Записки Галины Глёк. Фунт

История кота Фунта, написанная свидетелем его чудесного спасения.

Летом 2003 года ко мне приехали обе мои племянницы, Катя и Аля, обе умницы и красавицы, настоящие две европейские молодые женщины.
В Германии они жили уже 10 лет, обе работают там медсестрами, то есть, кроме общей культуры исключительно вежливого общения, обе обладают способностью разговаривать с больными и пожилыми людьми.

К коту Фунту, конечно, больше имеет отношение их природная доброта.
Но тогда о Фунте мы ещё не подозревали, а с моим сыном решили свозить девочек в Новосибирск, потом проехать на Алтай,  и после возвращения они улетят домой.

В Новокузнецке мы обосновались на Бардина в двухкомнатной квартире Олиной свекрови, которая жила летом в Апанасе. У молодых в городе было много друзей и родственников, они гуляли допоздна, и, однажды, в предрассветных сумерках, открыв дверь на звонок, я увидела на руках одной из девочек какую-то темнеющею кучку, явно похожую на бездомного кота, который спокойно лежал и лупоглазил на меня жёлтыми глазами.
Я сказала: «Вон!» (ну, куда его, утром мы должны были выехать на Алтай), но девчонки стали умолять меня: «Мамочка Галечка, ну, пожалуйста, сделай, как мы просим, а потом мы всё будем делать, как ты скажешь».

Я махнула рукой, а кота положили на кровать. Утром он лежал в той же позе, в которой его и положили, у него не было сил от истощения даже хвостом шевельнуть. Последние силы у него ушли на отчаянный крик, когда он понял, что и эти, приласкав,  не заберут его с улицы и не спасут от гибели. Аля потом сказала: «Услышав этот крик, я поняла, что он будет стоять у меня в ушах всю жизнь, если я его не спасу».

Кот был сюрпризом и для вернувшегося утром Юры, но нас уже было трое, державших оборону кота. Пришлось ехать в ветеринарку – добывать справки о прививках и разрешение коту на эмиграцию.
 
Тогда я знала одну ветлечебницу – на территории ГИДУВа, там дежурил молодой парень, который нам сказал, что их ветклиника не имеет права давать животным разрешение на выезд за границу. Он дал адрес, где можно раздобыть такое разрешение и бесценный совет никому не говорить, что кот подобранный.
Пришлось  сочинить легенду для кота, что он жил со старой бабушкой, которая окончательно слегла, не может за ним ухаживать, поэтому внучки хотят его забрать к себе. Жил он, дескать, только в городской квартире,  заразы никакой в жизни не видел.

Ветеринарка, которая обладала монополией  выдавать разрешение котам на выезд за границу, оказалась где-то у чёрта на куличках, практически за городом,  в сторону Мысков, что не улучшило настроение Юры, нашего шофёра, потратившего кучу времени на поиски этого ободранного строения, оказавшегося закрытым на ремонт.
Мы топтались у дверей, решая, что предпринять, но вышла девушка, врач этой клиники, точнее, их оказалось двое. Одна даже слушать нас не хотела, другая оказалась гораздо сердобольнее и сообразительнее, что на нас можно что-то заработать.

Выяснилось, у кота должен был быть стандартный дневник прививок. Она стала его заполнять, по телефону согласовывая с кем-то даты и номера ампул, которые были использованы для прививок. Этот процесс, видимо, у них был отлажен.
Получив  дневник, Аля её поблагодарила,  по-моему, 10 евро, а мы, наконец, взяли курс на Алтай. По дороге Катя  купила коту  переносную клетку и ошейник с поводком.
Путешествовали мы комфортно, тогда у нас был микроавтобус «Литайс», пара сидений была постоянно разложена, кто-либо из желающих мог ехать и лёжа рядом с котом, который по-прежнему  не менял позы, но есть уже начал маленькими порциями. На остановках его водили на поводке для решения физиологических проблем, но у него таких проблем явно не было.

