Из темноты к свету. Часть 1. Глава 29

    - Серёжка, обещай мне, что ты больше не будешь выбрасывать деньги на ветер. Ты же и сам понимаешь, что счастливая лотерея - это дело случая,- пыталась спокойно и по доброму поговорить со своим мужем Люба, торопливо собираясь на занятия в институт.
    - Любчик, мне так хочется выиграть что-нибудь. Мимо не могу пройти, когда увижу связку с лотереями,- с досадой ответил Сергей.
    - Но у нас каждая копейка на счету, а мы с тобой кучу денег проигрываем. Что я родителям скажу?
    - Ладно, больше не буду.
    - Обещаешь?
    - Обещаю,- ответил Сергей и, чмокнув жену в щёчку, скрылся за дверью квартиры, которую они снимали в частном секторе, недалеко от Любиного института.
    Лотереи "Спринт" продавались на каждом углу и не было от них никакого спасения. Нанизанные на верёвку. словно связка бубликов, они манили к себе, интригуя получением выигрыша прямо на месте. Люба, как могла, боролась с этой напастью, которая затянула её мужа и никак не отпускала. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы вытащить его из этого омута.
    "Он всё равно будет покупать этот "Спринт", я чувствую это. Пусть не в таких количествах, но совсем отказаться он него он не сможет",- переживала Люба по дороге в институт.

    Лето было в полном разгаре. В один из таких дней Люба с Сергеем отправились на рынок, чтобы купить необходимые вещи. Рядом с торговыми рядами они увидели на раскладном столике связку с лотереями, на которой их оставалось совсем небольшое количество. У столика стоял продавец, пожилой седоволосый мужчина, рядом с которым никого не было. Проходя мимо него, Сергей вдруг замедлил шаг и с сожалением посмотрел на связку с лотереями. Люба услышала его глубокий вздох, но ничего не сказала. Ей почему-то стало жаль Сергея и тогда она спросила:
    - Ты хочешь купить лотерею?
    - Я обещал, что больше не буду покупать, но я действительно хочу.
    Люба остановилась, остановился и Сергей. Она посмотрела на него и, улыбнувшись, сказала:
    - Тогда сделаем так. Раз ты обещал больше не покупать, значит обещание своё ты должен сдержать. А вот я одну лотерейку могу купить. Как раз и пятьдесят копеек у меня есть.
    - А можно билет выберу я?- спросил Серёжка, чтобы хоть как-то принять и своё участие.
    - Нет, ты не должен этого делать. Раз я покупаю, значит и выбираю тоже я. Пойдём.
    И они подошли к столику, возле которого кроме Любы и Сергея по-прежнему никого не было. Люба протянула продавцу пятьдесят копеек и показала пальцем какой билет на связке она хочет купить. Мужчина взял ножницы, чтобы срезать лотерею, но  срезать собрался совсем другую, ту, что была рядом с показанной.
    - Нет-нет, вы совсем другую лотерею взяли. Мне нужна именно та, которую я вам показала.
    И Люба ещё раз показала ему выбранную ею лотерею. Продавец срезал её и отдал Любе.
    - Давай развернём и посмотрим, что за выигрыш у нас,- предложил Сергей, протягивая руку, чтобы взять у Любы срезанный билет.
    Но Люба отдёрнула руку и лотерею ему не отдала. Она хотела лишь одного - помочь ему избавиться от этой страсти, бороться с которой она не знала как.
    - Нет, мы не будем этого делать. Придём домой и тогда посмотрим.
    Сергей спорить не стал. Они вышли с рынка и пошли на троллейбусную остановку, стоя на которой он начал приставать к Любе с одной и той же просьбой:
    - Любчик, ну давай посмотрим, а вдруг там деньги? Где мы тогда продавца искать будем, чтоб выигрыш забрать?
    - Хорошо, ты прав, только я сама посмотрю.
    И Люба достала из сумки купленную лотерею, осторожно её разворачивая. Сергей всячески пытался заглянуть через её плечо, чтобы подсмотреть, что в ней написано.
    - Не подглядывай!- шутила Люба.
    Развернув первый загиб, на лотереи появилось окончание какого-то слова с буквами "...цикл".
    - "...цикл",- прочитал вслух Сергей,- да это же точно "мотоцикл". Разворачивай скорее, только осторожно, чтобы не порвать!
    Люба отдала лотерею Сергею, чтобы он дальше развернул сам.
    - Любчик, смотри, мотоцикл "ИЖ Юпитер2" с коляской!
    - Ура-а-а!!! Мо-то-ци-и-кл!- вдруг закричала Люба на всю остановку.
    - Не кричи! Ты, что? Сейчас подбегут, вырвут из рук и ищи ветра в поле,- заволновался Сергей, оглядываясь по сторонам,- пошли лучше назад, к продавцу, узнаем, что нам дальше с этим делать.
    - Побежали скорее!

