Патент на средство от тараканов

Сей опус написан в возрасте 17 лет в жанре фарса – на рассказ он явно не тянет. Но тут нельзя выбрать жанр «фарс» или хотя бы «пародии», поэтому я условно записала сей опус в жанр «миниатюры». Я посылала его в «Литературную газету», но в ответ услышала, что такую «мерзость» они опубликовать не могут: аналогии между литературными критиками и тараканами вызвали у редакции негодование. Нужно сказать, что в советское время литературные критики хвалили всех советских авторов подряд – в этом плане ситуация мало чем отличалась от ситуации на Прозе.ру. В рецензии Таракана я вложила газетные штампы, принятые в официальной литературной критике при восхвалении стихов в эпоху, когда эта пародия была написана.



ПАТЕНТ НА СРЕДСТВО ОТ ТАРАКАНОВ

Чего только не случается в жизни! В энский литинститут как студент был зачислен обыкновенный черный таракан. Как это произошло – непонятно. Ходили слухи, что зачислен он был по протекции директора соседнего гастронома, который, судя по обилию тараканов у него в магазине, явно питал симпатию к этим славным животным. Другие утверждали, что декан, устав бороться с Тараканом «Примой»*, решил удалить его из своей квартиры хотя бы на время лекций. Как бы то ни было, но когда вахтер хотел было прогнать скотину веником, Таракан предъявил новенький студбилет, и изумленный страж вынужден был его пропустить. И…

Таракан впитывал в себя знания, как губка.  От них он стал набухать, раздуваться – и расти. Прослушав курс классики, он вырос величиной с ладонь, после курса современной поэзии стал с шестилетнего ребенка, и лишь пройдя современную критику, достиг человеческого роста. По этому поводу некий философ писал: «Сей феномен явно демонстрирует прогресс в литературной критике: до сих пор она умела лишь муху превращать в слона». А директор институтской столовой вывесил плакат: «Итак: критика - стимул роста: заменим ею витамины – пусть нашим посетителям будет что покритиковать».

Таракан между тем делал успехи. Он принял вертикальную позу и пользовался задними конечностями вместо ног, передними – вместо рук, а средней парой по мере надобности: когда требовалось пошевеливаться, они становились ногами, а строчить рецензии – второй парой рук. Другим ценным качеством Таракана было то, что он не имел своего голоса (и всегда умел молчать, в том числе и при случае). Когда же военная кафедра потребовала сбрить усы, то герой наш не растерялся и покрасил их в золотой цвет. Черный таракан с рыжими усами был уникален, и модницы, чуткие ко всему новому, расклеили его портреты на сумочках и заставили мужей завивать усы а ля таракан. Местная промышленность, впервые перевыполнившая план по продаже зубных щеток и открывалок в форме таракана, предложила распространить на усы Таракана привилегии национальных меньшинств, и к восторгу дам и общества охраны животных усы были спасены.

Таракан становился все популярнее и был приглашен как критик на творческий вечер талантливой поэтессы – незабвенной Клары Б.
На сцене, вся – трепетное томление, Клара начала замогильным голосом:

Возлюбленный, ты – таракан.
Ну что ж? Тебя люблю я.
Как муха кроткая, вдыхаю твой дурман,
Тоскуя и ликуя…

«Творчество поэтов сравнивают с игрой музыкальных инструментов: Пушкина – со скрипкой, Маяковского – с колоколом, - строчил Таракан.  – С чем же сравнить нашу незабвенную Клару? Скрипка, колокол? Нет. Вслушайтесь в мелодичную ритмику клариных стихов. Ну?! Тук-тук, тук-тук. Вы угадали! Это же основа основ современного оркестра – барабан! Барабан – это звучит в духе времени, и когда Клара, возьму на себя смелость сказать, виртуозно «барабанит» свои стихи…».

Замогильный голос трепетно вещал:

Я – муха нежная…
В жужжанье нежных слов…

«Оно, конечно, того… ничего…», - думал Таракан, у которого от жужжанья нежных слов разболелась голова, и продолжал: «Замечательный талант поэтессы состоит в том, что она в обыденном, в повседневной жизни находит неожиданно новые стороны, поражая читателя воистину смелыми решениями. Так, рассматривая обыкновенную муху, к которой мы, можно сказать, привыкли как к домашнему животному, лирическая героиня делает яркое творческое открытие: муха тоже может любить!...».

Между тем на сцене происходило нечто среднее между экстазом и надрывом. Томно закатив глаза и возведя руки к небу, Клара душераздирающе шептала:

Позавчерашними устами
Злодей-паук сосет мне кровь.
Мой Таракан, отныне с Вами
Обручена моя любовь…

«Ну, это уж слишком!» - думал Таракан, не на шутку напуганный такой перспективой, и… писал: «Прошлое – как удачен термин «позавчерашними»! гнетёт нашу героиню, иссушая её хрупкую душу, но она находит в себе силы для борьбы во имя новой чистой любви, во имя Сегодня и Завтра…».

Как и угадал Таракан, мажорные ноты одержали верх в клариных стихах, и неожиданно заняв воинственную позу, она решительно заявила:

Тебя преследовать повсюду
Начертано моей судьбе.
Я неотвязной мухой буду,
Строча стихи лишь о тебе!

«Ну эта уж точно не отвяжется… мама!» - подумал Таракан и … сдох с тоски. Ученые, проводившие вскрытие, обнаружили удивительный факт: Таракан оказался совершенно пуст внутри, и возник естественный вопрос: куда же подевались мысли?  Ведь не могло же их содержание в Таракане бесследно исчезнуть. На эту тему уже защищено 92 кандидатских и 8 докторских диссертаций, но тайна до сих пор не разгадана. Так что у читателей есть шанс.

А теперь вы, верно, уже догадались, в чем состоит суть нашего изобретения. Мы предлагаем в аптеках вместо ядов от насекомых продавать томики незабвенной Клары Б. И тогда, если их читать хотя бы на ночь в вашей квартире, то уверяем, не только мыши и мухи, но и все тараканы в ней сдохнут с тоски. Единственное, не попадите на тот свет сами а ля таракан.

 

* «Прима» - название средства от тараканов.