Друг

[Краткую историю создания этого произведения (без спойлеров) Вы можете прочитать в моём литературном дневнике по ссылке http://www.proza.ru/diary/demits/2017-01-10]

Знак информационной продукции: 12+

СЛОГАН: "Десять секунд полной темноты и невесомости - и я уже просто собака"

1.

Я слышу голос хозяина и выбегаю из будки.
- Шарик, посмотри, что у меня есть!
Я радостно виляю хвостом и прыгаю, стараясь выхватить ароматную косточку из его рук.
Сегодня жаркий день, солнце заливает каждый уголок обширного двора. Температура, наверное, градусов 35-37. Мне жарко, с такой густой шерстью, но я не унываю. Зато суровые январские морозы мне практически не страшны.
Хозяин бросает косточку, и я ловлю её на лету. Ему всегда это нравится.
- Молодец, Шарик, - он проводит рукой по моему загривку, - отличная собака.
Я очень люблю хозяина. Он высокий, с густыми упругими волосами и озорными искорками в глазах. От него всегда пахнет бензином и какими-то смазками, а иногда и свежесрезанным деревом. Сегодня запах особенно сильный. Наверное, копался в своём мотоцикле. Он смотрит, как я грызу кость, и уходит в дом.
Я слышу, как на веранде он разговаривает со своей женой. Они часто ругаются, и, как мне кажется, хозяин сильно из-за этого переживает. А зря, всё это мелочи ...
Посреди двора греется на солнышке жирный кот. У нас с ним весьма специфические отношения. Иногда я облизываю его своим языком, а он игриво задевает меня передней лапой, но иной раз я устраиваю ему трёпку, и тогда он удирает со всех ног или запрыгивает на ворота. Несмотря на свой солидный вес, он довольно проворный. Вообще, когда хозяин сделал мне «блок» - длинную проволоку, чтобы я мог «ездить» по ней цепью - кот был страшно недоволен. Ещё бы, раньше он был настоящим хозяином двора, а теперь он может пребывать в нём лишь с моего позволения. Я подхожу к коту, гремя цепью, а он лежит, вытянувшись на горячем асфальте и делает вид, что меня не замечает. Я ласково провожу языком по его шерсти и он, замурлыкав, опрокидывается на спинку и вытягивает вперёд передние лапы. Наверное, думает, что его ласкает хозяин.
«Интересно, Олливз играет с ним так, как я?»- думается мне.
- Смотри, Лена, как  Шарик играет с котом, - говорит хозяин, выходя из дома.
Жена смотрит на меня строгими глазами и отвечает:
- Иногда мне кажется, что этот твой пёс лучше меня. Во всяком случае, его ты  любишь больше!
- Ну что ты, Ленуся, тебя я тоже сильно люблю, - смеётся хозяин и целует её в кончик носа.
Жена отворачивается и уходит в дом, а хозяин берёт свои инструменты и неторопливой походкой направляется в сторону гаража.
Мне больше не хочется играть с котом, и я ложусь возле ворот в тени. Надо же, жена хозяина думает, что я лучше её. Чёрт возьми, а ведь она права. За моими плечами двадцать пять лет практической и научной работы, с десяток гениальных изобретений и открытий, включая парапространственную реинкарнацию, и к тому же - от этого никуда не уйдёшь – я - Президент планеты, хотя мне это и не нравится.
Из гаража доносится шум заводимого мотора, и я поднимаю голову. Всё-таки хозяин починил свой мотоцикл. Он у меня молодец.
- Истель, у нас проблемы. Ты  должен срочно вернуться, - слышу я голос оператора.
«Чёрт, что там могло приключиться?»,- раздражённо думаю я, и ухожу в будку.

2.

