Отпустите клоуна!

В память о Кате и Денисе*
 

     - «Но повесть о Ромео и Джульетте останется печальнейшей на свете»**, - шёпотом произнесла девочка, закрыла книгу и с горькой усмешкой добавила, – крутые бзики! Здоровые, богатые и что им не жилось?
     - Юля, быстро в палату! Обход! – молоденькая медсестра окончательно вернула пациентку из мира средневековых страстей в реальную жизнь. - Потом дочитаешь.
     - Уже дочитала. – Юля поднялась с одного из диванов, расположенного в красивом холле нового онкологического центра.
     - Книжка о любви? - Марина хорошо знала эту девочку, а потому при каждом удобном случае старалась с ней поговорить о чём-нибудь постороннем и как со своей ровней, ведь той уже тринадцать, а в этом возрасте подростки сюсюканье терпеть не могут.
     - О любви. Несчастной.
     - Настоящая любовь – всегда несчастная, - медсестра почему-то улыбнулась.
     - Мне даже такая не грозит, - криво усмехнулась девочка.
     - Больше так не говори, у тебя есть шанс поправиться! Доктор же объяснял…
     - Хорошо, хорошо! Я буду думать только о приятном, - успокаивая Марину, продолжала ёрничать Юля, не желая слышать пустых обещаний о своём выздоровлении.
 
     Книгу о трагической любви двух молодых людей ей подарил мальчик-циркач, недавно посетивший детский онкоцентр в качестве волонтёра и сразу заинтересовавший Юлю.
 
     Одноклассники навещать девочку не могли, поскольку жили в другом городе. Правда, имея на руках планшет, подаренный ей одной из артисток местного театра, как-то посетившей больницу, она могла общаться с ребятами в сетях. Но в последнее время перестала верить в искренность посылов своих друзей, которые становились с каждым разом всё короче, и кроме пожелания здоровья ничего стоящего не сообщали. А потому живой разговор со сверстником был ей по душе. Она перестала думать только о болезни и вела себя с новым знакомым как давняя подружка. Ему она тоже очень понравилась: симпатичная, и ничего, что большие серые глаза с грустинкой, и ничего, что худенькая, а лысую голову прикрывает бандана; одета в майку и красные лосины, лёгкая, гибкая – свой человек! Ей бы на манеж! Отличная акробатка бы получилась.
 
     - Ты гимнастикой случайно не занималась? – в их первую встречу спросил он, помня, рекомендации врачей о желательном общении с больными напрямую. Лица обоих, кроме глаз, скрывала марлевая повязка.
     - У меня первый взрослый разряд по художественной гимнастике, - ответила Юля, - успела получить до болезни.
     - Ходишь, как наши цирковые. Форму поддерживаешь?
     - Нет.
     - Почему?
     - А смысл? Всё равно умирать.
     - Попробуй об этом не думать. Каждый живёт, не зная, что произойдёт в следующую минуту.
     - Ты говоришь как старичок, как наш доктор.
     - Я живу среди взрослых, работаю наравне с ними, потому и думаю как они.
     - Понятно. А твои родители рядом с тобой?
     - Они погибли, - спокойно ответил мальчик. - Отец разбился, тренируясь на канате, упав с высоты на манеж, а мама умерла из-за укуса львицы. Мы гастролировали по Средней Азии, было жарко, рана успела загноиться, короче, всё произошло очень быстро. Я остался с дядей. Он у нас клоун и меня обучает своему мастерству. Оказывается, смешить людей – это целая наука.
     - Да? Мне казалось, что кривляться несложно. Маши руками как мельница, да рожи строй в своё удовольствие.
     - То кривляться, а рассмешить по-настоящему очень непросто.
     - У тебя получается. И даже повязка оказалась по делу, и поверх неё красный нос. А как смешно ты понарошку чихал! Дети так хлопали! Приходи к нам ещё, я буду ждать.
     - Пока мы гастролируем в вашем городе, приду обязательно. В первый же свой выходной приду!
     - А как тебя зовут?
     - Даниил, можно Даня.
     - А я Юля.
     - Уже знаю. Мне Марина обо всех ребятах в вашем блоке рассказала. И о твоём дружке маленьком Мите поведала.
     - Что именно?
     - Что влюблён в тебя, и не умрёт пока не добьётся ответного чувства. Я смотрю, у вас тут всё очень серьёзно.
     - Да. У нас так! Мы с Митей оба без родителей. И его, и меня растят бабушки. Потому денег на заграничное лечение ждать не от кого. А спонсорской помощи на всех не хватает. Наша больница в семь этажей - лечатся только дети. И почти каждый стоит в очереди на операцию.
     - Ясненько! - сузив веки, чтобы сдержать слёзы, Даня постарался обычным голосом произнести, - мне пора уходить, но я буду писать тебе каждый день.
     - Пока! Пиши, буду ждать, - девочка махнула рукой.
 