    Возле столика с лотереями стоял всего лишь один молодой человек и о чём-то беседовал с продавцом.
    - Вот, смотрите, мы мотоцикл выиграли. Как нам дальше быть?- спросил Сергей, крепко держа лотерею в своих руках, лишь слегка приоткрыв написанные на ней слова.
    - Вам теперь надо в сберкассу обратиться. Это крупный выигрыш, поэтому его только там могут отдать.
    Люба не могла поверить в такую удачу. "Как хорошо всё получилось! Теперь Сергей перестанет тратить деньги на бесполезную покупку лотерей, ведь теперь его мечта сбылась,- думала она,- наверное, он предчувствовал, что что-то должен выиграть. Получается, что это чувство его не подвело. Не важно, что лотерею купила я, затея ведь его".

    Первым делом Сергей предложил Любе отправиться в сберкассу. Лотерею у них приняли и оформили все необходимые документы.
    - Ответ придёт где-то через месяц.
    - А почему так долго?- спросил Сергей, огорчившись.
    - Лотерея сначала должна пройти экспертизу для установления её подлинности.
    - А какую сумму мы должны получить? Мотоцикл мы брать не хотим,- снова обратился Сергей с вопросом.
    - Ваш выигрыш составил одна тысяча двести рублей.
    "Ничего себе!- обрадовалась Люба,- они обязательно придут, потому что лотерея настоящая".

    Весь оставшийся день молодая пара оставалась под впечатлением происшедшего. Даже уже лёжа в постели, они никак не могли уснуть, взбудораженные предстоящим получением таких огромных для студентов денег. Каждый из них лежал и в тайне мечтал о своём.
    "Я обязательно куплю себе хорошенькую шубку. Моя нынешняя шуба - искусственная и уже старенькая",- летала в облаках Люба.
    Сергей, который постоянно ворочался и крутился с боку на бок, вдруг нарушил тишину и сказал:
    - Любчик, у меня всегда мечта была.
    - Какая?
    - Я всегда мечтал мотоцикл купить, "Яву" чехословацкую. Родители обещали подарить, когда я институт закончу. Но это ещё так долго ждать.
    - А сколько она стоит?
    - На неё уйдут все деньги, которые мы получим.
    Любин ответ последовал не сразу. Она вдруг задумалась, не зная, что ответить. "Я мечтала о новой шубе. Что мне сказать ему?.. И всё-таки. я выбираю Серёжку, а не шубу",- решила окончательно Люба.
    - Я согласна!- без всякого сожаления ответила Люба.
    - Ура-а-а!!!- теперь уже так громко закричал Сергей.
    Его, вырвавшаяся на свободу, радость тут же передалась и Любе. Она вдруг вспомнила фильм, который совсем недавно они смотрели в кинотеатре, под названием "Не могу сказать"прощай"". Фильм этот тронул Любу за душу на столько, что ей казалось будто это она главная героиня фильма. В этой девчонке она видела себя, такой же преданной, доброй и заботливой. "Если бы мой Сергей оказался в инвалидной коляске, я бы его тоже никогда не бросила,- думала Люба,- Подумаешь, какая-то шуба. Да мне для Серёжки ничего не жалко. Я хочу, чтобы он был самым счастливым".