Реинкарнация длится не долго. В среднем она занимает 9-13 секунд. Это наиболее оптимальный вариант. При сильных помехах погрешность может составить ещё ±10-11 секунд. Всё это укладывается в лимит времени, которое тело может проводить без души.
При первых экспериментах мы оставляли  тела на три и более минуты. Практика показывает, что тело невозможно реанимировать лишь после 5 минут бездушевного состояния. Примерно столько же, сколько и без воздуха.
Мы изучаем Землю уже восьмой год. За это время удалось совершенно точно установить, что лучше всего реинкарнации поддаются дельфины, обезьяны и собаки. Во-первых, потому что у них хорошо развит головной мозг, а во-вторых, потому что они используют его на 70 и более процентов. Это близко к нашим способностям и сильно помогает при первичной адаптации.
Людей реинкарнировать мы не пытались. Весьма осторожно мы прощупали мозг одного рыбака, но быстро убедились, что торопиться не следует. Высшая нервная деятельность у людей развита чрезвычайно, много общего с нами, но всё равно, это очень опасно. Однако, поскольку Homo sapiens - доминирующий вид на планете, мы изучаем их со стороны. В частности, с помощью Шарика.

3.

Я открываю глаза. В лаборатории решительно ничего не изменилось. Так же гудят дисплеи, синеватый свет разливается по комнате. Я спрыгиваю с кушетки, на которой лежало моё тело, пока я  работал на Земле и подхожу к Эмму. Эмм - наш оператор. Он из лаборатории следит за нашей работой на Земле через компьютер.
- Что случилось? - спросил я, протирая глаза (тело неплохо выспалось, пока я отсутствовал).
- Шерна говорит, что у нас неприятности в парламенте. Она звонила только что, - ответил Эмм. У него строгое лицо, брови всегда нахмурены. Он смотрит на экран, не отрываясь. Я тоже смотрю на экран. Он отражает всё, что видит Шарик. В настоящий момент в Шарике душа Олливза - моего напарника по работе. Мы меняемся с ним, когда необходимо, чтобы я был в лаборатории. Честно говоря, Олливзу не нравится тело собаки. Когда работает он, Шарик ходит по двору вяло, еле волоча лапы. Хозяин даже несколько раз порывался вызвать ветеринара.
В данный момент Шарик (Олливз) смотрит на дом. Собаки видят только в чёрно-белых тонах, поэтому, несмотря на 5 лет работы в этом дворе мы так и не смогли определить цвета построек и окружающих предметов.
Сейчас настоящее тело Олливза лежит на кушетке, опутанное проводами реинкарнатора. По-тихоньку жужжат энергоскопы, записывая на диски все ощущения Шарика - температуру окружающей среды, давление, состояние воздуха (благо, обоняние у собак отменное) и т.д. Внешние шумы автоматически улавливаются и отфильтровываются от посторонних помех.
- Подожди немного, - сказал Эмм, - Шерна сейчас придёт. Она просила, чтобы ты немедленно вернулся.
Я отхожу от компьютера. Наша лаборатория довольно большая - около 70 квадратов. В ней вся моя жизнь. Я даже забыл, когда в последний раз выходил не улицу. Кажется, в прошлом году. Или в позапрошлом. Впрочем, это не важно.
В нескольких шагах от Эмма сидит Кирес - бородатый, с всклокоченными волосами мужчина. Его руки в два раза толще моих, а рост на целую голову больше. Он наш навигатор. Это чертовски кропотливая работа: при погрешности ± 0,01секунды связь с Шариком уже неустойчива. Конечно, если в собаке есть душа, она может жить и без связи, но ведь нам нужны данные о планете, а без связи данных не получишь.
Если у Эмма один компьютер, то у Киреса их пять. Первый фиксирует положение нашей планеты - угол вращения, скорость вращения, движение по орбите и т.д.; второй - положение нашей солнечной системы в пространстве; третий - соотношение нашей системы и системы Земли; четвёртый - положение Земли в пространстве; и, наконец, пятый - положение Шарика на Земле. В отличие от нашей лаборатории, Шарик - система динамическая, а потому поправки необходимо делать и для него.
Кирес работает не один. С ним Рикк - результат нашего первого крупного эксперимента. Дело в том, что раньше Рикк был обыкновенным африканским львом. Однако нам с Киресом и Шерной удалось реинкарнировать в его тело меня, а его поселили в искусственном теле, специально для этого подготовленном. Он оказался очень способным парнем. Новое тело ему понравилось даже больше прежнего. Оно было выкуплено мною в одной медицинской лаборатории. До этого момента тело на протяжении нескольких лет лежало в холодильнике. Один видный учёный из Академии специально создал его, как пример своеобразного «квазичеловека» (так он сам его назвал). Однако оживить тело не удалось, а набивать его электронной начинкой учёный не решился. Внешне оно абсолютно ничем не отличается от тела любого из нас.
Тело Риккова льва убил браконьер. В этот момент там находился я, но мне удалось благополучно вернуться назад.
Рикк со временем научился навигаторскому ремеслу, и теперь они напару с Киресом руководят этим процессом.
- На третьем поправка в ряду сто на одну целую три сотых, - говорит Кирес.
- Понял, - отвечает Рикк и пробегает пальцами по клавишам.
- Я ввожу корректировку в угол вращения Земли на ноль целых пятьдесят пять сотых градуса, - снова комментирует свои действия Кирес, - Эмм, как связь?
- Устойчивость в пределах нормы. Количество помех четыре с половиной процента.
Дальше - ещё две машины. За ними - Меллис и Заррух. Они занимаются спецзаданием - изучают пространство с целью поиска "мёртвых душ".
