И чего её за границу понесло?

 
  Написала я о двух наших пенсионерках, вынужденных всё ещё работать, потому что одна из них помогает сыну с ипотекой рассчитываться, а другая собирает деньги на ремонт старого дома.
 Написала. Разместила на под заголовком "Где она, справедливость-то ?" 
(http://www.proza.ru/2016/11/09/324)  Получила такую рецензию.

  "А разве земельный участок бесплатный? Не надо было бы старой матери надрываться и дом модернизировать. Если найдутся покупатели молодые, так они
старый дом снесут, а новый построят.Поехали бы вы лучше в санаторий на Черное море. Хотя...поскольку вы, пенсионерки, продолжаете работать, то здоровье у вас должно быть железное, а работа легкая. Другие вот уже в инвалидной коляске сидят".

 Я ей объясняю, что работа в школе вряд ли сохранила здоровье моим бабулькам, а поездка к Чёрному морю дороже ремонта дома, и получила ответ:

"Всё перепутано! Если работа тяжела, как можно пенсионерке работать? А если дом отремонтировать - это легче, "раз плюнуть", так о чем вообще речь? Другие уже и ходить не могут после 45 лет стажа. У вас нагрузка в России 18 ч. в неделю, а в ГДР была - 28! Целый день на ногах. А потом ещё внеклассная работа. О тетрадях вообще не говорю. Ночью спать ляжешь- уснуть не можешь. А утром - беги по гололёду за троллейбусом. И снег, и ветер, и держи дисциплину 6 уроков, а в то же время - учи!"

*****
 Раскидываю мозгами и начинаю понимать:  заграничные россияне лучше меня знают, как живёт покинутая ими страна, в частности - учителя сельской глубинки.
 
 Та женщина, вероятно, коллега героинь моей миниатюры, коль так  хорошо знает о работе учителей, причём, как российских, так и немецких. Стало ясно, что учителям в Германии живётся во сто крат труднее: недельная нагрузка - 28 часов, каждое утро - спринтерский бег по гололёду за троллейбусом, а там ещё по шесть уроков. Но более всего меня поразило то, что в немецкой школе, оказывается, нужно не только следить за дисциплиной, но ещё и давать знания детям! 
 Какой ужас!
 Как это мои Вера Николаевна с Надеждой Степановной, проработавшие сельскими учительницами по сорок лет, о том не знали? Ай-ай-ай!Надо просветить старушек.

  Но старушки всё это и без меня знали. Точнее, не всё - про ежеутренний спринт за уходящим троллейбусом им было неведомо. Они в школу пешком ходят. Вот уже сорок лет. По сибирскому морозу, в снег, в метель, в дождь, в гололёд - всё пешком. Троллейбусов в их селе нет.
  Нагрузка, правда, поменьше будет, чем у немцев. Всего 18 часов. Так разве они на одну ставку работали? Нет, если на одну, то на какие шиши детей поднимать? Самое малое, на полторы с хвостиком. Так же, как и в Гемании получается.

   Вели ли они внеклассную работу? А как же! Ещё и общественной было выше крыши. Это теперь они, можно сказать, отдыхать стали, когда на 18 часов перешли.   Как на пенсию вышли, так и отдыхают. Пять лет почти. Тетради мои пенсионерки  тоже проверяют. По ночам. Очки напялят - и вперёд!

 Зачитала я им то место из рецензии, где её русско-немецкая коллега советует Вере Николаевне не ремонтом дома заниматься, а отдохнуть на Черном море.
- Чёрное море - это, конечно, хорошо, - ответила мне Вера Николаевна. - Только знает ли та  русская немка, во что обойдётся моё путешествие из Сибири на это "Самое синее в мире  Чёрное море..."?
 
 Когда я уже уходила, эти далеко не молодые и отнюдь не пышущие здоровьем женщины попросили передать зарубежной коллеге, что если их  жизнь  ей кажется маслом, пусть переезжает в российскую глубинку. Они  не только тем маслом с ней охотно поделятся, но и своим "железным" здоровьем.
 А, вообще-то, чего её из российского благополучия за границу-то понесло?