     В этот же вечер она получила от него первое послание на е-mail и сразу ответила:
 
     ДАНЯ: Юля! Привет! Я на связи.
     ЮЛЯ: Привет! Здорово!
     ДАНЯ: Давай общаться, будто мы обычные школьники!
     ЮЛЯ: А давай!
     ДАНЯ: Мне нравится, что шутишь.
     ЮЛЯ: Только с тобой.
     ДАНЯ: В каком классе учишься?
     ЮЛЯ: В седьмом стопорнула. А ты?
     ДАНЯ: В восьмом. Учусь периодически. Когда есть возможность, хожу в школу, а нет - занимаюсь самостоятельно.
     ЮЛЯ: Справляешься?
     ДАНЯ: Куда деваться! Дядя строгий. На манеж за двойку не выпустит.
     ЮЛЯ: Читать любишь?
     ДАНЯ: Люблю.
     ЮЛЯ: Что именно?
     ДАНЯ: Недавно «Ромео и Джульетту» осилил. Представляешь, трагедия в стихах.
     ЮЛЯ: Не представляю!
     ДАНЯ: Можешь через Интернет найти.
     ЮЛЯ: Не хочу. Книга удобней.
     ДАНЯ: Согласен. Принесу.
     ЮЛЯ: Буду рада!
     ДАНЯ: А хочешь к нам на представление?
     ЮЛЯ: Хочу. Но нас отсюда не выпускают.
     ДАНЯ: Я что-нибудь придумаю…
     ЮЛЯ: Даже не старайся!
     ДАНЯ: А я постараюсь.
     ЮЛЯ: Ну-ну…
 
     В следующий выходной Даня передал через больничную вахту книгу. В Юлин блок его не пустили, потому он одиноко стоял под окнами её палаты, ожидая, когда девочка подойдёт, а, узнав свою знакомую по яркой бандане, стал крутить сальто и ходить, уподобляясь Чарли Чаплину.
 
     Потом он ушёл, а Юля вдруг  загрустила. Неужели влюбилась? И виделись всего ничего! И тогда она взялась за книгу. Пока читала, то очень сопереживала главным героям, прочувствовав сердцем их любовные перипетии, но дочитав до конца и закрыв книгу, окунулась в реальную жизнь…
 
     …Последние полгода у неё частенько кружилась голова, иногда шла носом кровь и одолевала слабость. Бабушка это заметила, повела внучку к врачу, и после сдачи анализов её сразу положили в этот областной онкологический центр. Доктор при обходах разговаривал с ней бодрым голосом и совершенно по-взрослому, сыпал медицинскими терминами, убеждал, чтобы она не переставала заниматься физкультурой, но когда Юля замечала украдкой плачущую бабушку, регулярно навещавшую внучку, то понимала, что со здоровьем у неё фигово. Девочка осунулась и замкнулась в себе. А потому знакомство с мальчиком-циркачом внесло живинку и разнообразие в скучную больничную среду, появилась возможность мечтать о неизведанном и приятном. Она писала ему обо всём на свете: о захватывающих играх в Интернете, о любимых животных, прикалывалась, пыталась шутить, отвлекаясь от ежедневных лечебных процедур и нехороших мыслей…
 