Материальность души доказана нашими экспериментами неоспоримо. Душа бессмертна - это тоже факт. После смерти она покидает тело и путешествует, видимо, в пространстве совершенно свободно. Наверное, вселиться в иное тело она самостоятельно не способна. Или всё-таки способна? Это пока вопрос.
Однако если отследить момент смерти существа и вовремя навести на него реинкарнационный сигнал, то душу можно, как мы выражаемся, «высосать». Единственной душой, полученной нами таким образом, была душа Меллиса.
Во время нашего третьего эксперимента с дельфином (второй был с обезьяной, но ни она, ни дельфин не пожелали добровольно перемещаться к нам, а потому исследования с ними мы были вынуждены быстро прекратить) я, находясь в теле дельфина, увидел умирающую от страшной раны на брюхе акулу-молот. Точнее, не один я увидел: Эмм и Шерна увидели её тоже на экране компьютера. И тотчас оценили перспективу. Не знаю, кто из них первым предложил такое проделать (а может, они оба?), но дальше дело было за Киресом и Рикком. Запасное тело в лаборатории имелось, так как мы сами имели возможность такие тела производить на клон-конвейере.
Меллис был чертовски рад неожиданному спасению и перевоплощению в обличье разумного существа. Мы смогли обучить его языку и многим наукам (здесь, в частности, огромная заслуга Рикка), и скоро он стал полноправным членом нашей необычной команды. Несмотря на свой рыбий ум и вечную жизнь под водой, Меллис весьма быстро освоился на новом месте. Я хотел, чтобы он стал оператором, но он был настолько обрадован чудесной возможностью обрести новую жизнь, что внёс предложение начать поиск во вселенском пространстве «мёртвых душ».
«Конечно,- говорил он, - это чрезвычайно сложно, но ведь нужно когда-то начинать. Даже если мы не получим сколь-нибудь значимых результатов, накопленный опыт сам по себе очень ценен».
Вместе с Меллисом поиском «мёртвых душ» занимается самый старый и именитый член нашей команды - академик Заррух. Ему более девяноста лет, но преклонный возраст не помеха для его работоспособности. Всю свою сознательную жизнь он занимался физикой, математикой и космосом. Это он впервые разработал теорию парапространства вместе с Председателем Академии Наук Виркесом. Лучшего специалиста в этой области нам не найти. Он был моим первым партнёром по исследованиям реинкарнации, и к тому времени как к нашей компании присоединился Кирес, мы уже накопили большой научный и практический опыт. В общем-то, нас троих - Зарруха, Киреса и меня и следует считать создателями теории парапространственной реинкарнации.
Поиск «мёртвых душ» идёт уже четыре с половиной года. Заррух и Меллис рассчитывают физические параметры душ, теоретически возможную скорость перемещения, варианты над- и подпространственного движения. Если когда-нибудь они смогут уверенно сказать, что какая-то из душ находится в такой-то точке, мы направим туда луч реинкарнатора и сможем её «высосать» - это будет величайший прорыв в наших исследованиях.
Последним членом нашей команды, о котором я ещё не упоминал, является Авууф. Он с нами недавно - всего пять лет. Душа Авууфа - это настоящая душа Шарика. Изначально я собирался взять его напарником по работе на Земле, но, как это не удивительно, Авууф от этого отказался. Он тогда ещё был совсем молод и решил остаться в лаборатории в новом образе навсегда. Насколько я понимаю, души, которые когда-то обитали в теле животного и случайно оказавшиеся в теле разумного существа, затем абсолютно не желают вновь возвращаться в исходное животное состояние.
 Хотя, может быть, это и не всегда так, ведь отказались же от этого дельфин и обезьяна!
Авууфа привлекло занятие наукой и работа с информацией. Его должность официально называется "информатор". У него есть отдельный рабочий стол, компьютер, несколько дешифраторов энергоскопов. Он анализирует и систематизирует поступающие с Земли данные. Конечно, это только первичный анализ, более подробный мы будем проводить через несколько лет, когда эксперимент будет завершён, или когда в команде появятся новые люди, чтобы было, кому этим досконально заниматься. Но пока их, к  сожалению, нет.
Авууф отличный работник. Он постоянно изучает приборы и хочет стать профессиональным электронщиком.
Я уверен, что в будущем нашу исследовательскую команду никто не покинет. Исключением в этом может стать разве что Олливз. Он - математик. После закрытия Академии, которую он так и не успел окончить, Олливз не стал, как все искать работу, а занялся абстрактной математикой. На практике она сейчас никому не нужна, и, следовательно, денег за неё не платят. Но Олливз (как, впрочем, и любой из нас) настоящий фанат своего дела, поэтому туманная перспектива будущего его сильно не пугала. Во всяком случае, исследований и расчётов он своих не оставил. К нам его привёл Эмм. Специфичной работой, требующей кропотливого труда и постоянной умственной работы, мы решили Олливза не обременять и поэтому предложили ему относительно несложную работу. Самой несложной работой у нас считается работа на Земле, в образе Шарика. Она Олливзу сильно не нравится, но выхода у него нет, а заменить его пока некем. Я стараюсь частенько работать вместо него, так как чрезвычайно счастлив, что могу пребывать в теле такого прекрасного животного, да ещё и с моим любимым хозяином. Но и к Олливзу у нас претензий нет. Он не жалуется на свою неприязнь к Шарику, ведь его мысли постоянно заняты математикой. Жаль, что его исследования не соприкасаются с нашими.
И всё же наша команда - отличный инструмент в познании далёких миров.

