Иван-царевич и баба яга старые сказки на новый лад

Иван уже потерял счет времени, пробираясь сквозь колючий кустарник. Мало того, что втюхался в этот кустарник в полном тумане, так и выбравшись и тумана, лучше не стало. Да, колючего стало поменьше, хотя время от времени приходилось останавливаться и аккуратно освобождать свою одежду, зацепившуюся за колючки.   Опять же, влажность воздуха была такой, что оседала на листьях кустов и деревьев, и неприятно капало за шиворот холодной водой. Шапка из козьей кожи сплющилась, сложившись в картуз, который так нравился девушкам. Вот только не хватало кожаного козырька. Одежда была насквозь мокрой, в сапогах хлюпало.
- Не хватало еще ноги натереть по такой мокроте, - Подумал Иван.
В правой руке Иван нес дугу от лука. Саму тетиву еще перед входом в лес, снял с лука и запрятал подальше вглубь мешка, чтобы сберечь от сырости. Этой дугой и раздвигал Иван ветви колючих кустов, пробираясь вглубь леса.
Неожиданно лес закончился, и Иван чуть ли не уперся носом в высоченный забор из ошкуренных и заостренных кверху бревен. Там и сям, на бревнах торчали поверху лошадиные и человеческие черепа, что несколько озадачило Ивана. Но раздумывать было некогда, поскольку прямо перед ним со скрипом стали раскрываться ворота, куда Иван и шагнул. И вышел на довольно большую полянку. На дальней стороне виднелся небольших размеров дом – цель пути Ивана. Он взбодрился и размашисто зашагал к дому, вспоминая приготовленные для данного случая слова. Ведь это был дом бабы Яги. Как вдруг увидел справа от дома сидящую на толстом бревне старуху. А перед ней разбитое корыто. Ну, как разбитое? Треснуло по всей длине. Так что это корыто годилось разве что в топку печи.
Иван направился к старухе.
- Здравствуйте бабушка, принимайте гостя.
Старуха не шевельнулась. Так и сидела, уперев подбородок на кулачок, и глядя отсутствующим взглядом куда-то поверх забора. Иван помялся с ноги на ногу, и решил сказать приветствие погромче.
- Здравствуйте бабушка!!! – Почти прокричал он.
Старуха поморщилась. Взгляд ее выцветших глаз обрел смысл. Она посмотрела на Ивана.
- Ну и чего ты тут разоряешься? Думаешь, что старуха совсем оглохла? Может я и оглохла, но нюх не потеряла. Я ж тебя, милок за версту почуяла. Вот и вышла встречать.
- За версту? – Удивился Иван. – Это как?
- Как, как! Ты бы еще больше лука с чесноком под шмат ржаного хлеба поел. Я б тебя и раньше учуяла.
- Так это…  бабуля… я же должен пахнуть русским духом. Разве нет?  Вот я и старался.
Старуха поморщилась.
- Перестарался ты, милок, перестарался. Ну, да ладно, чего надоть?
- Ага, вроде бы вошли в нужное русло. - Подумал Иван.
- Ты, прежде, чем спрашивать, в баньку бы сводила, накормила да напоила.
- Еще чего? С какой радости-то?
- Так вроде бы так положено. Я и в сказках об этом ритуале читал.
- Ах, в сказках. Ну, ну.  Но ты забыл, что ритуал начинается с моего вопроса: Дело пытаешь аль от дела лытаешь? А я тебе такой вопрос задала?
- Нееет.- Попятился назад Иван.
- Значицца, остальной ритуал уже не годится никуда.
Иван остолбенел. Он явно не ожидал такого приема. А старуха продолжила.
- Да и где ты у меня баньку видишь, а? Нету ее у меня, стало быть, и помыться тебе негде будет.
- А как же я помоюсь и обсохну после того, как пробрался сквозь заколдованный лес? У меня вся одежда мокрая.  Да и поту извел не один литр. Весь им пропах.
-Ну, уж это, милок, твои заморочки. Я-то тебя в гости не звала.
Иван снова впал в ступор. Вот так шел, шел, ожидал теплой встречи. А тут на тебе, от ворот поворот.
- И  что же мне делать? – В отчаянии спросил Иван.