***
 
     Стояли тёплые августовские деньки. Девочка всё чаще вспоминала школу, скучая по учителям и одноклассникам , жалела, что не с кем поделиться своими новыми ощущениями. Уж очень быстро её забыли подруги! Может, отдыхают – всё-таки лето, а может, бояться спросить лишнее. Надо будет самой напомнить о себе. И Юля отметила, что у неё опять появился вкус к жизни.
 
     Как-то ближе к вечеру её окликнул Митя:
 
     - Юля, а ты в цирк меня с собой возьмёшь?
     - Какой цирк, Митя? Кто же нас отсюда выпустит?
     - Тебя Даня внизу ждёт. На мотороллере.
     - И что? Мы ни о каком цирке не договаривались.
     - Планшет открой! – подсказал Митя.

     Девочка открыла планшет, зашла на свою почту и прочитала...
 
     ДАНЯ: Привет, Юля! В ванной комнате приоткрыто окно, под ним внизу козырёк над входом в подвал. Ты находишься всего на втором этаже. Спустись на этот козырёк, а дальше я тебя поймаю. Сегодня в цирке мой первый большой выход. Решайся! Я жду. Представление в 19:30.
 
     - Ну что там? - Митя во все глаза таращился на Юлю.
     - Ничего особенного, - девочка не хотела посвящать малыша в свои планы, - иди, Митя! Почитай что-нибудь, или посмотри телик. А хочешь мой планшет? – неожиданно предложила она.
     - Конечно, хочу! – Митя даже слегка задохнулся от внезапно привалившего счастья.
     - Бери. Только никому не говори, что видел Даню.
     - Не скажу!
 
     Завладев Юлиным планшетом, Митя убежал в свою палату, а Юля, не теряя времени даром, но очень спокойно, с полотенцем через плечо зашагала в ванную комнату. Окно в ней действительно было приоткрыто. Достичь козырька особого труда не составило, прежние спортивные навыки пригодились, и неожиданно забыв о самочувствии, она сконцентрировала всю волю и энергию на желании выйти из клетки в обычную человеческую жизнь.
 
     Даня не дал ей самой спрыгнуть с козырька, а заранее подставив какие-то ящики, подхватил на руки и отнёс к мотороллеру. Затем, аккуратно поправив марлевую повязку, смешно чмокнул через неё девчонку в нос, и они помчались к цирку.
 
     Там он усадил её во втором ряду у прохода в кресло, которое держалось свободным для «подставных», и представление началось.

     На всё, происходящее на манеже, Юля смотрела с удовольствием, но спокойно. Зато с замиранием сердца следила за выступлением друга. Он показался ей более интересным. Это уже был не просто мальчик-циркач, а взрослый артист, выступающий на взрослую публику, и этой публике, судя по аплодисментам, очень нравился. Сердце девочки сжалось от первого любовного ощущения, ей было приятно за такого талантливого друга и за то, что его выбор пал именно на неё.
 
     Представление подходило к концу, когда Юля услышала лёгкий шум и откровенную перепалку за занавесом, откуда выходили на манеж артисты. В это время Даня, закончив своё выступление под смех и аплодисменты зрителей, собирался удалиться. И девочка заметила: как только он отодвинул в сторону занавес, чтобы за ним скрыться до следующего антре***, мужчина в форме полицейского заломил ему руки за спину.
 
     Юля всё поняла. Это из-за неё…
     Эх, Митя, Митя! Маленький болтун!
     Но Даня-то здесь причём. Она не даст его в обиду!
 
