Из темноты к свету. Часть 1. Глава 30

    - Зараза!- вдруг заорал Сергей резким  голосом и изо всех сил швырнул в сторону металлическую головку от магнитофона, которая воспроизводит звук.
    Удар пришёлся в дверь. Он был такой силы, что в ней обязательно должна была остаться вмятина. Люба вздрогнула, услышав резкий звук, раздавшийся от удара, и замерла. В этот момент она  лежала на кровати, листая журнал, оставленный кем-то из ребят, проживающих в комнате. Таким раздражённым Сергея она никогда не видела. Ремонтом магнитофона он занимался часто, но такая реакция на неполадки была впервые.
    «Что с ним? Я его раньше никогда таким не видела. А, если бы кто-то из ребят вдруг стал входить в дверь?»- задалась вопросами испуганная Люба.
    Сергей глянул в сторону жены и по её виду понял, что он «перегнул палку».
    - Любчик, не обращай внимания, просто нервы сдали,- попытался оправдаться он.
    Однако перепуганная Люба не произнесла ни слова, в ответ она просто кивнула головой.

    В последнее время Люба всё чаще стала замечать раздражительность в поведении своего мужа.
    На последнем курсе института Сергей снова заселился в общежитие, в которое, как законная жена, она имела полный доступ. А для самой Любы в частном доме снималась комната, хозяйка которой была  одинокая бабушка и жила она недалеко от этого общежития.
    Как-то в один из вечеров Сергей вместе со своим другом Игорем решили купить на разлив чехословацкое пиво. Небольшой железный ларёк, выкрашенный в краску зелёного цвета, стоял рядом с институтским общежитием и постоянно манил ребят своим видом. К пиву была куплена на развес любимая ими сельдь иваси.
    Они сидели за столом втроём и, попивая пиво, вели оживлённую беседу. Люба сидела за столом  у стены, напротив неё с противоположной стороны сидел Игорь, а Сергей – между ними. Была выпита только половина трёхлитровой банки пива, стоявшей на столе почти у стены. Люба с Игорем увлеклись разговором между собой. Вдруг резким движением руки Сергей направил свой кулак прямо в банку с пивом. Она разбилась в дребезги, а оставшееся пиво растеклось по столу, стекая прямо на пол.
    - Серёга, ты чего?- спросил изумлённый Игорь, не ожидавший такой выходки от своего друга.
    От испуга у Любы чуть сердце не выпрыгнуло из груди. Она не могла поверить своим глазам, глядя то на осколки, то на своего поникшего мужа.
    Ответ последовал не сразу. Сергей сидел за столом, опустив голову и руку, которой нанёс удар.
    - А, что это вы разговариваете между собой, а меня  не замечаете, словно меня  нет рядом,- не поднимая головы, ответил Сергей совершенно спокойно, как будто бы ничего не произошло.
    - Ты, что приревновал?- удивился Игорь.
    - Да, приревновал. А, что, нельзя?- также спокойно продолжил общение Сергей.
    Люба с Игорем встали, чтобы убрать со стола битое стекло и растёкшееся  пиво. Вечер был подпорчен и на душе у Любы появился осадок, а в голову полезли нехорошие мысли: «Сергей стал каким-то странным. Я боюсь его такого».
   Вдруг Сергей тоже встал из-за стола. Люба увидела, что по пальцам его правой руки стекает кровь и капает на пол. При виде такого количества крови она перепугалась ещё больше. Тут же из её глаз хлынули слёзы, и она бросилась к мужу со словами:
    - Серёжка, ну, что происходит? Посмотри сколько крови.
    Сергей молчал, он стал отрешённым, и ему было абсолютно всё равно, что с ним происходит. С большим усилием Люба перемотала ему рану бинтом, который где-то раздобыл Игорь. Пока Люба занималась спасением мужа, его друг занимался
уборкой.
    - Пойду к ребятам схожу,- сказал он и вышел, оставив Любу и Сергея одних.
    Сергей лёг на свою кровать, стоявшую слева у окна третьего этажа. Он молчал, он был совершенно подавлен, а Люба чувствовала себя виноватой, хотя и не знала в чём её вина.
    «Какая глупость,- думала она, сидя рядом у ног своего мужа,- как он мог приревновать меня к Богачу? Он, конечно, парень умный и приятный в общении, но он ведь щупленький и маленького роста, мы с ним никак не можем быть парой. Что же это получается? Получается, что я тоже зря ревную своего мужа?»
    - Серёжа, уже поздно и мне нужно идти к себе на квартиру,- сказала Люба, поглаживая правой рукой его ноги.
    - Любчик, мне почему-то очень плохо на душе, что-то беспокоит меня, а что – не знаю.
    - Серёжка, если бы ты знал, как сильно я тебя люблю,- с теплом и нежностью произнесла Люба эти слова.
    Она положила голову на ноги мужа, обхватив их руками, и беззвучно проронила слёзы.
    - Серёжа, пойду я,- вздохнув, продолжила она,- Ты меня сегодня не провожай. Здесь рядышком,  добегу как-нибудь. Ты лучше постарайся уснуть, а когда проснёшься, тебе сразу легче станет.
    - Хорошо,- безжизненным голосом ответил Сергей.
   Люба подошла к вешалке и сняла с неё свою курточку. Не смотря на то, что был конец ноября, было ещё достаточно тепло. Она накинула на себя куртку, подошла к Сергею, прикоснулась к его губам, поцеловав на прощанье, и сказала:
    - Всё будет хорошо, отдыхай, а я пошла. Завтра снова увидимся.