4.

Дверь распахнулась и в лабораторию вошла, точнее сказать, ворвалась, Шерна. По её виду сразу можно было понять, что случилось что-то серьёзное. Волосы были растрёпаны, черты  лица сильно обострились. Её прекрасные глаза метали молнии.
Шерна - моя сестра. Так же как и я, она училась в Академии Наук, но не закончила её, так как  увлеклась экзотикой космических полётов и другими планетами. И пока мы с Заррухом и Киресом создавали нашу теорию, она успела многое повидать. Шерна стала четвёртой в нашей команде, но отдалась делу всем сердцем. Наверное, даже сильнее чем я, или, скажем, Заррух. Женщине особенно сложно заниматься наукой. По существу, Шерна пожертвовала всем: карьерой (а она обещала быть блестящей), космосом, в который была влюблена, и даже личной жизнью. Хотя относительно последнего всё может быстро измениться. Я уже несколько раз заставал их наедине с Рикком. О чём ни беседовали, я не знаю, но Шерна всегда сильно смущалась при моём появлении, и у меня оставалось ощущение, что я чему-то помешал.
Несмотря на новое тело, Рикк сохранил свою львиную натуру. Он всегда был энергичный, стремительный, полный идей. Наша команда буквально преобразилась с его появлением. Он занимался на спортивном тренажёре, который сам же и соорудил в смежной к лаборатории комнате, и приобщил всех (включая девяностолетнего Зарруха) делать зарядку каждый день. Настоящий лев! Такие женщинам нравятся.
Шерна успела поработать на разных должностях. Она была и оператором, и информатором, во время второго эксперимента больше недели жила в теле обезьяны...
Но сейчас настали другие времена, и Шерне пришлось заняться не менее сложными и гораздо более опасными делами...
... Это началось около 50 лет назад. Наша планета была чрезвычайно развитой во всех отношениях. Особенно процветали науки. Академия Наук была самым престижным из всех заведений. Наша цивилизация уже около 150 лет назад вступила в космическую эпоху, однако создание принципиально новых типов кораблей на основе перемещения в парапространстве, открытом Виркесом и разработанного нашими ведущими учёными, в тысячи раз упростили космические путешествия и сделали их практически абсолютно безопасными. Космические аппараты получили возможность развивать скорость до 1000 - 1300 км/с, что продвинуло наши интересы глубоко в космос. А позднее были изобретены и введены в эксплуатацию корабли, способные проникать в подпространство и двигаться там со скоростью, близкой к скорости света - около 2000 км/с. Галактика и окружающие её пространства в радиусе нескольких тысяч световых  лет оказались у наших ног. Космонавты начали одну за другой открывать планеты с чрезвычайно благоприятными для жизни условиями и очень богатыми ресурсами. Космос оказался просто раем для каждого, кто в него попадал. Планет было так много, и они были так хороши, что все кто мог, стремились покинуть родную планету.
И Виркес, и Заррух, и я, и другие видные учёные Академии сначала видели в этом положительную тенденцию. Мы считали, что развитие космических технологий приведёт к ещё большему развитию науки.
Но мы жестоко просчитались.
Уже через 5 лет после начала тотальной эмиграции в космос многие стали отмечать, что цивилизация стала превращаться в потребительскую. Интерес к науке исчез, а единственно престижными профессиями, кроме, понятно, космических, стали строительные и торговые. А так же военные, поскольку из-за дележа богатств то тут, то там возникали вооружённые конфликты. О развитии фундаментальной науки на других планетах не могло быть и речи.
Но самое страшное было в другом. Наша планета, с уже практически исчерпанными ресурсами, стала в экономическом отношении быстро отставать. Все, кто был похитрее и пошустрее, давно улетели в космос, а те, кто остался, потребовали создания нового, независимого государства. Конечно, колонии не нуждались в нас, но наши финансовые потоки бесконечной рекой утекали в космос...
Учёные - те немногие кто остался в Академии - решили выступить с инициативой создания нового единого планетарного правительства. Возглавить его должен был  Председатель Академии Наук Виркес.