     Посередине манежа из-под купола до пола ещё свисал толстый канат, на котором Даня несколько минут назад выделывал разные фортели. Девочка, не помня себя, вскочила с кресла, перепрыгнула через бортик на манеж, бросилась к канату и взобралась по нему вверх. Дыхание её было тяжёлым, но мысль мелькнула, что не так уж она больна, раз способна на такое, а может доктор прав, и она действительно может поправиться!

     И тогда Юля громко, как только смогла, крикнула:
 
     - Отпустите клоуна!
 
     Зал, ничего не понимая, затих в ожидании. Некоторые зрители решили, что эта девочка в белой майке, красных лосинах и с марлевой повязкой на лице обычная акробатка и сейчас продолжит номер клоуна, показав что-нибудь очень захватывающее на бис. Раздались редкие аплодисменты. Но девочка, сняв повязку, чтобы её лучше слышали, опять громко крикнула:
 
     - Отпустите клоуна! Или я прыгну! Повторяю! Я прыгну!
 
     И вот теперь зал замер...
     Засуетились униформисты.
     Двое, самые сообразительные, потащили мат.
     И тут Юля подняла обе руки вверх, держась за канат только ногами.
 
     - Считаю до трёх и прыгаю! Отпустите клоуна! Раз… Два…
     - Юля, Юля! Я здесь! Я свободен! – и зрители услышали знакомый голос молоденького клоуна, - спускайся, Юля!
 
     Девочка осторожно соскользнула с каната, взяла друга за руку и они скрылись за занавесом. Раздались дружные аплодисменты!
 
     - Девочка, а ты действительно бы прыгнула? – тут же задал ей вопрос полицейский.
     - Сомневаетесь? Зря. Мне терять нечего! Кроме жизни...
     - О, Господи! Что за дети, ничем не дорожат, - страж порядка неожиданно перекрестился.
     - Даниил, вези девчонку в больницу. Я всё улажу, - сказал дядя и звонко  хлопнул племянника по мягкому месту.
     - Ещё разок и громче, - отшутился мальчик.
     - Это потом! Получишь сполна!
     - А меня не загребут?
     - Раньше о чём думал?
     - О Юле? Хотел, чтобы она быстрее поправилась.
     - Разберёмся. Девчонка перенервничала, хватит болтать! Вези её, откуда взял.
     - Везу, - Даня взял Юлю за руку и они направились к выходу.
     - Аккуратней только! – крикнул им вслед дядя.
     - Ладно!
 
     А потом…

     Влетело, конечно, обоим. И Юле за нарушение больничного режима, и Даньке. Ему всё-таки пришлось побывать в полиции, где с ним провели профилактическую беседу. Он обещал исправиться. Немаловажную роль в его судьбе сыграл коллектив цирка, предоставивший в органы отличную характеристику на своего коллегу.

     Но самым замечательным было неожиданно быстрое Юлино выздоровление. Обошлось без лечения за границей и тяжёлой операции. Когда после всего случившегося у неё взяли анализы, оказалось, что девочка почти здорова. Доктор, пожав плечами, видимо, сам не очень веря в случившееся, объяснил, что такое редко, но бывает. Произошёл всплеск положительных эмоций, которые помогли преодолеть болезнь.
 
 
     P.S. А через несколько лет в этом детском онкологическом центре появилась красочная афиша с именами наших героев. Даниил и Юлия Смирновы с друзьями давали большое представление для всех пациентов больницы, прямо под её окнами.
 
 
*      - Катя и Денис - трагически погибшие псковские подростки.
**    - «Ромео и Джульетта» В. Шекспира в переводе Б.Пастернака.
***  - антре – выступление (цирковой жаргон)


Рецензии
Клин клином вышибают. Зачисляю вас в избранные.

Иван Наумов   26.06.2018 18:25     Заявить о нарушении
...буду теперь зачисленная.
Спасибо!

Светлана Рассказова   29.06.2018 11:15   Заявить о нарушении
На это произведение написано 48 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.