    Люба скрылась за дверью и направилась к выходу из общежития. Улица почему-то оказалась совершенно безлюдной, хотя было всего около десяти часов вечера. Ей нужно было пройти приличный отрезок пути по тротуару вдоль забора, где освещение  фонарями отсутствовало.
    Вдоль тротуара росли огромные тополя. Проходя мимо одного из них, Люба заметила в темноте мужской силуэт, прижимающийся к дереву, и её сердце мгновенно отреагировало. Как только Люба прошла это дерево, за которым кто-то прятался, она тут же попыталась ускорить шаг, но высокие каблуки шаг особо ускорить не давали.
    Стараясь вглядеться перед собой вдаль, в надежде увидеть хотя бы кого-то из людей, Люба вдруг услышала сзади звук быстро приближающихся к ней чьих-то шагов.
    «Это точно маньяк, который за деревом стоял. Я боюсь его! Мне страшно!»- ещё больше испугалась Люба.
    Она попыталась бежать, но уже было поздно. Кто-то сзади согнутой рукой перехватил её за горло и прижал к себе с такой силой, что она начала задыхаться. Он поволок её к забору, продолжая зажимать левой рукой горло. Люба пыталась вырваться, она старалась освободиться из под его руки, замахиваясь на него своей сумкой. От него исходила угроза для её жизни, и она чувствовала это каким-то неведомым ей чувством.
    Задрав к верху юбку, он теперь пытался стащить с неё нижнее бельё. На какое-то мгновение захват шеи слегка ослабел и Люба резко развернула её, освобождаясь от удушья. Это стало её спасением, и она тут же изо всех сил, которые у неё только были, заорала:
    - Помоги-и-те-е! А-а-а-а-а! Помоги-и-те-е!
    Люба почувствовала удар по голове и в тоже время услышала рядом чей-то свист, прерывистый и громкий. Невидимый насильник вдруг бросил  свою жертву и кинулся бежать.
    - С вами всё в порядке?- спросил подошедший мужчина, когда Люба уже успела поправить юбку.
    - Да, спасибо. Вы спасли меня,- дрожащим голосом ответила она.
    - Он вперёд побежал, вполне возможно, что он хочет вас снова подстеречь, поэтому советую вам вернуться назад. И не ходите в такое время одна.
    - Хорошо, конечно же, я вернусь назад.
    Люба нашла в темноте свою сумку, которая во время борьбы с этим чудовищем оказалась раскрытой. Она вышла на тротуар и побежала назад к общежитию, вход в которое закрывался в одиннадцать часов вечера. Время в запасе ещё было и, так как все вахтёры её хорошо знали, к своему мужу она вернулась беспрепятственно.

    Люба приоткрыла дверь в Серёжину комнату. Свет в ней не горел. Она осторожно вошла  и  закрыла за собой дверь. Из окна проникал лёгкий свет от соседнего дома и, осмотревшись, Люба кроме своего мужа больше никого не увидела. Всё её тело пробивала дрожь, в горле пересохло, отчего очень хотелось пить. Подойдя к нему поближе, она увидела, что лежит он сверху покрывала одетый и крепко спит.
    Люба тихо отошла к вешалке, чтобы повесить снятую куртку. Она снова подошла к Сергею, сняла сапожки и тоже прилегла рядом ...