Тут, вероятно, бабуля поняла, что перегнула палку.
- Тебя учили, что  еду надо заработать? Видишь, корыто совсем рассохлось. А сделать новое некому. А я уже совсем стара, да и не женское это дело.
- Так эта… корыто – это вроде бы из другой сказки. Я помню, читал в детстве.
- Стало быть, отказываешься? – Прищурилась старуха.
- Нет, что ты. Но здесь нужен хотя бы плотницкий инструмент.
- Это еще что за диковина такая?
- Ну, там топор, пила, молоток и гвозди. Хотя нет, молоток и гвозди не нужны. А вот рубанок и стамески не помешают.
- Так бы сразу и сказал.
 Баба Яга щелкнула пальцами, и перед Иваном сверху бухнулся ящик, из которого торчала рукоять топора и пила.
- Пойдет?
Иван осмотрел инструмент в ящике и кивнул: - Пойдет. После чего стал раздеваться. Снял мокрую рубаху, разулся, снял и намотал на голенища сапог портянки, от которых пошел такой дух, что неприхотливая Баба Яга поморщилась: - Еще русский дух! Наконец, снял штаны и остался только в портках. Штаны и рубаху разложил на траве – пусть сохнут. А сам стал оглядываться.
- Что ищешь, милок?
Так материал для нового корыта, бабуля.
- А, ну, ну.
Оглядевшись, Иван упер взгляд на бревно под Бабой Ягой. Потом глянул в сторону ее дома, сходил и принес старую коряжину.
- Пересаживайся сюда, бабушка. Мне твое бревно надобно.
Старуха, кряхтя, переместилась на коряжину, а Иван вынул из ящика топор, проверил его остроту и подошел к бревну. Цепкий взгляд Ивана прошелся по бревну и почти сразу Иван всадил топор в самое начало бревна. Вынул, и всадил в бревно топор, но чуток дальше по бревну. Точными движениями, Иван всаживал топор в бревно, пока не прошелся по всей его длине. После этого перевернул бревно и начал делать то же самое, но с другой стороны.
Когда Иван закончил и с этой стороной, он вновь вернулся к началу бревна и стал всаживать лезвие топора  до упора. Дерево нехотя скрипело, но поддавалось, образовывая  глубокую трещину. И когда Иван вновь перевернул бревно и стал бить топором по противоположной стороне, часть бревна со стуком отвалилась. По прикидкам, Иван отрубил где-то треть толщины бревна. После этого, оставшуюся часть ошкурил тем же топором и столкнул бревно выпуклой частью в ту ямку, которую это бревно выдавило в земле при лежании. После этого ловкими и точными движениями стал вырубать середину с таким расчетом, чтобы получилось впадина. Постепенно впадина расширялась и углублялась. И вскоре стал просматриваться контур будущего корыта. Долго ли коротко трудился Иван, то нам неведомо. Но сделал-таки он для Бабы Яги новое корыто, подровнял его стамесками, чтобы бабуля не повредила руки сучками. И вот корыто готово.
- Все, бабушка, принимай работу.
Иван повернулся к старухе и сделал жест в сторону Бабы Яги. Бабуля встала с коряжины и, скрипя и охая, подошла к корыту. Проверила тщательно его на предмет заноз, удовлетворенно хмыкнула.
- Ну, что Иван, справился ты с моим заданием. И тебе положена награда. Что хочешь? Молодильных яблок?
- Да мне бы…
- Или меч кладенец, - не слушая Ивана, продолжила Баба Яга.
- Да, не нужен он мне.
- А может, девицу-красавицу желаешь?
- Вот еще, ты придумаешь, На кой она мне?
- Так что же тебе надо?
- Услышал я от нашего ведуна  байку, что ты охраняешь проход в Навь. Вот хочу туда попасть. Очень интересно посмотреть, чем Навь отличается от Яви?
Старуха даже разогнулась от таких слов Ивана. Она долго и пристально смотрела на парня.
Иван, ты что, дурак? Кто же в Навь по собственной воле желает идти?
Парень почесал затылок.
