Пират императрицы - 26

Иван незамедлительно сошёл на берег к ожидавшей там юной крестьянке. Та, скорее отдав ему запечатанный бумажный пакет, поспешила сесть обратно в карету и покинуть порт. Не придав всему остальному значения, Иван распечатал конверт и увидел вложенную записку с неким амулетом... Амулет серебряный... Небольшой... Жезл, по обоим сторонам которого были крылья, обнимали две переплетающиеся друг с другом змеи.
Иван поспешил прочитать записку и ещё некоторое время смотрел на лежащий на его ладони амулет.
– Хорошие новости? – встал рядом капитан.
– Будет ли возможным отлучиться на несколько дней? – вопросил Иван.
– Ты же знаешь, мы не спешим в Париж. Я давно во Франции не был и, не будь этой просьбы Императрицы, не сунул бы туда и носа, – одарил тот улыбкой. –  Что там?
– У Насти есть только мать в Псковской губернии, в деревне, – протянул капитану записку Иван. – Саму Настю Императрица попросила временно послужить племяннице посла в Швеции.
– Временно у государыни – может быть долго, – подивился капитан. – Что ж, Жан, не сказать, что удача на твоей стороне. Париж не в Швеции! Ты к её матери собрался?
– Да... Этот амулет принадлежал Насте, и его недавно обнаружили, – пожал плечами Иван, и капитан поспешил прочитать записку, после чего вздохнул:
– Амулет Кадуцей... Это посох Гермеса, покровителя купцов и торговцев. Странно, конечно, но да ладно. Время всё расставит на места. Спеши, Жан. Верни амулет её матери, и отправимся в путь.

И Иван спешил. Он не чувствовал усталости, откуда-то беря силы, остановившись лишь на одном из постоялых дворов, где выспался, подкрепился и сменил коня...
Белоствольные берёзки стояли у дороги всё чаще и чаще, когда Иван подъезжал к нужной деревне. Не так давно Псковская губерния отделилась от Новгородской, получила свои границы... Иван узнал об этом на постоялом дворе и понял, как мало знает о своём крае. Весь в бегах, в поиске некоей свободы, которую, по сути, так и не обрёл.
Есть ли свобода – Иван уже сомневался. Пока мчался к деревне, надеялся и сам не знал на что. Он любовался берёзами, восхищаясь их красотой, которую никогда не замечал раньше. Он радовался каждой речке, каждому ручейку, замечая и гнездящихся птиц.
Когда же у показавшейся вдали деревни он увидел широкое ромашковое поле, Иван остановил коня и слез с него. Небывалое чувство восторга прокатилось по венам, то холодя, то согревая, разливаясь в потоки любви к родному краю. Он сел на краю поля и любовался каждой ромашкой, которая попадала под взор.
Погладив их молодые, шёлковые лепестки, Иван почувствовал, что и осторожный ветер нежно обволакивает их. Спокойствие... Безмятежность... Здесь Иван убедился в том, что не встречал края, краше этого. Он глубоко вдохнул аромат весны. В душе его, что-то просыпающееся, будто раскрылось, наполняя новыми надеждами и мечтами.
Улыбнувшись в сторону деревни, Иван вскочил на коня и продолжил путь. Оставалось совсем чуток. Он быстро отыскал нужный дом и остановился у его калитки. Дверь в дом была чуть приоткрыта. Курицы с цыплятами бродили по двору. Всё, казалось, живёт, дышит теплом, добром. Только смелости не было пройти дальше.

Решив оставить амулет на дворе, Иван достал из кармана платок и завернул его туда. Он стал привязывать его к калитке, как из дома в тот момент вышла пожилая женщина, в белоснежном кружевном платке, в аккуратной тёмной, с вышитыми цветами одежде. Она хромала, опираясь на кривую, толстую палку, и с волнением смотрела сияющим добром взглядом...
– Кто вы? – вопросила она.
– Я..., – застыл Иван, потеряв все слова и смелость.
Женщина подошла ближе и взглянула на привязанный к калитке платок, который Иван тут же отвязал и протянул. Она приняла его, раскрыв содержимое, и ахнула:
– Вот ведь!
– Нашли во дворце, – кратко сказал Иван. – Потерян был... Наст... Вашей дочерью.
– Верно, – с удивлением смотрела женщина. – Благодарю, что привезли. Вы столько времени потратили для этого... Проходите поесть, отдохнуть, – открыла она калитку.
– Нет, нет, – замахал руками Иван. – Я спешу обратно.
– Что ж, добрый человек, – поклонилась женщина. – Благодарствую... В добрый путь, коль так.
Иван отступил с конём на дорогу, но оглянулся:
– А ваша дочь... Она давно здесь не была?
– Настенька приезжает раз в год, – улыбнулась женщина. – Она у хороших людей служит. А этот амулет, – прижала она тот к груди. – Настенька обрадуется не меньше меня... Он принадлежал её отцу. Он был купцом. Подарил его дочери, когда она родилась, ей наудачу. Вы принесли в наш дом радость. Спасибо вам!

– Я счастлив принести радость, – волновался Иван всё больше. – Ваша дочь,... Анастасия... Она приедет в этом году?
– Она уже была, несколько недель назад, – улыбнулась женщина, и от того, что дорожки с Настей разошлись, Ивану стало ещё больше не по себе...
– Прощайте... Здоровья вам, – поклонился он, сел верхом и пришпорил коня...


Продолжение - http://www.proza.ru/2017/01/24/1042