    Как только наступили ближайшие выходные, Люба и Сергей, как обычно, поехали на Новую Каховку, чтобы навестить родителей и своего маленького сынишку.
    - Мама, представляешь, мы в "Спринт" мотоцикл выиграли, "Юпитер" с коляской,- сказала Люба, когда они начали накрывать на стол в летней кухне, а их мужчины этим временем курили в беседке и обсуждали последние новости.
    - И, что вы с ним делать будете в Херсоне? Зачем он вам?- удивилась Валентина Ивановна,- лучше деньгами заберите.
    - Мы так и решили. Серёжа вместо него хочет купить чехословацкую "Яву".
    - И сколько стоит ваш "Юпитер"?
    - Сказали, что одна тысяча двести рублей.
    - Мы с отцом столько же на свадьбу вашу потратили.
    - Ничего себе! Надеюсь, что эту сумму вы разделили на пополам с Серёжиными родителями?- поинтересовалась удивлённая Люба.
    - Ничего делить мы не стали. Сказали, что с них всего двести рублей.
    - Мама, но почему?
    - Фёдорович потребовал всё записывать, чтоб потом на пополам всё разделить, но ничего писать и считать мы не стали, тем более, что они половину поросёнка привезли. Они ведь не хотели этой свадьбы. Вот мы с отцом и решили, что пусть с них будет всего двести рублей.
    - И, что, свёкор не просил списки показать, чтобы уточнить расходы?
    - Ничего он не просил. Он достал свой кошелёк и вынул из него деньги, отсчитал сколько ему сказали и сразу же отдал.
    - Значит эта сумма его устроила, потому и не просил,- сделала свой вывод Люба и тут же сказала,- Мамульчик, мы на днях в Константинополь поедем и хотим с собой сынишку взять. Родители Сергея машиной приедут за внуком и за мной, а сам он на следующий день приедет автобусом. Одного в дальнюю дорогу свекровь мужа не отпустит, а малышу сзади в машине надо место, чтоб он мог свободно лежать. Получается, что Сергею в машине места нет. Вот он прямо из Херсона автобусом и поедет.
    - Как вы решили, так пусть и будет. Когда вернуться планируете?
    - В конце августа.
    - Тогда я на работу выйду, а там посмотрим, как быть дальше,- вдруг приняла решение Валентина Ивановна и продолжила,- Ну, что, стол накрыт, давай, зови мужчин.

    День отъезда настал. Сначала в машину загрузили приготовленные для поездки вещи, а потом в последний момент в неё села и Люба с малышом. Сразу же начались капризы, ребёнок явно не хотел находиться в машине, он почувствовал что-то неладное. Когда она тронулась с места, Серёжка стал сильно плакать. Не смотря на свои одиннадцать месяцев, он был очень смышлёным и чрезвычайно требовательным.
   Всю дорогу, сколько они ехали, он плакал не переставая, дело доходило даже до истерики. Он отказывался и есть, и пить, а под конец пути уже орал не своим голосом. Даже, когда машина заехала во двор и остановилась, он всё равно продолжал орать. А когда его занесли в дом, он такую истерику закатил, что никто ничего не мог с ним сделать, чтобы успокоить.
    Люба всё время держала сына на руках и пыталась его утешить, но он уже не только орал, но и выгибался в дугу, синея прямо на глазах у своей матери. Молодая мама, не имея никакого опыта, растерялась, не зная, что ей делать. Она очень испугалась и бросилась за помощью к свекрови. По внешнему виду ребёнка было видно, что он вот-вот может лишиться жизни.
    - Побежали бегом через огороды в соседний дом, там живёт баба Наташа, она отшепчет его,- Вдруг неожиданно сказала Тамара Григорьевна и первая помчалась к двери.
    Свекровь выбежала из кухни во двор, Люба с ребёнком на руках за ней. Уже было темно и Люба боялась, чтобы не споткнуться и не упасть вместе с малышом в огородных зарослях. Её сынишку выкручивало в дугу и он превратился в тяжёлое бревно. Любе казалось, что она вот-вот уронит его.
    Наконец они вбежали во двор этой женщины и прямо влетели в коридор её дома.
Баба Наташа тут же вышла и свекровь обратилась к ней:
    - Срочно помощь нужна, ребёнок заходится, уже весь синий.
    - Оставайся здесь, Григорьевна, а ты, мамочка, иди за мной,- сказала женщина и взяла малыша на руки.
    Как только они вошли в комнату, баба Наташа дала новое указание:
    - Вы станьте в угол, лицом к иконе и не поворачивайтесь, вы не должны видеть то, что я делаю. Какое имя у ребёнка?
    - Сергей,- ответила Люба, стоя в углу под иконой и думая: "Как хорошо, что я крестилась сама и малыша крестила. Чтобы я сейчас делала?"
    Что делала эта женщина, Люба не видела, она слышала только её бормотание. С каждой секундой неестественный крик становился более прерывистым и не таким громким и в конце-концов исчез совсем. До Любы стали доноситься только отдельные всхлипывания.
    - Поворачивайтесь, мамочка, и забирайте своего ребёнка.
    - А, что с ним было?
    - У него огромная грыжа вылезла, пришлось выгрызать.
    Люба взяла на руки сынишку, он ещё плакал, но плакал спокойно. Вернувшись в дом свекрови, она уложила его в коляску и стала укачивать, пока он, успокоившись, не уснул. Он не просыпался до самого утра. Время от времени Люба подходила к коляске, чтобы взглянуть на ребёнка. Наступил обед, а Серёжка всё не просыпался. Подойдя к малышу в очередной раз, ей вдруг показалось, что он не подаёт признаков жизни. Но, убедившись, что малыш действительно спит, она снова отошла, чтобы не разбудить его.
    Серёжка проспал до самого вечера. Когда мама заглянула к нему в коляску, он ей улыбнулся, потирая кулочками заспанные глазки.
    - Мама-а! Серёжка проснулся,- крикнула Люба свекрови, так, чтобы та услышала.
    - Дождались!- послышался голос Тамары Григорьевны,- бегу, бегу!
    Они попытались освободить ребёнка от пелёнки, в которую были обвёрнуты его ножки, и обе ахнули. Он лежал в огромной куче жидких какашек от самой попки и до пяток, которые успели присохнуть к его тельцу вместе с пелёнкой.
    - Его срочно надо положить в ванночку вместе с пелёнкой, чтобы всё в воде откисло,- посоветовала свекровь.
    "Что за ерунда с ним приключилась?- подумала Люба,- кто мне сможет всё объяснить? Ребёнок реально мог умереть. Всё это просто в голове не укладывается".
    К вечеру, к приезду Любиного мужа, малыша отмыли, накормили и он больше не плакал и не кричал, а улыбался и всё время что-нибудь требовал.