Однако к тому времени (а это было около десяти лет тому назад) планета уже была поделена мафиозными кланами. Все мало-мальски ценные объекты были в их руках. Они понимали, что Виркес будет действовать в интересах науки и Академии, а отнюдь не в их интересах.
Виркес долгие годы был членом парламента, однако, когда он выступил с критикой существующего режима и потребовал создания нового правительства из видных учёных, парламентарии (в основном представители мафиозных группировок, поделивших планету) обвинили его в коррупции и политической недальновидности...
Через два месяца Виркеса и десять его коллег по Академии - весь цвет нашей уже разлагающейся науки - осудили, обвинив в совершенно неправдоподобных мифических преступлениях. Всем дали по пятнадцать лет тюрьмы с отбыванием срока наказания на титан-циркониевых рудниках планеты Элерус - самой далёкой планеты нашей солнечной системы. Однако уже через два дня после суда власти сообщили, что Виркес был убит при попытке к бегству.
Каждый из нас, кто лично знал Виркеса, понимали, что это ложь. Его уничтожили специально, чтобы даже в будущем он не мог помешать их тёмным делам, а так же чтобы устрашить остальных. Других учёных тоже ждала незавидная участь. Их действительно сослали на Элерус, однако  к тому времени, когда мы провели первую удачную реинкарнацию, никого из них в живых уже не было. Мы сильно переживали, что не смогли помочь своим коллегам.
После этого на планете воцарил хаос. Парламент фактически никакой роли не играл и через год, после очередной кровавой разборки, распался. Официально государство существовало, но неофициально оно было поделено на несколько зон, контролируемых преступными (иначе их не назовёшь) группировками. На планете шла гражданская война. Для нас это было самое трудное время. В любой момент в лабораторию могли ворваться убийцы. Но мы уже получили ощутимые результаты от нашей теории, и ничто не могло нас остановить.
Шесть лет назад, когда уже был изобретён реинкарнатор, и мы делали первые шаги в исследовании Земли, несколько политических партий выдвинули инициативу создать новый парламент и правительство. И лидеры группировок, и простые граждане, уставшие от страха, лишений и террора, эту идею поддержали. И когда потребовался  кандидат на должность президента планеты, они вспомнили о загубленных учёных и о нас...
К тому времени наши эксперименты давали потрясающие результаты. Первая реинкарнация в тело льва прошла успешно, и мы уже осваивали тело обезьяны. Но наука требует средств. Объективно получалось так, что эксперимент с обезьяной должен был стать последним...
... И тут мне предложили стать президентом.
«Конечно, - сказали представители парламента, - мы не будем доставать вас бесконечной работой. Вы можете быть президентом, не выходя из лаборатории. Мы даже готовы платить вам за ваши эксперименты. Но нам нужен независимый глава планеты, который  бы (и это главное!) не лез в наши дела.»
Они даже не поинтересовались, какого рода экспериментами мы занимаемся. Впрочем, это хорошо. При умелом использовании реинкарнация может стать страшным оружием.
На размышление нам дали два дня. Это были самые тяжёлые дни в моей жизни. Эксперимент с обезьяной был завершён. Денег не было, а работу очень хотелось продолжить. И мы собрались на совет. Тогда к команде было шесть человек - Кирес, Шерна, Заррух, Эмм, Рикк и я. Два дня без сна и отдыха мы прикидывали, спорили, анализировали. И, в конце концов, пришли к выводу, что если мы не согласимся, то нас, скорее всего, уничтожат. А многолетний труд и бесценное открытие, дающее, по сути, вечное материальное существование, погибнет, или - что ещё хуже - станет чудовищным оружием для новых преступлений.
Короче, мы согласились.
Я был избран президентом планеты на 10 лет. Моим помощником была назначена Шерна.
С тех пор прошло около шести лет. Деньги к нам поступали регулярно, а отчёта о работе президента так никто ни разу и не потребовал. Всеми политическими делами занималась Шерна, я же всё время посвящал экспериментам.
Видимо, создание парламента и правительства на время успокоило массы, создав иллюзию возрождения государственности, но к смягчению ситуации это не привело. Война продолжалась.

