Элегии созерцателя

Поезд, под завязку набитый болтанкой глюков, шёл от Рождества. Вован смотрел в окно через калейдоскоп мельканий, - и образы выбивали морзянкою из них: «Глупо было бы глупые вопросы заканчивать сведением счётов с жизнью, непоправимой глупостью её поправ.»
И ни одной инструкции на мелькающих столбах видений... Куда мы все едем? Вот сделали б меня смотрителем какого-нибудь главного столба, уж я бы развернулся, я бы пропечатал инструкцию  - на века!
Дурак, как чёрт из табакерки прозудел: - И я. «Читай инструкцуию внимательно, вчитывайся, приятель, найди там то, что не приписано и следуй дальше некуда, - это наша с Во-Ваном Инструкция! И главное в ней не высказывается! Оно между строк всегда,,,» Хороший я у тебя?
- Хорошо, что глюков говорливых встретил. - прописал Во-Ван, тайком, и усмехаясь - про себя. Поощрительности визависту не отвесил. "Лучшее - догадки между строк..."
 Услужливая сегодня меланхолия эмоции развесила на голых деревьях, между столбов бегучих, в ответ он позволил ей дальше нанизывать слова на строки. Сам лишь внимательности предался, следя за поведением курсора. Растёкся по тоске, вопли гася. «Дни гасятся, как самоубийцы тараканы, в раковине жизни-вине...»
«Хм-м-...»: протя-ажны-ый - заплескался в образах «вин», «вином»№ «вину» пьяня....
-  Стоило отложить суеты навязчивые сети и предать её словам, жизнь сама за меня всё и решила: дни мелькают, мельчая день ото дня. Утро, эрекция, обед, бред в перерывах, болтовня, итоженье ничтожества бабла, погоня с ним — за ним -  выживания для... Всё длящееся растяжение по сторонам жизни её долготерпящих понятий... И некогда дышать — свободно! - глупости оставив, беспокойно снующие вокруг, жизни моей для... Сесть, забыть про бой секунд глупостям некогда — бедняжки.
 Суицидники тупо себе врут, находя в акте дурака кривлянья мотивы укрепляющие дух — для своего последнего - победного! - падения. Они сами себе навязывают «высшую волю», ища исхода через некую «свою» волю. Это неволя их за шкирку трясёт; дурь, якобы, из башки выбросить велит. А они и рады спорить — глотают всякое, падают с высоток, вешаются  - на заботы ближних, вывесками пошлыми на заборах...
 Хорошо, что сам я вовремя разговорился с Дураком! Богатырь мой...» - На последнем — «душещипательным вышедшим из прочих букв сложении, будто штепсельном проникновении души в душу — маляр закурил, словно только этим жестом скрыть оползновения волнений вершин: согбенных, смиренных, ждущих поэтических воспарений -  в себе смог...» - меланхолия пальцу, скачущему по клавиатуре, подсказала. «Душевная теплота осталась в уголке глаза и растворилась; растворяла элементы невидимого счастья, встретившиеся ей там под тарарам трам-пам-пам; не жалея им себя, как фото отражало застрявшие в немоте глубокие Вовановы души порывы...» - Меланхолия, последней зарисовкой в рисовке маляра наделав смятения, из  бардака Вованых буковок шельмой прочь юркнула невесть куда; напоследок хрюкнула исподтишка...
Маляр — выронившим полтергейст циничным реалистом — не опечалился и дописал оставшееся в этот раз последним за душой: -  ...наперсник мой, он мне разболтал всю подноготную свою. Иначе бы, так и не разобравшись, откинулся я - последним мудаком...  куда как не дураком... Куда? А, Время? Ты зачем так столь не поэтически запуздыриваешь нас в изгнание –  изгнание в глубину самих себя? Даёшь прощальные уроки пустоты? Перед расставанием с недостойными Вечности насмехаешься у первого и последнего порога глубокомыслия?  Ладно, проехали, молчи. И у тебя закат на закате, глаз некогда раскрыть... Как и у нас в романе... где иной ражий сочинитель задался бы вопросом: «Вначале нужно бы, ради приличия, решить, куда хотим приплыть, где столбовая точка...»
 …А нам недосуг... но всё тянемся; к чему — не знаем, - отвечаю. 
- Как бы то ни было, но амбивалентность благополучно вошла в строй, настраивается, меланхолия временно ей упразднена и всё бодрячком, и бьёт опять ключом, не давая расслабляться ранним разносторонним расстроенностям. Элегии отдав дань, Живём! - Разнеслось дурацким кличе-кичем — Вперёд — корячиться!
- Как бы то ни было, но амбивалентность благополучно вошла в строй! Настраивается... - довольство восхищений превосходило всю прежнюю ассиметричность восторгов вышедшего на плач мой Дурака. - Меланхолия временно ей упразднена и всё бодрячком, и бьёт опять ключом, не давая расслабляться ранним разносторонним расстроенностям. Элегии отдав дань, Живём! - Разнеслось дурацким кличе-кичем — Вперёд — корячиться! Прежде чем выткаться в кого-то из неблагополучного бытия с кем только не приходится знаться, амбивалентность не худшая компания. Станок судьбы — для не отмеченных её удачей до рождения — любит глупостями им рёбрышки намять.
- Но не увлекайся праздноболезношатающейся. Привлекательность жизни положено в себе как сердце, брат растить. А сердцу не очень полезны амбивалентные кардиограммы.
- ...И -да! Не давай себя убить — экономь деньги! - вякнул он, так же, как заявившись, своевременно пропадая. Мне вдруг опять уже хотелось его убить... Абулия* разрушалась амбивалентностью, Дурак, как всегда, приложившись к нежному месту, помогал...
*
Абулия — зашифрованное древностью буквосочетание для обозначения пофигиста; отсутствие живых желаний; род определения «размазня»; род сплина.