Дурак, говоришь? Да, иногда меня так кличут. Но ведун сказал, что я не дурак, а просто нестандартно мыслю. А в Навь я уже давно собирался, а после хочу в Правь попасть, с богами познакомиться.
Чем дальше говорил Иван, тем круглее становились глаза у Бабы Яги. Она впервые встретила человека, которому неинтересны человеческие радости, а хочется чего-то запредельного. М-да. Старуха почесала подбородок.
- Ваня, я-то тебя пропущу. Но ведь Навью заведует Кащей Бессмертный. А перед входом на цепи сидит трехглавый Змей. Как с этим быть?
- Бабушка, а я в одной древней книге читал, что у греков вход охраняет трехглавый пес Цербер, а Навь у них называется АИД, и правит там бог с таким же именем – Аид.
- Сынок, вход в Навь есть не только в наших землях. Так что кто там у греков охраняет вход, мне неведомо. Может и пес. Но в наших землях – это трехглавый Змей.
Иван пригорюнился.
- Так что же делать, бабушка?
- Вот что, Иван, ты пока иди в баньку попарься. А я буду думу думать.
- В баню? – удивился Иван, осматриваясь. – А где она?
- Так вот же, уже натопленная и распаренная.
Баба Яга взмахнула рукой и рядом с ее домом появилась натуральная русская баня, сложенная из бревен. Из трубы бани курился легкий белесый дымок.
- Ну, ты, кудесница, бабушка.
- Иди  уж, да вещички свои прихвати, разложи на печи, они быстро высохнут.
И Баба Яга впала в медитацию, не обращая больше внимания на Ивана. Тот все понял, не стал бабуле мешать думу думать, собрал вещички и потопал в баню. Бабка не соврала, баня была на удивление хороша. Но прежде чем париться, Иван постирал все белье, что от долгого пути пропахло потом, а также портянки. И все развесил на печке, которая была здесь же. После чего начал париться, да хлестать себя березовым веником, попивая вкуснейший квас.
Когда Иван буквально выпал из бани, Баба Яга сидела все в той же позе, устремив взгляд куда-то вдаль. Не желая ее беспокоить, Иван закрыл дверь в баню и уселся на пороге.
Но вот старуха зашевелилась.
- Помылся? Ну, давай пополдничаем. Неси себе что-нибудь для посиделок.
Иван, который к тому времени уже оделся, поискал глазами по земле, нашел еще кочерыжину, поднял ее и понес к бабке. Усевшись напротив нее, он стал ожидать, что будет дальше. А дальше пошли чудеса. По мановению руки Бабы Яги из воздуха появилась скатерть, которая стала плавно опускаться вниз. Но на землю не упала, потому как из земли буквально вырос невысокий столик, на который скатерть и улеглась. Бабуля щелкнула пальцами и на скатерти стали появляться разносолы. Тут тебе и грибы заливные, и рыба разных сортов, жареная, пареная и соленая. В центре уместилось блюдо с жареным поросенком. Были блюда с красной и черной икрой. И, конечно, два кувшина с квасом. Последними упали две ложки, одна с бабкиной стороны, другая со стороны Ивана. От разнообразия блюд у Ивана заурчало в животе. И он вспомнил, что ел-то он давненько. Так что пообедать не мешало бы. Так что Иван не стал стесняться. И начался пир на весь мир.
Нужно сказать, что бабуля тоже не страдала отсутствием аппетита. И ела наравне с Иваном. Хотя, казалось бы, имея такое богатство как скатерть-самобранка, кто ей мешал регулярно питаться? Но, похоже, страдала бабуля отсутствием коллектива, потому и питалась нерегулярно. Ишь, как отощала.
Поначалу блюда шли «на ура!», но постепенно движения Ивана и Бабы Яги замедлились, глаза стали соловеть, и стало ясно, что поднаелись они основательно. Тут бабуля жестом смела остатки еды со скатерти, которые тут же растворились, а на столе появились кувшины с ягодным киселем и сдоба. Что ж, приложились и к киселю, закусывая сдобой. Иван объелся так, что сполз на землю и распустил ремень.
- Так, Ваня, ты иди, поспи. А я еще подумаю. Утро вечера мудренее.
Иван поднял на бабку осоловелые глаза.
- А куда идти-то в избу или в баню?