    - Я убью его!-  только и мог выкрикнуть в отчаянии Сергей.
    - Серёжка, и где ты его будешь искать? Я даже лица его не видела,- пыталась успокоить Люба взволнованного мужа.
    - Как на зло, сигареты закончились. Курить хочется, сил нет,- нервничал он, заглядывая по всем углам,- даже бычок нигде не валяется. Пойду к ребятам схожу, попрошу сигарету.
    Сергей вышел из комнаты, а Люба вдруг почувствовала, что голова её раскалывается.
    "Этот маньяк всё же сильно меня по голове ударил",- подумала она и упала на кровать, закрывая тяжёлые веки.
    - Ни у кого сигарет нет, кошмар какой-то, обошёл всех,- сквозь сон донеслись до Любы слова мужа,- а до открытия магазина ещё почти час, умереть можно.
    - Ладно, кушать хочется или пить – это понятно, а курить, как хочется – не понятно, да ещё так, что умереть можно,- пробормотала Люба, не открывая глаз.

    Дождавшись открытия магазина, который находился прямо напротив общежития, Сергей пулей вылетел и вернулся назад с пачкой папирос «Беломор-канал». Быстрыми движениями он стал вскрывать пачку. Дрожащие руки выдавали его нервозность.
    Вытащив папиросу из надорванного угла пачки, он тут же пальцами обеих рук сжал её край и, придерживая его губами, поднёс горящую спичку. Сделав вдох, он тут же выпустил из себя клубок дыма. Довольный, он присел на стул, стоящий у стола, и стал делать затяжку за затяжкой. Люба молча лежала и с любопытством наблюдала за мужем.
    - Хочешь попробовать?- вдруг неожиданно спросил Сергей.
    От такого вопроса Люба растерялась и прежде чем ответить – задумалась, а хочет ли?
    - Не знаю,- ответила она и добавила,- но попробовать можно.
    Сергей сразу же подсел на кровать к своей жене и сказал:
    - Значит так, чтобы не раскашляться, делаешь выдох, а потом - затяжку вместе с вдохом. После этого снова выдыхаешь.
    Люба приподнялась и села на край кровати, опустив ноги вниз. Она сделала всё так, как ей велел муж. Она оказалась хорошей ученицей и даже не раскашлялась. В голове у неё всё помутилось, закружилось, она словно опьянела.
    - Ну, что? Что ты чувствуешь?- стал пытать её муж, которого разбирало от любопытства.
    - Я тебя хочу!- неожиданно для самой себя ответила Люба и, расслабившись, откинулась на кровать.

        Люба и Сергей вышли из общежития, но отправились они не на занятия, а на то место, где вчера вечером было совершено нападение. Там они нашли некоторые Любины вещи, выпавшие из сумки.
    - Это я виноват! Это из-за меня ты  пострадала,- укорял себя Сергей, нервничая всё сильнее и сильнее.
    Чтобы хоть как-то облегчить душевные страдания своего мужа, Люба вплотную подошла и прижалась к нему. Она подняла голову и одновременно потянулась к его губам, целуя его на виду у всех.