5.

Шерна решительно подошла ко мне и громко сказала:
- Истель, у нас проблемы. Я была в парламенте, ситуация резко изменилась. На планете стала доминировать одна из группировок. Она хочет захватить всё, включая правительство. За последние недели они прибрали к рукам весь парламент. Двадцать минут назад они сняли тебя с поста президента, обвинив в некомпетентности и недееспособности. Я сама еле унесла ноги.
- И что теперь? - озадаченно спросил я.
Взгляд  у Шерны стал ещё более суровым.
- Через несколько минут нас всех арестуют. Даю сто процентов гарантии, что жить нам осталось не больше недели.
- Этого ещё не хватало, - проворчал Рикк.
Заррух, Меллис и Авууф отвлеклись от работы.
- Надо что-то срочно предпринять, - сказал я, обведя всех взглядом. Это был не первый удар в моей судьбе, да и в судьбе каждого из нашей команды, поэтому никто особо не испугался.
- Думаю, следует срочно начать эвакуацию..., - начала было Шерна, но её прервал громкий лай Шарика из динамика энергоскопа.
Я бросился к экрану. На нём было видно, как хозяин сцепился в рукопашной схватке с каким-то здоровым мужиком в сером костюме. Я сразу узнал его. Это был родной брат жены хозяина. Он часто приходил вымогать деньги, и ссоры хозяина с женой были в основном из-за него.
Шарик пронзительно лаял, но хозяину явно требовалась физическая помощь.
- Эмм, я возвращаюсь на Землю! - Резко воскликнул я и быстро лёг на кушетку, - Олливз не сможет помочь, а я хозяина не брошу!
- Но только быстро, Истель, - сказала Шерна, - у нас крайне мало времени.
Она надела на мою голову обруч реинкарнатора, и я услышал спокойный как всегда голос Эмма, говорящего в микрофон ре-передатчика:
- Олливз, зайди в будку. Ты возвращаешься.
Реинкарнатор представляет собой прямоугольный прибор, немного длиннее и шире человеческого тела. Сверху у него находится несколько десятков парапространственных излучателей, способных отправить мою душу в нужную точку Вселенной. Самое важное - не промахнуться, иначе обратно можно уже не вернуться. Пока я отсутствую, в моё тело вводятся так называемые «духозаменители» - примитивные душевные образования, взятые из наших простейших организмов. Они очень слабы для того, чтобы тело функционировало, но вполне достаточны, чтобы оно не погибло. Для их содержания в реинкарнаторе есть специальный модуль.
Всего у нас четыре реинкарнатора, но сейчас работает два. Один подо мной, другой - под Олливзом. Остальные два упакованы в ящики. Через каждые несколько дней мы их меняем и отработавшие тщательно проверяем. Малейшая неполадка может стоить нам жизни.
Я слышу мягкое жужжание и отделяюсь от собственного тела. Десять секунд полной темноты и невесомости - и я уже просто собака.

