Свадьба

    От бабушкиной свадьбы, если таковая была, не осталось фотографий. Пишут, тогда, в 20-ые годы, расписаться в советском загсе запросто можно было, буквально мимо проходя. Но у бабушки совсем рядом с домом была ещё действующая в ту пору церковь. Хотя венчалась она вряд ли, если б соизволил венчаться муж, то и детей разрешил бы крестить, а она крестила их уже после войны, когда бросил он её с семью детьми на руках.

    Зато от маминой остались. Свадьба летом была, 15 августа, столы накрыли в бабушкином доме, а фотографировали гостей в саду. Много маминой родни собралось, с отцовой стороны почти никого не было, приехала одна мать.

   Так что потом знакомиться с прочей новой роднёй мама с бабушкой поехали в отцовскую Орликовку, там ещё одно было застолье.

   Было это в 1961-м году и, увы, то, что 15 августа - это Успенский пост, никого не остановило. Время было такое - не колокола, а колокольчиков (переслушала недавно Башлачёва).

   До мамы уже вышли замуж две старшие её сестры, одна сразу после войны, другая в середине 50-х, обе за военных. А мой отец инженером был, приехал по распределению после академии в мамин городок.

   Бабушка, наверное, счастлива была. У меня всего одна дочь. Правда, два раза уже замуж выходила. А тут четыре девки на руках.

   Самая младшая, четвёртая сестра, долго не выходила замуж, но потом всё-таки вышла. А вообще в многодетных семьях самая младшая сестра часто совсем не выходила замуж, досматривала родителей до самой смерти.

    Я знаю таких дочерей, иные сами уже совсем старушки. Нынче не очень это принято - из-за родителей замуж не выходить, да и вообще, что осталось-то из семейных традиций?

    Сама я выходила в первый раз замуж на четвёртом курсе университета, и мне очень хотелось настоящую свадьбу, фольклорную то бишь, я как раз тогда пела недолгое время в университетском фольклорном ансамбле.

    Но ничего не вышло. Я даже и разучила было с подружками кое-что, но родители мои и жениха взяли бразды в свои руки, наприглашали своих гостей (свадьба у моих родителей дома была), и мои университетские гости как-то потерялись на фоне родни и родительских гостей.

    Моей родне издалека пришлось ехать в Сыктывкар, брат с товарищем из Иркутска прилетел, из Беларуси приехала та самая младшая мамина сестра, из Москвы прилетела внучка старшей маминой сестры...

    И я так рада была, что съехались мои родные, что не по-фольклорному, а всамделишне расплакалась, когда пришлось после застолья уйти  ночевать и вообще жить к родителям мужа. Жалко, что бабушек не было на моей свадьбе, мои далеко были, а у мужа близко, жива была одна бабушка, но почему-то не пришла, может,и не приглашали, не знаю, я тогда ещё не общалась с ней.

    Муж только что из армии вернулся, после Чернобыля, после Афганистана,  и у свекрови было такое условие - чтобы первое время мы с ними пожили.

    Я, наверное, месяца четыре выдержала. Свадьба 31 января была, после зимней сессии, а весной, ближе к летней сессии, я под тем предлогом, что мне мало места бумаги свои раскладывать - курсовую писать - собралась и ушла "домой".

    Так что к рождению дочери муж со свёкром и моим отцом оборудовали у моих родителей нашу комнату, решив непростую задачу совмещения детской, спальни и рабочего кабинета. Всё лето, помню, строгали-стучали-пилили, инициатива, кажется, от свёкра исходила, но в целом весьма дружно они трудились, так что я порой не знала, куда деваться от их стука, мама-то на работе была, а у меня каникулы. Приходилось в парк или в библиотеку уходить.

    Когда родилась дочка - "вдруг" оказалось, что бабушки-то все работают! Поначалу я не хотела академку брать, но пришлось. В последний момент только, весной уже, когда мои однокурсницы вернулись с преддипломной практики, я встрепенулась, решила с ними заканчивать, сдала госы и написала диплом, благо, прошлым летом поработала на совесть и последнюю курсовую основательную написала.

    Защитилась, поступила в аспирантуру. И так несколько лет мы промаялись: то у моих родителей, то на съёмной квартире, наконец, лет через 5-6, надоела мне такая жизнь, и я сказала мужу:

  - Давай ты у своих родителей будешь жить, а я с дочкой у своих.