    Спустя несколько дней, Сергей как обычно проводил Любу к ней на квартиру. Ничто не предвещало беды. Расставаясь, он поцеловал Любу и ушёл.
    Готовясь ко сну, Люба вдруг почувствовала сильную усталость, ей очень захотелось спать. Тепло, исходившее от печи и наполнявшее всё пространство вокруг, разморило её окончательно.
    - Надо будет задвижку посильнее прикрыть, чтобы тепло не так быстро выходило,- сквозь сон донеслись до Любиного слуха слова хозяйки, на которые ответить она уже ничего не смогла.
    Люба крепко заснула, и заснула бы, наверное, навсегда. Однако её сознание стал пробуждать резкий звук, доносившийся откуда-то из далека. Наконец она поняла, что это звонит будильник и ей пора вставать. Она с трудом пыталась открыть веки, которые открываться никак не хотели. Тогда Люба попыталась поднять голову. Голова тоже не поднималась. Чтобы снова не провалиться в сон, Люба приложила все усилия над собой и встала, сразу же сев поверх постели. Она никак не могла выйти из затуманенного сознания, в ушах стоял шум, а в висках всё время пульсировало.
    Любина кровать стояла прямо напротив кирпичной печи. Вдруг её взгляд остановился на задвижке. «Не может быть!-  ужаснулась Люба,- Труба перекрыта! Я же умереть могла!»
    Она собралась с силами и встала, первым делом  открыв задвижку. Голова кружилась так, что Любу кидало со стороны в сторону.
    Кое-как добравшись до порога, она настежь распахнула входную дверь. Поток холодного и свежего воздуха ворвался в дом.
    - Ты, что тепло выветриваешь? Для кого я печь топила?- раздался противный крик старой хозяйки.
    Люба ничего не стала объяснять, она кое-как оделась и, едва перебирая ногами, поплелась в институт к своему мужу. Она очень часто останавливалась, ей постоянно тошнило и её несколько раз рвало, казалось, что она вот-вот упадёт в обморок.
    Чтобы поскорее разыскать Сергея, Люба решила отправиться прямо к ректору института. К её удивлению, нашли  мужа очень быстро. Когда Сергей вошёл в кабинет, он сильно удивился, увидев там свою жену, сидевшую на стуле рядом со столом ректора. Любино лицо почему-то было красным и весь её вид говорил о том, что она не совсем здорова.
    Узнав о случившемся, Сергей развёл руками и решительно сказал:
    - Нужно срочно принимать меры. Но сначала пойдём ко мне в общежитие. Ты идти сможешь?
    - Теперь смогу, когда ты рядом,- ответила Люба и улыбнулась.
    - Спасибо вам, мы пойдём потихоньку,- обратился Сергей к ректору и подставив жене руку, направился вместе с ней к выходу,- Ещё раз спасибо и до свидания.

    До общежития они добрались не спеша и, уложив жену в постель, Сергей сказал:
    - Ты сейчас должна отлежаться, а я сбегаю к бабе Наташе, поговорю, может всё-таки найдёт она у себя местечко, чтобы приютить тебя.

    Баба Наташа сжалилась над молодой парой и, по старой памяти, забрала Любу жить к себе. Угол, который выделила она, напоминал узкую кладовку, в которой помещались только кровать и маленькая тумбочка. Но Люба была рада и этому.
    "Вот и зима пролетела, не за горами у Серёжки защита диплома,- вздыхала она в одиночестве, лёжа в холодной каморке под одеялом. Предстоящая впереди разлука не давала ей ни минуты покоя.
    Люба помогала мужу, чем могла, и курсовую писала, и таблицы чертила, а вот свою учёбу она совсем забросила.
    Когда диплом Сергею был вручён, первым делом он направился к своим любимым тёще и тестю. Радости его не было границ.
    Стояла весна очень тёплая и солнечная. Сергей одел свою любимую зелёную кофту на молнии и спрятал под нею свой долгожданный диплом. Вместе со своей женой он мотоциклом помчался на Новую Каховку, в город, ставший для него очень родным, потому что там его любят и ждут.
    Давно Люба не видела Сергея таким счастливым и весёлым. Он всегда спешил к Любиным родителям, искал любую возможность приехать к ним. Но на этот раз случай был особый.
    Услышав знакомый звук мотоцикла, пёс заранее начал прыгать и скулить от радости, оповещая всем о прибытии важного гостя. Родители, понимая что к чему, уже бежали к калитке, готовясь к приёму гостей.
    - Серёжка! Ну, здравствуй!- сказал Николай Иванович, протягивая руку для приветствия,- мотоцикл во двор загоняй и давайте за стол!
    - А мы вас ждали! Молодцы, что приехали,- искренне радовалась Валентина Ивановна.
    - Здравствуйте, родные мои!- ответил восторженный Сергей и каждого заключил в свои объятия,- Я приехал к вам своей радостью поделиться.
    - Привет, Серёга!- вышла встретить его и Любина сестрёнка,- давай уже колись, чем делиться собрался?
    - У меня такая радость, что летать хочется. Я диплом получил!
    - Так у нас , значит, праздник сегодня? Будем диплом обмывать?- Подшучивала Оля.
    - Я за рулём!- засмеялся в ответ Сергей,- но вы  все можете за меня выпить.
    - Так, дети, давайте все в дом заходим. Все за стол!- скомандовала Валентина Ивановна,- А ты, Оля, беги скорее, нельзя оставлять ребёнка без присмотра.
    - Хм! Няньку нашли!- продолжая шутить, Ольга поспешила к своему маленькому племяннику.