6.

Со страшным лаем я вылетел из будки и устремился к дерущимся. Сзади громыхала цепь, проезжая по проволоке. Я подоспел как раз в тот момент, когда мужик занёс сжатую в кулак правую руку для удара. Подпрыгнув, я схватил его за запястье и крепко сжал. Мужик громко вскрикнул и, отпустив хозяина, ударил меня ногой в живот. Это было невероятно больно, мир вокруг померк, но зубы я не разжал.
- Отпусти, гад! - крикнул мужик и начал произносить какие-то непонятные мне слова, вырывая запястье из моей пасти.
Наконец, спустя минуту, ему удалось отшвырнуть меня, но я, имея твёрдое намерение жестоко его искусать, настиг обидчика у калитки. Мои острые зубы, прокусив материю штанов, впились в мягкую и сладкую кожу. Мужик с яростью рванул укушенную ногу и стал произносить те же слова, но уже в обратном порядке.
- Ну, погоди, Степан, - крикнул он моему хозяину из-за ворот, - я тебе это припомню! И пса своего приструни, пока я его не зашиб.
- Иди отсюда, - сказал в ответ хозяин, - денег ты у меня больше не получишь.
- Наглый какой, - говорил он мне спустя минуту, - каждый месяц занимает, а отдавать и не собирается. Мне итак уже поросят кормить нечем.
Моё тело ныло и болело после такой битвы, особенно живот, и я лёг на асфальт.
- Молодец, Шарик, - сказал хозяин, ласково погладив меня по голове, - здорово ты его. Больше он не придёт. Умненькая ты моя овчарочка, я знаю, чего ты хочешь. Сейчас будет тебе косточка.
Он грустно улыбнулся и зашёл в дом.
- Истель, заходи в будку, пора назад, - услышал я голос Эмма.
Эх, хозяин, знал бы ты, какая неведомая опасность нависла над твоим псом!

7.

Я снял обруч с головы и соскочил с кушетки.
- Истель, солдаты уже возле здания, - встревожено сказала Шерна, - у нас есть оружие и гранаты. На крыше ждёт космолёт. Авууф и Меллис уже понесли в него запасные реинкарнаторы.
- Отлично, - ответил я, - нам надо улетать с планеты. Здесь мы погибнем. Но... чёрт, эксперимент придётся прервать?!
- Точно, - грустно произнесла Шерна, - или кто-то должен остаться в Шарике, пока мы не восстановим связь... Если мы её, конечно, когда-нибудь восстановим.
- Проклятье! - воскликнул я, - тогда я останусь на Земле. Я не хочу подставлять Олливза. Будет жестоко оставить его навсегда в теле собаки, которое он так не любит. Сколько у нас времени?
- Минут десять, - ответила Шерна, - лаборатория на двадцатом этаже. Пока они поднимутся...
- Рикк, взорви лифт! - на ходу приказал я, ложась снова на кушетку и надевая обруч.
- А как же твоё тело, Истель? - спросил Заррух.
- Его реинкарнатор мы подключим к аккумуляторам, - ответил за меня Эмм, - мы сможем сохранить его в течение двух-трёх недель.
- Истель, может, следует прервать пока эксперимент... - в глазах Шерны что-то блеснуло, - если у нас не получится убежать, ты навсегда...
- Я не оставлю хозяина, - отрезал я, - Шарик - единственная отрада в его жизни. Мы продолжим эксперимент, вот увидишь.
За дверью что-то грохотнуло. На потолке погасли лампы. Это Рикк бросил гранаты в шахту лифта.
- Теперь у нас минут двадцать, - сказал я. - Шерна, летите на планету Альдер-семь. Там работает инженер Ювус. Он мой старый друг, Зарруха он тоже знает. Он должен помочь.
- Хорошо, - ответила Шерна, хватая ящик с дисками. Заррух уже подключал аккумуляторы к моему реинкарнатору.
- Кстати, откуда взялся космолёт? - успел крикнуть я, когда она была уже у дверей.
- Ты меня взял в команду не за красивые глаза..., - послышалось уже из коридора.
Она права. Красивые глаза отнюдь не самое существенное из её достоинств.
- Эмм, - громко сказал я, чувствуя, как подо мной начинает работать реинкарнатор, - если что, можете убить моё тело. Скажете тем головорезам, что я покончил с собой. Потом можете создать новое. Я учил этому Шерну и Рикка...
Начавшая реинкарнация обрывает меня на полуслове.