- В баню, Ванятка, в баню. Она ведь уже и не баня.
Иван с трудом поднялся с земли и поковылял к бане. Открыл дверь в нее и удивился. Полки исчезли, и баня превратилась в деревенский дом. Иван потрогал печку, еще теплая. Сбросил сапоги и полез на печку. Там ведь тепло. С этой мыслью Иван и заснул.
Проснувшись, Иван слез с печи и, как был босой, выскочил наружу по нужде. А когда вернулся в избу, увидел, что на столе, который стоял напротив печи стоит кувшин с ягодным квасом и выпечкой. Чем Иван и подкрепился, потому как после вчерашнего застолья еще не нагулял аппетита.
Иван допивал вторую кружку киселя, когда дверь в избу открылась и на пороге показалась согбенная фигура Бабы Яги. Она подошла к столу, за которым сидел Иван, и села напротив него, ожидая, когда он доест. Иван понял намек правильно, быстро допил кисель, отставил кружку и уставился на бабку. Та щелкнула пальцами, и стол очистился от остатков еды.
- Вот что, Ваня. Обидел меня Кащей Бессмертный, увел в свое царство мою внучку Марью Моревну. Потому я с радостью помогу тебе. Но с условием, что ты найдешь внучку в Нави и выведешь ее обратно. Согласен?
 Иван немного подумал и кивнул, соглашаясь. Бабка довольно хмыкнула и продолжила.
- А теперь слушай внимательно. Вот тебе мешочек с землей. Когда дойдешь до входа, высыпь ее из мешочка и скажи: Родная земля, помоги. Если все правильно сделаешь, то должны появиться конь буланый, меч-кладенец и кольчуга со шлемом. Так что останется сесть на коня, взять в руки меч и победить Змея. Сумеешь?
Должен, - Коротко ответил Иван.
Бабка снова хмыкнула.
- А теперь с Кащеем Бессмертным. Победить его нельзя…
- А как же висящий ларец, в нем заяц, в зайце утка, в утке яйцо, а в яйце смерть Кащея?
- Это все побасенки для народа. На деле же Кащея при рождении его родители искупали в живой воде, чтобы крепеньким был. Никто и не ожидал, что в результате он станет бессмертным.
Иван расстроился.
- И что никак с ним нельзя справиться?
- Я этого не говорила. Вот тебе фляжка с мертвой водой. Кащей боится этой воды, потому что она может сделать его смертным. А так как он живет очень давно, то смертность для него однозначно означает смерть. Потому есть такое предложение.  При встрече с Кащеем ты делаешь вид, что собираешься на него напасть. Но это только видимость. На самом деле, ты либо пешком, либо на коне, как получится, должен пробежать вокруг Кащея, поливая при этом землю из фляжки. Но постарайся всю не выливать.
- А что это даст?
Кащей побоится переступить через мертвую воду. А ты после  этого возьмешь в руки вот этот клубок, и, не обращая внимания на Кощея, поищи и выведи на белый свет Марью Моревну. А когда будешь возвращаться, спроси у Марьюшки, где растет сад с молодильными яблоками. Нарвите немного да привезите мне, а то что-то старость одолевать стала. Хорошо?
- Конечно, бабушка. А как быть с Кощеем?
- А я потому и сказала, что немного мертвой воды оставь во фляжке, когда будешь проезжать мимо него, сделай дорожку от кольца в сторону. Мертвая вода постепенно  стечет, и Кощей освободится. Но к этому времени вы должны вернуться в Явь. Тебе понятно?
- Понятно, бабушка.
Ну, тогда бери мои подарки и в путь.
***
Долго ли коротко шел Иван к царству Кощея. Но дошел. А дальше сделал все, как велела Баба  Яга. Змей был обезглавлен, Кощей усмирен, Марья Моревна спасена, яблоки молодильные нарваны. И вернулся после этого Иван на свет белый, потому как очень ему не понравилось в Нави. Правильно говорят, что делать там живым нечего. Ну, а после женился Иван на Марьюшке, посадил ее на своего буланого коня, распрощался с Бабой Ягой, которая, поев молодильных яблок, сильно помолодела, и двинулся в родные края. На том и сказке конец.