    Стол накрыли одним мгновением. Чего на нём только не было, глаза разбегаются, да всё вкусное такое. Валентина Ивановна просто настоящая волшебница и мастерица.
    Сергей вынул спрятанный диплом и, держа его в приподнятой правой руке, шутливо произнёс:
    - Вот, достался кровью и потом.
    - Молодец, Серёжка!- похвалила его тёща,- с образованием идти  по жизни тебе будет намного легче.
    - Мам, вы знаете, я ведь институт чудом закончил. У меня такое сильное желание было бросить его, ноги туда не несли. Ещё со второго курса хвост тянулся. Как я только не пытался экзамен пересдать, ничего не получалось, взъелся на меня преподаватель и всё. Вот, Люба настояла узнать, где он живёт, и мы отправились к нему домой, в одну из квартир многоэтажного дома. Когда мы позвонили в дверь, он приоткрыл её и недовольно сказал: ладно, завтра приноси зачётку ко мне на кафедру и, чтоб духу твоего у меня больше не было. Поставил он мне трояк и словно с меня гора свалилась.
    - Да, теперь только воспоминания останутся. Сейчас придёшь в себя после стольких лет мучений и , глядишь, всё забудется,- старалась поддержать своего зятя Любина мама,- Слава Богу, уже всё позади.

    После продолжительного застолья Сергей подошёл к Валентине Ивановне и попросил:
    - Мам, дай мне какую-нибудь работу, чтоб вам помочь.
    - Серёжка, ты, что такое говоришь? Наработаешься ещё, у тебя столько лет впереди.
    - А, у нас дома по-другому заведено, совсем не так. Прежде, чем сесть за стол, родители дают какую-нибудь работу. Отец говорит, что еду сначала заработать надо.
    - Да, какая у нас тут работа?- спросила тёща, удивившись такому признанию.
    - Ну, я тогда пройдусь по двору, сам посмотрю.
    Сергей вышел из дома и стал осматривать всё вокруг. Порядок был везде, огород вскопан и почти весь засажен, а двор подметён. Он зашёл за дом, где под окнами росли яблони. Как настоящий агроном, он стал брать висевшие яблоневые веточки и подкручивать их, закрепляя за верхнюю часть ветки, насколько это было возможно.
    - А, что это ты делаешь?- спросил, подошедший к нему Николай Иванович.
    - Ветки подкручиваю, пока они тоненькие, чтобы не обрезать. Со временем они утолщаются, укрепляются и уже не разгибаются. На них тогда много яблок вяжется.
    - Сергей, да брось ты это дело, не морочь себе голову,- сказала зятю, подошедшая Валентина Ивановна,- ехали бы вы лучше в Новую Каховку, по парку погуляли, в кино сходили.
    - Хорошо, мама. Сейчас только с папой покурим и сразу же с Любчиком поедем и  погуляем.

    На следующий день молодая пара уехала. Больше всего Люба боялась наступления того времени, когда Сергей оставит её и уедет на край света - в своё далёкое село Константинополь, что в Донецкой области.
    Как она будет жить без него? Сможет ли она вынести разлуку? Он - где-то там, она - здесь, ребёнок - у родителей. Её семья разорвана на части, как и её душа. Кто виноват в происходящем? Кто сможет подсказать, как ей жить дальше? С постоянной болью в сердце она ко всему теряла интерес, погружаясь в полное безразличие от предстоящей разлуки.
    "Я просто умру заживо,- думала Люба, глядя Сергею в след, который сидел за рулём мотоцикла и ехал следом за удаляющейся машиной своих родителей. Люба стояла под его общежитием в последний раз. Взглядом провожая мужа в дальний путь, она горько плакала, но он не видел её слёз.
     Огромная чёрная туча, снова нависла над её головой, опускаясь всё ниже и покрывая мраком истерзанную душу, лишая всякого желания двигаться и что-либо соображать.
 
    После отъезда своего мужа Люба душевно заболела. Просыпаясь по утрам, она плакала и долго не могла встать с постели. Когда ложилась - рыдала ещё сильнее. Она плакала постоянно. Учёба в институте стала для неё очередным наказанием.

    И вот, наконец, Люба держала в своих руках долгожданное письмо от своего мужа:
    "Здравствуй, моя любимая, дорогая, нежная, ласковая и обидчивая Любушка!
Спешу тебе сообщить, что очень тебя люблю и скучаю, и мне так хочется, чтоб мы были с тобой вместе. Я уже работаю помощником главного агронома в совхозе "Богатырь"в селе Раздольном. Нам выделили дом, но без тебя он пуст. Я очень скучаю по тебе и по нашему сыну"...
     Слёзы не давали быстро читать. "Я должна ехать, обязательно должна,- убеждала себя Люба,- Серёжка, любимый, я умираю без тебя!"