8.

На землю легла ночь. На улице очень тихо, только слышно как вдалеке гудит автомобиль, да сверчок стрекочет где-то за огородом.
Мы сидим с хозяином вдвоём. Его жена давно спит, кот ушёл к соседским подружкам, и я слышал, как он мяукал, зазывая их на свидание.
Хозяин сидит на лавочке, вытянув ноги, и легонько гладит меня по загривку. Я лежу слева, положив голову ему на колени. На мне нет ошейника, и это немного непривычно. Один раз до этого хозяин уже спускал меня с цепи, и мы ходили в лес. Это позволило получить о Земле огромное количество данных: виды растений, насекомых, почв, транспортных средств, строений... Авууф анализировал их больше недели.
Хозяин что-то мне говорит, но я его почти не слушаю. Мне есть о чём подумать.
Высоко в небе блестят звёзды. Где-то далеко за ними, на другом конце Галактики, разворачивается битва моих друзей за бессмертие. Эта битва определит мою дальнейшую судьбу. Или я продолжу жизнь учёного-исследователя, или навсегда останусь простой сторожевой овчаркой. Но меня последняя перспектива не пугает. Собака из меня получилась превосходная, это я точно знаю, тем более что со мной мой любимый хозяин.
Шарику пять лет, а собаки в среднем живут лет десять-двенадцать. Так что годков пять-шесть я ещё протяну. А там...
Душа бессмертна, так что бояться нечего. Да если бы она и умирала, то я всё равно не огорчился. Зачем мне бессмертие? Главное, что у меня есть такой хороший хозяин. Кстати, что он там сейчас сказал? Что-то вроде того, что я его лучший друг. А что может быть для собаки лучше, чем такое признание?
- Смотри, Шарик, спутник летит, - хозяин поднял мою голову в направлении летящей звезды.
«Вот это да, цивилизация землян тоже шагнула в космос», - удивлённо подумал я. Надо сказать об этом всем. Молодчина, хозяин, знает, что интересует его любимого пса.
Я снова кладу голову ему на колени, и он водит мозолистой ладонью по моей шерсти. Определённо, это самая счастливая ночь в моей жизни. Никогда ещё я не чувствовал такого успокоения и душевного тепла. Ласковый летний ветер теребит кончики моих ушей, и я закрываю глаза.
Когда-нибудь я заберу хозяина к себе, в свою команду. Я уверен, что из него выйдет отличный исследователь. А такие нужны нашей планете. Очень нужны.

2001 год.


Рецензии
Виталий, очень интересны переходы из одного состояния в другое, как музыка, сначала спокойная классика, потом рок, потом опять классика. И постепенно слышишь симфонию.

Спасибо за Друга!

С уважением,
Надежда

Надя Серебрякова   05.07.2017 17:14     Заявить о нарушении
Пожалуйста, Надя! Спасибо за интересные метафоры и добрые слова.

Виталий Демешко   05.07.2017 20:50   Заявить о нарушении