    С приездом мужа Люба воспрянула духом, в нём она чувствовала поддержку и защиту. Рядом с ним и малыш был поспокойнее.
    - Сергей, тебе что на завтрак приготовить?- спросила мать своего сына, когда тот вошёл на кухню со стороны внутреннего двора.
    - Мам, я бы съел жареных яиц, штучки три,- ответил Сергей и направился в зал с чёрным пианино и импортной стенкой, где для него с женой был разложен диван.
    В этом же зале стояла коляска малыша, где сидя на толстом шерстяном ковре, он играл игрушками вместе со своей мамой.
    Через какое-то время раздался голос Тамары Григорьевны:
    - Сергей иди завтракать, уже всё готово.
    Сергей встал с дивана, поцеловал жену в щёчку и направился на кухню.
    - Что это?- спросил он у матери, глянув в сковороду.
    - Как, что? Яичница,- удивилась она такому вопросу.
    - Люба-а!- позвал жену Сергей,- Иди сюда!
    Люба, оставив на полу малыша, поспешила к мужу.
    - Любчик, пожарь мне несколько яиц, а я пока с Серёжкой посижу.
    - Хорошо,- ответила она, сразу не поняв в чём дело.
    Когда он ушёл, свекровь накинулась на Любу с претензиями:
    - Ты мне сына совсем разбаловала, до тебя он таким не был.
    Люба не стала отвечать на упрёк, она промолчала, потому что ей не хотелось ссориться, ей хотелось, чтоб они все любили друг друга или хотя бы уважали. Она заглянула в сковородку и увидела в ней жареные яйца, приготовленные как попало, совсем не так, как он привык кушать у своей тёщи.
    Сергей любил глазунью с хрустящей коричневой корочкой, чтобы макать хлебом в желток и, чтобы обязательно она была пожарена на кусочках сала.
    Когда Люба приготовила ему такую, он посмотрел и сказал:
    - Вот это настоящая яичница!
    Свекровь посмотрела на всё это дело и сказала невестке:
    - Обед сама будешь готовить.
    - Хорошо, - ответила Люба и вместе с малышом удалилась из кухни.
    "Я приготовлю им свой любимый рисовый суп - рассольник с фрикадельками",- сразу же решила она. Любе так хотелось хоть чем-то порадовать свекровь и одновременно хоть немного понравиться ей.