    На поездку к мужу у Любы совершенно не было денег, но ей помог случай.
    Баба Наташа сдавала свой небольшой флигель молодой паре, у которых совсем недавно родился малыш. Выйдя во двор, Люба увидела Светлану, которая развесив стиранные пелёнки, присела под кустом винограда.
    - Привет, Светик. Устала, наверное? - спросила она, проходя мимо в туалет, расположенный во дворе за домом.
    - Привет! Пока нет, не устала.
    - А чего такая задумчивая сидишь?
    - Проблема у меня.
    - Это какая же, если не секрет?
    - Поправилась я после родов, прежние платья не годятся. Надо новые покупать, но с моей фигурой только на заказ шить надо.
    - Если хочешь, я могу тебе сшить.
    - А ты, что шить умеешь?
    - Конечно, я не профессионал, но сшить смогу.
    - Так, никуда не уходи, сейчас я тебе отрез принесу.
    Светлана скрылась за порогом флигеля и через минуту вернулась, протягивая Любе отрез ткани цветом красного кирпича с белыми тонкими полосками в виде клетки.
    - Хорошая ткань,- сказала Люба,- я даже могу тебе фасон предложить. У меня почти из такой же ткани платье есть, я его в магазине покупала.
    Люба принесла и показала ей своё платье со слегка укороченными рукавами, прямое, с юбкой в складку от бедра, длинной выше колена, с воротничком, переходящим в галстук.
    - Какое красивое! Это же мой фасон! Всё решено - шьём!
    - Но только у меня нет швейной машинки.
    - Ой, а у меня тоже нет. Что же делать?
    - Если ты не против, я руками сошью, никто даже не подумает, что оно ручной работы.
    - Я согласна,- захлопала в ладоши Светлана, не скрывая своей радости,- я могу расплатиться с тобой деньгами, а если хочешь могу и продуктами. Тут мать утку привезла, не знаю, что с ней делать. Муж терпеть не может утятину, говорю ей, чтоб не привозила, а она всё равно везёт.
    - Так она потому и везёт, чтобы он не съел, чтобы дочери всё досталось. А почему он не любит, в чём причина?- удивилась Люба.
    - Утки, они ведь, очень жирные и мясо у них какое-то не такое, вот он нос и воротит.
    - А ты свари ему из этой утки суп-рассольник с фрикадельками, отдели мясо от кости и  через мясорубку прокрути вместе с жиром. Вот увидишь, так есть будет, что без добавки не обойдётся.
    - Я не по этим делам, не умею я готовить.
    - Если хочешь, могу научить,- предложила Люба.

    Обучение шло полным ходом. Для приготовления Любиного фирменного супа была взята пятилитровая кастрюля.
    - Рис вари вместе с картошкой и как можно дольше, чтоб он хорошо разварился и посоли с учётом, что будут добавляться солёные огурцы. В фарш обязательно перекручиваем репчатый лук, добавляем свежемолотый чёрный перец горошком и соль. Когда рис хорошо сварится, в суп ложем маленькие фрикадельки, лавровый лист и тёртые на крупной тёрке кислые солёные огурцы, даём закипеть и варим минут десять-пятнадцать при лёгком кипении, пробуя в конце на вкус по кислоте. Обязательно поджарь лук с добавлением в конце немного помидор или томатной пасты, но много не ложи, а лишь, чтобы придать супу красивый цвет.

    Через два дня платье было готово. Оно получилось красивым и достойным и очень шло своей хозяйке. Баба Наташа тоже подсуетилась и подкинула Любе работу, достав с кладовки ручную швейную машинку. Заработав достаточно денег, Люба приготовилась к отъезду, и никакая сила уже не смогла бы её остановить.
    Вдруг в последний вечер перед отъездом, совсем поздно, Любу вызвала Светлана и сказала:
    - Мой муж кроме этого супа больше ничего есть не хочет, почти весь съел. Он просил меня снова сварить ему такой же. Пожалуйста, помоги мне, свари завтра ещё раз.
    - Светик, я не смогу, я уезжаю завтра... навсегда.
    - Как? Что мне теперь делать? Ведь я ему сказала, что суп я сама сварила.
    Люба с сочувствием улыбнулась ей в ответ и, пожав плечами ответила:
    - К сожалению, я ничем не смогу тебе помочь.


Рецензии