, ты словно пришла к нам из прошлой жизни, чтобы доделать какие-то незавершённые там дела. Ладно, уходи. Ты нужна Крону.

     Сердечные муки Грэм пережил спокойно и мужественно, но на их свадьбу не поехал. Его свадебный подарок молодожёнам доставила сервисная служба компании "Свадьба", известная своим качественным и профессиональным обслуживанием клиентов.
 
     Либель родила дочь. Девочка появилась на свет в тот же день, когда ушёл из жизни академик Сабори. Только семьдесят пять лет спустя. Совпадение? Или Либель это тоже просчитала?


***

     Грэму было двадцать, Либель - двадцать пять, Она не стала матерью наследника великой династии. Она будет его бабушкой и любовницей его отца.