    Свекровь создала своей невестке все условия для приготовления обеда. Когда всё было готово, Люба стала каждому наливать в тарелку свой фирменный суп. Мужчины уже мыли руки после работы в огороде и вот-вот должны были войти на кухню.
    - Ты зачем Станиславу Фёдоровичу в такую большую тарелку налила? Он столько не съест! Он вообще ест мало,- почему-то вдруг возмутилась свекровь.
    - Ну, сколько съест. Ничего страшного, собачку покормим.
    Свекровь недовольно фыркнула, но сказать больше ничего не успела, потому что вошли мужчины и каждый, сев на своё место, принялся за еду. Люба ела молча и свекровь тоже, только сын с отцом перебрасывались словами.
    И вдруг произошёл казус. Свёкор съел весь суп и спросил:
    - А добавки можно? Уж очень суп вкусный.
    - Конечно можно,- ответила счастливая Люба, глядя на недовольное лицо своей свекрови.

    Как бы Люба не старалась и чтобы она не делала, она никак не могла угодить своей свекрови. Но обиды на неё у Любы не было, а если и была, то она её ничем ей не выражала.
    Решил Сергей вывести машиной своих жену и сына на речку, что за селом, первый раз за всё время. за одно он и порыбачить хотел.
    - Сергей, какая речка? Огороды полоть надо, травой заросли,- начала возмущаться свекровь.
    -  А зачем вы их столько набрали? Всё, я беру машину и везу свою семью на природу.
     Приехав к речке, они остановились у небольшого деревца. Простелив покрывало вдоль машины, Люба с сынишкой расположились на нём. А Сергей с удочкой стал пробираться сквозь разросшийся камыш к воде. Улов не удался. Зато там, у речки, счастливым смехом заливался их маленький Серёжка, который в это время учился сам самостоятельно стоять, опираясь ручонками за машину и опуская их, одновременно удерживая равновесие. Когда же мама пыталась поддержать его, он сердился и откидывал от себя её руки.
    Уже этим же вечером малыш сделал свои первые шаги, прохаживаясь по ковру от мамы к папе туда-сюда.

    Вернувшись в Новую Каховку к Любыным родителям, маленький Сергей уже самостоятельно ходил, о чём так мечтала его бабушка Валя. Оставив его на их попечение, Люба и Сергей отправились в Херсон, прямым ходом в сберкассу, где их ожидали выигрышные деньги.
    Как только начался сентябрь и все съехались на учёбу, Сергей попросил своего друга Игоря Богача:
    - Давай смотаемся в Николаев, хочу чехословацкую "Яву" купить.
    - Шутишь? Откуда такие деньги?
    - Я вполне серьёзно. Мы  деньги в "Спринт" выиграли.
    - Конечно, съездим.
    Через пару дней под окнами общежития, в котором теперь жил Сергей, стоял новенький чехословацкий мотоцикл, но только не "Ява", а "Чезет", оранжевого цвета с синими шлемами, висевшими по обе стороны руля.
    В ближайшие выходные они приехали к родителям уже не на автобусе, а на своём мотоцикле.
    - Класный мотоцикл,- сказала Любина сестра Оля, когда увидела во дворе стоявший "Чезет".
    Сергей крутился возле него, то и дело что-то вытирая и поправляя.
    - Всё хорошо, но только не хватает на нём ветрового стекла, полностью прозрачного, без металлического низа. Так хочется мне это стекло заменить, я уже и нашёл нужное, только денег больше нет, все потрачены.
    - А сколько оно стоит?- спросила Оля, у которой в голове промелькнула одна мысль.
    - Много, тридцать шесть рублей.
    - Хм-м,- хмыкнула она деловито,- а у меня копилка есть, если хочешь, могу подарить.
    - Хочу!- обрадовался Сергей неожиданному предложению,- Тащи сюда.
    - Жди, сейчас принесу,- сказала Оля и поспешила в дом.
    Через минуту она вернулась, держа в руках литровую банку с мелочью по пятьдесят копеек. Банка была запечатана металлической крышкой для консервирования, со специально пробитым отверстием.
    - Откуда ты их столько насобирала?
    - А это мне родители в школу давали.
    - Тебе не жалко отдавать?
    - Бери, для тебя не жалко.
    Через пару минут они сидели на крыльце и пересчитывали монеты, которых оказалось на сумму именно тридцать шесть рублей.
    "Это надо же,как такое может быть?- подумала Оля,- Чудеса какие-то".

