26. О понимании мира

26.

ШКОЛА ДАОСОВ

О ПОНИМАНИИ МИРА

- Учитель, - спросил я однажды, - скажите, а почему вы считаете, что даосизм – это самое правильное учение в мире? Ведь в мире имеются сотни учений, и все их учителя утверждают, что их учения и религии самые правильные и самые совершенные, а другие учения, якобы, порождают только заблуждения.

- Все учения в мире интересны, -  заметил Учитель, - но изучение Дао – это изучение природы и перемен, происходящих в ней. Я не хочу говорить, что все учения ложные. И в них, конечно же, есть истины, но они изучают человеческое, а мы, даосы, изучаем природное. Некоторые учёные устанавливают законы, предписания и рамки погружения в Истину, у нас же существует единственный закон, это – познание самого Дао. Мы познаём мир, и это – все наши знания. По словам Чжуанцзы: «Конфуций утверждал, что даосы странствуют за пределами человеческого». Сам же Кун-цзы странствовал в человеческом.  Чжуанцзы говорил о людях идеального общества так: «То, что они любили было Одно; то, что они не любили, было Одно. В своём одном они были Одни; в отсутствии одного они были Одним». Он также говорил о природной пище бессмертных: «Они вдыхают ветер, пьют росу, а зерном не питаются». «Даосы странствуют в едином эфире "Ци" неба и земли. Дао не может им повредить, человеческое не наносит урона, бедствие не затронет башню их разума; они не строят планов – им не нужны знания, не торгуют – им не нужен товар. Вместо всего этого мудреца природа кормит естественной пищей. Поскольку пищу он получает от природы, зачем ему людское»? «Мудрец видит все связи между собой и другими в единстве, сам не ведая, почему таков его характер».

- Я понимаю всё это, Учитель, - сказал я, - но как настроиться себя на изучение всего природного и исключить всё человеческое. Ведь я же сам являюсь человеком?

- Забыть себя, отказаться от человеческого искусственного – это и есть проникнуть в природу. Человек, уподобляющийся и следующий Единому, постигает Дао. Его свойства совершенного (чжи жэнь) подобны свойствам самого Дао. Отказавшись от (жэнь) субъективного, мудрец приобретает особую, целиком соответствующую природе натуру: основой его «формы» становится «чистое ци» (чуньци). Чистота «ци» мудреца обусловливает его особую природу («характер» - син).

- Понятно, - сказал я, задумавшись, - а знаете Учитель, я сочинил одно стихотворение, которое, как мне кажется, соответствует данному моменту. Ведь я уже начинаю мыслить, как даос. Поэтому и получились у меня такие стихи. 

И я рассказал ему мои стихи:
 

СОЗДАНИЕ   

В рождении живого - тайна мира.
Своим искусством кружево плетёт
С тончайшими потоками эфира
Природа, пламя превращая в лёд,
Сплетает из частичек совершенство,
Замешаны любовь там и блаженство.
Одним потоком пневму нагревая
В печи своей, она вершит творенье.
Затем дыханьем пламя остужая,
В гармонию вливает вдохновенье.
Так наш Творец весь мир повсюду плавит,
Благословляя к жизни вечный плод.
Природа ж, радуясь, его труд славит.
Создателю весь мир хвалу поёт.
И вот, на божий свет плод появился
На радость миру, полон ожиданья.
И в нём как в зеркале Бог отразился
В своей красе и в прелести сиянья.
Плод, развиваясь, набирает силу,
Чтоб оправдать Всевышнего свершенье,
Познать всю красоту, отдавшись миру,
И привнести в него своё творенье.
В любви прожив всю жизнь, отдав всё ближним,
Направит свой челнок в небес просторы
На встречу долгожданную с Всевышнем,
Куда всю жизнь он устремляет взоры.

Даос только улыбнулся, выслушав мои стихи, и спросил:

- Ты ещё не передумал становиться даосом?

- Нет Учитель, моё желание стать даосом только усиливается после ваших слов.

И тогда Учитель дал мне текст для перевода. И вот как я его перевёл:
 


 ИСЧЕЗНОВЕНИЕ МОНАХА

Монах буддийский У-юнь в монастырь Цзышэн явился,
В тот, что в Хэцзяне, в середине лет Канси (1) правленья,
Никто не знал, откуда родом он, и как появился,
Но чувствовалось, что он погружён в Будды ученье.

Все дни просиживал он, не произнося ни звука,
Когда с ним заговаривали, то не отзывался,
Раз встал вдруг и рукой ударил по столу со стуком,
Ни слова не сказав, исчез, и лишь псалом остался.
 
Монашеское общество всё чуду удивилось,
Весь монастырь обшарили, но он - как испарился,
И даже настоятель лично чуду удивился,
В псалме, монах что на столе оставил, говорилось:

«Я голову обрил, забросил дом родной,
От суеты житейской отстранился,
Без сожаления порвал с семьёй
И с бренным миром распростился.
Творить добро на благо всех людей,
Изведать мир душой любвеобильной
Способны только те, кто всех мудрей, -
Кун-цзы (2) да Чжоу-гун (3), а мы бессильны».

Потом исчезновенье то монахи обсуждали:
Стоят Будды законы ближе всех к Мо-цзы (4) ученью,
А тот монах к Ян Чжу (5) был ближе, как они считали,
Поэтому не находил в сердцах их осужденья.


 Мои примечания:

1. Правление императора Канси – император Канси (1654 – 1722) династии Цин в Китае, правил с 1662 года. При нём было завершено завоевание Китая маньчжурами. Вел активную внешнюю политику в отношении соседних стран и народов.

2. Кун-цзы – Конфуций.

3. Чжоу-гун – родоначальник князей удела У, живший в XI – X вв. до н. э. и, как говорит традиция, собиравший песни царства Бянь, которые в последствии вошли в «Книгу песен» - «Шицзин». Известен своей мудростью и добродетелью.
4. Мо-цзы – (480 – 390 гг. до н. э.) – философ, проповедовал теорию «всеобщей любви».

5. Ян Чжу (395 – 355 гг. до н. э.) – даос и противник Мо-цзы, выдвинувший принцип «эгоизма» - права человека на частную жизнь, на преследование личных интересов и целей.


(продолжение следует)

Власов Владимир Фёдорович