   Так и сделали. Правда, когда разводились, как раз умерла мужнина бабушка и оставила квартиру, он у неё был единственный внук, но к тому времени уже поздно было пить боржоми, муж на другой собрался жениться...

    И прошло 12 лет, пока я снова собралась замуж. А через 3 года и дочку выдала. Почему-то обе эти свадьбы, несмотря на то, что всё, как положено, было, с церковным венчанием и новыми родственниками, какие-то уже не такие были, как моя первая свадьба: не такие шумные, весёлые, радостные.

    Видимо, мой развод покаянное настроение не только моей второй свадьбе придал, но и дочкиной - в моих глазах, отца её на её первой свадьбе не было, он со своей женой на вторую её свадьбу пришёл, на которой не было меня.

    Получилось как во сне, у мамы моей тоже две свадьбы было, у себя дома со своими родственниками и у мужа в деревне - с его роднёй, но муж-то всё-таки был один и тот же...

    А когда две свадьбы с двумя разными мужьями - это уже сюрреализм. Я, правда, не очень в нём разбираюсь, примитивистов люблю, народных художников, митьков даже, но митьки-то как раз большие сюрреалисты.

   У кого-то из митьков есть такая картина:"Митьки дарят Ивану Грозному нового сына". Философская: Грозный семь раз женился, а наследников всё-таки не оставил, прямо как в евангельской притче о жене, семь раз выходившей замуж за семерых братьев.

   Наверное, они могли бы и такую "Свадьбу" написать, где при живых жене (муже) - новая свадьба...
   

    Та курсовая, что писала я, сбежав из мужнина дома, была у меня по житийной поэтике. Там и текстологическая часть была, но текстология - это черновая работа, корпишь над списками, сравниваешь, строишь древо.

    Мне потому и не хватало места, что надо было разложить рядком свои копии разных списков одного жития, чтоб удобнее было сравнивать, у моих родителей больше была квартира.

    Однако поэтика меня больше вдохновляла. Я додумалась сравнить структуру жития со структурой волшебной сказки, тем более, что "мои" тексты, судя по ним, простецы писали, а не "сплетатели словес".

    И у меня получилось, что вполне можно народные редакции житий со сказками сравнивать, только сказки заканчиваются свадьбой, а жития - смертью главного героя. Что, собственно, одно и то же для тех, кто понимает: конец - всему делу венец.

    Оппонентом на защите диплома был у меня один питерский доктор наук, ему понравились мои выводы, защитилась я с отличием. Потом, когда развелась, он сделал мне предложение, но я тогда ещё не созрела снова замуж выходить.

   Созрела я, когда дочка после школы уехала в другой город учиться, а я осталась одна и решила, по примеру бабушки, "приданое" себе приготовить.

   У бабушки, как у любой традиционно верующей женщины, давно заготовлено было "приданое", то есть узелок на смерть. Время от времени что-то она в нём обновляла и непременно тогда заново инструктировала родных, что и как.

    И вот я тоже купила себе льна и заказала у знакомой портнихи "приданое". Красивый получился костюм, широкая, в пол, юбка, и приталенная кофта с широкими рукавами из серебристого льна. Так что я не выдержала и на другое лето достала из узелка свой костюм и пошла в нём на службу в церковь. Помирать ещё неизвестно когда, а обновить хочется.

    И получилось так, что вскоре мне этот костюм как раз и пригодился. Всего-то два костюма у настоящих портних и сшила я себе за всю жизнь, один на свою свадьбу, другой - на дочкину.

     Теперь гляжу на них и задаюсь вопросом, когда ж снова их одену: когда буду сына женить, внучку замуж выдавать или по прямому назначению. Бог весть.

    В любом случае - хотелось бы, чтобы вода превратилось в вино и слёзы в радость. Свадьба что тризна - пир, радость.

     Раньше мне хотелось и рядом с бабушками лежать, и рядом с братом, а они так далеко друг от друга, переживала. А сейчас как-то успокоилась, "безчувственному телу равно повсюду истлевать".

    Святые некоторые писали в духовной грамоте, чтоб выбросили вон их тело, на съедение диким зверям. В моём возрасте уже нестрашно умирать, это молодым умирать нынче страшно - могут и поторопить кончину эскулапы ради молодых здоровых частей тела, а мне чего уж, сама износила свои ветшающие кожаные ризы.

   Страшно не умирать, а поздно понять, что мало любила - опоздала на брачный пир.

    Иллюстрация - Анны Силивончик


Рецензии