    В один из ноябрьских дней, в четверг, одиннадцатого числа, около двух часов дня, вернувшись из школы, Оля увидела во дворе знакомый оранжевый мотоцикл с прозрачным ветровым стеклом. Войдя во двор, возле летней кухни , она увидела сидевшего на лавке Сергея. Он был один, без Любы. Родителей тоже не было, в это время они ещё находились на работе.
    Сергей сидел задумчивый и невесёлый и всё время курил. Не смотря на то, что день стоял солнечный и очень тёплый, а вокруг всё ещё цвели розы, Оля заметила, что Сергея что-то очень беспокоит. Лицо Сергея было мрачным, никогда она не видела его таким. Она наблюдала, как он курил одну сигарету за другой и переживала за него.
    В свои тринадцать с половиной лет, Оля уже отчётливо понимала, что у Сергея случилось что-то очень неприятное.
    - Сергей, что с тобой, у тебя неприятности?- не выдержала она и задала свой вопрос.
    - Нет-нет,- ответил он, пытаясь улыбнуться,- всё хорошо.
    "Всё хорошо, а сам снова за сигаретой полез,- подумала Оля,- Он скрывает, не хочет говорить. Может он расстроился из-за того, что вчера Брежнев умер? Так, его срочно надо развеселить. Что мне придумать такое?"
    Видеть Сергея таким поникшим ей было невыносимо больно. Её, ещё детское, сердечко наполнилось жалостью к этому доброму и красивому парню, успевшему стать для неё самым родным и близким человеком. Оле всегда хотелось иметь старшего брата, поэтому она и любила его, как своего брата.
    - Хочешь прикол покажу,- вдруг спросила его Оля.
    - Покажи.
    Она быстро побежала в дом и, вернувшись, принесла голубой шарик, который протянула Сергею и сказала:
    - Надувай.
    - Зачем?
    - Потом узнаешь.
    Сергей взял шарик и стал его надувать. Как только они закрепили его за нитку, Оля сказала:
    - Подержи, я сейчас приду.
    Она тут же побежала в сторону сарая и, войдя в загородку, поймала первую попавшуюся ей курицу.
    Всегда, когда был убран урожай, Николай Иванович выносил из-за сарая листы сетки из толстой прочной проволоки и отгораживал ими часть огорода вдоль соседского забора так, чтобы куры из сарая могли выходить в эту загородку и свободно гулять по ней, выискивая в земле жучков и червячков.
    Оля посильнее прижала курицу к себе, чтобы та не вырвалась, и принесла к Сергею.
    - Я курицу сейчас рядом с тобой на скамейку посажу, ты держи её покрепче, а я ей за хвост привяжу этот шарик.
    Сергей удивился предстоящему приколу, но сопротивляться не стал, а терпеливо держал курицу, пока Оля крепко-накрепко  привязывала голубой шарик. Потом она взяла курицу и, подойдя к загородке, бросила её назад в стадо.
    Ветерок дунул и поток воздуха подхватил шарик. Курица испугалась и стала от него убегать. А шарик ветром качает и качает, она носится по загородке, из сил выбьется, упадёт от усталости, клюв раскроет и, бедная, не надышится. Опять ветром шарик подкинет, она снова вскакивает и бежит прямо к своим собратьям, а их там около тридцати штук. Куры с перепугу бегут от неё в разные стороны, орут, как резанные. А она снова за ними. Переполох такой стоял в загородке, что, наверное, слышно было на другом конце посёлка. Ольга боялась, что куры через забор к соседям перелетят.
    Сергей так смеялся, что руками держался за живот и не мог остановиться. Оля тоже смеялась, но она больше поглядывала на него, и её маленькое сердечко наполнялось чувством радости и любви.
    "Ура! Он смеётся! Получилось!- ликовала Оля в душе,- Он больше никогда не должен грустить, никогда!"

      
   
   


Рецензии