На Алтае мы оплатили два маленьких домика и начали отдыхать, кататься на лошадях, ездить по экскурсиям. За кота боялись, что удерёт, оказалось, зря. Он подползал до дверей, осторожно выглядывал на окружающий мир и спешил обратно, жизнь его уже многому научила.

В Новосибирском аэропорту мы должны были ещё раз получить разрешение на вывоз кота. В ветслужбе была строгая женщина, и мы заподозрили, что у Фунта мало шансов на ПМЖ в Германии. Аля и Катя долго её уговаривали, давая гарантию, что там их примут. Наконец, она сдалась и сказала: «Покажите ваше сокровище».

Мы открыли клетку и замерли. Если бы она попросила его вытащить, если бы она увидела его свалявшуюся шерсть, вообще, если бы она увидела его, она бы ни за что не поверила, что вывозят из России домашнего кота, а не уличного носителя всяческой заразы.

Кот зыркнул на неё своими жёлтыми фонарями, строгая тётенька улыбнулась и сделала подпись на нужной бумаге. Мы вышли и молча постояли, не веря своей удаче. 
Потом я проводила своих девочек на посадку, пошла к выходу. Тут меня позвали назад, нужно было оплатить лишний вес кота, у девочек уже не осталось русских денег, пришлось и мне материально поучаствовать в его судьбе.

Так кот попал в Германию. Потом я узнала, что во время полёта у кота, наконец, появились физиологические потребности, которые он  и решил прямо в клетке, неделю до отлёта он всё ж таки питался. Благоухая на весь салон, в маленьком туалете мои европейские девочки отмывали кота и клетку.
Немецкий ветеринар не сказал ничего нового, сообщив, что кот был на грани смерти от голода, и что внутри у него был крупный паразит.

Фунта хотела взять Катя, но её кошка из приюта и слышать об этом не захотела, поэтому кота забрала к себе Лика, Катина мама, у которой он до сих пор и проживает счастливо.
Она купила коту какую-то ионную расчёску, и Фунт превратился в невероятного красавца, с тёмными бархатными лапками, тёмным подшерстком и длинной серой шерстью, свисающей с него серебром, и с серебряным воротником вокруг шеи.

Не сказать, чтобы он очень дружен с Ликиной маленькой собачкой Келли (в просторечье  - Килькой, за которую Лика заплатила как за породистую, но та оказалась очень милой, но смесью с дворнягой), но когда Килька дерётся с кем-нибудь, кот с криком «наших бьют» выскакивает на улицу и бьёт лапой по носу противника.

По утрам они культурно завтракают с Валерой, каждый на своём стуле, ожидая в порядке очереди свой кусочек колбасы. Колбасу, естественно, покупают только ту, что ест кот (собака менее разборчива).

Недавно Фунт был на профосмотре, врач удивился, что он ещё жив, но сказал, что сердце у него хорошее, кот ещё поживёт, ещё поездит на отдых в Хорватию. Там он тоже имеет свободный режим прогулок, но от дома – ни ногой, опыт юности, видимо, перешёл в генетическую память.


Продолжение: Валя и Вовка http://www.proza.ru/2017/01/02/1244

В начало: Вступление  http://www.proza.ru/2016/11/02/1374


Рецензии
Уважаемые Вера и Галина, добрый день! Познакомилась с Вашим героем, что зовут Фунт. Желаю только благополучия ему, здоровья и радости в семье близких ему людей!
Всего ВАМ доброго!!! До новых встреч!!!

Нина Радостная   24.11.2016 14:37     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Нина!
Надеюсь, мы расстаёмся ненадолго и через некоторое время увидим и прочтём продолжение Записок.
А пока тайм-аут.
От имени Галины и от своего благодарю Вас, Нина, за высокую оценку литературного творчества Галины, за добрые слова поддержки и автору, и редактору.

С уважением и признательностью,

Вера Третьякова   24.11.2016 17:30   Заявить о нарушении